— Да, все мои три девочки лежат рядом. — Тарас положил по цветку на могилы дочерей, а жене букет. — Сень меня тоже рядом с ними положишь.
— Пап ты чего? Ты еще сто лет проживешь.
— Не скажи Сенька, мы все под богом ходим, сегодня живем, а завтра уже с костлявой в карты играем. — Аркадий Борисович печально посмотрел на могилу Галины. — Эх, Галка, Галка тебе бы жить и жить. А потом про себя добавил. — Это тебя ведьма Милка, за собой утащила.
— Держись брат. — Руслан ободряюще похлопал Тараса по плечу.
— Так мужики давайте выпьем девять дней, как ни как. — Аркадий достал бутылку водки и пластиковые стаканчики.
Когда уезжали с кладбища Аркадий Борисович сел в машину к Арсению и попросил отвезти его к Севе. Сам Сева, недоумевая, что понадобилось старику, ехал за ними следом.
Зайдя в квартиру Аркадий, вопросительно посмотрел на собранные вещи.
— Переезжаю, не могу, давит все. — Пояснил Всеволод.
— Ну и правильно, а то ведьма эта тебя за собой утянет.
— Дед! — Арсений осуждающе посмотрел на Аркадия. — Ты это при отце не ляпни, Милана конечно ангелом не была. Но он твоих шуток не поймет.
— Сенька я что, по-твоему, малек желторотый? Сам знаю, что и где говорю. Ребятки знаете, зачем я вас собрал?
Всеволод и Арсений, молча, посмотрели на него выжидающе. А Аркадий сел в кресло и провел по еще густой, правда, седой шевелюре. — Сев, плесни-ка мне чего-нибудь, чтобы голо промочить, а то разговор серьезный.
Сева ничего не говоря, принес бутылку водки и тарелку с нарезкой, Сеня достал рюмки. Но Аркадий отстранив маленькую рюмочку, взял большой бокал, наполнив его до краев, выпил, занюхал его куском черного хлеба, и, посмотрев на парней начал трудный разговор:
— Ребят, я, когда врачи Галинку увезли, возле кресла вот это нашел. — Он достал дневник. — Судя по всему удар у Галины, из-за этой хрени и случился. Я тут пролистал чуток, Тарасу этого видеть нельзя, а вот вы ребятки прочесть должны.