Последняя фея: Охота на бескрылую

10. День одного странного разговора

Пробуждение оказалось непривычно неприятным. Обычно открывая глаза по утрам, я сладко потягивалась, рада новому дню и яркому приветливому солнышку. Но не сейчас. Сейчас всё тело ломило, будто совсем недавно по нему проехался многотонный бульдозер, туда и обратно. Раз шесть. Тем не менее, глаза открылись, как и всегда ранее, а тело, несмотря на странное состояние, вполне могло шевелиться, чем я и воспользовалась, слегка приподнимаясь на кровати.

Проснулась я на широком и невероятно мягком ложе со множеством маленьких подушек и балдахином в незнакомой просторной комнате с высокими потолками и светлыми, отделанными блестящим гладким деревом стенами. Полупрозрачные занавески напротив кровати слегка колыхались оттого, что раздвижные двери на балкон были чуть приоткрыты, впуская прохладный воздух. Сквозь них виднелось ярко освещенное пространство площадки со столиком и плетеными креслами. Интерьер же самой комнаты смутно напоминал мою гримерную на новой работе… Те же пастельные золотистые тона, очень похожая мебель и повсюду эти цветы в вазах…

Задумчиво оглядев комнату, я спустила ноги на пол. Те тут же по щиколотку утонули в мягком ворсе бежевого ковра. Я обеспокоенно подняла одну и подозрительно изучила ступню. Та, вопреки ожиданиям, оказалась идеально чистой. Вот это показалось мне странным. Если память не обманывала, то улепетывала по лесу я совершенно босая, а значит вряд ли после подобного, пускай и довольно недолгого забега, конечности остались бы чистыми. Значит ли это, что кто-то без спроса оказал мне услугу по клинингу? Хм… Одежда, слава богам, на мне была всё та же. Шорты и футболка Лекса. Это крайне обнадеживало, что некто ограничился только помытыми ногами. Неужели мне не померещилось и это действительно был Норт? Выходит, именно он поймал меня в лесу? Но голосов было два, а значит, с ним был кто-то еще? Но кто? Хммм…

Так или иначе следовало привести себя в порядок и, в идеале, не попадаясь на глаза хозяевам, покинуть это гостеприимное место. У меня ещё проект, где даже конь не валялся, и вообще, какой сегодня день? Кажется, я совсем потеряла счет времени, и моя свободная неделя близится к завершению... Еще бы понять конкретно, куда это меня, собственно, занесло? Но сначала душ, потому как волосы сбились в колтун, а единственными водными процедурами за последние сутки у меня был жуткий ливень да холодный пот.

Душ я обнаружила здесь же, за неприметной дверцей, почти слившейся со стеной. Душевая комната, вся в стекле и розовом мраморе, произвела двоякое впечатление. Определённо, интерьерами здесь занимался тот же человек, что и работал над моей гримерной в Коринфе. А это наводило на определенные мысли.

Тем не менее, после душа я почувствовала себя человеком. Пропали даже призрачные отголоски боли, отзывающиеся во всем теле при каждом шаге…

С балкона открывался прекрасный вид на знакомый сосновый лес, отчего я сделала вывод, что данный дом находился не так далеко от моего посёлка. Вокруг царила умиротворенная тишина теплого весеннего утра и ничего не напоминало о вчерашних погодных катаклизмах. Беззаботно пели птички, приветствуя недавно проснувшееся солнышко, ненавязчивый ветерок чуть колыхал верхушки сосен, и пахло хвоей вперемежку с… хм, кофе? А вот кофе сейчас был бы весьма и весьма кстати.

Входная дверь оказалась не заперта. Осторожно, стараясь не издавать лишних звуков, благо их скрадывал такой же бесконечно длинный пушистый ковер, я пересекла пустынный коридор, и осторожно начала спускаться по винтовой лестнице вниз, откуда и распространялся по всему дому дивный желанный аромат.

Лестница оканчивалась площадкой и арочным проемом, что вел, судя по всему, в гостиную, либо на кухню, что, скорее всего, являлась проходной. Другого выхода не было, и я шагнула было в арку, как вдруг оттуда раздалась мелодичная трель, спустя секунду прервавшаяся басовитым:

— Алло?

Я застыла у входа, прислушиваясь к чужому разговору, и не желая показываться Норту на глаза. Но и возвращаться обратно не хотелось тоже. Я бы с удовольствием покинула это место незамеченной. Вот только как?

Межу тем Норт, выслушав говорившего, отозвался в ответ:

— Ну вколите ему чего-нибудь успокоительного, у вас же наверняка есть что-то… Я разберусь с этим позже. Сейчас мне некогда.

Я тяжело сглотнула, а по спине поползли нехорошие мурашки. О ком это он?

Следом раздался звук брошенного на стол телефона, и снова голос Норта:

— Проходи, Элль, не стесняйся, будь как дома.

Я вздрогнула от неожиданности, только сейчас замечая прямо над собой мигающий алым огонёк камеры наблюдения.

Но деваться было некуда, и я послушно шагнула вперед.

Мужчина, одетый в белую футболку и джинсы, стоял, загораживая выход, посередине большой светлой гостиной, как я и предполагала, граничащей с кухней. При виде меня он лучезарно улыбнулся, и, как ни в чем не бывало, кивнул в сторону кофемашины:

— Кофе?

Я напряженно кивнула, не в силах улыбнуться. Стараясь сильно не дергаться, проследовала, как и было предложено, на широкий диван перед камином.

— Капучино, пожалуйста.

— Разумеется, я помню, — дружелюбно усмехнулся тот, внимательно проследив мой маршрут.

Норт выглядел донельзя довольным жизнью котом, на чью долю выпало целое ведро сметаны в единоличное пользование. Возможно зря, но хотелось надеяться, что тем ведром оказалась не я.

На данный момент мои мысли хаотично метались, с каждой секундной запутываясь все теснее друг с другом в огромный непонятный комок. О чем мы будем говорить? Что ему сказать и что спросить? Как объяснить мой вид, и надо ли? С чего вообще начать? Но, когда передо мной на журнальном столике очутилась дымящаяся чашка, я вдруг неожиданно для себя расслабилась. А чего я, собственно, переживаю? Кто мне Норт? Всего лишь работодатель. А на работе за мной косяков пока не замечено, а моя личная жизнь в нерабочее время его никоим образом не касается, так что… Обрадованная этими убедительными доводами, я плавно выпрямила спину, вполне искренне улыбнулась, и бесстрашно уставилась в пронзительные серые глаза усевшегося рядом мужчины.

Тот слегка подзавис, наблюдая мою внезапно возродившуюся уверенность. Я отхлебнула кофе, с удовлетворением отметив, что тот содержит необходимую концентрацию глюкозы. Создавалось ощущение, что все вокруг знали обо мне куда больше меня самой.

— Элль…

Мужчина слегка тряхнул головой, возвращая себе способность ясно мыслить, что заставило мою улыбку стать чуть шире. Волноваться точно было не о чем. Возможно, из-за отсутствия определенного опыта я и не могла в полной мере осознать величину своего влияния на этого человека, если оно конечно существовало, но интуиция уверяла, что я в безопасности. Однако, кажется, в противоположность брату, Норту было всё равно, какая я, его больше привлекало то, кто я есть, моя необыкновенная нездешняя сущность. Для этого мужчины я была редким явлением, уникальной находкой, которой непременно следовало завладеть. И правда, как я не замечала ранее… Его собственнический, меркантильный интерес. Хотя у Норта Дега уже итак было всё самое исключительное, будь то новый автомобиль за баснословные деньги или восхитительный ресторан в центре города. И это говорило о многом. А теперь… Теперь, получается, ему нужна была я? Так или иначе, стоило узнать наверняка. Я с интересом глянула на Норта поверх чашки в ожидании его следующих слов, медленно смакуя кофе.

— Элль… — продолжил он, проникновенно глядя мне в глаза, — тебе не следует бродить по лесу одной, это опасно.

Я слегка кивнула, чувствуя странный привкус на языке. Что это, неужели мёд?

— Повезло, что я тебя нашел первым. А ведь это мог быть кто-нибудь другой.

— И кто же это мог быть кроме тебя?

Сладкий травяной привкус раскрывал приятную горечь кофе, создавая необычную пряную терпко-приторную комбинацию. Хм, действительно, мёд. Но зачем добавлять его в горячий напиток? Я предпочитала есть его просто так.

— Да кто угодно, — выдал Норт, внимательно наблюдая за моей реакцией, — а мне очень дорога моя новая певица.

Я поерзала на сиденье, отставляя чашку на журнальный столик. Плавно нарастающий гул за окнами сообщал о возвращающейся непогоде. И если оказаться запертой в одном помещении с Лексом я не особо бы возражала, то насчет его брата уже не была столь уверена.

Внезапно при мысли о Лексе, тревога за него вылезла на первый план. Что сделали с ним отшельники, смог ли он отбиться? Но не могла же я обсуждать это с Нортом? Подавив вздох, я вымученно улыбнулась. В любом случае, это не его дело, где я бегаю по ночам и с кем.

— Тебе не стоит переживать. На работе я буду вовремя.

Постараюсь, скорее всего… Еще бы знать, какой сегодня вообще день недели.

— А как ты сам оказался в этом лесу, да еще ночью?

Норта ничуть не удивил мой вопрос.

— Искал тебя, — ответил он чистую правду, не моргнув и глазом.

— Зачем?

— Мы не договорили…

Кажется, мой рот слегка приоткрылся от подобного заявления.

— Но как ты узнал, где я?

— Сначала я позвонил Маре…

Предательница!

— …Но она не знала толком, где ты находишься.

Кажется, погорячилась.

— И тогда я использовал свои ресурсы и отследил твоё местоположение с помощью геолокации твоего телефона.

Мои руки непроизвольно сжались в кулаки, а глаза сузились. Я плавно поднялась с дивана, и нависла над ним грозовой тучей.

— И о чём же таком важном ты хотел поговорить так срочно, что позволил себе влезть в мою частную жизнь, снова? — поинтересовалась я холодно, складывая руки на груди.

Методы этого человека начинали меня утомлять. И я не видела причин, показавшихся бы хоть сколько-нибудь уважительными, чтобы…

— О твоём происхождении.

Я захлопнула рот и плюхнулась обратно на диван.

— Вся внимание.

Неужели он и правда собирался поделиться информацией?

Мужчина улыбнулся, придвигаясь чуть ближе.

— Но сначала… — я не заметила, как его рука приподнялась, а пальцы легко коснулись моего подбородка.

— Что ты делаешь? — двигаться было некуда, моя спина и без того упиралась в подлокотник. Кажется, если Норт и собирался делиться информацией, то явно не безвозмездно.

— Хочу проверить кое-что, — его взгляд стал напряженным, гипнотизирующим.

Я почувствовала, как сладость меда, перемешанная с горечью кофе на языке, разливаясь внутри, заполняет меня всю, выключая рациональное мышление, и моё предательское второе я в предвкушении поднимает голову, глядя в упор в пронзительные серые глаза.

Но я упрямо тряхнула головой, прогоняя наваждение.

— Погоди! — моя ладонь уперлась в его твердую грудь, — Норт…

Но тот будто не слышал. Я не успела договорить, точнее он мне не позволил. Этот совершенно, до крайности обнаглевший тип решил повторить коринфский инцидент. Мужчина быстро прижался к моим губам, одной рукой схватив за затылок, не давая отстраниться и не оставляя пространства для маневра. Я задохнулась от возмущения, почувствовав его настолько близко. Но, к моей досаде, там было не только оно. Еще одно чувство, горящее и всеобъемлющее, мощно запульсировало внутри, грозясь вырваться наружу настоящим лесным пожаром. Этого еще не хватало! А Норт, воспользовавшись моим минутным замешательством, собственнически клеймил мои губы своими, плавно переходя на подбородок, затем шею и ключицы, шепча при этом что-то волнующе-неразборчивое.

Я с силой зажмурилась и больно закусила повлажневшую нижнюю губу, стараясь взять себя в руки, и что есть силы попыталась оттолкнуть непозволительно приблизившийся тяжелый мужской торс. Еще секунда, и меня безвозвратно затянет в этот жаркий водоворот, а этого допустить было никак нельзя!

— Стоп! Хватит!

Тот не сразу, но замер, после чего медленно отстранился. Глубоко дыша, он не отрывал от меня своего мрачного взгляда, от которого мне стало слегка не по себе.

— Значит, тебе больше по душе поцелуи моего брата? — насмешливо поинтересовался он.

Я возмущенно ахнула, спрыгивая с дивана, чтобы оказаться подальше от этого мужчины. Да как он смеет? Да как он…?!

— Спасибо за гостеприимство, думаю, мне пора…

И я двинулась к выходу, игнорируя скептический взгляд собеседника. Подойдя к выходу, я невольно уставилась в ближайшее окно, за которым не было видно практически ничего из-за бьющих по стеклу щедрых струй дождя.

— Элль… — понеслось мне в спину уже совсем иным тоном, и ничего не оставалось, как обернуться.

— Извини, — выдохнул он сокрушенно, пряча лицо в ладонях, — я не хотел тебя обидеть. Это вовсе не мое дело, кто именно…

— Давай не будем об этом? — проговорила я быстро, чтобы закрыть тему.

Совсем не хотелось снова оказаться под ледяным дождем в малоизвестной локации. А Норт с нужной мне информацией казался меньшим из зол. И, подавив тяжелый вздох, как и собственное самолюбие, я взяла себя в руки.

Он медленно кивнул, поднимаясь с дивана и делая пару шагов навстречу. Я слегка напряглась, но тот больше не делал попыток приблизиться максимально. А ведь он знал, знал про меня… Возможно всё. И я выжидательно уставилась ему в лицо.

Но мужчина молчал, недоверчиво-восторженно разглядывая меня в ответ странно блестящими глазами, словно некого диковинного пушистого зверька.

— И что же ты хотел проверить? — не выдержала я наконец, нетерпеливо притопнув ногой.

— Ты знаешь, что у меня есть кольцо, — вздохнул он, демонстративно сунул руку в карман, и, вынув украшение, повертел его в пальцах.

Пурпурный камень слабо пульсировал, явно реагируя на мою близость.

— Для определения особенных девушек…

— Да, — кивнул он, — но для того, чтобы определить фею наверняка, нужен либо подобный камень из Элибриума, особого места обитания фей, либо…

Мужчина снова шагнул вперед, оказавшись в полуметре от меня, гипнотизируя своими совсем серебристыми, почти светящимися в полумраке глазами. Я жадно глядела в ответ, желая прочитать все его мысли. Но зачем же говорить загадками? Неужели сложно объяснить все просто так, без этих недомолвок?!

— Что? Либо что?! — выдохнула я нетерпеливо, подаваясь навстречу, гадая, чем именно может быть этот Элибриум, и как много Норт о нем знает.

Сердце забилось в сладком предвкушении, вот-вот и я тоже узнаю… Горячее желание выведать, наконец, всё, что я давно хотела, захлестнуло меня с головой. Я впитывала малейший жест, мельчайшую эмоцию, не отрывая жадного взгляда от его лица. Сама не замечая как, я снова оказалась ближе, чем хотелось бы. И Норт, не теряя возможности, обвил руками мою талию. На данный момент мне было наплевать, лишь бы он уже рассказал хоть что-то…

Мужчина склонился ближе, к самым моим губам, обдавая ароматом кофе и пряного парфюма.

— …Либо нужно её поцеловать.

И его губы снова коснулись моих. Фоном где-то требовательно затрезвонил телефон, но никто не обратил на это ни малейшего внимания. Меня накрыл легкий ступор, и я застыла на месте, как вкопанная. И что всё это значит? Очередная попытка заговорить мне зубы, или же нечто большее? Но в ответ на чужие прикосновения внутри снова запульсировало непрошенное пламя. Руки задрожали, и я сжала ладони в кулаки. Да что со мной такое? В легком шоке от своей реакции, глубоко вздохнув, чтобы прийти в себя, я уперлась руками в его грудь, борясь с разочарованием. Ну уж нет! Хватит с меня этих игр!

Дождь разошелся вовсю, долбя в окна так, словно желая их разбить вдребезги, и за этим шумом я совершенно не расслышала ни чужих шагов, ни звука распахнувшейся двери.

— Я был о тебе лучшего мнения, Элль, — внезапным раскатом грома раздалось от входа справа от нас.

Мы с Нортом почти синхронно повернулись, чтобы увидеть на пороге промокшего до нитки Лекса. С его голого торса и шорт стекала вода, образовывая лужу на светлом паркете. Взгляд мужчины был крайне мрачен.

Мой рот приоткрылся от неожиданности, а Норт среагировал первым. Приобняв меня за талию, он нахально улыбнулся:

— Мы никого не ждали, прости. А я совсем забыл запереть дверь.

Я перевела на него изумленный взгляд:

— Так это всё ты?

Тот недоуменно моргнул:

— Что всё я?

Ответом нам был стук захлопнувшейся за Лексом двери. Я едва не зарычала. Вырвавшись из чужих рук, я схватила Норта за футболку, и как следует тряхнула.

— Расскажи мне всё, сейчас!

Бежать за Лексом и переубеждать его в увиденном смысла не было. Мужчина с самого начала был обо мне не самого лучшего мнения. Куда важнее на данный момент было вытрясти из его брата хоть какую-либо полезную информацию. И очень хотелось надеяться, что выбор был сделан верно. Я была крайне рада, что Лекс был в порядке, хоть эта неприятная сцена и оставила внутри меня острую горечь и досадное разочарование. Я поговорю с ним потом, если он, конечно, этого захочет. Но, кажется, после его ухода что-то во мне раскололось напополам. Глаза вдруг наполнились обидными слезами.

Норт же довольно улыбнулся, фиксируя мои запястья в своих ладонях.

— Всё что угодно, золотце моё.

Я только фыркнула, выпуская из рук его одежду. Мужчина неспешно вернулся к дивану, и со вздохом опустился на сиденье, расслабленно раскинув руки на его спинке.

— С чего бы начать, — поддразнил он, окидывая меня игривым взглядом с ног до головы.

— С начала! — едва не рявкнула я, сжимая зубы, поэтому вышло глухо, но вполне убедительно. На место недавнего пламени пришло раздражение, которое я справедливо направила на сидящего напротив. Внезапное появление Лекса как-то мгновенно вымело из меня всё хорошее, что только было, оставив один негатив. Хотелось рвать и метать, а еще плакать. Но никак не бежать за ним. Никогда не буду бегать за мужчиной... Даже таким, как Лекс. Таким чудесным и желанным... Я подавила невольный всхлип.

Норт негромко рассмеялся, и наконец то внял просьбе.

— Сначала скажи, как тебе нравится мой дом?

И тут я не выдержала. Гнев внутри меня забурлил ядовитым кипятком, который захотелось выплеснуть на одного ухмыляющегося нахала. Что я тут же и сделала.

— Знаешь что?! — воскликнула я, вскинувшись, уперев руки в бока, и тяжело дыша от еле сдерживаемой злости, — не кажется ли тебе, что ты позволяешь себе слишком многое, м-м? Не перегибаешь ли ты, Норт? Кем ты вообще себя возомнил, что можешь издеваться над людьми, манипулировать, изводить, и вот так при этом ухмыляться? Что, разве определенные должности подразумевают подобное поведение?

Тот слегка нахмурился, его усмешка помрачнела, но это меня не остановило. Я распалялась с каждой секундой все сильней, совсем позабыв про тормоза.

— И с чего ты взял что можешь целовать кого бы то ни было без спроса?! Или спасать? Я, к твоему сведению, ни в чем из этого не нуждаюсь! Нужно спрашивать заранее, Норт! Иначе это выглядит как навязывание!

Больше меня здесь ничего не держало. Я не желала оставаться тут ни на минуту дольше, чтобы лицезреть эту самодовольную усмешку, и терпеть чужие руки на своей талии. С меня довольно! Я резко развернулась и зашагала к двери. Плевать на дождь! Где наше не пропадало. Собственная гордость куда дороже.

Я с силой распахнула дверь на себя, но та тут же захлопнулась обратно, подчинившись куда более сильной руке.

Норт стоял рядом, его губы были сжаты в полоску, а брови сердито нахмурены.

— Я расскажу тебе все, что пожелаешь, — глухо проговорил он.

Поздно! Мое настроение поменялось, как местная погода, и теперь я не склонна к компромиссам.

— Мне ничего не нужно, просто дай мне уйти! — я снова взялась за ручку двери.

Он молча мотнул головой, продолжая упрямо держать ладонь на дверном полотне.

— Почему, Норт? Зачем ты это делаешь?

И я застыла в ожидании ответа, глядя прямо перед собой, не желая встречаться с ним взглядом. Он молчал, и внезапно я осознала, что его ответ может сказать о многом. Если он ответит.

— Ты фея, Элль, — прошептал он еле слышно.

Я бы могла удивиться, если бы слышала это впервые, так что настал мой черед усмехаться.

— И?

Кажется, моя теория оказалась верна, но отчего-то это совсем не радовало.

— Ты волшебная, прекрасная и необыкновенная… И я хочу, чтобы ты была рядом и украшала мою жизнь.

Я недоверчиво вскинула на него взгляд.

— Как что? Одно из свидетельств твоего статуса?

— Как моя женщина, — ответил он серьезно, без тени прежней насмешки, — я никогда в жизни не хотел кого-либо так сильно, как тебя, Элль.

Я сглотнула, чувствуя, как по спине поползли щекотные мурашки. Останься я сейчас с ним, и всё, пропала... В его словах не было ни намека на возвышенные чувства. Лишь вполне приземленное желание. Ну что ж.

Тишина, наполненная невнятным шепотом дождя, стала невыносимой, и молчать дольше стало просто невозможно.

— Дай мне уйти.

— Я подвезу, — процедил он сквозь зубы спустя пару тяжелых биений сердца, но я отрицательно мотнула головой, и тогда, после секундной заминки, дверь распахнулась. Я невольно поежилась, прогоняя непрошенную дрожь, и упрямо шагнула под дождь.

Не знаю, как долго я шлепала по мокрой траве, обнимая себя руками, и не зная, куда, собственно, направляюсь. По макушке без передышки долбили упрямые капли, промочившие меня до нитки буквально за пару минут. На мое счастье, что этот дождь был теплым. И это было единственной положительной вещью за последние часы.

Что ж… эта поездка определенно удалась. Буквально за несколько дней я умудрилась испортить отношения с обоими братьями Дега, и узнать… А что я, собственно, узнала про себя? Буквально ничего, какие-то незначительные обрывки. Светящееся озеро, камень из таинственного Элибриума, золотистая ткань из сундука Катарины… И как связать всё это воедино, я не имела ни малейшего понятия.

Лишь одно за сегодня я поняла наверняка. То, что один из братьев Дега стал мне глубоко неберазличен.