Презренная для Инквизитора, или Побоксируем, Дракон!

Глава 11 Неожиданно приятная роль

Леомир…

Леомир стоял у дверного проема, наблюдая за ведьмой. Он до сих пор пытался осмыслить произошедшее. Всё шло не так, как он предполагал. Барьер из освященных свечей, установленный им с особой тщательностью, ведьма даже не заметила! Просто прошла сквозь него, словно она — утренний туман…

Это невозможно…

Его мысли были подобны всполохам молний, беспорядочно сверкающих в голове.

Девушка сидела в кресле, беспечно глядя в окно, как будто была не в заточении, а где-то на отдыхе.

Сжав зубы, Леомир выпрямился. Его рука потянулась к кольцу, контролирующему печать подчинения. Легкое прикосновение к большому красному камню немного успокоило его. Он мог активировать печать в любой момент, заставив ведьму упасть на колени, ползать у него в ногах, делать что угодно, но… не сделал этого.

Однако его абсолютная уверенность пошатнулась. Насколько она могущественна? Что она может ещё? О Боже! Кажется, в нем появился интерес. Он ненавидел это чувство, но никак не мог отогнать.

— Встань! — процедил инквизитор, едва сдерживая чувства.

Его обуревал гнев, но, пожалуй, в этот момент именно на самого себя.

Ведьма повернулась к нему лицом, в ее глазах сверкнуло недовольство. Но она подчинилась и легко поднялась на ноги.

Инквизитор шагнул к ней и, не отводя взгляда от ее глаз, надел на запястье широкий браслет. Этот артефакт был разработан для поимки самых опасных созданий. Сила браслета на корню подавляла любую магию, сковывая нечисть до состояния камня. Чаще всего ведьмы, которых сковывали таким образом, чахли за два дня. Им нужна была подпитка, а без нее они быстро умирали, превращаясь в прах.

Правда, таких артефактов во всём королевстве было только два — у Его Величества и у Леомира. Они остались от древних, и воссоздать подобные никому до сих пор не удавалось.

Ведьма поморщилась. Она приподняла руку, рассматривая браслет.

— Тяжелый, — недовольно пробормотала она, плюхнулась обратно в кресло и, потянувшись к хлебу, беззаботно укусила его.

Леомир замер, ошарашенно разглядывая эту невероятную сцену. Ведьма должна была почувствовать мощь браслета сразу же, как он коснулся ее кожи, должна была упасть в изнеможении и едва дышать. Вместо этого она начала нагло есть его завтрак.

Инквизитор сжал руку с кольцом так сильно, что костяшки пальцев побелели, но активировать печать подчинения всё-так не стал. Раньше Леомир думал, что именно Кассандра была воплощением богини демонов, но он ошибся. Кассандра — трехлетний ребенок по сравнению с этим монстром.

Наставник был прав, — мелькнула мысль в разуме инквизитора: — Мне теперь интересно, кто она такая и откуда взялась…

Но, о Боже, этот интерес был безумно опасен!

Сжав кулаки посильнее, Леомир выдохнул. Он не поддастся ее чарам. Он воспользуется ее силой, а потом просто убьет, как и её могущественную предшественницу…

Решив так, инквизитор немного расслабился, хотя до истинного спокойствия ему было ещё очень далеко…

Я сидела в кресле, несколько удивленная поведением Леомира. Во-первых, он не орал, не угрожал и никак не проявил недовольства, когда обнаружил меня в своем кабинете. Просто вывел прочь, отвел обратно в свою спальню, усадил в кресло и исчез на несколько минут, оставив меня в полном смятении.

Вернулся напряженным, неся в руках браслет. Когда это украшение заблестело рубинами и алмазами, у меня просто отпала челюсть.

Какая красота! Мне еще никогда не приходилось видеть такую ценность столь близко. Камни переливались на свету, их магическая красота завораживала.

На мгновение я забыла, что нахожусь в заточении и что передо мной стоит страшный палач, который может меня убить при желании.

— Встань, — приказал он.

Я встала, продолжая любоваться ярким блеском камней, а он взял и надел мне браслет на руку. Я почти обрадовалась, пока не чувствовала, какой он тяжелый. Руку буквально потянуло вниз.

— Что за булыжник⁇! Тяжелый… — пробормотала я, пытаясь пошевелить рукой.

Леомир ничего не ответил, только смотрел на меня с таким выражением, будто ожидал увидеть что-то невероятное. Я лишь нахмурилась и плюхнулась обратно в кресло. Мысленно проворчав о том, что всё это мне порядком надоело, я решила подкрепиться. Схватила со стола хлеб и начала жевать, стараясь не смотреть в сторону Леомира.

Рука немного ныла от дискомфорта, но постепенно это ощущение прошло. Покончив с одним куском хлеба, я схватила другой. Ага, кажется, на нем что-то намазано. Джем или что-то подобное. Отлично!

Отвлекшись на еду, я успокоилась. Леомир стоял рядом, сверля меня взглядом. Что он еще удумал? Наконец, мне это надоело, и я снова посмотрела на него.

— Ты хочешь что-то сказать? — спросила я, принимая бровь.

Инквизитор нахмурился или… просто скрыл свои истинные эмоции под маской недовольства.

— Сегодня отправишься со мной работать! — наконец буркнул он, раздраженно глядя мне в глаза. — Можешь доесть всё это! — небрежно махнул он рукой в сторону стола, где стояло несколько тарелок с едой помимо хлеба. После этого блондин, тряхнув своей шикарной золотой гривой, грациозно развернулся и направился к выходу.

Когда я осталась одна, то облегченно выдохнула. Присутствие Леомира страшно давило, вызывая непреодолимое желание бежать от него как можно дальше.

Придвинув к себе тарелки, начала есть, хотя ощущения в душе были гадкими. Осталось ощущение, будто мне, как собаке, бросили обглоданную кость. Наверное, всё дело в презрительном тоне.

Ладно, плевать, мне нужны силы, чтобы магия работала!

Насытившись, я откинулась в кресле и блаженно закрыла глаза.

Так-то лучше. Если б не эта дурацкая печать подчинения, я бы уже была далеко от дома. Надо бы разузнать, как избавиться от нее.

Минут через пятнадцать дверь спальни открылась, и на пороге появились две служанки. Их статус я сразу поняла по стандартному для всех служащих облачению: обе были одеты в длинные серые платья с белыми передниками.

Девушки были высокими. Одна выглядела худощавой, другая плотной и дородной. Они смотрели на меня так угрюмо, будто я им что-то должна, и они пришли это что-то забрать.

Я поднялась с кресла, напрягшись. Рыжеволосая толстушка с лицом, усыпанным веснушками, шагнула ко мне навстречу и презрительно бросила:

— Раздевайся, ведьма!

У меня вытянулось лицо. Вот это наглость! В руках служанка держала сверток с одеждой, но слушаться после такого обращения я не собиралась. Едва успела открыть рот, чтобы ответить что-нибудь колкое, как рыжая добавила:

— И не вздумай колдовать! — она раздраженно сжала губы. — У нас чеснок есть!

Она с гордостью выпятила выдающуюся грудь, и только теперь я заметила, что на шеях обоих девушек болтались «ожерелья» из мелких головок чеснока.

Что? Я им вампир, что ли?

И вдруг меня осенило. Ах вот почему Леомир вчера так напрягся, когда я трогала чеснок! Они действительно думают, что он пугает ведьм???

Я заржала, аки конь, запрокинув назад голову. Служанки вздрогнули и попятились, как будто ожидая нападения.

Кажется, мне нравится иметь репутацию могущественной колдуньи, внушающей страх всем вокруг.

Интересно, что с ними произойдет, если я съем на завтрак пару зубков чеснока?

Видя, что я медлю, рыжая служанка выпятила челюсть вперед, чтобы выглядеть более устрашающе, и добавила:

— Давай, ведьма, не зли нас!

Я широко улыбнулась, ощущающая азарт.

— Ой, боюсь, боюсь! — протянула с нарочитым весельем.

Мой взгляд скользнул к подносу с едой. На нём, как и вчера, лежала очищенная головка чеснока. Я хохотнула и быстро отломила зубок.

— Ну что ж, приятного аппетита, дамочки!

С притворным наслаждением откусила кусочек и начала жевать. Во рту сразу страшно запекло, но ради представления я стойко выдержала эту пытку.

Служанки завизжали. Та, что постройнее, метнулась к выходу, что аж пятки засверкали. А рыжая толстушка осталась на месте, ошеломлённо открыв рот. Ее руки, державшие свёрток с одеждой, неистово затряслись.

Я заставила себя проглотить кусок чеснока и даже ухмыльнулась сквозь жгучую боль. Главное — не поморщиться, иначе весь эффект будет насмарку.

— Вот так-то, — проговорила я, нарочито спокойно облизав губы, будто мне понравилось. — Чеснок действительно отменный. Может… тебя угостить? Ах да, у тебя же своего навалом…

Толстушка что-то пролепетала, ее лицо побелело от страха, и она резко отступила к двери, забыв о свёртке. Через мгновение она тоже испарилась из комнаты, хлопнув дверью так, что стены задрожали.

Я расхохоталась, чувствуя себя как никогда триумфально.

Что ж, это было весело.

Я схватила со стола чашу с водой, сделала пару глотков и выдохнула с облегчением. В горле ещё жгло от чеснока, но я улыбнулась: похоже всё прошло идеально.

Встала и развернула сверток.

— А инквизитор не промах, — пробормотала себе под нос, разглядывая платье.

Наряд был просто великолепен. На кромке рукавов, по подолу и на лифе поблескивали крошечные камешки, похожие на рассыпанные звёзды. Неужели снова драгоценности? Всё сверкало и переливалось, как будто платье предназначалось для принцессы, а не для пленницы.

Правда, фасон был… строгим, мягко говоря. Высокий воротник-стойка, полностью закрытая грудь, рукава — узкие и длинные, подол тянулся в пол, не оставляя и намёка на свободу движения. В таком наряде боксировать однозначно неудобно…

Интересно, зачем Леомиру одевать меня так дорого? Неужели это часть какого-то хитроумного плана?

Ах да, кажется, догадываюсь. В таком наряде я буду выглядеть пристойно. Наверное, наш господин инквизитор не хочет опозориться перед теми, кто нас увидит. Если явится с ведьмой в грязных обносках, не видать ему почёта.

Пальцы ловко расшнуровали то безобразие, в котором я до этого ходила. Мятая грязная ткань легко скользнула с плеч, упав на пол. Под платьем обнаружились только панталоны.

Как же хочется помыться! Оглядевшись, нашла кувшин с водой, стоящий на тумбочке в углу, и пару тряпок. Намочив тряпку, начала обтираться. Вода оказалась прохладной и приятно взбодрила, в голове прояснилось.

Закончив с этим, я натянула платье, оставленное служанкой, и зашнуровала его впереди. На полу нашлись туфли-лодочки, которым я несказанно обрадовалась.

Всё оказалось предельно просто. Начала оглядываться в поисках зеркала.

Оно нашлось в гардеробной. Подойдя ближе, я ошеломленно замерла.

— Боже, это же я! — вырвалось у меня. И действительно, лицо было абсолютно мое. Но вот волосы… Они тянулись почти до пояса — темные, густые, с лёгкими завитками на концах. Никогда не думала, что мне будет так красиво.

До этого я носила только короткую стрижку, чтобы ничего не мешало занятиям спортом.

— Что ж, господин инквизитор, раз уж ты меня поработил, придется позаимствовать твой гребень, — усмехнулась я и потянулась к полке под зеркалом.

Волосы были мягкими и почти чистыми. Несколько раз проведя по ним гребнем, я обнаружила, что они уложились красивыми локонами. Идеально! Так как заколки или резинки под рукой не оказалось, то я решил оставить волосы распущенными. Кончики завились еще сильнее, придав прическе весьма эффектный вид.

Я склонила голову набок, разглядывая свое отражение.

— Кажется, теперь я выгляжу мягче и женственнее. Когда вернусь домой, обязательно отращу, — тихо пробормотала я и… приуныла.

А вернусь ли?

Эта мысль заставила сердце сжаться. Ощущение радости от преображения тут же улетучилось, оставив после себя пустоту.

А вдруг я здесь навсегда? Стало страшно.

Глубоко вздохнула, пытаясь отогнать тяжёлые мысли, и провела рукой по волосам. Густые локоны скользнули между пальцами, мягко касаясь кожи.

— Что ж, пока я здесь, стоит держать голову высоко, — наставительно сказала своему отражению. — Не для того же я изображаю великую колдунью, чтобы выглядеть жалкой?

Решимость вернулась. Я поправила шнуровку на платье, в последний раз взглянула на свое отражение и твёрдым шагом вышла из гардеробной.

Интересно, чем инквизитор удивит меня на этот раз?

Символ мягко полыхнул на коже, как бы говоря: не бойся, мы справимся!

Что ж, поколдуем, дружок!