Презренная для Инквизитора, или Побоксируем, Дракон!

Глава 45 Признание и

Мы летели всё выше и выше, и вскоре огни города окончательно исчезли, уступив место темным холмам.

— Ты… вернулся за мной? — наконец произнесла я, хотя голос был слабым и дрожал.

Леомир не ответил. Он продолжал работать огромными крыльями и держал меня крепко-крепко. Вскоре он начал снижаться и в конце концов приземлился на небольшом утёсе скалы. Тишина здесь казалась почти сказочной, а ночной воздух пах свежестью и травами.

Отпустил меня, и я непроизвольно отстранилась на пару шагов назад.

Прижала руку к груди, пытаясь успокоить безумно колотящееся сердце. Даже глаза прикрыла, почувствовав неожиданное головокружение. Когда же снова открыла их, то увидела, что передо мной снова стоит обычный человек, без крыльев. Его волосы разметались по плечам, обнаженная грудь тяжело вздымалась. Правда, глаза всё ещё горели звериным огнём.

— Елена! — его голос прозвучал хрипло. — Ты должна кое-что узнать…

Я трепетно ждала продолжения, не в силах вымолвить ни слова, только кивнула.

Леомир сделал шаг вперёд.

— Я долго думал обо всём, что между нами происходит: о своей жизни, о себе, о тебе, о нашей встрече. Мне было очень трудно. Честно говоря, вся жизнь показалась пустой, отвратительной. Я отчаянно хотел избавиться от этой связи, но… не смог. Противился ей, бунтовал, спорил с высшими силами и убегал от самого себя, но… проиграл.

«Значит, вот почему связь между нами в последние дни угасала! — догадалась я. — Леомир хотел ее уничтожить…»

Честно говоря, стало немножко обидно. Как я и подозревала, Леомир ужасно тяготился тем, что между нами происходило.

— Я не собираюсь чего-то от тебя требовать, — начала я, прерывая его, но он резко поднял вверх руку, заставляя меня замолчать.

— Не спеши. Я не договорил. Повторюсь, мне было очень трудно. Трудно разобраться в том, как теперь жить. Но я разобрался.

Он сделал паузу, и в этот момент я ощутила, что его волнение усиливается. Да, связь между нами снова стала укрепляться.

— Елена, ты моя истинная пара. Такое чудо происходит далеко не со всеми, но это считается благословением нашего мира. Я не знаю, известно ли тебе об этом. Ведь ты пришла с другой земли. Но знай, это благословение, и я не хочу им пренебрегать. Наоборот, желаю ценить его от всего сердца…

Я изумлённо приподняла брови.

Он что, собирается потакать этой связи с его-то обетами?

— Расскажи мне об этой истинности, — попросила я, пытаясь утихомирить своё сердце.

— Это связь между людьми, — начал Леомир, — и не людьми. Она даётся высшими силами как проявление величайшей благодати. В таком союзе рождаются самые сильные дети, самые талантливые и могущественные. Если бы наш мир состоял только из слабых крестьян, он не смог бы развиваться. Нашему миру нужна сила, нужны яркие способности, магия. Именно поэтому подобная связь очень ценна.

Однако его лицо вдруг стало печальным.

— Но несмотря на то, что я принял эту связь, очень уважаю её и благодарю за неё, исполнить своё предназначение до конца я… не смогу.

Моё лицо вытянулось.

— И что же это значит? — уточнила осторожно.

Леомир не сразу ответил, а просто смотрел мне в глаза с какой-то невероятной тоской.

— Прости меня, — произнёс он вдруг. — Прости, что я не смогу дать тебе того, что принадлежит тебе по праву. Я не смогу дать тебе себя! Только моё уважение, моё почтение будут твоими. Но свои обеты, данные Ордену, я нарушить не могу…

Это признание заставило меня ошеломлённо выдохнуть.

После заявления Леомира я, признаюсь, почувствовала дикую тоску. Значит, он так ни на что и не решился. Соблюдает верность этому глупому Ордену, хотя это всего лишь выдумки людей.

Было горько, но, с другой стороны, я даже его понимала. Он до сих пор считал меня ведьмой. Ему на голову упала эта связь. У него в жизни были личные принципы, которые были для него важны, и пожертвовать ими вот так просто было бы фактически невозможно.

И всё же на душе стало жутко тоскливо, хотя показывать эту тоску я не собиралась.

Яркую пульсацию символа на своей руке я от Леомира больше не скрывала. Конечно, признаваться в том, что этот символ принадлежал к Кассандре, я не хотела. Зачем? Это не имеет значения. Но и прятаться больше я не буду.

— Твоя магия… — начал Леомир, нарушая затянувшуюся тишину. Его голос звучал чуть хрипло, но мягко, — я заметил, что она возвращается. Вначале её в тебе было очень много, а потом она угасла.

— Да, — призналась я, удивлённо разглядывая его лицо в полумраке ночи. Оказывается, он очень внимательный. — Так и есть. Я до конца не могу объяснить, отчего такие перепады. Но в последнее время моя магия снова укрепилась, и я могу ею управлять.

Леомир посмотрел на меня так, будто я сказала что-то неприятное.

— Значит, ты снова попытаешься сбежать от меня? — спросил он вдруг.

Я хмыкнула.

— Не убегу, если не прогонишь.

И вдруг он улыбнулся. Кажется, к нему начало возвращаться хорошее расположение духа.

— Не прогоню. Никогда.

Можно было бы почувствовать бабочки в животе от таких слов, если бы я не знала, что за ними стоит просто предложение дружбы. Правда, в тот же миг лицо Леомира снова помрачнело, будто он опять принялся бороться со своей внутренней болью.

Я решила перевести тему.

— Так ты уже можешь полноценно превращаться в дракона? — спросила я, нарушая тишину.

Леомир поднял взгляд.

— Раньше изменялись глаза, появлялась чешуя и сила зверя, а теперь я могу отрастить крылья и спрятать их по своему желанию. Мне казалось, что я утратил эту способность ещё в детстве. Но с недавних пор что-то во мне изменилось. Теперь я могу летать. Однако остальная трансформация мне недоступна.

— А хочешь, я попробую помочь тебе? — предложила я, чувствуя небывалое воодушевление. Ведь мой символ однозначно особенным образом реагировал на Леомира. Более того, я чувствовала, что изменения в Леомире произошли именно благодаря нашей связи.

Точно! Я вспомнила, что символ особенным образом возродился во мне, когда Леомир признал во мне истинную пару!

Значит… связь истинности делает нас сильнее???

А что, если я смогла бы воздействовать на него своей магией и помочь ему? Мне просто отчаянно хотелось выразить чувства, которые клокотали внутри. И если мы не можем быть вместе, как мужчина и женщина, то, может быть, мы действительно станем хотя бы друзьями?

Леомир посмотрел на меня удивлённо.

— Я согласен, — ответил он осторожно. — Но что ты будешь делать?

Я улыбнулась.

— Доверься мне и просто закрой глаза.

Он кивнул и послушался. Я же встала на ноги, обошла его, опустилась на колени за его спиной и аккуратно положила руки на его обнажённые плечи.

Действовала интуитивно, словно чувствовала, что нужно поступить именно так. Но от моих прикосновений Леомир отчаянно вздрогнул. В тот же миг во мне вспыхнуло ответное влечение. Горячее и страстное…

Значит, прикосновения тоже табу?

Стало обидно, горько. А Леомир вдруг накрыл мои пальцы своими руками.

— Прости меня, Елена. Мой выбор будет трудным для нас обоих. Мне жаль. Знаешь, я могу пообещать тебе только одно: если я увижу, что мои обеты и обещания Ордену потеряют смысл, я откажусь от них. И тогда, возможно, если ты захочешь, я предложу тебе стать моей парой по-настоящему…

Ошеломлённая этим признанием, я не смогла вымолвить ни слова. Но сердце беззвучно кричало: Да, да будет так!

Я найду способ разоблачить испорченность храмовников и освободить Леомира от ненужных оков…