Салли Лэннинг Шпаргалка для невесты

1

Под колесами темно-синего «феррари» заскрипел гравий, и Картер был вынужден сбавить скорость. Он гнал машину не только потому, что опаздывал, — его снедало волнение. В пятницу вечером, когда он мог бы отправиться в гольф-клуб или, к примеру, пойти в ресторан с новой подружкой, он направлялся в одно из немногих мест, где ему точно не будут рады, где его даже не ждут.

До причала оставалось еще с четверть мили. Картер опоздал на катер и рассчитывал, что найдет откуда позвонить Дональду, чтобы тот приехал за ним специально. Картер знал, что, как только он окажется на острове, его будет не так-то легко вышвырнуть, а если кто-то все же попытается, он сумеет за себя постоять.

Картер немного опустил стекло, и в салон ворвался свежий воздух, пахнущий океаном. Он вдохнул полной грудью и вдруг снова почувствовал себя мальчишкой, карабкающимся по прибрежным скалам острова. Тогда он был счастлив, чувствовал себя в безопасности и даже не догадывался о том, что ждет его впереди. Картер вздохнул. Ему предстояло встретиться после долгой разлуки не только с родней, но и с островом, и он не мог бы сказать с уверенностью, какая из этих встреч чревата большей душевной болью.

Пейдж вышла из машины и с наслаждением вдохнула солоноватый ветер. О бревенчатые сваи дощатого причала плескалась вода. Пользуясь тем, что на частном причале Блэкморов никого, кроме нее, не было, Пейдж сбросила босоножки и села прямо на доски, свесив ноги. Волна лизнула ее босые ступни, и Пейдж взвизгнула от неожиданности: вода оказалась на удивление холодной.

Днем Пейдж задержалась на работе, выехала из города позже, чем следовало, и в результате прибыла на этот пустынный берег с опозданием. Катер, который должен был отвезти ее и нескольких приглашенных официантов на остров Таонге — частное владение Блэкморов — уже ушел и теперь должен был вернуться специально за ней. Пейдж не испытывала по этому поводу угрызений совести, в данный момент она гадала, есть ли на острове плавательный бассейн с подогревом. Она надеялась, что есть. Стивен Блэкмор, приглашая ее на прием по случаю шестидесятилетия своего отца, ясно дал понять, что его отец очень богат. Впрочем, об этом можно было догадаться, как-никак человеку принадлежит целый остров.

Пейдж вздохнула. Стивен хорош собой, обаятелен и любитель развлечься, а это означало, что рано или поздно ей придется дать ему от ворот поворот. Ее любовь к приключениям не распространялась на секс, однако она считала, что ничего страшного не случится, если она проведет один уик-энд со Стивеном в окружении его родни.

Сквозь шум прибоя и шорох ветра в верхушках сосен пробился какой-то новый, посторонний звук. Пейдж прислушалась и удивленно оглянулась. Неужели машина? Дональд, капитан катера, вполне определенно высказался, что в пятницу вечером других гостей, кроме нее, не ожидается.

Шуршание покрышек по гравию становилось все отчетливее. Пейдж нахмурилась, недоумевая, кто может ехать по дороге, которая заканчивается тупиком, — разве что водитель направляется в коттедж, стоящий в полумиле от причала. Ей совершенно не хотелось общаться с кем бы то ни было, с куда большим удовольствием Пейдж подождала бы катер в одиночестве.


Дорога сделала поворот и стала подниматься на пологий холм. С верхней точки Картеру открылся вид на океан. Темно-бирюзовая вода и на ней — изумрудно-зеленое пятно острова в обрамлении белой пены прибоя. От неправдоподобной красоты пейзажа у Картера запершило в горле. Ностальгия, пресловутая тоска по дому. Одной из причин, по которой он в последние годы работал, как проклятый, было стремление заглушить эту острую тоску. Неожиданно Картер заметил на причале одинокую фигурку. Он недовольно нахмурился. Кого еще принесла нелегкая на причал в тот редкий момент, когда ему хочется побыть одному?

Подъехав ближе, он увидел, что это не девочка, а молодая женщина. На обочине дороги недалеко от причала стояла машина, на которой она, по-видимому, приехала. Картер тоже свернул на обочину, поставил «ферарри» за белым «мини» и пошел к причалу, размышляя, как половчее избавиться от нежелательного знакомства, а потом дойти до ближайшего коттеджа и позвонить оттуда Дональду.

Тем временем женщина встала. Солнце садилось за спиной у Картера, поэтому фигура женщины была залита розовато-золотистым светом, и у Картера не осталось никаких сомнений в том, что перед ним далеко не подросток, разве что короткую стрижку женщины можно было принять за подростковую, да и то лишь сзади. Лиф цветастого платья облегал высокую полную грудь, оставляя открытыми руки и плечи, расширявшаяся книзу юбка доходила до середины икр. Картер заметил, что босые ноги женщины блестят от воды. Короткая стильная стрижка и покрой платья выгодно подчеркивали ее стройную шею и выразительные черты лица. Волосы по цвету напоминали вересковый мед.

Картер понял, что перед ним настоящая красавица. Понял он и другое: что женщина рада видеть его ничуть не больше, чем он — ее. Взяв инициативу на себя — почему-то это раздосадовало Картера, — она холодно спросила:

— Вы заблудились? — Незнакомка окинула его быстрым взглядом, отметив и высокий рост, и линялые джинсы, и небрежно расстегнутую верхнюю пуговицу ворота спортивной рубашки. — Как видите, дорога кончается тупиком. Вероятно, вам нужно было свернуть налево в полумиле отсюда.

— Нет, я не заблудился, — немного резко ответил Картер, — а вот вы нарушаете границы частных владений. Этот причал — частная собственность и принадлежит владельцу острова Таонге.

— Именно туда я и направляюсь.

— Вот как? Может, вы перепутали время? Прием состоится только завтра.

— Ничего я не перепутала.

Незнакомка тоже заговорила чуть резче. Картер отметил, что у нее голубые глаза, причем довольно темные, почти синие. Глядя на женщину сверху вниз — она была на несколько дюймов ниже него, — Картер задавал себе вопрос, с какой стати он заинтересовался миниатюрной блондинкой с женственными формами, тогда как всегда питал слабость к худым высоким брюнеткам. И дело было не только во внешности, Картер предпочитал женщин, которые сразу выказывают свою заинтересованность, от этой же веяло арктическим холодом. К досаде своей, Картер поймал себя на мысли, что ему приходится делать над собой усилие, чтобы не опускать взгляд ниже лица и не пялиться на ее аппетитные округлости. Он приказал себе сосредоточиться и призвал на помощь свои хваленые аналитические способности.

— Попробую угадать. Вы приехали раньше других гостей, потому что вы девушка Стивена.

Она закусила губу.

— Как вы догадались?

— Стивен неравнодушен к хорошеньким мордашкам и соблазнительным фигуркам.

Она подозрительно прищурилась.

— Звучит как двойной комплимент, но у меня почему-то такое ощущение, что вы меня оскорбили.

Порыв ветра с моря прижал юбку к ногам женщины, а потом подхватил ее и задрал почти до талии. Пока она пыталась вернуть подол на положенное место, Картер неожиданно для себя услышал свой голос:

— У вас от природы такие волосы или это краска?

Бестактность вопроса поразила его самого, однако женщина его просто проигнорировала и в свою очередь спросила:

— Вы тоже собираетесь на Таонге?

— Да.

— С кем? Чей вы спутник?

— О, я сам по себе. — Картер улыбнулся одними губами. — Я ничей, иное противоречит моим принципам.

— В этом я с вами согласна, у меня такой же принцип.

— Сомневаюсь… если вы встречаетесь со Стивеном.

Едва заметный упор на слове «встречаетесь» заставил женщину покраснеть. Она открыла было рот, чтобы возразить, но промолчала. Картер издал короткий смешок.

— Я рад, что вы не спорите. Репутация Стивена хорошо известна.

— Вижу, можно не спрашивать, не друг ли вы Стивена. Ясно, что нет.

— Вы правы.

Пейдж услышала в его словах странную горечь и только тут заметила, что мужчина очень напряжен, так напряжен, что, казалось, в любую минуту может сорваться. Пейдж впервые пожалела, что причал находится на отшибе и до ближайшего жилья довольно далеко. Кроме всего прочего незнакомец двигался с хищной грацией тигра, и это тоже пугало. Пейдж, правда, владела кое-какими приемами самообороны, но она надеялась, что в данном случае ей не придется применить их на практике. Сделав над собой героическое усилие, Пейдж улыбнулась и протянула мужчине руку.

— Пейдж Кенсли.

Он с явной неохотой пожал ее руку и так быстро, как только позволяли приличия, произнес:

— Картер Блэкмор.

Пейдж нахмурилась.

— Вы кузен Стивена?

— Нет.

Лаконичность собеседника граничила с грубостью, и Пейдж решила не церемониться.

— Вот что, мистер Блэкмор, до того, как появились вы, мне было хорошо в одиночестве, да и вы, как я вижу, не в восторге от моей компании. Но нам придется вместе ждать катер и вместе добираться до острова, так что давайте постараемся вести себя любезно. Почему бы не поговорить о погоде, которая, кстати, сегодня просто великолепна?

Картер считал умение сглаживать острые углы своим достоинством, но почему-то сейчас это качество обернулось против него. Он опрометчиво заметил:

— Значит, вам нравится закат? О, вы еще не видели восход, когда солнце пробивается сквозь туман, лежащий над самой водой…

— Значит, вы бывали здесь раньше? — позволила себе полюбопытствовать Пейдж. — Странно, что ваши родственники не знают о вашем приезде. Дональд сказал, что сегодня, кроме меня, других гостей не будет.

Они не знают, потому что я им не сказал, подумал Картер, но вслух сказал:

— Наверное, кто-то что-то напутал.

Пейдж сразу поняла, что обманщик из него никудышный. Она недоумевала, чего ради он вообще взял на себя труд обманывать совершенно незнакомого человека.

— Вы часто бываете на Таонге? — задала она следующий вопрос.

— Не был несколько лет. Как вы познакомились со Стивеном?

— Через общих знакомых. У нас было всего несколько свиданий, но мне давно хотелось побывать на этих островах, так что, признаюсь, когда он пригласил меня на выходные, я с радостью ухватилась за эту возможность.

— Значит, вы со Стивеном не любовники?

Картер чуть не подпрыгнул от неожиданности, услышав собственный голос. За последние пять минут он удивлял самого себя уже во второй раз.

Его вопрос повис в воздухе. После затянувшейся паузы Пейдж ледяным тоном заметила:

— Вы ведь не это хотели спросить?

Картер с досадой отметил, что она умна, даже слишком.

— Вы правы, вопрос бестактный. Я хотел спросить: у вас от природы такой цвет волос или вы их красите?

— Час от часу не легче! Какое вам дело до цвета моих волос?

— Я интересуюсь из праздного любопытства.

— Сдается мне, что праздное любопытство — не ваш стиль, — сухо возразила Пейдж. — Если вы не кузен Стивена, то кем вы ему приходитесь?

Картер прищурился.

— А что, если я его старший брат?

Пейдж фыркнула.

— Ну да, а я тогда английская королева. Стивен никогда не говорил, что у него есть брат.

— Не сомневаюсь. Так вы мне скажете, какого цвета ваши волосы на самом деле?

Пейдж задумчиво посмотрела на странного собеседника. Она знала, что необычный цвет волос — выигрышная особенность ее внешности. Кроме того, у нее неплохая фигура, но ее женственные формы так часто привлекали нежелательное внимание мужчин, превращая их в похотливых идиотов, что Пейдж привыкла воспринимать свое телосложение скорее как недостаток нежели достоинство.

Она вздохнула и сдалась:

— Тот цвет волос, который вы видите, достался мне от природы. Знаете, некоторые считают меня упрямой, но до вас мне далеко.

Картер улыбнулся, и улыбка совершенно преобразила его лицо. Прямой нос, четко очерченные губы, волевой подбородок с продолговатой ямочкой остались, разумеется, теми же самыми, что были секунду назад, но улыбка словно озарила его лицо внутренним светом, оно стало еще более привлекательным и невероятно, вызывающе сексуальным. Вот она, энергия мужественности, подумала ошеломленная Пейдж. Она почувствовала воздействие этой энергии и на себе, да так ощутимо, как будто Картер ее обнял. Невольно попятившись, она пробормотала с придыханием:

— За последние несколько лет я встречала много привлекательных мужчин, но вы, должна признать, обошли их всех.

Длинные ресницы Картера затрепетали, он с иронией заметил:

— Удачная реплика. Что дальше? Вы спросите мой номер телефона? Стивену бы это не понравилось.

— Только не говорите, что вам не приходится отбиваться от женщин, все равно не поверю.

— Не скажу, я от них отбиваюсь. Как я уже сказал, я ничей.

Пейдж немного смягчилась.

— Я тоже, я не принадлежу никому, включая Стивена.

От улыбки Картера не осталось даже воспоминания. Он подозревал, что именно Стивен виноват в том, что в свое время его буквально выслали с острова. Возможно, именно поэтому его так раздражала мысль, что Пейдж Кенсли может быть любовницей его брата. Картер не понимал, почему это вообще его интересует, ведь он познакомился с этой женщиной всего несколько минут назад.

— Позвольте дать вам добрый совет. В эти выходные держитесь подальше от Стивена. Ради вашей же пользы.

Пейдж недоуменно заморгала. Внезапно ее осенило, и она медленно спросила:

— Вы его ненавидите?

— Нет, но мне бы не хотелось, чтобы вы попали под перекрестный огонь.

— Я не собираюсь… А вот и катер!

Картер быстро оглянулся, его крупная фигура заметно напряглась, Пейдж показалось, что он напрочь забыл о ее существовании. Казалось, Картер весь мобилизовался, готовясь к серьезному испытанию. Она не знала, что именно привело его сюда, но чувствовала, что это потребовало от него смелости и выдержки. Почему-то она не сомневалась, что и то, и другое у Картера имеется в достатке.

Пейдж посмотрела на его руки. Он так крепко сжал кулаки, что побелели пальцы. Она осторожно тронула его за локоть.

— Что-то не так? Не хотите рассказать мне в чем дело? Вдруг я могу помочь?

Собственная способность к сопереживанию уже не раз доставляла Пейдж неудобства, но это ее не остановило. Картер отвел взгляд от катера — того самого, на котором он шестнадцатилетним мальчишкой покинул остров, — и процедил ледяным тоном:

— Это не ваше дело.

Пейдж поморщилась и отдернула руку.

— Ладно, считайте, что я ни о чем не спрашивала.

Она развернулась так резко, что подол платья высоко взметнулся, и быстро пошла к дороге. Достав из багажника машины дорожную сумку, она встала спиной к Картеру и стала смотреть на сосны так, словно более увлекательного зрелища не было на свете.

Картер стиснул зубы. Он не нуждался ни в чьей помощи. Еще с тех пор, как его впервые изгнали с острова, а ему тогда было шесть, он привык полагаться только на себя, и ни одна женщина, будь она хоть трижды раскрасавица, этого не изменит.

Загрузка...