Сказка для Истинной (СИ)

Глава 34

Танец

Анита

— Здравствуйте, — поздоровалась я, увидев в дверях красивую блондинку с золотистым хвостом, которую сопровождал чёрный наг с полным безразличием на лице.

— Ой, какая же ты милая! — пропищала красавица, бросившись ко мне, чтобы заключить в объятья. — Ты уж прости, что я вот так сразу. Эмоции нахлынули, — сказала она, отпуская. — Меня зовут Атриш. Я мама Наэшара. И судя по твоим глазам, ты уже понимаешь, что к чему. Ну и отлично, разговор будет проще, чем ожидался.

— Что к чему? — глупо хлопнула я глазами.

— Ваша парность, — уточнила нагиня, заползая в гостиную и устраиваясь на низком диванчике. Меня же пригласила сесть напротив взмахом руки. Отказываться не стала. Мужчина же прополз на кухню и начал что-то так шуршать и звякать, отвлекая. — Не обращай внимания, мой муж просто хочет сделать нам чаю. Не откажешься?

— Не откажусь, — кивнула.

— Отлично. Так вот, — тут же перешла женщина к делу, — я понимаю, что мой сын будет кружить вокруг да около, не действуя напрямую, что очень затянет ваш момент сближения. А он важен, и мой мальчик так долго его ждал, что может всё испортить. Я этого не хочу, тебе это и подавно не надо. Так что, от всей материнской души прошу тебя, прими моего сына. Я даже согласна, что не мужем, а наложником, хотя бы на первое время. И готова содействовать в любой момент.

— Содействовать? — не поняла я.

— Обеспечить вам время и место на ритуал и соитие, — гордо ответила нагиня.

У меня не нашлось сил что-то ей ответить. Просто сидела и хлопала глазами, понимая, что по сути я сбежала от огня, попав тут же в полымя, и по сути ничего не изменила.

— Стесняться тут нечего, моя милая невестка, — усмехнулась золотохвостая змейка, поняв всё по-своему. — Я слышала, что у тебя уже есть подобный мужчина. Один из тех, с которыми ты пришла. Поверь, мой сын не хуже. Он сможет достойно обеспечивать тебя, его знания и навыки уникальны, как в профессии, так и в более интимных делах. Я и его отцы лично обучали его этим знаниям. Он сможет удовлетворить тебя во всех смыслах. Один или вместе с другими наложниками или, если это потребуется, мужьями. Мы — наги — открыты в плане близости и не имеем запретов. Разве что, правила. Одно из которых — это уединение при первой близости. Ну или по любой другой из следующих, если женщина пожелает.

Перед нами появился её муж, принёсший чай и поставивший его на низкий столик между нами. Женщина принялась за разлитие напитка. Даже мне налила и протянула. Я взяла, всё ещё прибывая в полушоковом состоянии, и отпила. Горячая и слегка пряная жидкость обожгла язык, зато очень хорошо прогрела в груди, приводя меня в себя.

— Не стоит стесняться сказанного, я просто не хочу, чтобы мой мальчик страдал, обретя долгожданную пару, — мило улыбнулась она мне и тоже отпила, при этом её глаза сверкнули золотом ярче обычного, после чего Атриш посмотрела на спокойного мужа. Тот ей кивнул, встал и вновь направился к кухне, но зачем-то свернул на лестницу на супружеское: — Рада, что ты согласен со мной. Анита, верно? — вернула она взгляд ко мне. — Наэш очень нежный мужчина, заботливый и умный, но также он сильный воин и опасный противник. Он будет цветком твоего гарема, как ты цветком его сердца. И не сердись на меня.

Едва она это сказала, как у меня перед глазами всё поплыло. Телу стало невыносимо жарко. Голова закружилась. А между ног засаднило.

— Что… вы… — только и смогла выдохнуть я.

— Всё хорошо, моя девочка, — пролепетала нагиня, подхватывая меня на руки и куда-то унося.

Перед глазами был калейдоскоп: сначала потолок дома, потом кружили небо и ветки деревьев, затем опять деревянный потолок, что резко сменился на каменный. Меня опустили на что-то мягкое, усадив и дав что-то выпить. Состояние почти сразу прошло, но не полностью, оставаясь томлением в низу живота, груди и голове.

— Что вы сделали? — спросила у хитрой женщины.

— Лишь ускорила процесс. Поверь, не желай ты моего сына, опоить тебя не получилось бы. Да и ты сама хочешь его. И тянуть нет смысла, верно? Сблизиться духовно сможете и после ритуала сближения. Он сейчас нужен и тебе, и ему, — очень серьёзно проговорила нагиня.

— С чего вы взяли? — скептически посмотрела на неё. Да, её сын мне очень понравился, зацепил почти с первого взгляда, но вытворять такое — это как-то неправильно.

— Уж поверь, я знаю. Чем дольше вы будете тянуть, тем опаснее будет становиться результат. Если сделать это черед четыре дня, то ты потеряешь сознание ещё во время действия, что плохо скажется и на моём мальчике, особенно его чувствах. Будет ходить весь понурый и виноватый, как побитый щенок. А если и вовсе через неделю, то боюсь, твоё тело просто не выдержит страсти, что будет копиться в нём всё этот время. Тем более ты — человек, у вас слабые тела. Лучше сейчас, когда вы только встретились и риск повредить тебе самый низкий. И я говорю и делаю это из искреннего желанию помочь. Поэтому и попросила простить меня. Ведь я мать, которая очень любит каждое своё дитя. И поверь, никто не осудит, ведь для нас это обычные реалии. А другие… они не смеют влиять на твою жизнь своими предрассудками, — гордо проговорила Атриш, и начала уползать из странной огромной каменной комнаты, где мы оказались. — Прошу мне поверить и пройти ритуал. Тебе ничего делать не придётся. Сын всё знает и сделает сам. Наслаждайся, — и ушла.

Будь моя воля, я бы тоже ушла. Но ноги были слабы и немного тряслись от возбуждения, охватывающего всё тело. Да и слава женщины слишком уж были похожи на правду. Если это не так, то я это выясню, и им всем не поздоровится. Особенно, Эрону и Дорену, давших меня забрать. Именно давших, ведь они легко могли всё это остановить.

Ещё я заметила, случайно опустив голову на босые ноги, что меня ещё и раздеть успели, поменяв мою одежду, на нечто полупрозрачное и едва держащееся на плечах. Волосы распустили, все украшения сняли. Даже нижнее бельё не оставили.

И вот такую относительно голую на огромном мягком ложе меня и нашёл наг, почти залетевший в эту каменную комнату. Воздух тут циркулировал хорошо, так что задохнуться от жара собственной похоти я не успела за пять минут уединения. Мужчина же говорить ничего не стал, только бросился ко мне.

«Что? Вот так сразу?» — подумала я как-то лениво и с притупившемся предвкушением. Я думала, что что-то до самого секса будет.

Но наг лишь сложил свой огромный хвост кольцом и перетащило меня на него, осматривая обеспокоенным взглядом с ног до головы. На нём был тоже воздушный и полупрозрачный костюм под восточный стиль танцовщиц. Даже весь украшен подвесками, бренчалками, цепочками, заколками из белого золота. Ткань, кстати, прикрывала только плечи, бёдра и нижнюю часть лица, делая и так красивого мужчину почти сказочным.

— Прости, я не думал, что семья решится на такое, — хрипло шептал он, хмуря брови.

— Они хотят как лучше, — зачем-то решила поддержать его.

— Знаю, но лучше от подобного не будет, — покачал наг головой. — Ты должна сама решиться на такое, принять меня в душе, дать мне шанс.

— Ну, судя по словам твоей матери, время ожидания только убьёт меня, ведь я человек, — решила не утаивать основную часть нашего разговора.

— У нас было время. Хотя бы дня три, — смущённо увёл он глаза в сторону. Ага, то есть мать змея не врала.

Хотя, чего я веду себя как девушка на выданье? Я взрослая женщина, которая хочет секса. И уже несколько дней подумывала, как бы уговорить Дорена на близкое общение. Сама себе не признавалась в этом, конечно, но мыслишки нет-нет да проскакивали. Видимо, женский цикл гормонов взял своё.

В своём мире у меня иногда банально не было времени на поиск мужчин для такого дела, справлялась быстренько сама в постели или в душе, и дальше жила до следующего взрыва хотелки. А тут и красавца подают, и тело просит, и подлитая настоечка — или что там было — и мозг заговаривает, мешая здравости докричаться до меня.

Сама не заметила, как потянулась к чуть припухлым, слегка мягким, но всё же идеальным губам, наплевав даже на ткань между нами. Наг умолк, перестав бубнеть, крепче прижал к себе всего на мгновение, а потом отсадил на ложе, сам же с него вскочил и отлетел на другой конец комнатки. И меня аж вырвался стон огорчения, пришлось прикусить губу, чтоб не вышло слишком громко.

— Сначала танец, — твёрдо проговорил Наэшар, обратно привлекая к себе моё внимание.

— Танец? — не поняла я. Он что, танцевать тут собрался в таком виде? Судя по серьёзному лицу — да.

— Ритуал принятия начинается с танца. Мужчина должен показать через танец свои силу и гибкость, выносливость и крепость, чтобы избранная половинка и боги увидели то, что он достоин. Этот танец танцуют мужчины для той, что выбрана, больше ни для кого, — ответил наг. — После танца ритуал с-скрепляетс-ся с-с-соитием, — тут его голос всё же дрогнул, переходя на змеиные нотки.

Откуда-то полилась музыка в стиле востока. Негромко забили ручные барабаны, затанцевали бубны, где-то вдали отозвалась дудка и что-то, что мне неизвестно из инструментов. Оно гулом, словно огромное сердце стучало, заставляя все остальные звуки сливаться в одну прекрасную, тянущуюся как нугу мелодию.

И тело нага пришло в движение.

Волны выписывал то торс, то руки, то огромный хвост, резко перехода в одной позиции в другую. Круги и восьмёрки бёдрами, зигзаги грудью, перекат мощными плечами, волна прессом, замысловатая фигура хвостом. Всё плавно, из одного положения в другое. Его тело было более чем единым целым.

Мышцы перекатывались, делая картинку не только общной, но и очень соблазнительной, как и каждое движение рук мужчины, особенно, когда они плыли вокруг или по телу. Движение головы, взгляды — всё играло свою роль в этом удивительном танце.

Я не знаю, сколько он длился, но я точно забыла обо всём. О том, где я и кто, почему тут и чем всё закончится. Были только музыка, прекрасный мужчина и его танец. А ещё мои давно пересохшие губы, что я то и дело облизывала, хотя во тру тоже пересохло. Нужно было попить, где-то я видела графин с водой, но зрелище так завораживало, но я могла только смотреть, сгорать от желания и облизываться.

Даже не заметила, когда мой личный искуситель оказался уже очень близко, не останавливая танца. Наши лица были на одном уровне. Глаза в глаза. Губы к губам.

— Прими, — прошептал Наэшар.

— Принимаю, — прошептала в ответ.

И нас наконец поглотил танец совсем иного характера.