Строптивая в Академии. Практика истинной любви (СИ)

Глава 7 Ритуал

Несколько долгих, даже бесконечных минут Вэйд сверлил меня хмурым взглядом. Возможно, ожидал, что я стушуюсь и пойду на попятную, но я не отводила глаз. В итоге ему пришлось вскинуть руку и призвать Кати.

Мой сателлит, как солнышко, озарила темную комнату и радостно защебетала при виде меня.

— Я тоже соскучилась, — улыбнулась я и попросила: — Расскажи, пожалуйста, в подробностях, что было в письме из архива. Ты же наверняка видела его содержимое.

— Все полностью, от первой до последней строчки, — похвалилась Кати. — Читала внимательно, как знала, что пригодится.

— Предательница, — сложив руки на груди, Вэйд плюхнулся в кресло.

— А я говорила, что нельзя скрывать от Диондры такую важную информацию! — возмутилась Кати в ответ. — Это неправильно.

— Я просто хотел разобраться во всем, прежде чем сообщать ей.

— Вдвоем вы сделаете это быстрее, — возразила Кати.

Видимо, этот спор идет у них давно. С того момента, как Вэйд получил ответ из архива. И продолжаться он тоже мог долго. Но я не могла ждать!

— Хватит, — вмешалась я. — Просто расскажи мне, что было в письме, Кати.

Сателлит повернулась ко мне, вздохнула поглубже и зачирикала без перебоя. Приходилось следить за каждым словом, чтобы не упустить нить повествования. Благодаря скорости речи рассказ уместился в пару минут, хоть и был довольно объемным. Кати чуть ли не дословно пересказала содержимое летописи. На память она никогда не жаловалась.

— Значит, ритуал, — пробормотала я, когда она умолкла. — Мы тоже создали свой ритуал, сами того не подозревая… И ты еще имеешь наглость говорить, что ничего важного в письме не было?

Последнее было адресовано Вэйду. Но его броню не так-то легко пробить.

— А что толку? — пожал он плечами. — Да, ритуал. Но я лично без понятия, в чем он заключается. Может, ты в курсе?

Я прикинула. Нет, не знаю. Надо подумать, но в присутствии Вэйда это было сложно. Я слишком злилась на мажора. Это занимало все мои мысли.

Вэйд тоже был далеко не в лучшем настроении. Сидел напротив меня в кресле. Напряженный, собранный, глядел исподлобья.

— Итак, у воинов был свой ритуал, помогающий им обмениваться магией, — рассуждала я вслух. — Они создали его самостоятельно, и он состоял из нескольких частей. Все родственные души на это способны.

— Ну да, и мы тоже, — кивнул Вэйд. — Надо только повторить наш ритуал, и состоится обратный обмен.

— Изначально мы думали о поцелуе, но он не сработал, — вспомнила я.

— Выходит, дело не в нем. В конце концов, все началось еще раньше, в подворотне. А потом мы завершили ритуал в спальне.

Я задумчиво уставилась в одну точку. Подворотня-спальня — серьезный разброс. Между этими двумя событиями прошло три года! Что такого мы сделали там и там, что превратилось в ритуал?

Была еще одна вещь, которая меня волновала, и я спросила у Кати:

— А про золотого сателлита одного из воинов там ничего не говорилось?

Но еще до того, как она ответила, отреагировал Вэйд:

— Что еще за золотой сателлит? Почему это тебя интересует?

Я прикусила нижнюю губу. Упс, проболталась. Невольно выдала свой секрет.

Вэйд перевел взгляд с меня на Кати, потом обратно, что-то прикинул и сделал соответствующий вывод:

— Думаешь, у одного из воинов сателлитом тоже был золотой соловей? И ты — его потомок?

— Это просто предположение, — буркнула я.

— Которым ты со мной не поделилась. Ну и кто из нас скрытный? Знаешь, Арклей, ты отлично видишь ошибки других, но совершенно не замечаешь свои. А ты ничем не лучше!

Вэйд вскочил на ноги, и я невольно отшатнулась. Кажется, я его разозлила. Довела до бешенства! От парня исходила настолько мощная волна ярости, что я удивилась, как меня к стене не отбросило.

— Да я только и делаю, что пытаюсь тебе угодить! — повысил он голос. — Каждый свой шаг выверяю, любое слово. И что в ответ? Ноль благодарности! Я даже улыбки не достоин. Другая на твоем месте от радости бы прыгала, что я до нее снизошел.

Я дернулась, как от удара. Вэйд резко умолк, осознав, что сказал. Но было уже поздно, я услышала. Он снизошел… Отбросив гордость, пал так низко. Аж до самой беспризорницы!

Как только разглядел меня со своего пьедестала? Хотя кого я обманываю, не случись обмена, Вэйд даже не посмотрел бы в мою сторону. От этого осознания почему-то стало особенно горько.

— Тогда скажи спасибо, что я сохранила дистанцию между нами, и ты не замарался, — произнесла я глухо.

Я умолкла, но не закончила. Осталось еще кое-что. Подняв руку к шее, я сорвала кулон, подаренный Вэйдом, и бросила его на пол ему под ноги. Вот теперь все.

Развернувшись на пятках, я вылетела из комнаты в коридор общежития. Прямо как была — в пижаме с зайчатами. Я просто не могла оставаться с Вэйдом в одном помещении.

Не думала, что от слов бывает так больно. Намного больнее, чем от удара в нос.

Черт! Черт! Черт! Вэйд и раньше косячил, но никогда так серьезно. Все, что он знал о Диондре, говорило о том, что заслужить ее прощение будет архисложно. Практически невозможно!

Но он же Даморри. Для него нет непреодолимых преград. Надо только успокоиться и подумать.

Вэйд провел руками по волосам, отметив, что пальцы дрожат. Какого хрена, что с ним? Он прислушался к себе. В груди поселилось новое, ранее незнакомое чувство. От него нервно билось сердце и потели ладони.

Прежде Вэйд не испытывал подобного, а потому не сразу распознал эмоцию. А потом дошло — да он же напуган! Его буквально колотит от страха при мысли, что Диондра ушла и больше не вернется.

Нет, это глупости. Конечно, она вернется. У нее попросту нет выбора. Ее сателлит у Вэйда. Если она хочет выжить, ей придется общаться с ним. Эта мысль принесла облегчение. Кто бы подумал, что он будет радоваться обмену сателлитами.

— Надо все исправить, — Кати была с ним солидарна.

Вэйд так и не развоплотил ее. Пташка сидела на спинке кресла и тревожно поглядывала на дверь, через которую ушла Диондра.

— Иди за ней. Извинись, она простит, — посоветовала Кати.

Опять что-то новенькое. Извинения. Такого мазохизма Вэйд еще не практиковал, но с этой девчонкой все было впервые. Словно это он — девственница, а не она. Разве что не физическая, а ментальная. В отношениях уж точно.

Но делать нечего, развоплотил сателлита и пошел. Пташка права — надо мириться. Возможно, стоило дать Диондре время остыть, но Вэйд не привык ждать. Если он чего-то хотел, то получал это немедленно.

Найти Диондру не составило труда. Он будто чувствовал ее. Ведомый едва осознаваемым ощущением, Вэйд направился в академический сад. И там возле сгоревшей беседки нашел девушку.

Она задумчиво рассматривала беседку, пострадавшую от действий их сателлитов. Диондра смотрела на нее так, будто хотела в золе прочесть ответ на тревожащий ее вопрос. Она даже не сразу заметила приближение Вэйда.

Чтобы ее не напугать, он кашлянул издалека, но Диондра все равно вздрогнула и резко обернулась. Теперь ее задумчивый взгляд был адресован ему. Но хотя бы не злой, как в комнате. Это ведь плюс?

Диондра молчала, предоставляя первое слово Вэйду. В конце концов, это ведь он нашел ее, значит, хотел что-то сказать. Он и правда хотел, но забыл слова. В результате речь вышла короткой и скомканной.

— Слушай, я в курсе, что вел себя как последний кретин, — произнес Вэйд. — И мне нет оправданий. Но если ты дашь мне еще один шанс, я обещаю исправиться. Больше никаких секретов между нами. Клянусь!

Диондра никак не отреагировала, продолжая молчать. Черт, да что с ней такое? Он ведь старается!

— Хочешь это услышать, да? — Вэйд снова начал злиться. — Ладно, я скажу. Прости меня! Теперь ты довольна?

Она не ответила. Как будто вовсе его не слышала. Видимо, слишком погрузилась в собственные мысли. Вэйд отдал бы половину своего наследства, лишь бы узнать, о чем она думает. Это явно что-то необычное, в духе Беспризорницы. Ведь когда она заговорила, пришел его черед лишиться дара речи.

— Поцелуй меня, — попросила Диондра.

Вот так просто, без всяких переходов. Теперь они так мирятся? Вэйд, конечно, не против, только за, но невольно забеспокоился — на девчонку опять кто-то воздействовал?

Она, угадав его мысли, произнесла:

— Все в порядке. Магической бреши нет. Если хочешь, проверь.

Но он и так видел, что она в норме. Нет озноба, странных просьб, если только не считать за таковую поцелуй. Но, может, ей просто… захотелось? Почему нет, в конце концов?

— Не заставляй меня просить дважды, — нахмурилась Диондра.

— Не буду, — хрипло выдохнул Вэйд и, облизнув пересохшие губы, шагнул к ней.

От злости я аж протрезвела. А еще гнев на пару с обидой гнал меня прочь. Я не привыкла плакать. На улице слезы — признак слабости, а потому мои глаза оставались сухими даже сейчас. Может, и зря. Скопившуюся внутри боль надо выпускать, а я не умею. Но был и плюс — боль помогала думать.

Правда, минус тоже имелся — Морок. Дракон причитал на разные лады, все переживая предательство хозяина. В чешуйчатой голове не укладывалось, почему Вэйд не торопится его вернуть.

Успокаивать его было бессмысленно, он не желал ничего слушать. Так что я полностью сосредоточилась на рассказе Кати. Ей в отличие от Вэйда я верила. К тому же у нее всегда была хорошая память — что-то увидит раз или прочтет, и все, запомнила навеки. Именно с ее помощью я сдала вступительные экзамены в Академию на высший балл. А что, подсказки сателлита не входят в список жульничества на экзамене. Преподаватели просто не додумались их туда включить, ведь сателлитов никто не слышит.

Из общежития я вышла никем незамеченная и свернула в академический сад. В это позднее время здесь было пусто. Можно пройтись по дорожкам и спокойно подумать.

Итак, что было в летописи? Ритуал минимум из двух частей. Допустим, что наш с Вэйдом именно такой. Готова поспорить, что в нашем тоже замешана кровь. Я порезала Вэйда в подворотне, при этом шрам так и не удалось свести. Это не может быть простым совпадением.

Первая часть нашего ритуала — кровь. Думаю, сгодится любой порез. А вторая… поцелуй? Я склонялась к нему из-за ночи обмена сателлитами. Мы с Вэйдом впервые поцеловались, и это привело к катастрофическим последствиям. Ну не может это быть случайностью!

Вроде все складывалось, но в то же время нет. Если наш ритуал состоит из крови и поцелуя, почему мы до сих пор не обменялись сателлитами обратно? Взять хотя бы недавний случай, когда Вэйд поцеловал меня, а я его укусила в ответ. Поцелуй и кровь — все было в наличии. Но сателлиты остались на месте. Нестыковка…

Я с силой потерла лоб. Думай, Дия, ну же. Решается твое будущее. Или ты хочешь до конца дней зависеть от мажора с его прихотями? Сегодня он мечтает затащить меня в постель, а завтра захочет, чтобы я ему прислуживала или еще чего похуже.

Мое и без того хрупкое доверие к Вэйду окончательно разбилось. Он сам его уничтожил, скрыв важную информацию. Хотел провести со мной больше времени? Что за жалкое оправдание? В жизни в это не поверю! Возможно, он понял наш ритуал и что-то задумал. Хотя нет, тогда бы он уже вернул дракона.

Я тряхнула головой. Не о том думаю. Почему кровь и поцелуй не сработали? Должно быть объяснение.

Я снова слово за словом вспомнила, что сказала Кати. К сожалению, моя память была намного хуже, чем ее. Я смогла вспомнить услышанное лишь приблизительно.

Там точно было что-то еще. Я остановилась посреди дорожки и закрыла глаза, мысленно воспроизводя момент, когда Кати мне все рассказывала. От напряжения разболелась голова, но я вспомнила.

В разном порядке! Я аж подпрыгнула. Вот, как она сказала: «воины повторяли ритуал в разном порядке». А это значит, это значит… я кусала губы, словно это могло помочь мыслительному процессу. Ощущение, что я в шаге от великого открытия, мурашками пробегало по коже. Еще немного — и я пойму.

Но прежде чем меня озарило, сзади раздался окрик:

— Диондра, постой!

Я вздрогнула. Никак не привыкну, что Вэйд называет меня по имени. Не уверена, что мне это нравится. Пренебрежительное «Арклей», а то и вовсе «Беспризорница» создавало дистанцию между нами. Когда мы успели так непозволительно сблизиться?

Вэйд что-то говорил о своем поведении, что совершил ошибку. Святые угодники, он извинился! Это было настолько шокирующе, что я едва удержалась, чтобы не осенить себя защитным знаменем. Чур меня! Надеюсь, это не заразно.

Я смотрела на него, а мысли продолжали крутиться в голове. И вдруг сложилось. Просто — бах! — и я поняла. Это было озарение свыше, не иначе. В один миг все стало кристально четким. Как я раньше не догадалась! Это же очевидно.

Я была права: наш ритуал — кровь и поцелуй. Если быть точной, кровь Вэйда и мой добровольный поцелуй. Совершив его, мы обменялись сателлитами. Но чтобы вернуть их обратно, ритуал нужно провести в обратном порядке. Моя кровь и добровольный поцелуй Вэйда.

Может, это просто бред… Очередная чепуха, посетившая мою голову. Не проверю, не узнаю.

— Поцелуй меня, — попросила я Вэйда.

Кажется, я перебила его на полуслове. Он замолчал и удивленно уставился на меня, будто увидел впервые. Не понимаю этого парня. То из кожи вон лезет, чтобы добиться близости, а теперь застыл точно истукан. Наверное, решил, что кто-то снова качает из меня энергию.

— Все в порядке. Магической бреши нет. Если хочешь, проверь, — успокоила я и надавила: — Не заставляй меня просить дважды.

На этот раз он подчинился. Губы Вэйда яростно врезались в мои, и я ощутила всю его злость и боль. Это был поцелуй с привкусом отчаяния.

Но я все равно ответила. Раскрыла губы ему навстречу, провела языком по небу, и это немного его успокоило. Поцелуй стал нежнее, теперь в нем сквозило желание, а еще обещание удовольствия. Вэйд отравил меня им. Я поддалась этим чувствам и почти забыла, что хотела сделать.

Выручил своим вмешательством Морок:

— Поранься! — прозвучал его рык в моих мыслях.

Дракон оказался сообразительным, понял, чего я добиваюсь.

Еще до поцелуя я приметила торчащий из земли прут, острый на конце. Это были останки ажурной ограды вокруг клумбы, погнутые Мороком во время падения. Никак ее не починят.

Но сейчас прут пришелся кстати. Протянув руку, я нашла его на ощупь и чиркнула по острию ладонью. Боль от пореза обожгла кожу. Крови точно будет много.

Вот и все, дело сделано. Осталось проверить результат.