Свёкор. Исцеление страстью

Глава 7

Облокотившись о бильярдный стол, стою прерывисто дыша. Ноги дрожат. Внутри ураган. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди от удовольствия и от… осознания, что до первого настоящего оргазма в моей жизни меня довёл мой свёкор. Мужчина, с которым я только сегодня познакомилась.

Чувствую, как Всеволод медленно поднимается с колен, его тень накрывает меня целиком.

Он не говорит ни слова. Его руки, сильные и властные, скользят под мою спину и под колени. Он подхватывает меня и усаживает на самый край стола. Ощущение, будто я выпила ни бокал, а литр вина. Опираюсь руками о стол позади себя и крепко удерживаюсь, чтобы не упасть.

Серая футболка бесстыдно задралась до самого верха бёдер, обнажая всю мою нижнюю часть.

Смотрю на свёкра затуманенным, еще не отошедшим от блаженства взглядом. И мое сердце вдруг замирает, а потом срывается в бешеную скачку. Его пальцы тянутся к шнурку на его собственных серых спортивных штанах.

«Нет... — проносится в моей голове паническая мысль. — Он не может... Я думала... я думала все закончится только этим... только ласками...»

Но он уже спускает штаны вместе с боксерами одним резким движением. И передо мной предстает он. Его член. Огромный, мощный, находящийся в состоянии полной, напряженной эрекции. Он кажется мне просто чудовищным, таким толстым и длинным, что у меня перехватывает дыхание от одного вида. Кожа на нем темная, натянутая, весь ствол увит толстыми, пульсирующими венами. Он проводит по нему ладонью, от основания к кончику, и я вижу, как обнажается розовая, блестящая от влаги головка, крупная и угрожающая.

Я не могу отвести глаз. Мой рот приоткрывается в немом шоке.

— Он... он такой большой, — вырывается у меня сдавленный, испуганный шепот.

Всеволод издает низкий, похожий на рычание звук, в котором слышится и торжество, и нетерпение.

— Уверен, ты сможешь его принять, моя маленькая, — шепчет он.

Мужчина подходит ближе. Его руки ложатся на мои колени, с силой раздвигая их еще шире. Я беспомощно повинуюсь, чувствуя, как обнажаюсь перед ним еще больше, становясь абсолютно уязвимой. Он направляет свой член ко мне. Горячий, как раскаленное железо, он скользит не внутрь, а снаружи. Он проводит им по моим все еще влажным, чувствительным после оргазма половы губкам, вверх и вниз, дразня и лаская. Шершавая кожа его ствола трется о мой напряженный клитор, и я вздрагиваю, издавая короткий, прерывистый стон.

Пятки упираются в край стола, я закидываю голову назад, и мои волосы рассыпаются по зеленому сукну. Глаза закрываются. Я не в силах смотреть. Я только чувствую. Чувствую этот горячий, пульсирующий бархат у самого входа в меня. Чувствую, как все мое тело сжимается в ожидании, одновременно страшась и желая этого проникновения.

— Всеволод... — бормочу я.

Он не отвечает. Вместо этого его руки срывают с меня футболку одним резким движением. Прохладный воздух касается моей горячей кожи. Затем его пальцы щелкают по застежке моего лифчика. Он сбрасывает и его. И вот я сижу перед ним полностью обнаженная, дрожащая, прижатая к краю стола его телом.

Его взгляд, тяжелый и голодный, скользит по моей груди. Он наклоняется, и его губы смыкаются на одном соске, а большая, шершавая ладонь сжимает другую грудь. Он не нежен. Он сжимает ее сильно, почти до боли, по-хозяйски, заявляя свои права. Я всхлипываю, и от этого смешения боли и наслаждения в глазах темнеет.

И в этот момент, пока я полностью захвачена ощущениями в груди, он находит вход. Головка его члена упирается в мою растянутую влажностью и предыдущей лаской плоть.

— Расслабься, — рычит он прямо в мою грудь.

Но я не могу. У меня не получается. Я вся напряжена, как струна. Он делает первый, решительный толчок.

Боль. Острая, разрывающая боль. Я вскрикиваю, и мои пальцы впиваются в сукно стола. Он огромный. Он заполняет меня всю, упирается куда-то в самое нутро, распирает изнутри. Слезы выступают на глазах.

— Больно... — плачу я, пытаясь отодвинуться. — Пожалуйста, аккуратней...

Но он уже вошел во вкус. Его терпение лопнуло. Он не слушает. Его руки хватают меня за бедра, притягивая еще ближе, лишая меня всякой возможности отступления. И начинает двигаться. Сначала медленно, но с каждым толчком все глубже, все увереннее. Боль смешивается с непривычным, странным чувством наполненности. И понемногу, по мере того как мое тело приспосабливается к его размерам, боль начинает отступать.

Его мощные бедра бьются о мои, его живот шершавой кожей трется о мою лобковую кость. Звук наших тел — влажный, причмокивающий, постыдный и невероятно возбуждающий. Я перестаю кричать от боли и начинаю стонать. Сначала тихо, несмело, а потом все громче и импульсивней.

Он ускоряется. Его темп становится неумолимым, яростным. Он будто хочет проникнуть в самую мою суть, завладеть ею полностью. Одна его рука по-прежнему сжимает мою грудь, другая цепляется за мое бедро, помогая ему задавать этот дикий, животный ритм.

И со мной происходит что-то необъяснимое. Там, внизу, где сначала была только боль, начинает разгораться огонь. Сладкие, горячие волны удовольствия, которые я почувствовала от его языка, возвращаются, но теперь они в десятки раз сильнее. Они исходят из самой глубины, из того места, куда он упирается своим членом. Мое тело, предательски начинает отвечать ему, двигаться навстречу, желать этих грубых, глубоких толчков.

— Да... — вырывается у меня внезапный стон.

Всеволод рычит в ответ, ощущая, как я отдаюсь. Его движения становятся еще более стремительными, почти бешеными. Он наклоняется, его губы прикусывают мою шею, и это последняя капля.

Внутри меня все сжимается, а потом взрывается. Второй оргазм, гораздо более мощный и всепоглощающий, чем первый, сносит мне голову. Я кричу, мое тело бьется в конвульсиях, не в силах выдержать этого шквала ощущений. Я чувствую, как он напрягается внутри меня, его толчки становятся хаотичными, и он с громким, хриплым стоном изливается мне на живот горячим потоком.

Он замирает на несколько секунд, весь вес его тела давит на меня.

Он отступает на шаг, его грудь тяжело вздымается. Он смотрит на меня, на мое разгоряченное, покрытое испариной тело, на мои закрытые глаза и полуоткрытые в немом блаженстве губы. Затем его рука обхватывает его все еще твердый член, и он проводит несколько резких движений, выплескивая оставшееся семя на мой лобок. Густая, теплая жидкость растекается по моей коже, и я вздрагиваю от этого финального, влажного прикосновения.

Я не могу пошевелиться. Не могу открыть глаза. Я просто лежу на столе, вся залитая им, с его запахом в ноздрях и с диким, сладким опустошением внутри. Год брака, и я ни разу не испытала ничего подобного. Никогда. А этот мужчина, мой свёкор, за один вечер подарил мне два оргазма, показав мне ту самую пропасть страсти, о существовании которой я даже не подозревала.