Глава 10

Я не помню обратную дорогу в Паралию. Я едва ли осознаю, когда Дориан заводит меня в ванную и начинает срывать с меня одежду.

Даже после того, как он наполнил ванну теплой, мыльной водой и опустил меня в нее, думаю, я даже не вздрогнула. Боль, горе... я слишком много чувствовала, до тех пор, пока перестала чувствовать что-либо. Я не была в скорби - я стала горем.

Я в полном отчаянии. Знаю, что Дориан здесь - я чувствую на себе эти полные сожаления глаза, тем не менее, я не смотрю в них, чтобы признать его. Я опустошена - ни слов, ни мыслей, ни чувств.

Что-то произошло со мной в тот момент, когда я почувствовала, что жизнь Донны ускользает. Похоже, часть меня ушла вместе с ней.

Кусочки и осколки разбитого сердца... простой, человеческой девушки - что-то во мне пропало без вести.

И когда я попрощалась с Крисом, меня словно сдуло, как пепел на ветру. Пропасть в душе стала такой глубокой и огромной, что я не могу понять, смогу ли когда-либо ощутить себя целой снова.

Без них. Я бы никогда не стала такой, без своих родителей.

- Скажи что-нибудь, малышка, - шепчет он, черпая воду руками и обливая мою грудь. Он не трогает меня в сексуальном плане, пока опускается на колени за пределами ванной. Он просто хочет утешить мою кровоточащую душу.

Я смотрю рассеянными, стеклянными глазами.

- Что ты хочешь, чтобы я сказала? - мой голос ровный, лишенный всяких эмоций. Я больше ничего не чувствую. Просто онемела.

Беспокойство запечатлелось на его красивом лице.

- Скажи мне, что ты в порядке.

Я качаю головой, когда ком в горле становится все больше.

- Не могу. Я не могу сказать этого.

- Тогда скажи, что мне сделать. Скажи мне, что тебе нужно.

Что мне нужно?

- Мне нужно, чтобы моя мама была жива. Мне нужно, чтобы мой отец помнил кто я такая. Мне нужно, чтобы мои близкие были в безопасности. Мне нужно, чтобы люди перестали умирать из-за меня - из-за всего того, что касается с тобой или мной, или еще кем-то. - Я отвожу взгляд, стыдясь, что нападаю на него. Его пальцы касаются моего дрожащего подбородка и поворачивают лицо обратно к нему.

Я почти ожидаю, что Дориан злится, но нет ничего, кроме любви и понимания в этих кристально-голубых глазах.

- Нет, я не могу исправить всего этого. Но я могу помочь тебе, если ты позволишь. Если у тебя буду я. - Тыльной стороной ладони он нежно гладит меня по щеке, потом наклоняет голову, чтобы встретить его взгляд. Я сразу же вырываюсь.

- Нет, Дориан. Я не хочу забывать.

- Ты и не должна, любимая. Но позволь мне отдать себя тебе. Дыши мной. Позволь мне поддержать тебя, детка.

Он протягивает руку, предлагая обнажённое запястье. Я смотрю на него, и что-то в моих кишках завязывается в узел от потребности. Я хочу этого. Я нуждаюсь в этом. Я знаю, что это часть того, кем мы являемся, но я ненавижу, каким образом моя жажда вызывает желание в каждой клетке моего тела.

Просто немного подпитаться, говорю я себе. Я только возьму то, что мне нужно, и снова вернусь оплакивать своих родителей. Звучит разумно. Правда?

Я дрожащими руками беру его руку и глажу тонкую, перламутровую кожу над голубыми венами. Его пульс призывает меня. Бросает вызов, чтобы я отказалась от того, в чем так отчаянно нуждается мое тело.

Я стону от первого приема магии Дориана, заставляя его шипеть, и он зубами зажимает нижнюю губу.

Мой взгляд встречается с его, пронзая до самой глубины души, когда я снова тяну из него жизненную силу.

Я смотрю на него из полуприкрытых глаз, когда его зрачки расширяются, и он жадно ртом глотает воздух.

- Еще, - требует Дориан, его дыхание получается частым и тяжелым. - Еще.

Ртом я скольжу от запястья Дориана до сгиба локтя, позволяя чувству эйфории заполнять меня с каждым полным вдохом. Я дрожу всем телом, каждая клетка моего тела разрывается от блаженства. Мне кажется, что он внутри мебя - подпитывает мою душу. Кормит мою тьму. Каждое гребаное нервное окончание.

Еще одна затяжка, и мои стоны становятся громче. Плотская потребность и желание берут вверх, и я тяну Дориана за ворот рубашки, сокрушая его губы на мои. Он целует меня секунду, после чего отстраняется.

- Это неправильно. Ты страдаешь. Я просто хочу помочь тебе исцелиться.

Боль от отказа собирается у меня в груди, но я игнорирую ее, глядя на него отчаянными глазами.

- Ты нужен мне, Дориан. Пожалуйста. Если хочешь помочь мне, помоги почувствовать что-то еще кроме боли. Совсем ненадолго. Пожалуйста?

Он всматривается в мое лицо в поисках признаков сомнения. Когда ничего не обнаруживает, Дориан обхватывает ладонями мое лицо и сминает мои губы своими.

Мои руки зарываются в его волосы и тянут шелковистые пряди, заставляя его простонать мне в рот.

Вот и вся мотивация, в которой я нуждалась, затем хватаю его за плечи и втягиваю его еще полностью одетого ко мне в ванну.

Вода плещется вокруг нас, когда наши тела находят друг друга в море греха и печали. Я оборачиваю ноги вокруг Дориана, побуждая его прижаться ближе, сильно желая, чтобы его кожа соприкасалась с моей. Этого недостаточно. Мне нужно больше от него. Он мне нужен весь.

Не прерывая поцелуй, я стащила мокрую рубашку с его тела и бросила в сторону, наслаждаясь ощущением, как его скользкое тело движется напротив моего. Когда я тянусь, чтобы расстегнуть его штаны, он останавливает меня, подтягивая мои руки между нашими грудями.

Губы Дориана покидают меня, но он остаются близко - так близко, что я ощущаю его прохладное дыхание на лице.

Он смотрит на меня, прямо в душу, видя миллионы оттенков боли и ненависти к самой себе. Я не могу скрыться от этих пристальных глаз.

Я не могу спрятать панику, которая переполняет меня каждый раз, когда я думаю о потери близкого человека. Он все это видит - каждую частицу моего уродства.

Глаза по-прежнему сверлят меня, он отпускает мои руки, чтобы расстегнуть штаны, быстро обнажая себя. Затем он толкается в меня, вода придает другой уровень скользящим движениям.

- Не останавливайся, - молю я.

- Никогда.

Дориан грубо целует мои губы, пока яростно вколачивается... с жадностью. Словно ищет что-то внутри моих трепещущих недрах.

Я прячу голову в сгибе его шеи и сжимаю его задницу, пытаясь взять его еще глубже.

Мое тело возможно и заполнено, но где-то внутри меня по-прежнему пусто. То, что никогда не заполнить.

Я ненавижу чувствовать себя так. Ненавижу, что использую его, чтобы убежать от самой себя. Но ощущать Дориана глубоко внутри, обожающего мое тело, запредельно трахающего меня - это рай. А я так устала жить в аду.

Его пальцы касаются моей щеки, и я чувствую, как толчки становятся медленными, ленивыми.

- Эй. Вернись ко мне, - шепчет Дориан около моей головы.

Я поворачиваюсь навстречу с его нежным взглядом и мое собственное отражение в этих завораживающих, голубых глазах, встает у меня на пути. Я пытаюсь вырваться, но он обхватывает мое лицо, заставляя смотреть в лицо моему страху и отвращению.

Я не просто потеряла обоих родителей. Я убила кого-то. Я. Я забрала человеческую жизнь без всякой задней мысли. И я знаю, что, не колеблясь, заберу снова. Знаю, что сделаю это снова.

Внутри начинает что-то гудеть, в тот самый момент, когда понимаешь, что стала убийцей.

Эта способность забирать жизнь прямо на кончиках твоих пальцев, покалывает от чувства потребности, которое снова накрывает тебя волной энергии.

И каждый раз ты поддаешься этой жажде, немного теряя свою человечность. Ты теряешь себя, пока совсем перестаешь узнавать человека, которым ты когда-то был.

- Прекрати, - выдавливаю я.

- Нет. Не тогда, когда ты смотришь на меня. Нет, пока ты не увидишь то, что вижу я.

Я плачу, но этого недостаточно, чтобы Дориан меня отпустил или замедлил неистовые толчки. Возможно, это мое сопротивление или моя уязвимость, но я клянусь, что чувствую, как он проникает глубже.

Словно пытается заполнить пустоту внутри меня и снова собрать меня воедино.

Я стону сквозь рыдания, пока мое тело сражается с эмоциями. Я должна испытывать отвращение к самой себе.

К нему. Я должна презирать его за то, что он делает со мной в моменты моей слабости.

Но не хочу, чтобы он останавливался. Я нуждаюсь в этом. Мне нужен Дориан, чтобы увести меня от этого. Просто увести прочь.

В следующее мгновение он стоит, поддерживая ладонями меня под задницу, чтобы мое тело дальше продолжало сливаться с его.

Ванная расплывается в спальню, и Дориан укладывает меня на кровать, не прекращая толчки, и все еще смотрит на меня, словно боится, что я ускользну во тьму.

- Оставайся со мной, - задыхается он, толкаясь в меня все быстрее и жестче. - Останься, малышка.

Я вздрагиваю, когда головка его члена задевает заветное местечко глубоко внутри меня, умоляя меня согласиться. Дориан осторожно подводит меня к сущему забвению так близко, что я ощущаю его вкус. Теме не менее, я качаю головой, отрицая саму себя.

Отвергаю удовольствие, которое Дориан дарит мне. Я не заслуживаю этого. И, черт подери, не заслуживаю его.

- Габриэлла, - стонет сквозь зубы он. Он умоляет. Ему нужно, чтобы я пошла с ним. Улетела подальше от всего этого безобразия и боли с ним вместе, рука об руку. Я причиняю ему боль своим отказом. Я знаю это, но ничего не могу поделать с этим.

- Нет. - Слезы свободно падают, скатываясь по щекам, выпуская боль, которая гложет меня внутри.

- Пожалуйста.

- Я не могу.

Но даже, когда я произношу слова, я знаю, что могу. Мое тело его. Так было всегда.

И хотя моя душа разрывается, он всегда будет иметь власть над частью меня над той, которая трепещет и желает его.

Даже когда мое сердце разбито на куски, и больше не сможет биться снова.

Я снова притягиваю его к себе, когда кончаю, рыдая в сгибе его шеи. Он сдерживает собственные стоны удовольствия, позволяя мне развалиться на части от боли и удовольствия.

Он притянул меня ближе, целуя мои волосы, говоря, что со мной все будет хорошо.

Что он здесь, и всегда будет рядом. Что он никогда не отпустит меня. Звучит так мило и так горько, и ох-так-чертовски-хорошо для меня.

Дориан Скотос в этот момент стал моим спасителем, лучшим, чем он уже был. И часть меня - Темная, уродливая, отвратительная сторона - сердится на него за это.

Загрузка...