Душа моей души. Такие разные родные

Глава 7

— У Элли скоро день рождения, а я совершенно не знаю, что ей подарить.

Айне расстроено посмотрела на Райана, сидящего рядом. Был замечательный солнечный день, к тому же выходной, и все семейство Андервуд решило провести его на пляже.

Сэм с Лео взяли доски для серфинга и теперь плавали недалеко от берега, пытаясь оседлать волну. Лейт был рядом с ними. Он решил попробовать покататься на волнах, как это здесь делают многие австралийцы и приезжие. Сэм и Лео взялись показать ему, что к чему, и научить, как правильно это делать. Но их помощь почти и не понадобилась.

Лейт быстро освоился с доской и теперь покорял волны не хуже коренных жителей и, похоже, это доставляло ему большое удовольствие. Айне подозревала, что брат использует магию Воздуха, чтобы поменьше падать в воду, хоть она и предупредила его перед этим, что магичить при таком скоплении народа может быть опасно. Но детское желание покрасоваться перед ними и природное упрямство заставили парня забыть об осторожности.

Сама же Айне наблюдала за мужчинами, забравшись на самую вершину огромных валунов, живописно разбросанных по пляжу. Здесь ее и нашел Райан. Он пришел сообщить, что обед на свежем воздухе почти готов и уже можно спускаться вниз, чтобы присоединиться к остальному семейству.

Там уже были Грэг с Сандрой, Софи и дети. Дэн с семьей сегодня не смогли приехать, работа полицейского не знает такого понятия, как выходной. Лукас должен был подъехать позже, потому что у него тоже образовались какие-то дела в Мельбурне. А все остальные прекрасно проводили время на побережье.

Дети увлеченно копались в песке, а Огонек им в этом помогал и все четверо сейчас были похожи на чумазых обезьянок, но их это ничуть не смущало. Замок из песка должен быть достроен во что бы то ни стало.

Софи попыталась их одернуть, но тут вмешался Грэг и попросил Софи дать детям как следует порезвиться, ведь завтра им снова предстоит проводить большую часть дня в школе. Так пусть хоть сегодня они оторвутся по полной, а песок легко смоется. Софи недовольно поджала губы и расположилась в шезлонге неподалеку от детей, всем своим видом демонстрируя несогласие.

Айне же решила забраться повыше, чтобы лучше было видно парней. Здесь и нашел ее Райан. Он присел рядом с племянницей и тоже стал смотреть на океан. Погода была солнечная и вода переливалась и блестела так, что глаза без солнечных очков быстро уставали и начинали слезиться.

К тому же, дул достаточно ощутимый ветер, хоть он и был теплым. Для занятия серфингом парни облачились в гидрокостюмы, поскольку, несмотря на довольно теплую погоду, вода еще слабо прогрелась, ведь октябрь в Австралии всего лишь второй месяц весны.

— Ты обязательно что-нибудь придумаешь, я в тебя верю, — улыбнувшись, ответил Райан, продолжая смотреть на океан.

— О чем ты хотел поговорить? — покосилась на него девушка.

— С чего ты взяла? — ухмыльнулся мужчина.

Племянница даже здесь на Земле продолжала легко улавливать настроения окружающих людей. Он уже отвык от того, что кто-то легко может его прочитать и нет смысла скрывать свои мысли и чувства.

Айне лишь улыбнулась в ответ. Они провели в Австралии уже несколько недель. Не проходило ни дня, чтобы они не виделись с Райаном. Они подолгу разговаривали, иногда к ним присоединялись Лукас с Лейтом и слушали их воспоминания о том времени, когда Райан еще жил на Валиоре.

Для Лукаса эти рассказы звучали, как сказка, несмотря ни на что, он так до конца и не смог осознать, кем является его отец и эта милая девушка. Умом понимал, но это было какое-то абстрактное знание, связать которое с действительностью у него не получалось.

Очень много Айне с Райаном говорили об Айрениэль. Они пытались понять Пророчество и предположить, что им делать дальше, но ничего не получалось. Выходило, что им стоит положиться на судьбу и просто ждать, когда она подкинет им новый поворот и новые испытания.

Айне рассказала Райану практически обо всем, умолчала только о мечах, которые дал ей наставник. Ей казалось, что говорить об этом ни с кем нельзя, какой-то суеверный страх заставлял ее молчать и не рассказывать даже своим братьям. Казалось, если она произнесет это вслух, то дракон ее услышит каким-то образом и сумеет ускользнуть от справедливого возмездия.

— Я тут подумал, — неуверенно начал Райан, — а что, если я попрошу тебя спеть песню для Айрениэль? Так ведь можно? Что бы ты спела, если бы она была здесь?

— Я не уверена, — медленно произнесла Айне, словно обдумывая что-то, — можно ли так делать. Мне казалось, чтобы получить достоверный результат, человек должен сам обратиться ко мне с этой просьбой. Я ведь, даже никогда не встречалась с ней, как я могу что-то спеть для нее?

— Но ведь тебе что-то пришло в голову, когда я спросил, верно? Я заметил тень на твоем лице.

— Не знаю, насколько это будет правдиво, но ты прав. Песня тут же возникла у меня в голове, стоило тебе только озвучить свою просьбу.

— Спой, прошу! Или тебе нужна музыка?

— Нет, как раз эту песню легко спеть «а капелла», — и Айне мгновенно преобразившись тихо запела — зашептала:

Раньше не было ни времени.

Ни земли, ни пыли — ничего.

Забыли всё.

Было небылью, да стало былью.

Река остыла, и вода застыла в ничто.

Время — быстрая река, никого не обойдёт.

Ждёт невеста жениха.

Ждёт, как часа своего.

В белый цвет облачена, точно в саване стоит.

На покой обречена, свадьбы колокол звенит.

Там, где смерть рождает жизнь.

В ритуальном долгом сне.

В страхе девичьем она.

Суженому суждена.

Не предам своей судьбы.

Не уйти, не убежать.

Остаётся навсегда.

В дар любовь свою отдать.

Забирай, забирай!

Приходи, прилетай!

На века отдана дева юная. (Женя Любич. Ритуальная)

На последнем припеве голос девушки окреп и, отразившись от воды, разнесся далеко по пляжу. После того, как смолкли последние слова, наступила оглушающая тишина. Райан даже дышать боялся, так сильно впечатлила его эта песня.

— Полагаю, это значит, что она у драконов, — сказал он, наконец, справившись с собой.

— Я же говорила, это может быть просто случайным выбором, — в отчаянии воскликнула девушка.

— Нет, милая, я думаю, все верно. Но мне кажется, смысл этой песни гораздо глубже. Как бы нам разобраться, понять, что все это значит, — задумчиво промолвил Райан. — «Там, где смерть рождает жизнь в ритуальном долгом сне», — процитировал он, — это точно что-то значит. Может быть, здесь речь как раз о Валиарте? Эх, ну почему нам так мало известно! — в отчаянии воскликнул он.

— Успокойся, Нир! — Айне накрыла своей ладонью его руку, — мы все выясним. Я пока не знаю, как именно, но твое Пророчество однозначно указывает на то, что мы найдем Рени. Мы, вместе! Теперь мы, по крайней мере, точно определились, что она у драконов. Непонятно только, как Габриэль мог этого не почувствовать, но об этом мы подумаем позже.

— Ты права, родная. Прости, что я так себя веду. Просто я так давно ищу ее, что почти впал в отчаяние. Знаешь что? — вдруг встрепенулся он, — а спой песню для меня. Может, это чем-нибудь нам поможет.

— Уверен?

— Абсолютно! Хочу услышать эту песню.

— Что ж, слушай. Правда вряд ли она поможет в поисках твоей сестры, — и Айне снова тихо запела, с улыбкой посматривая на сидящего рядом мужчину.

Я слепил две фигурки с сонных глаз — было делать мне нечего

И нарек я мужчиной номер раз, номер два нарек женщиной.

Я слепил две фигурки от балды — посмотреть, что получится.

Вот не знал, что от этой ерунды мне всю жизнь дальше мучиться.

Не казался мне труд напрасным —

Видел я, сколь они прекрасны.

Я лепил их с себя немного,

Но придал им подобье Бога.

Посмотрел на фигурки я сперва — вроде правильно сделано

Руки, ноги и даже голова, а души только не было

Посмотревши на это, обратился к Творцу я в отчаянии —

Посмотри, отец мой, вот чего учудил я нечаянно.

Не хватило уменья видно,

За такие творенья стыдно.

Ты прости и меня послушай,

Дай беднягам живые души.

Души дал им Господь, и понял я — натворили мы лишнего —

Плоть дана человеку от меня, а душа — от Всевышнего.

Так они между небом и землей будто кролики мечутся!

До чего же мне жалко, Боже мой, это все человечество.

Не хватило уменья видно,

До сих пор за творенья стыдно.

Вытворяют они такое! —

Стало страшно уж нам обоим.

Вот и сижу без покоя и сна,

Ах, бедный же я Сатана…(Канцлер Ги)

— Хм, — многозначительно произнес Райан, почесав подбородок, — мне показалось, или ты только что сравнила меня с демоном?

— А при чем тут я, — Айне подняла в удивлении брови, а в глазах ее плясали смешинки, — это все мой новый Дар. Ты попросил, я спела.

— Ну, что-то в этом определенно есть, — Райан продолжал задумчиво почесывать подбородок, — я был одним из тех, кто голосовал за создание на Земле новой человеческой расы с участием наших генов. Кто бы мог подумать, во что это все выльется! Что мне придется провести столько времени, скитаясь среди этих самых созданий. Более того, стать одним из них. Но Сатана… Это, по-моему, слишком.

— Почему же? — усмехнулась девушка, — Богом ты уже успел побывать, Сыном Бога — тоже. Для симметрии нужно побывать и с другой стороны.

— Ну, если задуматься, может и верно. Может, не стоило нам вмешиваться в естественный ход вещей? Неизвестно, лучше ли стало от нашего вмешательства.

— Думаю, люди с тобой не согласятся. Для них однозначно лучше, что мы слегка подтолкнули их эволюцию. Да и Хранители этого мира были не против, иначе они ни за что не позволили бы вам вмешиваться. Полагаю, все, что произошло — к лучшему.

— Мне бы твой оптимизм!

— Почему ты так говоришь? — девушка удивленно взглянула на своего дядю, — это из-за матери Лукаса, да?

— Твоя проницательность иногда вгоняет меня в ступор, — не стал лукавить Райан, — на самом деле, я много размышлял об этом и так и не пришел к определенному выводу. Вот послушай, может быть, ты подскажешь, где я допустил ошибку. Когда мы познакомились с Лайзой, она сразу привлекла мое внимание. Так сильно она отличалась от остальных девушек того времени.

Вроде бы обычная, ничем не примечательная, но такая светлая и очень печальная. Я сначала не мог понять, почему у нее в глазах такая тоска, даже когда она смеется и кажется веселой. Эта загадка и привлекла меня поначалу.

Мы стали с ней общаться и постепенно она раскрывалась передо мной все больше. Она была сплошным противоречием. С одной стороны, сильная и решительная, не боящаяся отстаивать свое мнение, а внутри совсем беззащитная, трепетная. Правда, эту внутреннюю девушку замечал, похоже, только я.

В конце концов, я выяснил, что причина ее внутренней грусти и беспомощности крылась в ее диагнозе. Лайза не могла иметь детей, все врачи, у которых она наблюдалась, в один голос твердили, что это невозможно, что она бесплодна.

А она очень любила детей, до безумия. Когда мы собирались вместе с Андервудами, у которых к тому времени родились уже двое сыновей, я видел в глазах Лайзы такую тоску, что меня просто выворачивало наизнанку.

И тогда я решил ей помочь. Знал, что нельзя этого делать, что ничего на Земле не случается просто так, на все есть причина, но убедил себя, что раз я тут с ней, то это знак для меня, что я должен помочь этой девушке.

Не смотри на меня так, я не собирался становиться отцом ее ребенка, но после того, как я, собрав остатки моих скромных целительских сил, подправил ее здоровье, я просто не смог оставить ее.

К тому времени мы уже жили с ней вместе, и Лайза не поверила, когда я сказал, что могу попробовать ей помочь, но все равно согласилась. Она была согласна на что угодно, лишь бы у нее появился ребенок.

Когда я сказал, что она здорова в репродуктивном плане и может попытаться забеременеть, Лайза заявила, что хочет ребенка лишь от меня. Я не смог ей отказать, хоть и не был уверен, что от аватара может родиться ребенок. Никто ведь до этого не проверял.

— Дракон проверял, — спокойно заметила Айне.

— Но я-то об этом не знал. Я старался избегать любых контактов не только с драконами, но и с эльфами, потому и поселился в Австралии. Сюда их интересы особо не распространялись.

В общем, через год у нас появился Лукас. Я так гордился, видя в глазах Лайзы бескрайнее счастье, и думал тогда, что ради этого стоило нарушить естественный ход событий. Рано обрадовался, — с горечью произнес Райан, покачав головой. — Счастье Лайзы продлилось два года, а потом, как снег на голову, свалился страшный диагноз.

Она была обречена. Земная медицина не в состоянии справится с этой болезнью. Я пытался снова призвать свои силы целителя, но все было тщетно. Слишком много я потратил на то, чтобы вылечить ее бесплодие, а ведь их и так у меня было совсем чуть-чуть.

И вот тогда пришло прозрение. Если бы я не вмешался, возможно, Лайза до сих пор была бы жива. Бесплодие было ее кармой. Я много размышлял над этим и понял, что мои попытки ее исцелить лишь продлили ее агонию.

Да, ей было бы тяжело знать, что у нее не будет детей, она бы страдала, но, в конце концов, могла бы усыновить ребенка из приюта и почувствовать себя матерью. Я же решил поиграть в бога и исправить, как мне тогда казалось, несправедливость. И что получил в результате? Лайза мучилась почти год. Умирала у меня на руках. Под конец уже никакие лекарства не могли спасти ее от страшной боли.

Карма ее не отпустила. Она должна была мучиться в этой жизни, уж не знаю почему, но этот долг из прошлой жизни она должна была отдать, так или иначе. Если бы я не вмешался, у нее были бы долгие душевные терзания, а из-за меня ей пришлось пройти через интенсивное очищение болью физической. Что, по-твоему, лучше? И я постоянно думаю, а что бы выбрала она сама, если бы знала, что ее ждет.

— Она бы выбрала ребенка, — уверенно произнесла Айне, сочувственно глядя на Райана, — не сомневайся в этом. Любая мать выберет своего ребенка и не важно, что ей для этого придется испытать.

Не терзай себя. Ты подарил ей пусть недолгое, но такое желанное счастье. Да, ей пришлось заплатить за это, но я уверена, что, если бы ей предоставить выбор, она не стала бы ничего менять.

— Ты просто не видела, как она мучалась, — Райан даже ссутулился, снова переживая те тяжелые дни.

— Я могу себе это представить, — с горькой улыбкой произнесла Айне, и Райан с запозданием понял, что он только что сказал и кому.

Той боли, что испытала его племянница, хватило бы на весь этот мир. Она испытала так много как душевной, так и физической боли! И раз так уверенно говорит, значит, точно знает, что права. Это, как ни странно, принесло долгожданное облегчение и освобождение для его измученной сомнениями души.

— Прости меня, милая, — покаянно произнес он, — не стоило тебе напоминать о твоей боли.

— Не переживай, Нир, — улыбка Айне стала грустной, — я никогда и не забываю о ней. Но это сейчас совсем не важно. Лучше скажи мне, каково это быть богом и пророком для целого мира?

— Ужасно, на самом деле, — подхватил смену разговора Райан, — Я ведь ничего такого не хотел и не планировал. В самом начале я решил поселиться в глухом месте, недоступном и диком, но оказалось, что и там живут люди. Я просто помогал им выжить, как мог, в основном советами, ведь магии во мне почти не осталось.

Люди очень любят искать себе кумиров. Так было раньше, так продолжается и сейчас. А ведь им всего то и надо, что обратить свое внимание внутрь себя, а не вовне. Это я и пытался им всегда объяснять.

Но работать над своим совершенствованием тяжкий труд, который под силу далеко не всем. Основная масса предпочитает жить так, как проще, а все сложности оставить другим, пусть, мол, они совершенствуются, а мы посмотрим, что из этого выйдет. А еще лучше, чтобы кто-то взял на себя труд молиться за них, искупать их грехи. Благодатная почва для любой религии, не находишь?

Этим и воспользовались драконы. Глупо было надеяться, что они оставят без внимания такой рычаг управления все увеличивающимся населением. А уж принцип «разделяй и властвуй» на Земле раскрылся во всей красе.

До сих пор не могу понять, зачем нужны людям все эти расы, национальности, народности. Они ведь все люди! Ну, загорел кто-то побольше, чем ты, но в остальном-то ведь вы совершенно одинаковы.

Или кто-то осеняет себя крестом не в ту сторону, или вообще не осеняет. Это же отличный повод для войны! Каждый считает, что все остальные люди должны быть именно такими, как и он сам, а все другие — выродки, не достойные жизни на Земле.

Чудовищные мысли, но большинство именно так и думают, даже если и не высказывают этого вслух. И вместо того, чтобы наслаждаться многообразием жизни, они постоянно воюют, уничтожают друг друга и все вокруг.

— Ты прав, сложно это понять, — Айне передернула плечами, — но это их путь. Будем надеяться, что они, наконец, поймут, что ведет он в никуда и сменят направление. Но вмешиваться мы не можем. В такие моменты я очень хорошо понимаю Хранителей.

Им, наверное, тоже невыносимо смотреть, как мы совершаем одну глупость за другой и не иметь возможности вмешаться и все исправить. У каждого свой путь развития, и каждый должен самостоятельно по нему пройти.

— Ты стала такой взрослой, — Райан с любовью рассматривал девушку, — а я все еще помню тебя смешливой девчонкой, постоянно влипающей в истории. Как жаль, что меня не было рядом, когда ты повзрослела.

— Скажи, — неуверенно начала Айне, — почему ты не хочешь пообщаться с отцом? Вы ведь близнецы, ваша связь должна была сохраниться, несмотря на то что ты в другом мире.

— Связь есть, — Райан задумчиво смотрел на водную гладь, словно вспоминая что-то ведомое только ему одному, — я намеренно приглушил ее. Тору достаточно того, что он чувствует, что я жив, в остальном мне порадовать его пока нечем.

— Но ведь он скучает. Не может не скучать!

— Конечно, скучает, как и я, — покладисто согласился Райан, — но он знает, что я не вернусь, пока не найду Рени. Это мой обет. Не хочу, чтобы он еще и об этом волновался. Жизнь Правителя — это не сахар. На самом деле, я даже рад, что Тор взвалил на себя эту ношу. Я попытался однажды, когда он отправился на поиски сестры, а нашел твою мать.

Тогда я взял на себя все обязанности Правителя. И скажу тебе, в этом мало приятного. Ты словно не принадлежишь себе, постоянно должен думать обо всех вокруг и словно зверь, запертый в клетке. Ты должна поддерживать своего брата, он ведь наследник и когда-нибудь станет править вместо отца. Но, думаю, уже сейчас у него слишком много обязанностей и плюсом к ним куча ограничений. Не зря же ты взяла с собой на Землю младшего брата, а не своего близнеца.

— Отец не отпустил его.

— Вот об этом я и говорю, — покивал головой Райан, — уже сейчас Тор приучает сына к мысли, что интересы эльфов для него превыше личных. Наверняка Лексу хотелось пойти с тобой, и я даже представлять не хочу, чего ему стоило решение остаться на Валиоре.

— Мы видимся с ним каждый день.

— Во сне. Он вынужден издалека наблюдать за тем, что происходит в твоей жизни. Просто представь себя на его месте, и ты поймешь, о чем я говорю, — Райан примирительно улыбнулся, — на самом деле, я горжусь своим племянником. Мне в свое время не хватило силы воли принять такую судьбу.

— Ты все еще любишь маму? — вырвалось у Айне, и она тут же пожалела об опрометчивых словах.

— Конечно, — легко ответил Райан, ничуть не обидевшись за такой личный вопрос, — но за прошедшее время я кое-что понял. Я считаю, что принимал чувства Тора за свои собственные. Это происходило из-за нашей связи близнецов. Мы так привыкли, что у нас все общее, что отделить себя от него оказалось мне тогда не под силу.

Лишь разлучившись с ним, я, наконец, смог понять, а что же чувствую я сам. Притушив нашу связь, я понял, что мои чувства к твоей матери стали иными. Я больше не одержим Селенией, теперь мое чувство скорее подобно ровному теплому огоньку, согревающему меня изнутри, несмотря на любые невзгоды и проблемы. Селения — мой свет, но теперь я прекрасно понимаю, что она не была предназначена нам обоим.

Мы все привыкли, что для близнецов существует одна лаарэ, и иного мы не представляли. Попав на Землю, я понял и еще кое-что. Все может быть иначе. То, к чему мы привыкли, не может быть абсолютом для всех. Я сильно изменился с тех пор, вернее, этот мир меня изменил. Любовь Лайзы сделала меня другим. Я не сразу понял, что моя симпатия и привязанность к ней превратились в любовь. Самую настоящую, понимаешь?

Выходит, что нет никаких ограничений, и лишь мы сами решаем, кому отдать свое сердце. Конечно, Лайза не была моей лаарэ, но и Селения ею не являлась, ведь тогда она бы не смогла отказаться от меня.

А это значит, что где-то существует женщина, предназначенная именно для меня, та, кто будет любить меня несмотря ни на что, и ничего не требуя взамен. Просто я ее пока не встретил. Но давай оставим эти грустные темы и пойдем уже к остальным.

В это время Айне обратила внимание на брата, направлявшегося к берегу, и встала, чтобы спуститься и встретить его внизу.

Софи была раздражена. Нет, не так. Она была просто в бешенстве! За то время, что здесь находятся эти русские, внимание всей ее семьи приковано только к ним. Элли практически поселилась у Лео, проводит там все свободное время.

Сэм тоже при каждом удобном случае норовит отправиться туда, а если она начинает ему выговаривать, что он мало уделяет времени семье, подразумевая, конечно же, себя, он делает вид, что не понимает и просто забирает с собой близнецов, чтобы, по его словам, у Софи было больше свободного времени на себя.

А зачем ей это свободное время, спрашивается? Если вся ее семья вьется вокруг этой русской девицы. Даже близнецы ее буквально боготворят и во всем слушаются, что особенно бесит. С ней, родной матерью, они спорят и пререкаются. А стоит только этой девчонке о чем-нибудь их попросить, они тут же наперегонки кидаются ей помогать.

Об Элли и говорить нечего. Ощущение, что родная мать у нее не она, Софи, а эта выскочка. Лео с Сэмом тоже буквально поедают ее глазами, и взгляды эти горят восхищением. А этой Нэл и хорошо, словно так и надо, чтобы все вились вокруг нее и восхищались. Как же она ее раздражает! И ведь не скажешь ничего. Она же спасительница Элли.

Вот и сейчас Сэм с Лео наперегонки пытаются покрасоваться перед девчонкой. Успокаивает только одно, Лео тоже в ней заинтересован. Вряд ли Сэм решится перейти ему дорогу, а значит, он останется с Софи. Но это их мальчишеское соперничество за внимание понравившейся девушки выглядит так по-детски. Неужели они сами не понимают этого?

Или, это заметно только ей? Да нет, вряд ли. Их мать слишком умна, чтобы не видеть, что происходит с ее сыновьями. Не понятно только, почему она не вмешивается. Ведь симпатия Сэма может разрушить их семью.

Если бы не вся эта ситуация с похищением, Софи бы обязательно закатила мужу грандиозный скандал и заставила бы его выбросить из головы все глупые мысли о влюбленности. Как же хочется поговорить с этой Нэл по душам и высказать все, что накипело!

Кстати, надо будет не забыть позвонить Линде и рассказать, что у них тут происходит. Глупышка надеется, что Лео снова к ней вернется. Но, похоже, теперь этому не бывать. Давно уже Софи не видела Лео таким сияющим и влюбленным. Такое ощущение, что эта Нэл смогла покорить всех вокруг, даже ее свекровь уже зовет ее Нэлечка на свой русский манер. Может, надеется, что у них с Лео все получится, и они станут парой?

С одной стороны, это было бы неплохо, тогда Сэм уж точно не станет строить планов в отношении нее, но с другой стороны, это будет означать, что эта девица постоянно будет жить рядом с ними, постоянно будет общаться с ее детьми и они еще больше привяжутся к ней.

Нельзя этого допустить. Надо позвонить Линде, пусть она приедет и попробует вернуть себе своего жениха, вдруг это сработает. А если нет, то Софи придумает еще что-нибудь, чтобы избавиться от этой девчонки.

А брат ее хорош! Софи прилипла взглядом к парню, выходящему из воды с доской для серфинга. Капли воды стекали с мокрых волос, и он потряс головой, словно пес, от чего капли разлетелись в разные стороны, попадая на рядом стоящих детей. Те запищали от восторга и принялись прыгать вокруг него. Софи продолжала наблюдать за ними из-под полуопущенных ресниц, лежа в шезлонге.

Красив! И совершенно точно знает об этом. Но, как же естественно себя ведет. Ни разу Софи не смогла поймать его за самолюбованием или высокомерием. Нет, всегда доброжелательный, веселый, готовый помочь.

Мечта, а не мужчина! Сэм, конечно, не хуже, но вот в плане отзывчивости и внимания Рэм даст ее мужу сто очков вперед. Последнее время такое ощущение, что этому чужому парню и то больше дела до желаний Софи, чем ее собственному мужу.

Если бы только не это нападение на Элли! Ну почему бабке вздумалось именно сейчас забрать ее дочь? Как же Софи надеялась, что Марибэль умрет раньше, чем придет время исполнять договор, но, видимо, удача в этот раз совсем не на ее стороне.

Если бы не это нападение, она уговорила бы Сэма взять детей и уехать на какой-нибудь тропический остров, на месяц или даже подольше. Отдохнуть ото всех, лишь со своей семьей. Но это все мечты, а реальность такова, что придется терпеть этих пришельцев еще неопределенное время. И чем дальше, тем хуже становилось Софи, тем более ненужной она себя ощущала.

Недавно ей позвонил друг Сэма и предложил роль в его новом фильме. Еще совсем недавно она бы прыгала от счастья, что ей выпала такая удача. А сейчас в голову к ней закрадываются сомнения. Почему именно сейчас появилась эта работа? Может это Сэм попросил его позвонить?

Может ее муж хочет избавиться от нее, пока здесь гостят эти русские ребята? Может, ему нужна свобода действий? Стоит ли принимать это предложение, ведь для съемок ей придется уехать минимум на три недели, а может и больше? К тому же, у Элли скоро день рождения. Когда ее жизнь успела так усложниться? И что ей делать дальше?

— А мы идем в поход! А мы идем в поход! — напевала Элли, топая по тропинке вслед за Сэмом.

До ее дня рождения оставалась неделя, когда на семейном совете решили, что предстоящие два дня выходных они вполне могут посвятить походу, о котором так мечтала Элли. Грэг с детства приучал сыновей к походной жизни. Райан поддерживал его в этом, поэтому не реже, чем раз в месяц Грэг с Райаном отправлялись в поход, прихватив с собой сыновей.

Грэг считал, что настоящий мужчина должен уметь выживать в дикой природе и не должен бояться трудностей походной жизни. Мальчишки с восторгом с ним соглашались.

В этих походах они становились настоящими исследователями и первооткрывателями новых неизведанных мест, встречали разных любопытных животных и насекомых. Отец и Райан учили их разводить костер, ставить палатку, ловить рыбу, обращаться с ножом и много еще чему, совершенно необходимому для настоящего мужчины.

Сандра никогда не любила походную жизнь, она страдала без привычного комфорта городской среды и, побывав однажды в таком походе, решила, что удовольствие от такого времяпрепровождения доступно действительно только мужчинам, ведь в быту они более неприхотливы, чем женщины.

Так и повелось в семье Андервуд, что поход — это мужское занятие. Жены Дэна и Сэма тоже не горели желанием стать ближе к природе, и только подросшая Элли решила, что поход — это интересно, и что ей непременно нужно там побывать. И очень обижалась, когда ей говорили, что девочкам в походе сложно, что ей гораздо лучше будет в цивилизации, а не в лесу.

И вот, наконец, мужчины прислушались к ней и в качестве подарка на ее девятый день рождения взяли ее с братьями в поход. Конечно, они уехали совсем недалеко от дома, ведь Элли с близнецами были еще детьми и сложные маршруты им были недоступны, но даже такой поход был для Элли огромной радостью.

Они доехали на машинах до ближайших гор, оставили транспорт на стоянке внизу, забрали рюкзаки с провизией и палатками и пошли по тропинке через лес, постепенно поднимаясь выше в горы. Там, по словам Грэга, было небольшое красивое озеро и недалеко от него удобный подъем на гору, который осилит даже ребенок.

Было решено в первый день добраться до озера, поставить палатки и разведать местность вокруг. А на следующий день подняться на гору, полюбоваться видом окрестностей и отправляться в обратный путь. И вот теперь они бодро шагали по тропинке в гору друг за другом.

Райан с Лукасом не смогли отправиться в этот поход, как и Дэн с сыном, поэтому они поехали ввосьмером. Сэм, Лео и Лейт несли основную массу багажа, Грэг от них не отставал, а дети и Айне шли практически налегке лишь с небольшими рюкзачками. Одежда на всех была удобная, погода радовала теплым солнышком и жизнь казалась прекрасной и удивительной.

— А мы встретим диких зверей? А там водятся змеи? А огромные пауки? А озеро теплое? А в нем можно плавать? А какая рыба в нем водится? А с вершины горы видно океан? — все эти вопросы сыпались из детей непрерывно.

Причем начались они еще в машине по дороге сюда. Айне только улыбалась, глядя, как потихоньку закипает Сэм. Его ответы становились все короче, и было совершенно ясно, что еще немного и его прорвет.

Но Грэг запретил одергивать детей, одним из главных принципов таких походов была полная свобода самовыражения. Так повелось изначально. Дети могли задавать любые вопросы, могли делать все, что придет им в голову, лишь должны были предупредить взрослых, чтобы те проследили и при необходимости помогли им справиться.

Вот и сейчас он охотно отвечал на все вопросы, а иногда и давал детям повод для самостоятельных размышлений. И Айне искренне восхищалась его терпением и добротой. Если бы существовало звание «Лучший дед», то оно непременно должно было достаться Грэгу Андервуду, впрочем, как и звание «Лучший отец».

Дорога шла через лес с огромными деревьями. Под их кронами было свежо и прохладно, но путники были разгорячены ходьбой, поэтому не особо замечали эту прохладу. Айне и Лейт с удовольствием любовались природой вокруг. В городе им очень не хватало этой густой растительности, хотя и там зелени было достаточно.

Вообще, природа Австралии очень импонировала Айне. Повсюду было много парков с красивыми цветущими деревьями. Ведь в Австралии сейчас весна, хотя Лео сказал, что некоторые деревья у них цветут круглый год.

Зелень здесь вообще была повсюду, но опять же, по словам Лео, такая природа не везде в Австралии. Большую ее часть занимает пустыня, а парки и леса в основном располагаются вдоль побережья. В пустыне Айне тоже хотела побывать, и братья Андервуд обещали им с Лейтом устроить туда экскурсию.

Через пару часов такой прогулки они, наконец, вышли к озеру с небольшим водопадом, стекающим с гор. Место было прекрасное. Грэг рассказал, что они с Райаном случайно обнаружили это озеро еще, когда были студентами.

Уже тогда они увлекались походами и частенько, бросив все заботы, отправлялись в горы или в пустыню, в общем, туда, где поменьше людей, где можно почувствовать себя единственными людьми на этой планете. Сейчас, конечно, таких мест оставалось все меньше, и все труднее было остаться с природой наедине.

Они взяли с собой две большие палатки, рассчитанные на трех-четырех человек. Для одной ночевки этого было более, чем достаточно. Элли заявила, что будет спать с Нэл и Рэмом, а всем остальным придется спать вместе во второй палатке. Они с братьями даже умудрились поссориться из-за этого, но под строгим взглядом отца быстро притихли.

Грэг сразу же стал руководить обустройством лагеря, а Айне вместе с детьми отправилась исследовать берег озера. Он был довольно каменистым, и подойти близко к воде было возможно лишь в одном месте, да и там это было небезопасно для детей.

Поэтому Айне взяла с них слово, что в одиночку они сюда не пойдут, обязательно позовут с собой кого-нибудь из взрослых. Вода была очень чистой и прозрачной, а еще очень холодной. О купании и речи не шло, а вот половить рыбу здесь было вполне возможно.

Мужчины разбили палатки и разожгли костер в специально отведенном для этого месте. Очаг был обложен камнями так, что ни одна искра не могла долететь до ближайшей травы.

В Австралии очень боялись пожаров, и открытый огонь зажигали с большими предосторожностями. За время пока добирались до места, все здорово проголодались и теперь дети с нетерпением крутились около Грэга, который собирался готовить походную кашу.

Айне с любопытством наблюдала за тем, как ловко он подвешивает над огнем котелок с водой, как уверенными движениями отмеряет нужное количество крупы, как режет овощи и добавляет специи.

Они с Лейтом так и не привыкли к тому, что жизнь людей так тесно связана с едой. Все важные переговоры проходили за накрытым столом, все праздники, все свободное время люди предпочитали проводить за едой.

Пусть иногда и чисто символически, но еда присутствовала у них практически на всех встречах. Это было очень непривычно для существ, которые могли полностью обходиться без еды.

День пролетел незаметно. Дети набегались, наигрались сначала в индейцев, которые сами изготавливали себе луки и стрелы, а потом в пиратов, которые должны были найти клад на необитаемом острове.

Своим энтузиазмом они заразили и взрослых, особенно Лейта. Он с удовольствием участвовал во всех их затеях, и дети были от него в диком восторге. Элли вообще не сводила с него влюбленных глаз, и Айне задавалась вопросом, замечает ли ее младший братишка симпатию девочки.

Она переживала за Элли, но надеялась, что эти чувства со временем утихнут, и брату не придется разбивать ей сердце. Но все-таки она волновалась и решила поговорить с девочкой при первом же удобном случае.

После ужина, который проходил уже при свете фонарей, детей ожидаемо стало клонить в сон, но они наотрез отказывались отправляться в палатку. Тогда Лейт решил прибегнуть к хитрости и позвал Элли с мальчишками спрятаться в секретной пещере и послушать сказки, которые он им расскажет о прекрасном волшебном мире, где живут эльфы и драконы, а также водный народ азрайлены.

Услышав это, Элли чуть ли не бегом отправилась в палатку, таща за собой Лейта словно на буксире. Глядя на это, и мальчишки решили к ним присоединиться, ведь послушать чудесные истории любят все дети.

Оказалось, что не только дети. Грэг тоже отправился с ними, оправдываясь тем, что хочет присмотреть за детьми, чтобы они хорошо себя вели. Сэм и Лео понимающе переглянулись, но ничего не сказали.

Так и вышло, что у ночного костра остались сидеть лишь трое. Набегавшись с детьми за день, Айне чувствовала приятную усталость и расслабленность. Они втроем сидели на широком поваленном дереве, которое служило отличной скамейкой.

Рядом потрескивал небольшой костер, рассыпая вокруг снопы искр, а над головой у них раскинулось бескрайнее темное небо с яркими вкраплениями звезд и почти ровным кругом Луны. Девушка запрокинула голову и разглядывала небо чужого мира, сравнивая его с привычным ей небом Валиора.

— У вас такое же? — словно прочитал ее мысли Сэм, тоже запрокинув голову.

— Нет, совсем другое, — откликнулась она, — даже странно. Я никогда не задумывалась о том, что в разных мирах и небо должно отличаться.

— А в чем различия? — подключился к разговору и Лео.

— Ну, во-первых, у нас нет Луны.

— Совсем?

— Совсем.

— Выходит, по ночам у вас очень темно, — Лео вспомнил безлунные ночи и слегка поежился. Темноту он не очень любил, ведь лишившись привычного обзора, очень неуютно себя чувствуешь.

— Почему темно? — не поняла Айне, — у нас по ночам гораздо светлее, чем здесь.

— Но как? Ведь основной свет ночью дает Луна, — Лео удивленно смотрел на девушку.

— Это у вас, — Айне перевела взгляд на парня и улыбнулась, — наше небо наполнено звездами. И они гораздо крупнее, чем здесь. И расположены не поодиночке, а целыми скоплениями. Вы не представляете, как это красиво!

А раз в месяц у нас происходит звездопад. Незабываемое зрелище. Мне никогда не надоедает любоваться им. Только представьте, тысячи звезд падают вниз и кажется, что вот сейчас они действительно долетят до вас и опустятся прямо в руки. Но этого, конечно же, не происходит. Метеориты сгорают в атмосфере и это похоже на маленькие разноцветные фейерверки.

— И такое шоу у вас каждый месяц? — заворожено произнес Сэм, представив эту картину.

— Да, каждый месяц в один и тот же день.

— Интересное явление. Я бы хотел увидеть это, — мечтательно протянул Лео.

— Это можно устроить, — хитро посмотрела на него Айне, — вы уже давно не заглядывали к нам с Элли на полянку. Думаю, сегодня отличный шанс побывать там всем вместе. И там я смогу показать вам иллюзию звездопада, а Лекс мне поможет. Элли тоже должно понравиться. Раньше мы с ней не говорили об этом.

Говоря это, девушка снова запрокинула голову вверх и уперлась затылком в плечо сидящего рядом Сэма. Подумав, она не стала отстраняться, а наоборот поудобней устроила голову, продолжив смотреть в темное небо.

Сэм сначала напрягся и даже задержал дыхание, но поняв, что девушка не собирается его отталкивать, расслабился и немного развернулся, чтобы ей было удобнее опираться на него. Лео же лишь глубоко вздохнул, жалея, что не он оказался на месте брата, а потом, взяв палку, поворошил угли в догорающем костре.

— Думаю, это отличная идея, — произнес он, наблюдая, как под натиском огня съеживается и превращается в угли толстое полено.

Пламя довольно урчало, облизывая дрова, и у Лео впервые возникла мысль, что возможно оно живое. Нет, не разумное, конечно, но точно живое. И почему ему это раньше не приходило в голову?

Теперь он на многие вещи смотрел иначе и все благодаря сидящей рядом девушке. Она вошла в его мир, полностью изменив все вокруг. Теперь уже сложно представить, как он жил без нее раньше.

Это было словно не с ним, словно вся его жизнь была лишь дорогой, ведущей к ней. А теперь он находился рядом с ней и понимал, что именно здесь и должен быть, так правильно. И ничто не могло поколебать этой его уверенности.

— Тогда, наверное, нужно идти спасать Лейта. Но если Элли уснула, перенести ее в вашу палатку будет проблематично, — Сэм нахмурился, размышляя, как лучше сделать, но Айне все решила за него.

— Не стоит никого будить, — произнесла она, — Лейт прекрасно помедитирует в палатке с детьми, заодно присмотрит за ними, а нам втроем будет достаточно места в другой палатке.

— Ты хочешь, чтобы мы ночевали втроем в одной палатке? — Лео даже палку выронил от удивления.

— Да, а в чем проблема? — Айне тоже с удивлением на него посмотрела, — так будет проще. А когда вы уснете, быстрее окажетесь у озера, и не придется блуждать по лесу, ведь я буду рядом с вами и сразу направлю вас туда, куда нужно.

«Вот только я вряд ли легко засну, если ты будешь рядом», — про себя подумал Лео и, взглянув на брата, прочел на его лице те же мысли. Но Айне, ничего не замечая, легко поднялась и отправилась к палатке. У входа она обернулась:

— Ну же, чего вы ждете? Чем раньше ляжем, тем больше времени у нас останется.

— Сейчас, нужно загасить костер, чтобы не устроить случайно пожар, — Лео преувеличенно старательно стал сгребать угли, а Сэм схватил котелок и уже собрался отправиться к озеру, чтобы набрать там воды.

— Конечно, как я об этом не подумала, — девушка вновь вернулась к костру и провела над ним руками, словно накрывая огонь куполом.

На глазах у удивленных мужчин, огонь стал быстро затухать, вот уже языки пламени исчезли и лишь маленькие искорки тлеют внутри. Еще минута и они тоже пропали, и лишь оставшееся тепло напоминало, что совсем недавно здесь горел яркий костер.

— Вот это да! — Лео не смог сдержать восхищенного возгласа, — Это просто чудо какое-то!

— Это магия Огня, — пожала плечами Айне, — давайте уже ложиться, а то за ночь ваши тела не успеют как следует отдохнуть.

В палатке было темно и Сэму пришлось включить фонарик на телефоне, чтобы они с Лео смогли хоть что-то разглядеть. Он залез в палатку первым, следом за ним Айне и последним был Лео, который тщательно застегнул полог, чтобы никакая живность не смогла забраться к ним, пока они спят.

Айне устроилась между мужчинами и с удовольствием ощущала тепло, исходящее от их тел. Их энергия была яркой и очень приятно согревала девушку. Палатка была небольшой, для троих взрослых места было впритык и Сэму с Лео не оставалось ничего другого кроме как повернуться набок лицом к девушке.

— Засыпайте, — распорядилась она и попыталась расслабиться, чтобы легко войти в медитативное состояние, как делала это каждую ночь на Земле.

Но в этот раз что-то ей мешало. Она чувствовала напряжение, исходящее от мужчин, и не понимала, чем оно вызвано.

— Что происходит? — она повернула голову сначала к Сэму, а затем к Лео, — почему вы не спите?

— Это не так-то просто сделать по команде, — усмехнулся Сэм.

— А что вам нужно, чтобы быстро уснуть? — Айне действительно стало интересно, — я могу чем-то помочь?

— Это вряд ли, — скептически хмыкнул Лео, — скорее уж наоборот.

— Наоборот? — удивилась девушка, — я что, мешаю вам спать?

— Не мешаешь, — тут же поспешил ее успокоить Лео, — скорее уж отвлекаешь.

— Но я же молчу, — возмутилась Айне, — лежу тихо, не шевелюсь. Чем я вас отвлекаю?

— Прости, Нэл, ты не виновата, — Сэм попытался ей все объяснить, но правильные слова подбирались с трудом, — не знаю, как эльфам, но земным мужчинам очень сложно спокойно заснуть рядом с красивой девушкой.

— Ты только не подумай плохого, — тут же исправился он, — это происходит неосознанно, понимаешь? Такая у нас физиология, а может с мозгами что-то не то, — вздохнул он, отчаявшись найти нужные слова.

— Кажется, я понимаю, — задумчиво произнесла Айне, — и могу вам в этом помочь.

Она нащупала в темноте сначала руку Сэма, потом руку Лео и, сжав их, произнесла:

— А теперь закройте глаза и прислушайтесь к своим ощущениям. Не нужно их сортировать, отгонять от себя какие-то мысли, просто наблюдайте. И дышите, — голос девушки звучал успокаивающе, и Сэм с Лео непроизвольно расслаблялись, слушая его, а девушка меж тем продолжала:

— Почувствуйте, как от моей руки к вам передается тепло. Оно течет тонкой струйкой, перетекает с моих пальцев на ваши ладони и поднимается вверх по руке, — при этих словах она переплела свои пальцы с мужскими, и сжала их ладони еще крепче.

Лео почувствовал тепло, о котором говорила девушка, так же, как и Сэм. Они заворожено наблюдали за своими ощущениями и сами не заметили, как провалились в сон, а открыв глаза, очутились на знакомой полянке, где их по-прежнему держала за руки улыбающаяся Айне, а чуть поодаль от них стояли оба ее брата и Элли, у ног которой крутился Огонек.