Трафик

Глава 8

Они ехали долго. Сначала по дачным поселкам, потом по тихой в ночное время трассе.

-Почему вы не отправили то письмо? - тихо спросила Лера.

Она успокоилась и теперь сидела притихшая, в одно мгновение осознав, какие последствия мог повлечь ее импульсивный поступок. Безликие бараки с рядами одинаковых коек, решетчатые окна и соседки, среди которых много озлобленных и даже жестоких: все это встало перед глазами, словно она вновь оказалась в исправительной колонии.

Так и не дождавшись ответа от Станислава Викторовича, она задремала, и изредка просыпалась от светящих в лицо фар встречных машин.

В салоне зазвонил телефон, и после короткого разговора, Станислав Викторович здорово встряхнул Леру за плечо.

-Что у тебя с Лебяжкиным Павлом?!

- Кто это? - спросонья она не только не поняла, о ком речь, но и почему Станислав Викторович опять зол.

- Мужик, который дал тебе пистолет, - услужливо поведал он, но от его сухого тона холодок пробежал по коже.

- Мой сосед в общаге, - стушевалась Лера, словно ее уличили в грязной связи с бывшим уголовником. - И он не давал мне пистолет, я сама его украла.

- Украла? - Станислав Викторович искренне удивился и посмотрел на нее, ожидая пояснений.

- Да, - буркнула Лера. - Он пьет запоями, да еще и сидел за убийство. Вот и украла, чтобы не пристрелил кого-нибудь.

Сказала и губы поджала. Глупо прозвучали слова, особенно после того как она сама чуть не подстрелила Станислава Викторовича.

-Как ты смогла выкрасть пистолет? - мужчина продолжал вести машину по трассе и допытываться.

- Когда Паша пошел в душ, взяла с полки пистолет и спрятала в сумку...

- В душ? - рука Станислава Викторовича, сжимающая руль, резко дернулась вниз, и машина круто вильнула по мерзлой трассе.

- Осторожно! - вскрикнула Лера и вжалась в сидение.

- Я повторяю вопрос. Что тебя связывает с этим мужиком? - грубо спросил Станислав Викторович, выравнивая машину. Он не смотрел на нее, но и в профиль было видно, как заострились черты его лица, плотно сжались губы и широко раздувались ноздри.

Лера выпрямилась, с интересом на него взглянула.

-Я не спала с ним. Если вы об этом.

- Хорошо, - кивнул Станислав Викторович, и она заметила как расслабились его плечи. - Хорошо.

Оставшуюся дорогу она тайком не сводила с него глаз. Был ли в его вопросах личный интерес или им двигала исключительно профессиональная привычка всегда добираться до сути? Но зачем ему такая суть?

Вскоре машина остановилась, и Лере пришлось выбираться из теплого салона под ночной пронизывающий ветер.

-Снимите наручники, - попросила она, желая поскорее обнять себя руками, удержать тепло тела, которое вытягивал из нее холод.

Из остановившего позади джипа вылез Андрей и выпустил алабая. Псина рванулась к хозяину, но громкое требовательное слово "сидеть!", остудило его пыл и заставило подчиниться. К Лере пес настороженно принюхался, но рычать не стал, что сильно ее обрадовало.

-Ждите здесь, - Станислав Викторович вытащил из багажника небольшую спортивную сумку и махнул рукой Андрею, и тот довольно зевнул, забраясь обратно в салон.

- А если мы заблудимся? - спросила Лера, когда Станислав Викторович ухватил ее под локоть и повел в лес. По обе стороны трассы колыхались на ветру стройные деревья, взывая к темному небу обледенелыми ветвями. Как только они вошли в лес, алабай бесшумно скрылся из вида.

Мужчина лишь крепче прижал Леру к себе и уверенно направился вперед, ловко огибая стволы деревьев, изредка останавливаясь и осматриваясь. Его уверенность в своих шагах передалась и ей.

Лера дрожала от холода, и согревала пальцы, сжатые в кулак, своим дыханием. Кроссовки тонули во влажной земле, сминали хрупкую корку наледи, которой покрылись опавшие листья. Она уставала, и только руки Станислава Викторовича подталкивали ее не снижать темпа и быстро шагать вперед.

В темноте показался силуэт небольшого домика из древесного сруба. Около двери его сидел алабай.

Станислав Викторович пропустил Леру внутрь и спешно захлопнул дверь, оставив пса снаружи.

В домике было холодно, темно и сыро. Мужчина чиркнул зажигалкой и разжег керосиновую лампу. В тусклом свете проявились очертания печки-буржуйки, расположенной около двери, узкой кровати, заправленной пледами и небольшого квадратного стола, стоящего у окна. Сквозь щели деревянной рамы свистел холодный воздух. Лера присела на кровать и потрогала сыроватый плед.

Станислав Викторович поставил лампу на стол, и вышел из домика, а когда вернулся, держал в руках несколько поленьев. Очистив изнутри печь от золы, он растопил ее, уложив поленья внутрь буржуйки.

-Станислав Викторович, - позвала Лера его, - кровать сырая, я замерзну ночью.

- Встань, - он подошёл к ней и взяв плед из грубой шерсти, забросил его на длинную веревку, которая тянулась вдоль потолка и крепилась к стенам. Затем повесил сушиться ещё один, потоньше. Толстый матрас он поставил вертикально у стены, в метре от буржуйки.

Из сумки, которую он принес, Станислав Викторович достал одеяло из верблюжьей шерсти и вязаный мужской свитер.

-Надень, - протянул его Лере, и она с готовностью сбросила куртку и надела теплый свитер.

- Постелишь куртку, укрываться будешь одеялом. Сейчас дом прогреется, только не забывай подбрасывать дров.

- А еда?

- В сумке еда и вода на завтра. Здесь походная плита есть и несколько газовых балончиков. Пользуйся аккуратно. Я буду приезжать раз в два дня, голодной не оставлю.

- А собаку чем кормить?

- К Гектору не суйся, кормить буду сам.

- Хорошо, - кивнула Лера. Поближе познакомиться с алабаем желания не было.

Станислав Викторович выложил из сумки увесистый пакет, как подумала она, с продуктами. Он спешил, и к ее облегчению, серьезный разговор о произошедшем в кабинете, откладывался.

Вскоре он принес в домик поленья, сложил их высокой стопкой около буржуйки и оставил на столе зажигалку.

Когда собрался уходить, Лера занервничала. Пока Станислав Викторович был рядом, она не боялась остаться одна, и только теперь по-настоящему испугалась. Он тем временем, не прощаясь, вышел из домика и закрыл дверь на замок.

Слушая удаляющиеся шаги и тоскливое собачье скуление, Лера легла на жесткий каркас кровати и расплакалась.

Ночь, тихая и холодная, длилась долго, и рассвет не торопился наступать. Буржуйка поддерживала тепло в доме, издавая треск горящих поленьев.

Лера лежала на твердой кровати, и смотрела в окно. Сон не шел, несмотря на усталость. За окном бродил пес, изредка издавая рычание и скулеж. Он скучал по хозяину, и она удивлялась, как по такому человеку можно скучать? Может, с псом он обходился лучше, чем с ней?

Заснуть, оставив без присмотра керосиновую лампу и буржуйку, Лера боялась. К рассвету она все же задремала, и проснулась от стука в дверь и скрежета когтей по дереву.

-Кто там?! - она подскочила с кровати и подбежала к двери, приложила ухо к холодной древесине и прислушалась. В ответ зарычал алабай.

Лера медленно отошла вглубь домика и посмотрела на остывшую буржуйку. С каждой минутой становилось холоднее, словно лес намеренно вытягивал тепло наружу. Разобрав поленья в одинаковые стопки, она почистила буржуйку и заложила новую партию дров. Пока печь разгоралась, потихоньку наполняя воздух теплом, Лера полезла в пакет с продуктами и выудила оттуда небольшой кусок сырой говядины и разные овощи: баклажаны, помидоры и сладкий красный перец. Под столом нашлась походная плита, уже заправленная газовым балончиком. На стене над столом, в ряд висела кухонная утварь, старая, покрывшаяся пылью и тонкой паутиной.

Лера вытерла сковороду тряпкой, которую нашла, висящей над буржуйкой, и поставила ее на плиту.

Спустя час она смогла позавтракать овощным рагу с крупными брусками мяса. Алабай, который сидел рядом с окном, доставая носом до стекла, смотрел на нее голодными глазами и жадно облизывался. Уличив момент, когда его что-то отвлекло в лесу, Лера приоткрыла окно и бросила остатки еды псу.

В дневном свете домик выглядел более приветливо, а когда она застрелила постель высохшим пледом, то и вовсе уютным. На деревянных стенах домика играли солнечные блики, на полу лежала большая овечья шкура. Лера заглянула под кровать и нашла жесткий коричневый чемодан из кожзаменителя, застегивающийся на две крупные защелки. Лера видела точно такие же чемоданы у матери, доставшиеся ей от бабушки.

Чемодан оказался набитым книгами и журналами на охотничью тематику. Представить, как Станислав Викторович коротает холодные ночи за чтением книг, было не сложно. Человек, который уходит на неделю в лес, должен знать не только как охотиться, но и выживать. Перебирая пальцами шероховатые книжные страницы, Лера вытащила из чемодана несколько журналов, которые не могли не привлечь ее внимание. Они пестрели откровенной эротикой, и даже порнографией.

Журналы она припрятала под подушку, а чемодан вернула на место - под кровать. До обеда обыскала дом и нашла отсыревшую пачку сигарет за буржуйкой. От скуки она просушила сигареты на печке и попробовала закурить. Горло обожгло горячим дымом, и она тут же бросила эту затею.

Лера пробовала выглянуть из дома, но алабай с рычанием бросался на дверь. Пес охранял ее, не позволяя не то что выйти, но и высунуть нос. Оставалось сидеть в доме и дожидаться возвращения его владельца. И времени у нее было предостаточно.

Съев упаковку печенья, Лера через окно накормила алабая добротным куском колбасы и спустила в миске воду, обвязав ее найденной в доме веревкой. Жалость к животному побуждала ее рисковать и кормить его, попутно ругая Станислава Викторовича за черствость и жестокость. Разве хороший хозяин оставит своего пса голодным? Нет, он не был хорошим хозяином собаке, да и вообще, не был хорошим человеком.

Когда стемнело, Лера подожгла керосиновую лампу и устроилась у окна, наблюдая за черными тенями деревьев, которые ветвями стучали по стенам дома. Пес поскуливал, скреб когтями дверь, то ли прося еды, то ли прося впустить его в тепло. Его присутствие успокаивало ее, не давая поддаться страху. Она боялась непроглядной темноты, боялась леса и его обитателей, и убеждала себя, что пес будет защищать ее от любой опасности.

Уже зевая, Лера набросала дров в буржуйку, погасила лампу, легла в кровать и, кутаясь в теплый плед, уснула.