Трафик

Глава 25

Мила бесновалась за дверью, рыдания жены ничуть не смущали работников морга, а Стас их и вовсе не замечал. Его лицо было бледнее, чем у трупа, лежащего перед ним.

-Это она? - не слишком деликатно спросил следователь. Ему было неловко, и за напускным профессионализмом он прятал желание поскорее отделаться от неприятной процедуры опознания.

Стас не отреагировал, следователю пришлось повторить вопрос, на этот раз громче, требовательнее.

-Нет, - подняв голову, Стас посмотрел на мужчину непонимающим взглядом. - Это не может быть она. Вы ошиблись.

- Посмотрите внимательнее, - попросил следователь раздраженно и тихо добавил работнику морга: - Покажите шрам на бедре.

- Не надо, - Стас услышал их и ошалело провел взглядом по неподвижному телу. Он смутно осознавал, что сделав это, они разобьют вдребезги слабую надежду, которая не дает ему сойти с ума в эту же минуту. Это она. Не Рената. Просто похожа. Точно такая же, но не она. Ксюша! Да, пусть это будет Ксюша. Кто угодно, только не его доченька. Вынужденный обман, на которой он шел сознательно, но в то же время понимая, что ошибки быть не может. Пол ускользал из-под ног, и следователь подставил плечо, за которое Стас ухватился.

- Это не она, - сказал он мужчине в лицо, в отчаянии мотая головой. - Не она.

- Маловероятно, - пробормотал следователь. - Ваша жена сможет пройти опознание?

Все присутствующие затихли, слушая женские крики, доносившиеся из коридора.

-Посмотрите еще раз, - следователь подтолкнул Стаса к мертвому телу. - Узнаете шрам?

Оставшись без поддержки, он медленно осел на пол, рукой хватаясь за холодные пальцы его дочери. Лбом прислонился к белой простыни, накрытой на до боли родное тело и кулаком зажал себе рот, сдерживая рвущуюся изнутри боль. Он узнал. Но не осознал. Не поверил, продолжая скрываться за стеной лжи, которую возвел разум, лишь пугливо выглядывая из-за нее, чтобы снова убедиться - перед ним лежит Рената. Холодная, словно высеченная из камня, неподвижная, будто и впрямь ничего не чувствует. Ни то как Стас отчаянно цепляется за ее руки, ни как кричит, пытаясь разбудить.

Его оттаскивали от тела трое, вытолкнули за дверь, безуспешно уговаривая успокоиться. Стас даже не пытался вникнуть в смысл слов, сыпавшихся на него со всех сторон. Мила, словно обезумевшая, повисла на нем, заходясь рыданиями. Нужно успокоить, понимал Стас, но тело утратило подвижность и не слушалось. Пустым взглядом блуждая по коридору, он чувствовал, что задыхается, отравившись парами формалина.

Он вывел жену из морга и усадил на лавочку, которая утопала в голубых елях, росших на территории.

Мило трясло, колотило крупной дрожью. Стас и сам был не грани. Смотря себе под ноги на холодный асфальт он отчаянно скрывал боль, и только дрожащие руки и потухший взгляд выдавали его отчаянное состояние. Он не уберег ее. Его не было там - в парке, когда дочь насмерть замерзла, уснув на лавочке.

-Это моя вина, - глухо прошептал Стас и взглянув в зареванное лицо жены, прижал к ее себе. Уткнувшись носом в дрожащее плечо, он выпустил на волю болезненные эмоции и беспомощно зарычал, ледяными пальцами сжимая мягкую куртку жены.

-Стас, - Мила отстранилась, обхватывая его лицо руками. - Ты уверен, что это наша…. доченька?

Он кивнул и тут же помотал головой, смотря вдаль. Словно знал, что если поверит в это, лишится разума. Он не готов поверить. Не сейчас. Позже. Когда останется наедине с собой и напьется до беспамятства.

По дороге на съемную квартиру Ренаты, в которой остановилась Мила, Стас пожалел, что сел за руль сам. Потому что управлял машиной на рефлексах, заторможено реагируя на дорожные сигналы и перестраивающиеся в его ряд автомобили. Дрожащие руки скользили по круглой поверхности руля, сигарета во рту тлела, и он брал следующую. Жена сидела рядом и громко выла, заливая слезами воротник куртки.

Он вспоминал разговор со следователем в его кабинете. О том, что Рената умерла, ему сообщили сухо, разбавляя важные слова другими, ничего не значащими. Вежливыми, правильными в такой момент, но блеклыми, которые не отложились в памяти. И все же он уловил главную суть. Его дочь уснула в морозную ночь на открытом воздухе. Зашла глубоко в парк и прилегла на сырую лавочку. В ее крови нашли следы наркотиков, но перед смертью она не употребляла их. Только алкоголь. До утра Рената не дожила. И после того, как Стас подал заявление, следователь вспомнил о неопознанном трупе, поступившем в морг два дня назад. Уже тогда, когда Стас мчался в Москву, Рената была мертва.

Он встрепенулся, услышав позади автомобильный сигнал. Взглянув в зеркало заднего вида, Стас понял, что остановился посреди дороги, вынуждая водителей сигналить и объезжать Мерседес. Надавив на газ, он медленно тронулся с места.

Мила достала из сумочки таблетки и, не запивая водой, проглотила успокоительное. Протянула ему коробочку, но Стас отказался. Он знал, что лекарство не поможет.

В квартире жена успокоилась, превратилась в безликое вялое подобие прежней Милы и прилегла на кровать, пустым взглядом уставившись в потолок. Стас же не находил себе места, бродя по комнатам с сигаретой в зубах. Во рту стояла горечь, а горло саднило от обжигающего сигаретного дыма. Ему казалось, стоит остановиться и горе, притаившееся за спиной, настигнет его, скрутит так, что вырваться из липких объятий не останется сил.

-Я скоро вернусь, - сказал он, заглядывая в комнату жены и вышел из дома, собираясь ехать к следователю.

В кабинете мужчины Стас долго молчал, собираясь с мыслями. Ему уже битый час втолковывали, что в смерти Ренаты нет никаких признаков убийства. Неосторожность, повлекшая роковые последствия, всего то. Но виновных искать незачем.

-Студентов мы ищем, и будьте уверены, найдем, - заверял его следователь, вытирая пот со лба. В кабинете было душно, несмотря на холодную погоду за окном. - Но к вашему делу это не относится.

- Не относится? - не мигая, повторил Стас. - Они посадили мою дочь на наркоту!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Разберемся, - устало кивнул следователь. - Мы во всем разберемся. И если выявим информацию, касающуюся смерти вашей дочери, сообщим.

Стас горько усмехнулся. Он бы поступил так же, будь на месте следователя.

Выйдя из участка, он поехал в парк. Ноги сами привели его к тому месту, которое назвал следователь.

Одинокая скамейка, на которой прохожие нашли окоченевшую Ренату, была занята. Двое молодых мамочек тихо беседовали, качая коляски. Стас сел напротив и стал терпеливо ждать.

К тому времени, когда они ушли, он сильно продрог. Переместившись на освободившуюся лавочку, он рукой прикоснулся к ней. Холодная. Полулежа, он лбом уперся в древесину, вдыхая промозглый воздух. Боль распирала изнутри, рвалась из горла наружу. Но он не выпускал, плотно сжимая обмерзшие губы.

Мимо проходили люди и настороженно косились на него. Кто-то даже трогал за плечо, спрашивая, не нужна ли помощь. А Стас поднимал голову и, смотря в лица незнакомых людей, думал, где они были, когда умирала его дочь? Все эти люди. Он злился, отвечал грубо, выплескивая на прохожих свою злость и отчаяние. Но понимал, что дело не в них. Не в этих людях. А в нем самом. Где он был, когда Ренате нужна была помощь? Добивался Леру, напрочь забыв про отцовские обязанности.

Она, словно почувствовав, что занимает его мысли, позвонила. Стас долго держал телефон в руке, не решаясь ответить. Он, как безумец, жаждал услышать ее голос, но боялся, что Лера спросит о дочери. Говорить об этом он не готов. Но подумав, что с ней могло случиться что-то серьезное, тут же поднял трубку. Страх потерять еще одного любимого человека всколыхнулся в нем с такой силой, что сперло дыхание в груди.

-Нет, ты представляешь?! - возмущенно воскликнула она, вводя Стаса в замешательство. - Я пришла туда, ну, где курсы проводят. А там дверь закрыта! Никакого учебного центра там нет! Это же наглый обман, а я им такую сумму перевела!

- Успокойся, - Стас устало провел рукой по обветренному лицу. Его отпускало, стоило понять, что с ней все в порядке.

- Как я могу успокоиться? Я так ждала эти курсы, - она вздохнула. - Что теперь делать?

- Ничего, - ответил Стас, поднимаясь со скамейки. Нужно уходить. Сейчас, пока Лера отвлекает его. Иначе не сможет. - В следующий раз смотри отзывы в интернете. Лер, мошенников много, всех не накормишь.

- Да я смотрела! Все положительные. И не подумаешь, что обман.

- Забудь, - Стас прибавил шаг, заметив стоящий на парковке Мерседес. - Найди другие курсы. Я оплачу.

- Я и сама могу, - проворчала она. - Мне просто обидно - так глупо потеряла время и деньги.

- Лер, тетя Оля приехала? - спросил Стас, садясь за руль. Он чувствовал, что разговор вот-вот закончится и не мог это допустить. Едва исчезнет ее голос, и он вновь останется один на один с болью, разъедающей сердце. Ему было страшно.

- Да, - ответила она, шумно выдохнув. Пожаловалась, полегчало. - А что?

- Пытаюсь понять, почему ты позвонила мне. Не пошла к ней, а набрала меня.

- А чем она мне поможет? - подумав, спросила Лера.

- Выслушает, как я. Даст совет.

Она засопела в трубку, а Стас на миг улыбнулся. Подловил. О нем сперва подумала, а не о ком-то другом. Не это ли значит, что ее отношение к нему меняется? Пусть и медленно.

-Ты ж у нас юрист, - буркнула она. - Поэтому и позвонила.

Выкрутилась. "Так не пойдет", подумал Стас. Он остановился напротив подъезда, но выходить из салона не спешил. Там, за металлической дверью его поджидает мрак, а здесь витает обманчивое спокойствие.

-Вы дочь-то нашли? - спросила вдруг Лера, заставляя его похолодеть.

- Нашел, - ответил он без единой эмоции в голосе и быстро закончил разговор. Ему казалось, что воздух в салоне Мерседеса сгустился, становясь удушливым маревом. Стасу срочно нужен был свежий глоток кислорода и он выскочил из автомобиля.

Нужно возвращаться к жене. Он сделал шаг к подъезду. Потом ещё один, более уверенный, чем первый. Мрак ждал его, там, за закрытой дверью. И он шел к нему сам, смиряясь с неизбежным. Его боль вернулась, но теперь Стас знал лекарство, способное не излечить его душу, нет, но помочь выбраться из мрака.