Трафик

Глава 29

Ей хотелось. Очень. Это… это было настолько нереально, что с первого раза поверить не получалось. Она - владелица свадебного салона. Необразованная, отсидевшая срок, разве добилась бы она сама этого? Нет. И разум ей подсказывал, что нужно хвататься за предоставленный шанс устроить свою жизнь, взять в руки то, что предлагают и приложить усилия, чтобы добиться успеха. Но было одно "но", стоящее за спиной в ожидании ответа.

-Стас, я очень хочу, правда, - Лера подошла к нему. Он протянул руку и поправил расстегнувшуюся молнию ее куртки. - Но пообещай, что я не должна буду расплачиваться с тобой за это.

- Обещаю, Лер. Мы столько раз говорили об этом, что я сбился со счета. Считай это вкладом в светлое будущее молодого поколения. На безвозмездной основе.

Она кивнула, принимая предложение, веря его словам. После смерти дочери, Стас стал соблюдать приличия, и хоть бросал на нее голодные взгляды, дальше не заходил.

-На какие расходы я могу рассчитывать? - спросила, заглядывая в каждый уголок.

- Ты не стеснена в средствах. Обустраивай все так, как считаешь нужным. Я обеспечу всем необходимым, помогу, если возникнут трудности.

- Это все так неправильно, - вдруг вздохнула она, взгляд отвела и пояснила: - Брать у тебя деньги. Я ведь поначалу не собиралась, отказывалась, а теперь живу за твой счёт, и это все, - она обвела руками помещение. - тоже. Мне радостно оттого, что могу заняться чем-то стоящим, тем, что принесет удовольствие и деньги, но в то же время чувствую себя паршиво.

Стас подошел к ней и взял за плечи, заставляя посмотреть в глаза.

-Мы оба знаем, почему. Я солгу, если скажу, что не хочу тебя. Хочу Лера, так хочу, что в глазах темнеет от желания. И мне не избавиться от этого наваждения, как бы не старался. И ты не можешь сделать вид, что не замечаешь этого. Можно не говорить о моих чувствах, но не видеть их невозможно. Но ты не должна беспокоиться, тем более считать, что предаешь память мамы и Люси. Это не так, пойми же. Не ты лезешь мне в карман, я сам раскрываю его. Мной движет забота о тебе, стремление исправить то, что под силу.

Лера покачала головой, жалея, что разговор свернул на неприятную тему. Чувства под запретом. Для него, и для нее. Другого быть не может, как бы он не убеждал ее в обратном.

- Вот именно, Стас. Ты ждёшь результата, отдачи, ответных чувств. И если я поддамся, это и будет предательством. Поставь себя на мое место, хоть ты никогда не умел это делать. Но хоть на минутку, это ведь не так и сложно. Ты бы смог простить, забыть, сделав вид, что ничего не было?

- Не смог, - ответил он. - И ты не сможешь, даже не пытайся. Не сейчас. Может, позже, когда сама поймешь, что в состоянии отпустить прошлое.

- У меня нет желания его отпускать.

- Потому что понимаешь, что нашла способ наказать меня. Но Лера, мне пришлось вынести куда большее наказание, которое никогда не сравнится с твоим. Поверь, я выдержу и теперь. И когда ты решишь, что с меня достаточно, то сможешь простить. Если недавно я бы воспротивился такому раскладу, надавил на тебя, принуждая вступить в отношения, то теперь все обстоит иначе.

Лера не знала, что ответить. Он твердо верил в свои силы, упорно стучался в стену, которую она воздвигла между ними. И стена эта угрожающе дрожала, теряя былую крепость. С чувствами Стаса придется считаться. Но не в ущерб себе, не заставляя себя принять их.

-Я ничего не обещаю, - нехотя выдавила она, смотря в его упрямое лицо. - И не хочу делать шаг тебе навстречу.

- Тем сложнее мне будет добиться тебя, - сказал Стас. Он хотел о чем-то спросить, но медлил, словно раздумывая, подходящий ли сейчас момент. Потянулся в карман за сигаретами, и Лера ловко перехватила его руку и покачала головой. Он жадно посмотрел на тонкое запястье и все же задал волнующий его вопрос: - Я по-прежнему тебе противен?

И снова она не знала, что ответить. Сложно отрицать, что Стас хорош собой. Возможно, при других обстоятельствах, она бы даже заинтересовалась им, будь он моложе или более мягок характером. Но всякий раз, когда Лера пыталась представить, каково это, быть с ним, жить под одной крышей, как с мужем, делить постель, то чувствовала отвращение. К себе.

Так было в теории. Лишь в мыслях, которые она иногда допускала. И если на практике чувства будут такими же, то вопрос отношений со Стасом будет закрыт раз и навсегда.

Выпустив его руку, она подошла вплотную и привстав на носочки, дотронулась до мужской щеки. Пальцами уверенно провела по колючей щетине, прислушиваясь к своим ощущениям. И не могла разобраться в них. Поначалу. А потом поняла, что будь перед ней другой мужчина, да хоть тот же Игнат, то не решилась бы так легко на прикосновения. Со Стасом это было… привычно. Но тело не откликнулось. Сердце не ёкнуло, не забилось быстрее.

-Мне не противно, но ничего другого я не чувствую, - заключила она, одергивая руку.

Стас не шевелился, словно боялся сделать вдох. А потом резко шагнул вперед и, заключив ее в объятия, зарылся лицом в мягкие волосы. Он рвано дышал, исступленно стискивая кольцо рук и неаккуратно царапал щетиной кожу. Лера понимала все без слов. Его самообладание дало трещину, и наружу прорвались болезненные эмоции, которые он сдерживал в себе. Поэтому она терпела, пережидая. И когда он отстранился, напряженно ища гнев на ее лице, спокойно спросила:

-Полегчало?

- Да, - сдержанно ответил он. - Я отвезу тебя домой.

Лера спорить не стала, напоследок окинула взглядом пока еще пустое помещение и вышла вслед за Стасом.

По дороге домой он вел себя слишком тихо, будто затаился перед опасным прыжком. Тишина в салоне давила, заставляя Леру искать любой предлог ее нарушить. Но в голову ничего не приходило, поэтому она беспомощно уставилась в окно, разглядывая яркие фонари, мелькающие на улицах.

Он проводил ее до квартиры и без приглашения вошел. Снял верхнюю одежду и обувь, не проронив ни слова.

-Стас, тебе пора домой, - предупреждающе произнесла Лера.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Давай попробуем еще раз, - словно не слыша ее, предложил.

- Что попробуем?

Не включая свет, он прошел в комнату, увлекая Леру за собой. Она занервничала, в темноте различая лишь его силуэт. В тишине слышалось взволнованное дыхание обоих.

Стас обхватил пальцами ее руку и медленно поднес к лицу. Губами коснулся внешней стороны ладони, щекоча горячим дыханием. Лера дернулась от неожиданности. Он замер на мгновенье, а затем продолжил осторожными касаниями губ исследовать нежную кожу. Спускаясь поцелуями к запястью, прислонил ее руку к щеке, накрывая сверху своей ладонью. Мягко поглаживая костяшки ее пальцев, он шумно выдохнул и управляя Лериной рукой, двинулся вниз по щеке к подбородку. Она прикрыла глаза, чутко оценивая свою реакцию на прикосновения. Ровная линия напряженных скул, теплая кожа. Жесткие волоски на щеках и волевом подбородке спускались к шее. Стас убрал руку, давая Лере свободу. Подчиняя поначалу, точно так же как в их отношениях, он отстранился, возвращая ей право действовать по своему желанию. И она была уверена, что если одернет руку, он настаивать не станет.

Но Лера уже загорелась. Тактильно изучить мужчину, который своим присутствием заменил пустоту в ее жизни, пошатнул ее убеждения и перевернул мир с ног на голову. Дотронуться до запретного, того, что возможно, больше никогда не случится. Разрушение и спасение невероятным образом сочеталось в одном человеке. Стас стал другом. Именно тем, на кого она может положиться в трудную минуту. Лера не знала, как долго продлятся их непонятные отношения, но сейчас… сейчас она хотела дать ему то, что просит, откинув на время противоречивые чувства, что боролись в ней.

Пальцы заскользили по коже к кадыку, затем по шее вниз, к вороту рубашки. Ловкое движение, и две пуговицы выскочили из петель. Лера запустила руку под рубашку и погладила напряженные плечи, спустилась к ключицам. Указательным пальцем провела вдоль выступающей под кожей кости. Дальше нельзя. Слишком интимными станут прикосновения. Ей не хотелось завести Стаса, лишь узнать поближе. Поэтому проследовала выше, к затылку. Запустила пальцы в волосы и подошла ближе, вставая на носочки. Она пошатнулась, выравнивая равновесие, и грудью прислонилась к Стасу. Спину придержала мужская рука. Он склонил голову, давая возможность стоять удобно. Теперь его лицо было в нескольких сантиметрах от ее. Лера слышала неровное дыхание, чувствовала, что он жаждет продолжения.

-На меня никто так не смотрел, как ты, - прошептала она, между пальцев пропуская жесткие волосы. - Как у тебя это получается?

- Просто я люблю тебя, - ответил шепотом.

Рука дрогнула. Лера повернула голову, словно рассчитывала в темноте разглядеть его лицо. Слова дались ему с такой легкостью, словно долгое время крутились на языке. И он ждал подходящего момента, чтобы одной фразой покончить с неоднозначностью их отношений. Он любит, а Лера позволяет любить. Долго так продолжаться не может. Оба это знают, но верят в разный исход.

Стас подался вперед, носом прислонился к ее лбу. Лера опустила руки ему на плечи, сжала, предостерегая. Если сейчас поцелует, то разобьет то хрупкое доверие, которое она склеила из осколков. Но у него были другие планы.

Подняв руку, он дотронулся до ее щеки, мягкими касаниями провел дорожку до виска. Завел прядь волос за ухо, большим пальцем погладил скулу. Лера закрыла глаза, отдаваясь навстречу ласковым движениям. Только сейчас. В эту минуту застывшего ради них времени. Неторопливыми мазками Стас провел по приоткрытым губам, второй рукой погладил затылок. Внезапно для себя самой, она приподнялась и доверчиво потерлась лбом о его щеку. Лера растерянно открыла глаза. Что это? Магия притяжения, в одночасье возникающая между ними, или минутная слабость, желание отблагодарить того единственного, кто дарит ей любовь, пусть и с опозданием?

Стас замер, а потом прижал ее к себе, рукой поглаживая плечо.

-Я нарушил запрет, - произнес, улыбаясь. И нарушит снова. Лера это знала.

- Не слышу раскаяния, - сказала, высвобождаясь из объятий. Включила свет и посмотрела на зажмурившегося мужчину.

- Да, его нет, - не стал отрицать Стас. - Но я извинюсь. Позже. Сейчас не найду нужных слов.

Лера вздохнула, понимая, что он придал слишком много значения произошедшему. И проводив его за дверь, она долго не могла унять неугомонно бьющееся сердце.