Ветер Перемен

Глава 3 Сто двадцать лет назад

Шла война соседних государств: Королевства драконов и Королевства песков. А началась она из-за спора двух королей. Как-то по случаю женитьбы старшего сына король Королевства драконов пригласил соседних королей, чтобы отпраздновать это событие, и когда пир был в разгаре, когда было уже выпито несчетное количество вина за здоровье и счастье молодых, король похвастался, что с его драконами не справится ни один маг из соседних государств. Король Королевства песков стал возражать.

— Да мои маги умеют создавать таких тварей, что ни одному дракону с ними не справиться, а тем более твоим хилым и ничего не знающим магам, которые только и могут, что прикрываться и прятаться за спинами твоих драконов.

Король Королевства драконов побагровел от злости и унижения.

— Ты глубоко ошибаешься, Сантарг, мои маги ничуть не хуже, и в этом ты сможешь скоро убедиться. Давай устроим поединок.

— Хорошо, Палгавар! Через неделю встретимся на поле трёх камней, где маги смогут показать своё умение.

В зале уже давно стояла гробовая тишина. Каждый понимал, что ничего хорошего из этого поединка не выйдет. Двести лет назад уже был подобный поединок магов, и закончился он войной, унесшей жизни тысячи ни в чём не повинных людей.

Следующим утром Палгавар в большом тронном зале собрал всех своих магов.

— Вы наверняка уже знаете, что через неделю должны будете показать всё своё умение в поединке с магами Королевства песков. И горе тому, кто не оправдает моих надежд! Встретимся через два дня, и вы представите план сражения на поле трёх камней. Главным назначаю первого министра Каланара.

Тот даже вскочил с места. Каланар всегда доносил на магов, если те летали на драконах или занимались магией без разрешения. Сам он был слабым магом, а полёт на драконе просто сводил его с ума, так как он боялся высоты. Зависть сжигала его изнутри, а его постоянные доносы сделали своё дело — в королевстве почти разучились колдовать. Была нарушена связь магов с драконами, только старые драконы помнили и знали, как нести седока на спине и какую защиту ставить при военных действиях в полёте и на земле. Молодые драконы были предоставлены сами себе, и поднять их сейчас в бой означало погубить их и магов, управляющих ими.

Король встал и ушёл, оставив магов одних, дав им возможность обсудить дальнейшие действия. Первым поднялся бывший первый министр Алатан. Он обвёл всех присутствующих печальным взглядом и тихо пошёл к выходу. Постепенно за ним последовали и остальные маги. Уход Алатана, не сказавшего ни слова, означал только одно: им не выстоять против магов Королевства песков.

— Куда вы все уходите? А кто будет составлять план боевых действий? — визжал Каланар.

Только теперь он стал понимать, как зло над ним пошутила судьба. Конечно, он хотел власти, но такой власти, чтобы перед ним сгибались в поклоне самые знатные маги (что те и делали в последнее время). Только теперь пришлось платить за эту самую власть сполна — беда в том, что он не знал, что ему теперь делать, как вести за собой армию магов и драконов. Он ничего не умел. Ему стало тяжело дышать, он попытался идти, но ноги не слушались. В этот миг в пустой тронный зал зашёл лакей и увидел первого министра Каланара сидящим с перекошенным лицом и открытым ртом, из которого тонкой струйкой текла слюна. Сообразив, в чём дело, он понёсся к главному лекарю, но когда они вдвоём подбежали к Каланару, его обмякшее тело уже лежало неподвижно. Первый министр умер от сердечного приступа! — эта весть быстро разлетелась по замку.

Недолго думая, король вызвал к себе Алатана и возложил теперь уже на него обязанности первого министра. Алатан вежливо поклонился и сказал:

— Спасибо за оказанную честь, но я вынужден отказаться от этой должности.

— Ты мстишь мне, потому что я когда-то лишил тебя этого звания?

— Нет, мой король. Если вы избрали вместо меня другого, значит, на то была ваша воля, таково было ваше видение всей ситуации на тот момент. Но сейчас, по прошествии долгих лет, я могу честно сказать вам: вся магия в королевстве сведена почти к нулю. Вы сами подписывали приказы, которые запрещали магам заниматься колдовством и обучать ему молодёжь. Теперь в королевстве только старики умеют творить заклинания и управлять драконами в полёте. Драконы тоже предоставлены сами себе, и чтобы обучить их полётам с магами, нужна не неделя, а минимум пять лет. Я давно собираю сведения о магах Королевства песков. То, что они там создали и создают с помощью магии, приводит меня в ужас. Они стали использовать магию во зло; калеки, которым удалось выжить после их опытов, едва не умирают ещё раз, заново рассказывая, каким пыткам и мукам их подвергали. Первым министром у них — колдун Данкор из ордена Ацин, он сам умеет очень многое. Говорят, он убил несчетное количество магов, забрал все их знания и соединил в себе; говорят, он сделался настолько сильным, что во всех королевствах и дальше не найдётся ему соперника. Говорят, наконец, что теперь его целью стали драконы — он хочет искупаться в их крови и стать бессмертным. Мы и всё наше королевство обречены.

— Ты смеешь меня пугать⁈

— Нет, мой король. Я слишком слаб и стар, чтобы вести за собой армию.

— Тогда эту армию поведёт мой сын. Приказываю тебе, чтобы к концу этой недели были собраны все маги, живущие в нашем королевстве. Драконов я созову сам.

Алатан низко поклонился и вышел из покоев короля. Он шёл длинными коридорами в кабинет, когда-то давно им покинутый. Шёл не спеша, на ходу обдумывая, кого из магов других государств можно привлечь к этой войне, но с каждым шагом всё ясней понимал, что никто не захочет ввязываться. Зайдя в кабинет, он сразу направился за ширму, где на столе стоял волшебный шар. Возложив на него руки, сосредоточился и стал вызывать из памяти всех магов, которых помнил или когда-то встречал. Выудив из памяти образ каждого, он мысленно передавал сообщение о начале войны и приказ явиться в течение суток во дворец. На всё это у него ушло около пяти часов. Выбившись из сил, Алатан упал в кресло, чтобы хоть немного передохнуть. Ещё нужно было найти старые книги с заклинаниями.

Король тем временем ушёл в свой кабинет. Ему нужно было остаться одному, чтобы вызвать дух драконов. Когда-то очень давно его предок спас новорождённого вожака драконов, и тот отплатил ему, вдохнув в прапрадеда частицу своего духа. И с тех пор мужчина королевской крови его рода носил на левой руке синего дракона, означающего, что может повелевать всеми драконами. Этот знак появлялся совсем на короткое время. Когда старый король умирал, дух дракона входил в будущего короля и оставлял метку в виде синего дракона, а затем покидал тело, соединялся со своим хозяином-драконом и находился в родном теле до коронации нового правителя. В день коронации все разинув рты смотрели, как в нового короля входит душа дракона, и каждый считал своего короля непобедимым. В принципе, так оно и было: короли не знали усталости в сражении, не болели, а их случайные раны затягивались на глазах. Единственное — они так и не узнали, как долго можно прожить с духом дракона, потому что все они погибали не своей смертью.

Нужно было вызвать дух и поговорить с ним. Король встал, набрал в грудь воздуха и начал медленно выдыхать его. Сначала ничего не происходило, но постепенно дыхание стало надрывистым, из груди вырвался басистый рык, а вместе с ним вырвался на свободу едва различимый дух дракона. Если бы не синеватый цвет, то увидеть его почти невозможно.

— Лети к своим собратьям и вели им всем явиться ко двору. Будете сражаться с магами Королевства песков!

Дух дракона обвился вокруг короля и зло посмотрел ему в глаза. Из всех правителей, которым он служил уже столько лет, этот был самым злым и высокомерным. Он совершенно ни с кем не считался и был уверен, что драконы — его слуги, выполняющие приказы без промедления. Где-то в глубине сознания внутренний голос дракона говорил ему, что так и есть — не рассчитав и отдав самую сильную часть своей души, прародитель лишил воли и свободы всех драконов. С тех пор все они служат властителям этого государства.

— Ты погубишь всех нас и свой род, жалкий человечек. Откажись от поединка.

Король пришёл в ярость, у него от злости перехватило дыхание, он хватал ртом воздух, пытаясь что-то сказать, и вдруг завизжал:

— Да как ты смеешь мне угрожать, жалкая ящерица⁉ Да я с тобой такое сделаю!.. Да прикажу тебя уничтожить!..

— Попробуй. Может, заколешь меня своим мечом? Или пригласишь палача отрубить мне голову? А может, прикажешь магу заколдовать меня? Кроме тебя, меня никто не видит. Как ты не можешь это понять⁈

Король понял, что переборщил, и тут же сменил поведение.

— Ладно, я погорячился, мне действительно нужна ваша помощь.

Дух и сам понимал: что бы ни предпринял король, им всем придётся подчиниться. Он стал мерцать, и через некоторое время исчез. Его тянуло ко второй своей половине, и он в пути уже чувствовал трепет и радость соединения. Но больше всего на свете он желал очутиться внутри своего дракона и наконец почувствовать силу и мощь его тела. Его сильно угнетали жалкие и слабые тела людей.

Вожак ощутил сильный удар в грудь, но боли не почувствовал. По телу пошла волна силы, он закрыл глаза от удовольствия и стал ждать. Последний раз соединение души было пятьдесят лет назад, когда умер старый король, а коронация нового ещё не случилась. Тогда у него была целая неделя блаженства. Он был сам собой, наслаждался полётом и любовью со своей Санандрой. Поэтому сейчас он удивился тому, что произошло соединение душ, ведь он знал, что король не умер. Он услышал мысленное обращение души к нему, и от услышанного у него расширились глаза. Он не мог прервать мысленную связь с другими драконами, и в считанные мгновения все драконы, где бы ни находились, приняли страшную весть о начале войны. Все как могли стали выражать своё негодование, многие стали кричать, выпуская на волю дух недовольства и гнева, который волнами окутывал всё королевство.

Санандра подошла к Бунэру, игриво потёрлась головой о его шею. Наконец он опять един, и они смогут слетать в пещеры и побыть там вдвоём. Прошло так много лет с тех пор, как они были вместе… После той встречи родились дети, которые уже давно стали самостоятельными. Ну и пусть. Им всем предстояло сражение, а может, и смерть, но её влекли любовь и материнство, против которых не может устоять ни один самец. Он ответил на призыв — тоже потёрся о её шею. Они взмахнули крыльями и полетели к голубым пещерам, оставив своих собратьев одних размышлять о предстоящем сражении.

Когда они вернулись, долину было не узнать. Слетелись драконы со всего королевства. Увидев вожака, они издали возглас приветствия, он ответил им тем же и, сделав круг над долиной, мысленно велел лететь за ним.

И вот в небо поднялась целая армия взрослых драконов. На земле осталась только малышня да несколько взрослых, чтобы стеречь и заботиться о них.

Король смотрел на закат, когда увидел в небе движущееся серое облако. Только при его приближении он понял, что это драконы. И когда те приземлились возле замка, он воспрял духом. До чего же эти создания красивы! От них так и исходит сила. Бунэр был в центре стаи. Когда он почувствовал раздвоение души, то задрал голову вверх и выдохнул из себя вместе с криком часть души. Он проводил взглядом её полет. Внутри него всё болело. Опять расставание… Без этой частицы он был неполноценным, совсем бесчувственным.

Следующим утром к нему пришёл маг Алатан. Они встречались, когда тот был совсем молодым, и вместе учились летать. А сейчас перед ним стоял старец.

— Очень рад видеть тебя снова, Бунэр. Ты возмужал и стал ещё красивей, чего не скажешь обо мне. Нам всем предстоит сделать невозможное: обучить твоих собратьев носить на себе седоков, а ещё, самое страшное, летать с ними. Я помню, сколько раз падал с тебя, пока мы не научились понимать и чувствовать друг друга в полёте.

— Да, времени совсем мало. Нужно собрать пары из тех людей и драконов, которые раньше были парами, и пусть они покажут, как надо летать.

— Хорошо. Нам с тобой придётся возглавить этот полёт, так что не будем откладывать.

Алатан сотворил заклинание, и тут же вокруг шеи и туловища дракона появились седло и уздечка. Маг взобрался на Бунэра. Его тут же охватило нетерпение, вспомнились их полёты и то счастье, которое охватывает, когда дотрагиваешься до облаков рукой. Дракон почувствовал настроение седока, медленно оторвался от земли, а затем резко взмыл ввысь. По щекам мага текли слёзы, и трудно понять, были то слёзы счастья или слёзы предчувствия беды, которая чёрной лапой коснулась уже всех в этом королевстве, оставляя на каждом метку смерти. Постепенно за ними в небо поднялись другие пары драконов и седоков, и вот уже на земле остались стоять и смотреть лишь те, кому ещё только предстояло обучиться этому нелёгкому делу — летать верхом на драконе.

Король Палгавар с двумя сыновьями стояли на балконе и наблюдали за полётом.

— Посмотри, Кантаргунг, это твоя армия! Ты мой преемник, так покажи всем, на что способен будущий король, заслужи ещё в таком молодом возрасте славу и почёт. И пусть соседние короли хорошенько думают каждый раз, прежде чем пойти на тебя войной.

Сам король был сильным и отважным, хорошо владел мечом, острый ум не раз выручал его из сложных ситуаций, и если бы не высокомерие, его королевство могло долго процветать. Два его сына сильно отличались друг от друга. Старший по праву наследства особо не старался изучать военное искусство, меч держал слабо, поездка на коне его утомляла. Вырос он худым и слабым, так как в детстве часто болел, постоянно укутывался в разные меховые плащи, боясь сквозняков и ветра, да и красотой совсем не блистал. Король с большим трудом нашёл ему жену под стать — такую же некрасивую, на голову выше и старше годами. Однако уже с первых дней замужества она показала себя заботливой женой и всячески старалась угодить свекру и мужу. Кантаргунг стоял, съёжившись, и глубоко зевал. Ему так хотелось в тёплую постель, он мечтал о вкусном обеде и горячем питье. Посмотрев на развернувшуюся картину учений грустными глазами, он ещё больше съёжился.

— А мне обязательно возглавлять всех этих магов и драконов? Я ведь в этом ничего не смыслю!

— Тебе особо и не придётся, для этого есть военачальники.

— Тогда я, пожалуй, пойду. Здесь холодно и сыро.

Король похлопал его по плечу.

— Да, иди, а то ещё заболеешь перед сражением.

В его взгляде были презрение и брезгливость. Он перевёл взгляд на младшего сына и тяжко вздохнул. Почему так несправедлива судьба? Такие разные и непохожие друг на друга дети. Старший — худой, сгорбленный, чёрные отцовские волосы, да он и был маленькой копией короля, вот только всегда ходил во всём чёрном и сам был словно тень. И младший — яркая противоположность: волевое лицо, зелёные глаза в любой ситуации выражали спокойствие, острый ум и сообразительность иногда даже у взрослых вызывали зависть. С малых лет он стал обучаться владению мечом, а в пятнадцать во всём замке ему не было равных. Он был очень похож на мать, умершую при родах, — такие же светлые волосы и такое же доброе сердце.

— Смотри, отец, какие они красивые и сильные! Мы обязательно победим.

— Ты что, собрался идти со старшим братом? Тебе ведь только пятнадцать.

— Отец, как ты не понимаешь⁉ Это же будет настоящее сражение, я просто обязан там быть и всё увидеть своими глазами.

Их беседу прервал лакей, принесший послание от Сантарга. Король сорвал печать, скрепляющую письмо, стал читать. Его сильно раздражала манера письма короля Песков. С одной стороны, тот словно извинялся за то, что во время свадьбы затеял спор, но с другой, очень хотел бы, чтобы сам король прибыл на место поединка. Король задумался. Он хотел встретить победителей во дворце, устроить пышный праздник и тем самым закрепить положение своего сына. Мерзкий Сантарг что-то замышлял, и впервые за всё время у Палгавара закралось сомнение в этой затее, сердце защемило, будто кто-то взял его в руки и сжал. Король швырнул послание в лакея.

— Немедленно сожги.

Король Сантарг и его колдун Данкор наблюдали за происходящим в магический шар…

— Ты говорил, что от прочтения этого письма у Палгавара разорвётся сердце.

— Да, я наложил очень сильное заклятье на смерть. Значит, говорят правду, и в короле действительно живёт дух драконов. Простому смертному было бы не выжить!

Данкора охватила зависть, все его мысли быстро переключились на одно — как бы ему обрести такую же защиту, ведь с его знаниями, возможно, он станет бессмертным. Осталось ждать недолго. Наконец-то он сможет увидеть драконов, а может, даже подчинить их себе. Неплохо бы завоевать Королевство драконов и стать их королём. Имея такую армию драконов, можно завоевать весь мир. Но пока это всё мечты, он ведь так мало знает о них… Его передёрнуло от нетерпения. Сантарг всё это время наблюдал за колдуном, и от того, как менялось лицо Данкора от собственных мыслей, всё страшней становилось королю. Его уже давно терзали сомнения насчёт затеи с поединком, которую почти год с таким рвением внушал колдун.

Алатан не давал отдыха ни магам, ни драконам. С утра до позднего вечера заставлял их подниматься в небо. Маги должны уметь, не держась за спины драконов, произносить заклинание и на последних словах руками отсылать его, а дракон должен уловить руны заклинания и, добавив к нему силу огня, всю эту мощь обрушить на противника.

В первый день учёбы чуть не разбилась половина новичков, а драконы, пытаясь уловить руны, выпускали огонь куда попало. В небе была полная неразбериха, и старым магам стоило большого труда и сил ловить падающих магов и тушить огонь, выпущенный драконами. За четыре дня уже стало понятно, кто преуспел в полёте, а кто так и не смог уловить суть единства мага и дракона. Алатан разделил тех и других на две группы. Вторая группа будет охранять королевство, в первую вошли остальные. Особо выбирать не приходилось. Он сел на Бунэра, начали подниматься в воздух, за ними последовали остальные. Ничего красивее давно уже никто не видел — целая сотня драконов заслонила собой небо и солнце, и на какое-то мгновение на земле стало темно. Алатан оглянулся, посмотрел на армию, которая величественно летела за ним. «Какая сила и красота. И что с этим всем будет завтра? Как жаль, что из-за спора королей всегда возникают войны». Он стал прислушиваться к дыханию дракона, и постепенно они стали словно единым целым: стук сердца, вдох и выдох — всё было одинаковым. Алатан сложил руну заклинания, взмахнул рукой, они с драконом вдохнули и вместе выдохнули, маг сбросил с рук заклинание, а дракон добавил к нему огня из разинутой пасти. На землю полетел огненный шар и, не долетев до земли, распался на множество маленьких шаров. Когда те упали, от взрыва затряслась земля. Тут же за первым взрывом раздался следующий, за ним ещё. Алатан отлетел в сторону и внимательно смотрел на недочёты других магов: у многих шары не разлетались, а просто падали тягучей огненной массой, которая сгорала на лету, а перед самой землёй исчезала совсем. Он подметил всех, кто не справлялся с задачей. Придётся их тоже оставить во дворце, нельзя показывать врагу своё неумение. Когда все приземлились, он понял, что оставить придётся только старожилов и, возможно, ещё четыре пары новичков, которые справились с задачей. Вот об этом он и доложит королю на военном совете сегодня вечером.

В тронном зале собралось совсем немного народа. Король восседал на троне, рядом с ним был старший сын. Палгавар выслушал отчёты своих генералов о численности армии, затем выступил Алатан и рассказал о результатах.

— Всего двадцать пар наездников.

— Почему так мало?

— Я уже говорил о сложности обучения. Если мы выставим много, но плохо обученных наездников, то, боюсь, нас попросту засмеют.

— Возможно, ты прав. Выступаем завтра на рассвете, возглавлять поход буду я с сыном.

При этих словах лицо Алатана побелело.

— А разве вы не останетесь в замке?

— Нет. Я получил приглашение от Сантарга и не могу отказать.

Алатан низко поклонился и вышел из тронного зала. Его тут же схватил за руку младший сын короля, Ветертанг.

— Когда выступаете?

— Завтра на рассвете. — Он улыбнулся и похлопал принца по плечу.

— Алатан, можно мне пойти с вами? Переоденусь солдатом, меня никто не узнает.

Маг стиснул кулаки, он прекрасно знал характер Ветертанга.

— Ты ещё совсем юн, твой отец решил оставить тебя во дворце. Здесь остаётся большая часть драконов и армии — ими ведь должен кто-то управлять, если случится что-то непредвиденное.

— Алатан, ты ведь наперёд знаешь, что будет, наверняка по звёздам всё уже просчитал… Скажи, мы выиграем?

— Ты задаёшь очень много вопросов, — посмотрел он в глаза Ветертангу, опустил голову и зашагал по коридору в свой кабинет.

А юный принц так и остался стоять, широко открытыми глазами следя за удаляющейся фигурой министра, и тихо шептал:

— Как же так?.. Этого просто не может быть…

Встреча с Ветертангом совсем расстроила Алатана. Он присутствовал при его рождении и составлял гороскоп. Звёзды тогда показали раннюю смерть и очень долгую жизнь новорождённого. Он потратил целые сутки, заново и заново вычерчивая расположение звёзд, не веря этому предсказанию, но каждый раз выходило одно и то же. Не поняв до конца, что же хотели сказать звёзды, он бросил эту затею. Королю он, конечно, ничего не сказал. Все идут в лапы смерти, и он ничего не в силах исправить. Всё уже предрешено свыше.

Выйдя ранним утром на балкон, Ветертанг смотрел, как из ворот замка выходит первая рота солдат во главе с главнокомандующим. За ними верхом на прекрасных конях ехали отец и брат, потом шла ещё одна рота. Вслед за ними в воздух поднялись двадцать драконов с наездниками во главе с Алатаном, они облетели замок и полетели за удаляющейся колонной. К обеду дошли до поля трёх камней, где их уже ждал король Сантарг. Его охраняла небольшая рота солдат да маги. Они выделялись на фоне армии своим одеянием — длинными чёрными балахонами с капюшонами, а среди них особо выделялся небольшого роста человек в тёмно-красном балахоне. Лица своего он не закрывал, его зоркий хитрый взгляд хищно оценивал приближающуюся колонну. Его мало интересовал король, всё его внимание было приковано к драконам. Впервые он видел их так близко и был слегка поражён исходящей от них силой.

Короли выехали навстречу друг другу, чтобы обсудить план сражения магов. Настроение Палгавара было приподнятым, внутри него всё ликовало, ведь по сравнению с ним Сантарг выглядел жалко — всего-то маленькая кучка магов.

Когда сравнялись, короли кивнули друг другу головами в знак приветствия.

— У тебя прекрасные наездники, но ты забыл о главном, — сказал Сантарг.

Недоумение появилось на лице Палгавара. Он только собрался спросить, что не так, но Сантарг выхватил кинжал и вонзил в него.

— Именно это я и хотел сказать. Всегда тебя ненавидел и презирал.

Палгавар развернул коня и, зажимая рану рукой, помчался к своим.

Бунэр, почувствовав рану короля, издал крик боли и передал драконам весть о его скорой кончине и о начале войны. Алатан начал произносить заклинание, между его рук появилось белое свечение, которое он на последнем слове сбросил, а дракон добавил огня. На землю полетел огненный шар. Как только он достиг земли, разлетелся на множество шаров, которые мгновенно напали на армию короля Песков и магов. Когда первый шар достиг цели и соприкоснулся с телом солдата, то ярко вспыхнул, и на том месте, где только что стоял солдат, не осталось ничего. Сначала все стояли в оцепенении от увиденного, но, преодолев первый страх, маги Королевства песков бросились плести заклинание защиты. Не потерял своего хладнокровия только колдун Данкор, он уже давно плёл ответное заклинание, лицо его почернело, пальцы скрутились, и вскоре между ними появился синий сгусток энергии. С каждым словом мага он становился всё больше, а на последнем слове маг отправил шар в гущу драконов. Алатан в это время пытался спасти короля и слишком поздно заметил удар противника. Была сразу убита почти половина драконов и магов, многие были ранены. Алатан подбежал к Бунэру, закричал:

— Руны! Руны защиты! Быстрее! Надо плести руны защиты, короля уже не спасти! Кинжал был отравлен!

Он встал под головой дракона, а тот начал выдыхать маленькую струю огня. Алатан подхватывал её руками и плёл узор защиты. Он сделал движение рукой, и пред ними вырос невидимый энергетический барьер. Данкор сотворил второй шар и пустил прямо на Алатана, но, к его изумлению, шар, не достигнув цели, ударился о какое-то препятствие и исчез. Колдун удивился такой сильной защите: «Ну ничего, дальше будем играть по моим правилам».

Тем временем короля уложили на плащ. От большой потери крови он был совсем бледен. Вдруг он встал, будто и не ранен, изогнулся, выдохнул дух дракона и тут же упал замертво. Дух дракона быстро нашёл королевскую кровь, вошёл в принца, чтобы оставить свою отметку, и тут же вышел из него. Бунэр почувствовал вхождение духа. Теперь они опять едины и сильны и могут дать отпор любому врагу. Алатан дал приказ быстро отступать. Положив тело короля на быстро сооружённые носилки, двинулись в обратный путь.

Данкор ухмылялся вслед уходящей процессии, к нему подъехал его король.

— Почему мы их не догоняем?

— Нам не разбить защиту.

— Что собираешься предпринять?

— Пущу по их следу своих псов.

Короля при этих словах передёрнуло, воспоминания о псах были не самыми приятными.

— Пожалуй, я пока отправлюсь во дворец, а тебя оставляю доделывать дело до конца по нашему задуманному плану.

«Ты хотел сказать, по моему плану», — подумал колдун. Он низко поклонился, чтобы король не увидел злой ухмылки. Да, именно по его плану было задумано убийство короля. Конечно, он не предполагал таких потерь, и силу противника не рассчитал, зато сколько нового узнал о них! Закрыв глаза, он сосредоточился на открытии портала с подземельем, где были глубоко спрятаны его новые творения — невидимые псы, питающиеся болью. Их долго уговаривать не пришлось — даже через портал они учуяли энергию боли и мучений, и вот уже один за другим выпрыгнули и тут же бросились на всё живое, что было поблизости. Колдун видел, как шесть голодных псов кинулись в разные стороны и мгновенно вцепились своими длинными ядовитыми языками в тела людей. Он попробовал ещё раз пробить защиту, но ничего не вышло. «Какая сила!» — он был восхищён творением мага и дракона, и в нём ещё больше возросло желание приблизиться и разгадать тайну.

— Что прикажете делать дальше? Догнать их сейчас мы не сможем, стоит энергетический щит. Мне пока не удалось его пробить.

— Едем во дворец, соберём военный совет. Пора выдвигаться с армией и завоевать Королевство драконов. И созови новых магов, а то половина умерли.

Король посмотрел на место сражения. Увидев розовых псов, он вздрогнул.

— До чего ж противны эти твари…

— Зато по выживаемости с ними никто не сравнится.

Король махнул рукой, подав знак возвращаться в замок. У всех на лицах промелькнуло облегчение. Скорей бы подальше от этого страшного места.

Ветертанг увидел возвращающуюся колонну, когда она только появилась на горизонте. При её приближении стало понятно, что отец потерпел поражение. Он всматривался в лица всадников, и когда увидел сооружённые носилки, застыл на месте. По всему телу прошла волна боли и горечи. Придя в себя, понёсся вниз по ступенькам к входящим в ворота солдатам, чуть не сшиб с ног Алатана.

— Что с отцом?

— Крепись. Он мёртв, мы потерпели поражение.

Ветертанг подошёл к державшим носилки солдатам и хотел откинуть знамя, закрывавшее лицо отца, но тут услышал слова брата, от которых рука так и застыла в воздухе.

— Отнесите его в склеп. Сегодня вечером похороним со всеми почестями.

Родной брат сильно изменился, выражение его лица стало злым, он то и дело раздавал приказы.

— Кантар, расскажи, что произошло.

— Я много раз просил тебя не называть меня так, а тем более сейчас, когда я стал королём.

Вет изумлённо смотрел на брата.

— Но ты ведь ещё не король. Коронация обычно через неделю после похорон.

— Нам некогда ждать, началась война, нельзя в такое время оставлять королевство без короля.

Он направился во дворец, где его на крыльце ждала жена, с трудом сдерживающая радость на лице, — стать так рано королевой она даже и не мечтала.

Ветертанг с грустью посмотрел на них и пошёл за солдатами, уносившими отца.

Вечером короля Палгавара похоронили со всеми почестями.

После похорон о Ветертанге как будто забыли. Ему ничего не оставалось как уйти к себе в покои. Там он завалился на кровать и долго смотрел в потолок, вспоминая отца, и не заметил, как уснул.

На следующий день Кантаргунг собрал совет, где объявил:

— Я желал бы, чтобы сегодня после обеда провели церемонию моей коронации.

Все низко поклонились. Алатан вышел вперёд, подошёл к принцу:

— Нельзя отступать от правил. Не мы их прописали, а драконы. Дух дракона должен побыть в будущем короле определённое время, только тогда их соединение даст обоим силу, и чем дольше они будут вместе, тем мощнее станет эта сила и ваша защита в будущем.

— Ценю вашу заботу, но я не обсуждаю свои решения. Все в королевстве должны знать, что на троне — новый и сильный король.

Алатан и все во дворце видели сильную перемену в Кантаргунге. Он и сам чувствовал, что сильно изменился: «И это от одного только вхождения духа драконов… Каким же я стану, когда он будет во мне!» — эти мысли так и кружились в голове принца.

Магу ничего не оставалось, он низко поклонился:

— Воля ваша, — и вышел из тронного зала.

Путь он держал к Бунэру, нужно было срочно переговорить. Дракон нашёлся на поле, прилегающем ко дворцу, туда вернулись все раненые и выжившие маги с драконами. В воздухе витал запах крови, всюду раздавались стоны раненых. Бунэра было видно сразу, он сильно отличался от своих собратьев размерами. Подойдя к нему, маг обнаружил, что из лапы дракона течёт кровь. Недолго думая, он сложил руки и приложил их к ране, губы зашептали слова заклинания, из рук заструилась золотая энергия, и на глазах у всех рана стала затягиваться. Вскоре на её месте остался лишь небольшой шрам.

— Благодарю тебя, — произнёс Бунэр.

Алатан кивнул в ответ на благодарность, увидел ещё одного сильно раненого дракона и направился к нему, совсем забыв о разговоре с принцем. К вечеру он совсем вымотался, лечение отнимало много сил. Обессиленный и уставший, он направился во дворец, но по дороге встретил Ветертанга, который тоже помогал раненым. Увидев мага, принц улыбнулся, но глаза его были грустными.

— Что-то ты совсем невесёлый, устал наверно. Пойдём-ка во дворец.

— Брата сегодня короновали, и я всем стал не нужен. Вот и решил помочь.

— Я ведь совсем забыл! — закричал Алатан. — Ну как же я мог⁈ Надо немедленно найти Бунэра, пойдём.

Они стали искать на поляне, но дракона нигде не было.

— Пожалуй, следует пойти к реке, молодыми мы часами сидели там, — догадался маг.

Так оно и было. Дракон лежал на берегу, всё его тело сотрясала мелкая дрожь, глаза были закрыты. Маг обнял его и прошептал:

— Прости, совсем забыл тебя предупредить о намерениях принца.

— Это ничего бы не изменило. Я не волен распоряжаться своим духом. Самое страшное — мне нужно лететь в ледяные пещеры, а моё тело слишком слабо и станет лёгкой добычей при нападении врагов. Если меня убьют, погибнет весь род драконов, ведь я делюсь частичкой души со всеми драконами, и поэтому могу слышать на очень дальнем расстоянии мысли каждого из них. Мне очень тяжело покидать их в такую минуту, но я прежде всего в ответе за них всех.

Алатан собрал последние силы, выставил руки вперёд и направил заструившуюся из них голубую энергию на дракона. Постепенно тело дракона перестало трястись, он встал во весь рост, расправил крылья, вытянул шею и закричал. Так много боли и скорби было в этом крике, что принц не выдержал и расплакался. Алатан подошёл, обнял его и стал утешать, гладя по голове. «Столько всего навалилось на эти детские плечи…» — думал он.

Бунэр взмахнул крыльями, оторвался от земли и полетел.

— Могу я попросить тебя об одном одолжении? — спросил маг у принца.

Тот поднял голову и с удивлением посмотрел на старика.

— Прошу тебя пожить пока со мной. Старость берёт своё, да и последние события меня совсем опустошили. Мне бы совсем не помешал помощник, нужно осмыслить дальнейшие действия.

Глаза Вета засияли от счастья:

— Конечно, с большим удовольствием.

— Ну, тогда помоги дойти до дворца, а то ноги подкашиваются.

Принц подставил плечо, маг опёрся на него, и они медленно пошли во дворец.

Во дворце шло веселье, праздновали коронацию принца. Когда они вошли в покои мага, Вет обронил:

— Он так сильно изменился…

Алатан понял, о ком речь:

— Дух дракона даёт большую силу тому, в ком живёт, поэтому и такие перемены. Но только на физическом уровне. В остальном твой брат остался таким же слабым.

Прошло почти полгода после похорон отца, жизнь Ветертанга сильно изменилась за это время. Многие, встречая его, просто опускали глаза и старались быстро пройти мимо. Все знали, что король ни разу за всё это время не вспомнил о младшем брате, будто того и не существовало вовсе. Алатан всячески помогал ему и поддерживал, он попросил мастера боевых искусств продлить принцу время занятий и старался больше загружать его всякими поручениями, так что к вечеру Ветертанг от усталости валился с ног и, добравшись до кровати, засыпал мгновенно. Они так и жили вместе.

— Алатан, скажи, а почему до сих пор на нас не пошло войной Королевство песков? Выходит, мы победили?

— Нет, я так не думаю. Противник очень силён. Тогда, при первой встрече, мы оказались чуточку сильней, но не настолько, чтобы противник испугался. Думаю, они чего-то выжидают или готовят против нас оружие помощнее. Каждый из нас тогда показал, на что способен, и теперь они ищут способ пробить наше силовое поле защиты. А это лишь вопрос времени.

Король Песков был в нетерпении, каждый день навещал Данкора в его подземелье.

— Как у тебя дела? Нашёл, как пробить защиту?

— Мы очень близки к разгадке. Мне раньше не приходилось видеть магию драконов и иметь с ней дело. Сами понимаете, лучше мы больше времени проведём здесь, в замке, и найдём ответы на все вопросы, чем опять на поле сражения не сможем дать отпор врагу.

Король опять ушёл разочарованным. «Прошло уже полгода, и все вокруг говорят, что я испугался». Эта мысль не покидала короля после сражения.

А молодой король Королевства драконов наслаждался жизнью. Первое время он жил в страхе, в ожидании нападения соседнего королевства, но постепенно все тревоги ушли. Ему постоянно докладывали, что Сантарг струсил и не собирается идти на них войной.

Время летело быстро, подходил к концу второй год после войны магов. Как-то утром королю принесли донесение, что ночью без объявления войны на них напало Королевство песков. Уже разграблены и разрушены многие деревни.

— Где эти драконы? Почему нас не защищают? Позвать ко мне Алатана! — закричал Кантаргунг.

Маг тут же явился к королю и низко поклонился.

— Где твои защитники?

— Драконы не видят в темноте. Я только что узнал о нападении и тут же распорядился послать всадников узнать, как обстоят дела.

— Хорошо, будем ждать вестей. А сейчас приказываю созвать военный совет для дальнейшего обсуждения боевых действий.

Доставленные в скором времени новости повергли Алатана в ужас. Он тут же помчался с докладом к королю.

— Враг вторгся в пределы королевства и захватил большую часть земель. К замку подойдут примерно через два дня.

— Почему драконы не напали и не пожгли их огнём?

— Они попытались, но противник придумал новую огненную змею. Из пяти всадников вернулся только один, он всё и рассказал.

Король закричал:

— Срочно собирайте армию, а ты готовь своих всадников!

Все вышли из тронного зала, оставив короля одного. Опять он чувствовал себя беспомощным и жалким. Ему захотелось сбежать и спрятаться подальше от всех этих свалившихся неприятностей. Жалость к себе и страх пронизывали его всё больше, и вот уже на троне сидит сгорбленный, осунувшийся старик.

Он сидел долго, всё размышлял о своей жизни. «Как вести за собой армию, кто защитит меня на поле сражения? Я даже меч в руки ни разу не брал, надо мной все будут смеяться». Он стал ходить взад-вперёд. Слова «защитит» и «меч» не выходили из головы, затем лицо его просветлело, плечи выпрямились, как будто с них свалилась непосильная ноша. Брат — вот кто будет рядом с ним! Он прекрасно владеет мечом, его знает и уважает каждый солдат во дворце, и с Алатаном у него дружеские отношения. Король приказал позвать Ветертанга. Его долго искали и нашли на поле, где собрались всадники. Весть, что его требуют к королю, сильно удивила принца, ведь за два года брат ни разу не вспомнил о нём. Вет поспешил во дворец. Войдя в тронный зал, увидел сидящего брата, сильно изменившегося за последние дни.

Кантаргунг встал и поспешил к брату, обнял, изображая братские чувства, но тут же отстранился.

— Ты сильно изменился. Повзрослел и возмужал. Я тут подумал: такая беда на нас обрушилась, ты не можешь оставаться в стороне. Мы, два брата, поведём войско на защиту нашего королевства.

— Ты возьмёшь меня с собой?

— Да, выступаем завтра. Иди и подготовься.

Ветертанг просиял от счастья, обнял брата и помчался к Алатану сообщить радостную новость.

Маг помрачнел от услышанного. Он сразу догадался, зачем Кантаргунгу понадобился брат, но, как и всегда, не стал вмешиваться.

— Ну что ж, пора и тебе принять участие в сражении. Беги, собирайся.

Утро следующего дня выдалось пасмурным, накрапывал мелкий дождь, добавляя уныния всем собравшимся перед дворцом. Король с братом вышел на крыльцо и всех поприветствовал. Он не умел красиво говорить, поэтому просто приказал подать им коней. С большим трудом он забрался в седло, руки и ноги его дрожали от страха. Чтобы скрыть свой позор, он приказал главнокомандующему ехать впереди, возглавив первый отряд, а сам с Ветертангом встал в конец колонны. К ним присоединился и Алатан — он остался без Бунэра и не смог подобрать себе нового дракона для сражений.

К обеду армия вышла на поле печали — так в народе называли поле, где гнездились маленькие птички, пение которых было похоже на плач. Поле казалось голубым морем — цветы на нём были всех оттенков от голубого до тёмно-синего, а на ветру казалось, что море штормит.

На другом конце поля их ждало войско Королевства песков.

Увидев противника, оно тут же ринулось в атаку.

Никто не ожидал такого выпада противника, и если бы не всадники, сразу открывшие огонь, всем пришлось бы очень плохо. Данкор выпустил своих псов. Достигнув первых рядов войска Королевства драконов, они набросились на коней, от дикой боли те встали на дыбы, многие упали, зацепив рядом стоящих, начался хаос, над полем раздался дикий крик боли людей и животных. Алатан стал чертить в воздухе руны и выпускать огненные шары, направляя их в центр неразберихи. Шары, достигнув магических существ, сжигали их дотла, но это уже не могло спасти раненых, они умирали в сильных муках от яда. Псы оказались на удивление умными и стали увиливать от следующей атаки огненных шаров, а некоторые просто сбежали с поля боя.

Данкор стоял и выжидал. Он выполнил отвлекающий маневр, запустил псов, и теперь настало время для самого главного. Колдун развёл руки в стороны и начал шептать заклинания. Вскоре послышался треск, и между его ладонями появились разряды. Звук усиливался, перерастая в вой, от которого у всех из ушей потекла кровь, все прекратили сражаться и стали озираться по сторонам. Колдуна переполняло чувство превосходства и величия, в глазах застыла алчность, он ударил в ладоши. Когда звук стал нестерпимым, многие упали замертво. Тысячи молний вырвались на свободу, уничтожая всё на своём пути, не разбирая, где свои и чужие. Вмиг на поле боя было уничтожено всё живое. Алатан успел поставить защиту перед собой, оградив короля и Ветертанга. Он пришёл в ужас от увиденного. За всю жизнь он не видел ничего подобного. Столько смертей — и ради чего?

Данкор шёл не спеша, наслаждаясь своей силой. Наконец он достиг своей цели, оставалось совсем немного до выполнения мечты. Алатан осматривал короля и принца, поэтому не заметил приближения противника. Чёрный маг ударил Алатана в спину рукой и затем резко отдернул её, стал сжимать ладонь, в которой находилось сердце мага, и тот тут же упал замертво. Теперь его путь совсем свободен. Он уставился на молодого короля — тот едва стоял на ногах, зрачки его расширились от ужаса и страха. Колдун поманил его пальцем, подзывая подойти ближе, он упивался своей силой. Кантаргунг попытался сдвинуться с места, но ноги его не слушались. На защиту ему кинулся Ветертанг, и маг взмахнул рукой, наложив на принца чары оцепенения. Пока ему нужны были обе особы королевской крови. Колдун подошёл к королю.

— Расскажи о своей защите, полученной от драконов. Как она действует?

— Очень давно в знак признательности за спасение младенца дракона нам была подарена частица духа драконов. С тех пор все драконы подчиняются тому, кто носит в себе этот дух, он нас защищает и даёт силу побеждать многие раны и болезни.

— Как же вы её передаёте?

— Она сама покидает тело, если чувствует, что королю не выжить, и переселяется в следующего преемника.

Данкор не видел, как сзади к ним подошёл Сантарг.

— Жалкий, хвастливый род, ничего из себя не представляющий. Где же ваши защитники-драконы? Я победил в этой войне, а победители не оставляют в живых побеждённых.

С этими словами Сантарг замахнулся мечом, Кантаргург понял его намеренье схватил брата и заслонил им себя. Однако это его не спасло, меч короля пронзил обоих.

Колдун побагровел от злости и повернулся к королю.

— Что ты наделал?

Сантаргу стало не по себе. Видя гнев Данкора, он попятился назад.

— Я не предполагал, что они тебе нужны.

— Кто ты такой, чтобы судить, кто мне нужен, а кто нет?

Он стал медленно наступать на короля, лицо его почернело. Впервые Сантарг испугался и побежал, вид чёрного мага не предвещал ничего хорошего. Данкор не спешил, он шёл медленно, наслаждаясь трусостью своего короля.

— Жалкие людишки, сидящие на троне! Только и можете думать о своём величии! Да что вы можете, кроме как махать своими мечами⁈

Они были так увлечены друг другом, что не видели, как подлетела Санандра, на лету подхватила с земли обоих братьев и скрылась в облаках. Колдун обернулся и увидел улетающего дракона. Понимая, что уже не успеет его сразить, сложил ладонь, произнёс заклинание, а развернув, дунул с ладони вслед улетающим. За ними полетела маленькая змейка, она потихоньку осыпалась, оставляя за собой на земле светящийся след. «Как хорошо, что я недавно сотворил это создание, оно приведёт меня туда, где будет дракон», — подумал маг. Он повернулся и пошёл за убегающим королём, чтобы довершить задуманное.

Бунэр почувствовал гибель своих сородичей, понял, что нужно спасать короля. Он мысленно связался с Санандрой, которая находилась в пещере и охраняла недавно отложенные яйца, передал ей свой страх за весь их род и попросил: «Спаси его».

Санандра подлетела к полю боя, от увиденного её охватили ужас и глубокое горе. Вдали стояли колдун и король с братом. Решив не рисковать, она скрылась в облаках. Когда Сантарг пронзил мечом Кантаргунга, она едва не рухнула вниз, все её тело пронзила острая боль, и она услышала крик её дорогого Бунэра. Страх за всех дал ей силы. Она видела, как колдун отвернулся и не видел, как Кантаргунг выгнулся и выпустил из себя дух, который тотчас вселился в Ветертанга. Принц на мгновение стал невидимым, а затем снова проявился. Медлить было нельзя. Она ринулась вниз, схватила обоих королей с земли, тотчас взмыла в облака и понесла их в пещеру.

Прилетев, уложила их в самой большой пещере и мысленно связалась с Бунэром.

«Я принесла их. Дух покинул мёртвого короля и вселился в принца, но выйти не смог, так как тот находится на грани жизни и смерти, у него глубокая рана и большая потеря крови. Дух и принц так слабы, что если мы нечего не предпримем, нас всех ждёт неминуемая гибель».

«Есть одно очень древнее заклятие перерождения, тебе нужно провести магический ритуал. Я буду тебе говорить, что нужно сделать. Убери мёртвого короля, начерти руну глаза и положи в неё принца, а вокруг черти руны земли, воды, огня и воздуха. Начертила?»

«Да».

«Дыхни на руны огнём»

Она выпустила огонь, все руны засветились.

«Они все горят».

«Очень хорошо. Посмотри, прекратила ли у принца идти кровь».

«Да».

'Соединяй все руны между собой. Произноси:

Земля с водой дарует жизнь.

Огонь и воздух помогают.

Огонь желанье жизни разжигает.

А воздух тело наполняет'.

При последних словах принц выгнулся и стал невидимым.

«Спроси у него имя. Мы соединим дух с именем».

«Как твоё имя?»

Принц опять проявился и едва слышно прошептал:

— Ветер-р-р-р…

И тут же исчез.

«Я не пойму, что происходит».

«Посмотри, все ли руны целы».

Посмотрев на круг, Санандра вскрикнула от страха. Она так нервничала, что хвостом стёрла соединение между рунами.

«Я случайно стёрла связь рун воздуха и огня».

«Черти в разрыве любую руну…»

«Начертила».

«Зажги её и смотри: от всех рун должны побежать к телу принца огненные дорожки. Как только они достигнут глаза, тот закроется».

Так всё и произошло: как только огненные дорожки достигли начертания руны глаза и соединились в нём, всё внутри стало светиться белой энергией, образуя купол. Через какое-то время купол стал на вид твёрдым, от него побежали тонкие белые струйки энергии и, достигнув круга рун, наполнили его. Теперь весь круг переливался разноцветной энергией, которая постепенно стала подниматься и достигла верха пещеры. Всё вокруг засияло. Так как энергия двигалась внутри круга, вся пещера озарилась разноцветными бликами. Иногда внутри круга появлялись разные фигуры незнакомых людей, пытавшихся пробиться сквозь энергию, но всех их затягивало в центр, и они исчезали в глазе.

В это время Ветертанг шёл по огромному залу, заполненному уходящими вверх колоннами, и как ни пытался разглядеть, где они заканчиваются, так ничего и не увидел. Впереди он увидел переливающийся сгусток, и его тотчас же подхватила неведомая сила и понесла туда. Когда его затянуло внутрь, он увидел огромные высокие кресла, в которых сидели двое мужчин и женщина. По сравнению с ними принц был мелкой букашкой. Они выглядели на первый взгляд очень странно, потому что были совершенно белыми. Белая кожа лица и рук, волосы тоже белые, одни лишь глаза меняли цвет, заставляя одновременно меняться и цвет внутри этого круга. Мужчина в центре заговорил первым, его голос был таким сильным, что вся энергия при его словах слегка дребезжала.

— Кто на этот раз просит у нас помощи?

Женщина ответила:

— Драконы.

— Но почему здесь человек?

— Они просят провести ритуал перерождения, так как в нём находится частица их духа жизни.

— Покажите мне прошлое, — обратился он к сидящему напротив мужчине.

Постепенно стали появляться образы драконов и людей, многих из которых он видел во дворце на портретах. Они увидели первое соглашение между драконами и прапрадедом принца и все последующих королей, и их обращение с духом драконов.

— Не умеют люди платить добром.

Ветертанг впервые увидел и осознал, сколько боли принесли его предки драконам.

— Обычно мы при проведении ритуала перерождения соединяем умирающего и тело одного из предка. Тогда из глаза вышла бы твоя душа, но в другом теле. В ком бы ты хотел прожить остаток своей жизни?

Принц отрицательно покачал головой.

— Отказываешься от помощи предков? Тогда скажи, какое имя ты назвал, когда лежал в центре глаза и тебя об этом попросили. Мы можем дать силу человеку по его имени, каждое из них имеет своё значение.

— Ветер.

— Ветер? — все трое переглянулись между собой. — Странное у тебя имя.

— Моё полное имя — Ветертанг.

— Имя, означающее силу духа и мудрость… Очень жаль, что ты не произнёс его полностью.

Все трое встали и взялись за руки. Постепенно внутри этого круга стала закручиваться энергия; захватив в себя принца, она пронзила его тело тысячами иголок, от боли он закричал. Вихрь внутри усиливался, стоящие едва удерживали руки, такой силы был ураган внутри. И вскоре человеческий крик перекрыл тихое завывание ветра. Постепенно вихрь ослаб, и всё стихло. Стоящие разжали руки и вернулись на свои места. Они стали едва различимы, отдав свою силу на превращение.

Первой заговорила женщина.

— Ты сам определил свою дальнейшую жизнь, назвавшись Ветром. Мы нарекли тебя Ветром Перемен, дух дракона остался в тебе. Ты будешь служить дракону, который первым тебя вдохнёт и выпустит. Мы дали тебе силу предвидения, чтобы ты помог драконам выжить. Последняя война убила почти всех, и нельзя допустить их исчезновения, они — большая часть этого мира. Ты не сможешь опять стать человеком, нет на земле того, кто смог бы тебя спасти. Прощай.

После этих слов его подхватила находящаяся в круге энергия и понесла назад. Он оказался в пещере, в центре которой был нарисован круг из разных знаков, а возле них сидела дракониха и внимательно смотрела в центр круга, где был нарисован глаз. Вет чувствовал необыкновенную лёгкость, он рванул ввысь, ударился о свод пещеры, тут же, кувыркаясь, упал на камни. Странные ощущения. Он решил не спеша ознакомиться со своими возможностями. Он протянул «руку» к лежащему недалеко камешку, решив сдвинуть его с места, но сколько ни старался, ничего не выходило. Бросив это занятие, он стал потихоньку перемещаться к сидевшей драконихе, но опять не рассчитал, налетел на неё и снова оказался на полу.

Прошло время, руны и купол давно потухли, но принц так и не проявился. Санандра обратилась к Бунэру:

«Ничего не происходит, он не вернулся».

«Этого не может быть, смотри внимательно. Если б не вернулся, мы бы уже все умерли».

«Я смотрю. Руны потухли, из глаза никто не вышел, никого нет рядом. Только ветер дует в лицо».

«Какой ветер может быть в пещере? О чём ты говоришь?»

Санандра замолчала, осмысливая сказанное, положила голову на пол пещеры, закрыла лапами голову, из её глаз покатились слёзы.

«Это я во всём виновата».

«Что случилось?»

«Если такое возможно, думаю, он стал ветром. Если бы я не разорвала круг, мне бы не пришлось чертить руну ветра».

«Ты ни в чём не виновата. Скорей всего имя, произнесённое им, решило его судьбу. Попробуй поговорить с ним».

«Как?»

«Когда ты его почувствуешь, вдохни глубоко».

Ветертанг опять решил попробовать. Оторвавшись от пола, стал потихоньку подниматься к голове драконихи. Почувствовав лёгкое дуновение ветра, та глубоко вдохнула. И то, что она увидела, соединившись с ним, её совсем не обрадовало. В голове мелькали картинки его перерождения, а самое главное — с какой целью его вернули им? Из всех них никто бы не согласился обречь человека на такое существование, даже ценой жизни всех драконов. Он прочитал её мысли и стал рваться на свободу, она его выдохнула. Теперь полёт его был осмысленным, он легко облетел пещеру, радуясь новым ощущениям.

— Я-я л-л-ле-е-ета-а-а-а-аю-ю-ю-ю!..

Санандра удивилась, услышав голос ветра, но больше её удивило, что смогла понять, о чём он говорит.

«Я его понимаю», — обратилась она к Бунеру.

«Ничего удивительного, ведь в нём наш дух. Жрецы поступили мудро, лишив его человеческого тела, такого хилого и слабого. Теперь две души свободны на долгие века. Пройдёт год, прежде чем он вырастет и сможет из лёгкого ветерка превращаться в смертельный ураган, вот тогда и я обрету свою утраченную силу».

Пока Санандра спасала принца, колдун Данкор отправился по её следу.

Он подошёл к змейке, лежащей на земле и указывающей путь, куда полетел дракон. Начертил заклинание в воздухе — появился прозрачный энергетический круг. Взявшись за змею, он шагнул в портал. Через какое-то время его выбросило оттуда. Оглядевшись по сторонам, он понял, что находится в пещере, и услышал разговор. «Кто бы мог здесь разговаривать?» — удивился он. Очень осторожно ступая, он пошёл на звук. Когда речь стала различимой, он выглянул из-за поворота и увидел разговаривающую дракониху. С кем это она может разговаривать? Рядом никого не было. Сначала он хотел выйти и напасть на неё, но передумал, вспомнив, что драконы подарили свой дух за спасение маленького дракона, и даже если напасть и победить, это не поможет. Кто знает, может, за свою жизнь драконы и не пожелают платить такую плату, а вот за своих детёнышей отдадут всё. Он развернулся и пошёл прочь от этого места, внимательно осматривая все закоулки и маленькие пещерки в надежде найти там новорождённых. Он прошёл довольно долго и уже собирался бросить свою затею, когда, пройдя очередной поворот, увидел громадную пещеру. С её свода свисали громадные заострённые каменные сосульки. Колдун зажёг магический огонь, чтобы лучше осмотреться, и сразу вся пещера заиграла разными цветами… Всё дно её было засыпано необычными мелкими камешками, которые переливались, когда на них попадал свет огня. Колдун наклонился и зачерпнул пригоршню камней. На первый взгляд они казались твёрдыми, но при нажатии тут же сжимались и заново обретали свою форму, если пальцы разжать. Что-то необычное было во всём этом. Он постоял, подумал, прочитал заклинание и запустил магический шар. Тот медленно поплыл, освещая всю пещеру, но не долетел до её середины и потух. Вокруг стало темно. Колдун понял, что пещера защищена магией, хищная улыбка застыла на его лице: «Неужели нашёл?». Постояв немного, снял свой пояс и стал творить заклинание на уничтожение чужой магии. С последними словами он бросил пояс вглубь пещеры. Тот завис примерно на середине, и к нему тут же потянулись тысячи разных нитей. Достигнув пояса, они сгорали, вся пещера наполнилась едким запахом, стало трудно дышать. Данкор перекинул через голову свой плащ, полностью закрыв себя, опять произнёс заклинание, начертил рукой знак на плаще и пошёл вперёд. Плащ стал невидимым, при этом он излучал яркий свет, освещающий всё вокруг. Дым, касаясь плаща, превращался в пепел и тут же осыпался. То, что он увидел, дойдя примерно до середины пещеры, сильно его обрадовало — три яйца лежали на мягкой гальке. Теперь стало понятно, почему пещера защищена магией. Руки тряслись, когда он прикоснулся к яйцам. Наконец исполнится заветная мечта! Подняв добычу, он пошёл назад, где совсем недавно в одной из пещер видел ту, которой принадлежали эти яйца. Дорога назад оказалась ещё трудней, нести ношу оказалось совсем нелегко. «А вдруг она не одна? Справлюсь ли с несколькими драконами сразу?» — пронеслось в голове. Он остановился, найдя небольшую пещеру, положил яйца на камни, сотворил заклинание и коснулся рукой камня. Под рукой появился иней и стал разрастаться, наполняя пещеру ледяным холодом. Колдун отошёл подальше, полюбовался на своё творение, огляделся по сторонам, увидел огромный камень, вытянул вперёд руки и стал творить заклинание передвижения. Из пальцев потекла голубая энергия, окутала весь камень, тот приподнялся, колдун без всяких усилий перенёс его и закрыл вход в пещеру. Полдела сделано, теперь до достижения цели осталось совсем немного. Он шёл, переполненный чувством превосходства и силы, его распирала радость — теперь в его руках весомый козырь, против которого не устоит ни одна мать.

Санандра увидела колдуна не сразу. Увлечённая разговором с ветром, не заметила, как тот появился в проходе. Ветер дёрнулся.

— О-о-о-о-ос-с-с-с-сто-о-ор-р-ро-о-ож-ж-ж-жн-н-н-но-о-о! — закричал он.

Дракониха обернулась и собралась выпустить огонь на колдуна, но тот заговорил.

— Не спеши. Я тут побродил по пещерам и нашёл то, что принадлежит, скорее всего, тебе…

Санандра его не слушала. Она уже набрала воздух, из неё наружу рвался огонь, но он потух при последних словах колдуна.

— … Твоих будущих детей.

— Что ты с ними сделал?

Он очень удивился, когда услышал голос той, что стояла перед ним.

— Я почему-то думал, что драконы общаются мысленно, а вы, оказывается, и говорить можете.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Пока ничего особенного. Я их перенёс в более подходящее место. Без меня ты их не найдешь.

— Что тебе нужно?

— Всего-то ничего. За спасение деток прошу твой дух, а то с каждым годом я становлюсь всё дряхлей, и мне нужна ваша сила, продлевающая жизнь.

— Верни моих детей, у меня нет того, что тебе нужно.

— Не лги! Я всё знаю про ваш дух и видел, как ты унесла последнего из рода королей, он был мёртв. Теперь вы свободны, и я прошу всего-то ничего, самую малость, всего-то частичку духа.

Колдун понял, что пора прибегнуть к более жёстким мерам, и стал творить заклинание, но при этом отвлекал внимание драконихи разговорами. Ветер кружил вокруг него и видел неладное, но всё, что он смог — закричать что есть мочи:

— Бе-е-е-е-е-ей-й-й е-е-е-е-ег-го-о-о!

Санандра дёрнулась от крика и ударила колдуна хвостом. Не договорив заклинание, колдун отлетел и ударился об стену пещеры. Удар был такой силы, что колдуну переломало все кости, из ушей и рта полилась кровь.

— Что я наделала! Я его убила! — закричала дракониха. — Это ты виноват, напугал меня своим криком!

Она вздохнула и втянула в себя ветер, чтобы тот не мешал, и стала медленно подходить к лежащему на полу колдуну. Тело колдуна стало извиваться и превращаться в ужасное существо, похожее на собаку. Когда перевоплощение закончилось, перед ней на задних лапах стояло необычно высокого роста животное с заострёнными ушами, голым черепом, хищными маленькими глазками и ртом, полным острых длинных зубов. Санандра не знала, что делать, и обратилась к Бунэру.

«У меня здесь колдун, похитивший наших будущих детей, он требует взамен их отдать наш дух».

«Что он делает?»

«Я ударила его хвостом. Думала, что убила, но он перевоплотился в собаку, а сейчас, по-моему, опять превращается в человека».

«Жги его, иначе он тебя убьёт».

«Не могу!»

«Ты должна спасти прежде всего себя, а когда я окрепну, мы их разыщем».

Перед ней стоял и как ни в чём не бывало ухмылялся совершенно невредимый колдун.

— Как видишь, я непобедим, а чтобы ты стала сговорчивей, преподам тебе урок, — он стал шептать и плести руками узоры.

Руны пронеслись у неё в голове, она дыхнула на него огнём, но было поздно — колдун успел произнести проклятие перед тем как сгореть:

— Станешь ты камнем в пещере своей, сердце застынет от боли.

Снимет проклятье тройная любовь, соль и кровь человека.

Он горел и смеялся, потому что был уверен: никто и никогда не снимет с неё это проклятие. А в это время дракониха превращалась в камень. В последний миг она успела выпустить из себя Ветер Перемен, который стал свидетелем этой трагедии и долго летал и выл, не зная, что делать дальше.

Бунэр вот уже в который раз пытался мысленно связаться с Санандрой, но ответом была звенящая пустота. Эта пустота давила и обжигала душу. «Её больше нет», — шептало его сердце. Как бы он хотел сейчас подняться и полететь туда, где только что была она. Вновь увидеть, услышать её, прикоснуться к ней. Он не почувствовал её гибель, но и среди живых её тоже не было.

Дни полетели один за другим, похожие друг на друга серостью и унынием. Жгучая тоска и боль разливались по драконьему телу. Бунэр давно оставил попытки связаться с Санандрой, поняв всю безысходность положения. Собрав остатки сил, дракон начал мысленно связываться с выжившими собратьями. Когда на его зов откликнулись считанные единицы, он пришёл в ещё больший ужас. Тогда-то и решил погрузить себя и всех оставшихся в сон, надеясь, что со временем найдётся выход из ситуации, в которой они все оказались. Очертив когтем вокруг себя круг, он стал произносить древнее заклинание, чертя на круге руны защиты и сна:

— Руны дня утопают в ночи, затихает дыханье моё и земли.

Всё вокруг погружается в сон. Сможет его разорвать только зов —

Зов тоски, печали, любви, когда в триединстве сольются они,

Всё пространство заполнят собой и разрушат наш долгий сон.

С тех самых пор минуло сто двадцать лет…