Сонно потягиваюсь в постели, размыкаю веки и с удивлением обнаруживаю, что за окном уже день. Солнце ярко светит, отражаясь от поверхности подмёрзшего снега; слепит глаза.
Поворачиваюсь на бок, осознавая, что даётся мне данное действие не слишком просто. Я чувствую себя изрядно помятой после минувшей ночи. Гриша был крайне осторожен, но всё же его дикий напор и какой-то неутолимый голод сделали своё дело.
Только где же он сам?
Медленно, озираясь по сторонам, выбираюсь из постели. Как бы мужчина не убеждал меня, что я прекрасна, поверить в это, когда знаешь реальное положение дел, не так-то просто.
Вынимаю из шкафа халат. Не знаю, зачем когда-то купила такой откровенный, полупрозрачный, весь в кружевах, но искать что-то более закрытое нет времени, потому что по коридору разносятся тяжёлые шаги, а после вдруг открывается дверь.
— Проснулась? — мягкий баритон ласкает слух, а спустя всего лишь пару секунд я ощущаю на виске мимолётный поцелуй.
Горячие ладони на бёдрах, жаркое дыхание в затылок.
Я стою спиной к входу и лицом к встроенному в шкаф зеркалу, поэтому прекрасно вижу Гришу. Замечаю, что крепкие бёдра мужчины замотаны в полотенце.
Мне бы тоже в душ сходить не помешало.
— Отпустишь в ванную? — спрашиваю, нежась в сладких объятиях.
Как же хорошо с ним…
Не хочу даже думать о том, что это всё скоро может закончиться. Пусть. Я не буду жалеть о своём решении, ведь моим первым мужчиной стал, наконец, тот, кого я хотела с самого совершеннолетия.
Он тогда на выпускном глубоко ошибся, мне уже было восемнадцать. Но я не жалею, что всё так сложилось и в тоже время думаю, а что, если бы Земцов тогда пошёл дальше?
Быть может, не было бы в моей жизни недоумка Серёжи, и я была бы сейчас счастливой женой Гриши.
Ты сама-то в это веришь? — мелькает в голове мысль.
Гриша тогда был молодым ловеласом, да он меня мог бы и не запомнить даже. Я стала бы девочкой на одну ночь.
Впрочем, где гарантия, что сейчас всё будет по-другому?
Не думать! — приказываю себе.
Прокручиваюсь в сильных руках. Улыбаюсь, глядя в любимые глаза. Рука непроизвольно взмывает вверх, и я касаюсь пальцами отросшей щетины на мужественном лице.
Какой же он…
Я дурочка? Определённо.
Сходить с ума по мужчине так, как это делаю я, немыслимо, и всё же…
Я счастлива. В этот момент, в эту самую минуту я чувствую себя самой счастливой женщиной на свете, что ещё нужно?
— В ванную? — Гриша дёргает бровью вопросительно. — Если только пустишь меня с собой.
— Но ты же уже был в душе, — опускаю глаза на тренированный торс, утыкаюсь взглядом в широкую грудь и в подтверждение своих слов вижу капельки воды, застрявшие в поросли волос.
— Ну и что? — отвечает, пожимая плечами.
Всё у него легко и просто, я так не умею. То есть, пытаюсь сделать вид, что умею, а сама вечно в голове сотни вариантов просчитываю.
— Ладно, — соглашаюсь, даже не представляя, чем это для меня обернётся.
Если честно, я никогда не принимала душ вместе с мужчиной. Мне было интересно, и поначалу я пыталась растормошить Сергея, придумывала разные варианты. Себя винила в том, что недостаточно привлекательна и сексуальна.
Однако бывшему все мои старания были по барабану. Сначала он пытался играть в благородного рыцаря, утверждал, что это у него какие-то проблемы со здоровьем, что скоро всё наладится.
А спустя некоторое время я увидела его с другой. И все сомнения отпали сами собой.
— Васют, скажи, ты правда в меня была в школе влюблена? — ошарашивает вопросом Гриша, затаскивая меня в ванну следом за собой.
— Ты… откуда?.. — теряюсь под пристальным взглядом его глаз.
— Ты ночью бормотала во сне кое-что, и я понял, что дурак, — утыкается лбом в мой лоб, руками принимается изучать тело.
И, кажется, снова заводится. Буквально по щелчку пальцев.
Никогда бы не подумала, что могу так влиять на мужчину.
— Я думала, вся школа в курсе, — прячу взгляд. — К тому же, на выпускном…
— Я кретин, прости меня, — шепчет и крепче прижимает к себе.
От слов моментально переходит к действиям. На этот раз всё выходит быстрее и проще, а ещё гораздо приятнее, хотя я и прошлой ночью удовольствием не была обделена, спасибо Грише.
После душа мы завтракаем, пьём кофе, болтаем о всякой ерунде. Хочется спросить, какие у Гриши планы на будущее, но я понимаю, что это совершенно неуместно.
Мне не семнадцать, и я прекрасно понимаю, что для современного мужчины близость — не повод для продолжения отношений.
И всё-таки запретить себе мечтать не так-то просто.
— Слушай, а я ведь на работу даже не позвонила, — вздыхаю.
— Ты же босс, имеешь право, разве нет? — допивает свой кофе и вместе со стулом придвигается ко мне.
Без стеснения опускает руку на моё бедро, задирает и без того короткий халатик.
— Гриш, мне нельзя сейчас так часто, мы и в душе-то перестарались.
— Эх, — вздыхает тяжко.
Смешной такой, как ребёнок, у которого любимую игрушку на время отняли.
— Я скоро на соревнования уеду с ребятами, не хочешь со мной? — предлагает вдруг.
В животе начинают порхать бабочки. Если Земцов приглашает поехать с ним, значит ли это, что я ему не безразлична?
— А куда? Далеко? Заграницу? Или…
— Нет, здесь, по стране. Через четыре дня выезжаем, и я хотел бы, чтобы ты со мной поехала.
— Мне надо подумать, кафе оставить на кого-нибудь. Но, конечно, я была бы рада, с тобой… — подбираю правильные слова. Чтобы не выглядеть совершенно влюблённой дурочкой.
Обещаю дать ответ завтра.
А на следующий день в кафе случается неприятность, и я весь день ношусь, решая проблемы бизнеса.
Какой-то клиент пожаловался, что отравился у нас тортом. И это притом, что я каждый день покупаю наисвежайшую продукцию.
В общем, экспертиза, заключения врачей — всё это займёт кучу времени, как бы кафе не закрыли на время. И в свете всего поехать с Гришей я вряд ли смогу, но сообщить об этом решаюсь ему только вечером. Звоню перед самым закрытием в надежде, что мы увидимся, но неожиданно обнаруживаю тьму пропущенных от него.
Весь день телефон у меня в подсобке провалялся, не до него было.
Перезваниваю.
Не отвечает…