Я тебя проучу

Глава 26

При встрече подруга не задала ни единого вопроса об Андрее. Это меня порадовало. Теперь надо пережить спектакль с «покерфейсом», насладиться искусством. А потом просто уйти, как ни в чем не бывало, словно я даже не знаю участвующих здесь актеров.

Но аутотренинг, судя по всему, полная фигня. Потому что нервничала я так, словно сегодня у меня была премьера. Незаметно от Власты, вытерла вспотевшие ладони о юбку. Болтала о чем-то, отшучивалась. Будто ничего и не было и не должно происходить. Но при этом словно наблюдала за самой собой со стороны, участвуя в разговоре совершенно машинально.

Начало первого акта меня спасло. Пьесу Жана Ануя я знала прекрасно, один раз даже была на спектакле. Правда, Корсакова тогда в составе не было. И сейчас…

Он появился на сцене практически сразу. И сердце просто замерло где-то в груди, стало душно, в глазах даже потемнело. Я с силой закусила губу и сжала руки, надеясь этой небольшой вспышкой боли привести себя в чувство. Я не ожидала. Не думала, что будет настолько больно. Но сбежать я себе не позволю. Это точно.

Делая над собой усилие, я вдохнула воздуха. Постаралась отстраниться от эмоций, оценивать это все чисто с технической точки зрения. Жюльен из Андрея вышел шикарный, впрочем, как и Ромео. Он умел перевоплощаться, у него даже мимика менялась на сцене, делая его непохожим на настоящего. Впрочем, знала ли я настоящего Андрея? Это ведь тоже был спектакль. С одним зрителем.

Первый акт прошел на грани. На обрыве собственных чувств, сил, гордости, боли. На грани отчаяния и восхищения произведением искусства. Каждая сцена воспринималась острее обычного. И я старалась дышать. Изо всех сил глотала воздух, чтобы просто жить дальше. Отдает мазохизмом, не правда ли?

Пару раз ловила на себе обеспокоенный взгляд подруги и тут же кривила губы в улыбке. Вряд ли я могла ее обмануть, слишком хорошо мы друг друга знали. Но она молчала. Вот только первым же вопросом, который задала мне Власта, стоило лишь начаться антракту, было:

- Хочешь, уйдем?

Ни слова сочувствия, ни извинений, ничего. И за это ей огромное спасибо. Вот только хвататься за этот спасительный круг утопающий в лице меня не собирался:

- Нет, - покачала головой я. – Давай останемся и досмотрим до конца. Прекрасный спектакль, не так ли?

Спектакль был прекрасный, это да. Но дело было не в этом. И мы обе знали. Я слишком гордая, чтобы струсить. Слишком гордая, чтобы уйти. Чтобы признать, что мне больно. Мне проще сидеть тут с гордо поднятой головой и разрываться на куски внутри. Просто потому что рано или поздно я буду должна это все пережить.

Получила от подруги очередной сомневающийся взгляд. Но спорить она не стала. Знала, что это бесполезно. В итоге сменили тему.

Второй акт пережить было как-то проще. Ненамного, но уже не так остро. Да и Андрей на сцене появлялся реже. Так что… Мне оставалось только надеяться, что это пройдет. Рано или поздно.

Но вот занавес закрылся, и я облегченно выдохнула. Получилось. Я справилась. Бояться нечего, никакой трагедии не случилось. Сейчас надо только побыстрее покинуть театр, и…

А Власта тем временем озабоченно вглядывалась в экран смартфона.

- Меня тут Стас попросил в гримерку зайти. Пойдешь со мной?

В гримерку? Это там, где я могу лицом к лицу столкнуться с Андреем Корсаковым? Нет, увольте. Я уж лучше подожду на улице. Где-нибудь в углу, нише. Где угодно, лишь бы не сталкиваться. К таким потрясениям моя нервная система пока еще не готова.

Услышав мое решение, подруга понимающе кивнула. И убежала к служебному входу. А я нарочито медленно вышла на улицу.

Наступил уже вечер, и я подставляла лицо ветерку, словно он мог остудить мои мысли, мою боль. Я грустно улыбнулась, вспомнив старую легенду о кольце Соломона. Все проходит, и это пройдет. Обязательно пройдет, иначе и не может быть. Просто сейчас надо перетерпеть эту боль, отпустить ее. А потом… Все пройдет. Однажды.

Ну где же Власта? Я торчу одиноким тополем возле театра уже минут двадцать. И каждой минутой я нервничала все больше. Знала, что скоро актеры снимут грим и выйдут на улицу. И Андрей тоже… И к такой случайной встрече я пока еще не была готова. Я могу притворяться перед кем угодно, что стало легче. Что он меня не задел. Смеяться, улыбаться. Но самой себе врать сложно. Я просто до безумия боюсь его увидеть. Боюсь сорваться. Показать, насколько сильно он меня задел.

Поняв, что я сама себя накручивала, стиснула руки в кулаки, так, что ногти впились в ладошки. Еще один глубокий вдох.

Аутотренинг точно херня. Особенно когда распахивается дверь служебного входа и на пороге появляется человек-букет Андрей Корсаков. И улыбается окружающим его фанаткам до безумия знакомой улыбкой. Улыбкой, адресованной не мне, но от которой сердце бьется в ускоренном ритме. И я стараюсь думать о всякой ерунде, чтобы заполнить мысли. Например, Андрею бы точно не помешала еще одна пара рук – столько новых пакетов с подарками перешло в его руки. Интересно, как он все это утащит?

Радует, что народу вокруг него так много. Я отступила в тень, стремясь слиться со стеной. Меньше вероятности, что заметит. Мне только встретиться с ним сейчас не хватало!

Еще один шаг – и спина уперлась в холодный бетон. Легкая боль отрезвила. Почему, зачем я бегу? Ему плевать, значит и мне должно быть параллельно. Надо быстрее отловить Власту и уйти отсюда как можно быстрее.

- Лизка! Вот ты где! – от оклика подруги я вздрогнула.– Что ты сюда забилась, как мышь от мышеловки? Все в порядке?

Она говорила вроде негромко, но почему-то ее голос привлек внимание. В том числе и того, с кем я встречаться не хотелось. Андрей мгновенно поднял глаза от афиши, на которой расписывался, и посмотрел в мою сторону. Наши взгляды столкнулись, и я не смогла отвести глаза. Впрочем, и он не спешил этого делать. Не глядя, что-то дописал на афише, бросил пару фраз и шагнул в нашу сторону. Все также удерживая мой взгляд в тисках.

В голове – ни одной мысли. В том числе и панических. Я даже двинуться не могу, не взгляд от него отвести. Ничего. Власта зовет меня по имени, но я понимаю это каким-то уголком сознания. И не реагирую.

А он делает еще шаг к нам. Больно, как же больно видеть этого человека, в которого я так неосмотрительно влюбилась. Вспоминать наши прогулки, поцелуи под дождем, шутки… Надо собраться с духом, отвести взгляд и уйти. Но почему-то сейчас это было сделать гораздо тяжелее, чем в тот момент, когда я все узнала.

- Лиза? Здравствуй!

Всего два слова, которые обрушиваются на меня водопадом тоски. Я скучала по нему, адски скучала. По его смеху, вечно взлохмаченным прядям, голосу… Так странно смотреть на известного актера Корсакова и видеть моего Андрея.

Он остановился в шаге от меня, не обращая ни малейшего внимания на своих поклонниц, которые, шушукаясь, наблюдали за происходящим. Всего один шаг. Просто потому что ближе – нельзя. Ближе – опасно. Ближе – граница до. Черта, которая уже проведена. Которую больше не стереть.