Я тебя проучу

Глава 30

Да что б тебя! Невольно прикрыла лицо ладонью и почти скукожилась, пытаясь спрятаться за сидениями. Нет, наверное, мне не стоило бы принимать это на свой счет. Совсем не стоило. Вот только в голове всплыла фраза Аси о том, что Андрея пытались получить для этого спектакля, но у того оказался слишком плотный график. Теперь, значит, освободился? И именно в этот момент? Вот как хотите, а я в такие совпадения не верю!

- Ты чего? – удивилась Дарина, непонимающе наблюдая за моими манипуляциями.

- Да так! – отмахнулась я.

- Все здесь? – осмотрел свою паству взглядом злобного темного властелина Егор. – Отлично. Знакомьтесь, - он быстро назвал имена, которые я не запомнила. – А теперь будем производить рокировочку, - довольно потер руки режиссер. – Даринка, хватай Романа – и на сцену. Лизавета, готовься, потом будем проверять, сможешь ли ты напугать Андрея также, как Ленчика.

Ой-ей! Нет! Нет, пожалуйста. Только не говорите, что он Деметрий. Верните мне моего несуразного раздолбая. Пусть хоть весь лес сшибет, я согласна. Только не ставьте меня в пару с Андреем! Я не переживу играть влюбленную в него Елену!

Вот только многозначительная улыбка этой блондинистой скотины намекала, что все мои надежды тщетны.

Я попала. И это мягко говоря! Кажется, мне никуда от этой заразы не деться. Только оставалось надеяться, что в паре с Ленечкой я смотрюсь более гармонично, чем с Андреем. Слабая такая надежда…

Задумчивый взгляд Андрея остановился на мне, и я почувствовала, что вдохнуть-то я вдохнула, а вот выдохнуть тяжело. Я словно попалась в тонкую паутину и даже пошевелиться не могу. И отвести взгляд тоже. И… Как же сейчас необходимо дышать. Просто дышать.

А Дарина тем временем отыграла пару сцен с вышеупомянутым Романом. И тут уж, как поется в «Бале вампиров», «час настал». И Егор, прикрикнув на нас, вырвал из переглядок:

- Лиза, Андрей, марш на сцену. О, я смотрю, вы уже в роль вживаетесь? – съехидничал Егор.

Да чтоб тебя! В этот момент впервые за все время заходилось стукнуть режиссера чем-нибудь тяжелым. Да, конечно, я понимаю, что он ничего не знал. Вот только желания этого не убавляло. А еще чертовски не хотелось тащиться на сцену. Но работа есть работа.

А этот… гад белобрысый… подошел ко мне и протянул ладонь:

- Прошу, моя бесценная партнерша.

Я этот жест показательно проигнорировала и, вздернув подбородок, пробормотала:

- Увы, другому я партнеру отдана, и буду век ему верна. Правда, Ленечка?

Вот только меня не поддержали. Более того, столь торжественный момент испортил сам режиссер, наблюдающий за моим демаршем:

- Ну это уж как я решу, Вилинская. Так что не выкаблучиваемся и топаем на сцену, вздыхать по Андрею!

- Ага, «осыпались листья над вашей могилой и пахнет землей. Послушайте, мертвый, послушайте, милый… Вы все-таки мой», - процитировала я себе под нос стихи Марины Цветаевой и захлопала ресницами. – Такие вздохи подойдут?

К сцене, конечно же, пришлось пройти. Смешок за моей спиной стал неожиданностью. Не на такую реакцию со стороны Андрея я рассчитывала. И уж тем более не ожидала услышать со стороны Корсакова насмешливое:

- Хорошая попытка, солнце. Вот только ты мазила.

- Кто бы говорил, - бросила через плечо.

Возле сцены меня обогнали, еще и за руку цапнули, помогая взобраться по ступеням. Отбиваться от него в такой момент было бы слишком палевно. Так что помощь пришлось принять. И от этого невинного, казалось бы, прикосновения меня словно током ударило. Вот за что?

Егор потребовал, чтобы мы разыграли сцену из начала. Момент, где Елена проследовала за Деметрием лес. На словах о преданной собачонке я споткнулась. Ничего не смогла с собой поделать. Как сообразила, что и кому я сейчас говорю… слова просто застыли в горле. Особенно когда некоторые личности посмотрели на меня взглядом, полным… нежности? Да ну, бред. Мне уже мерещится.

- Так! Вы! Двое! – рявкнул на нас Егор. – Вы какого хрена тут творите? Лиза, ты прекрасно знаешь слова, почему ты от Андрея сейчас шарахаешься, как Ленчик от тебя на первых репетициях? Андрей, что за вид? Больше холода! Больше! Или мне тебя в морозильную камеру засунуть, чтобы ты понял, что это такое? Вы, мать вашу, ролями поменяться решили, что ли? Так вот, Корсаков, трепетная и нежная Елена из тебя, при всем твоем таланте, херовая выйдет!

Несмотря на напряженность момента, я невольно хихикнула, представив Андрея, облаченного в мою белую тогу. Подняла взгляд на виновника веселья…и снова чуть не утонула в нежности. Да что это такое-то, а?

- Что ты?! - поднял руки в примиряющем жесте Андре, по-прежнему не сводя с меня взгляда. – Я даже не претендую.

- А раз не претендуешь, то работай, - чуть ли не прорычал режиссер. – Лиза, тебя это тоже касается. Что бы там ни происходило, оставляем все это вне сцены, слышите?

От последней фразы я слегка вздрогнула. Неужели Егор знает всю правду? Потом опомнилась: да нет, глупости. Просто по нашему поведению заметно, что мы не в первый раз видимся. Не просто так реагируем друг на друга, и вообще… Черт, прошлое должно оставаться за сценой.

Сделав глубокий вдох, я добавила во взгляд обожания и начала произносить реплики.

Не знаю, как эту сцену воспринимал Андрей, но я еще никогда в жизни до такой степени не выкладывалась, не стремилась так играть. Потому что нельзя, мне никак нельзя показывать собственные эмоции. Этот спектакль – мой шанс, который я упускать не собиралась. Несмотря на Андрея Корсакова. Несмотря ни на что.

Каждая реплика, каждое случайное прикосновение обжигали как каленое железо. Но стоит отдать Андрею должное – он перестал осыпать меня этими странными взглядами и просто работал. И в какой-то момент я почувствовала, что действительно смогла оставить все за сценой. Почти все. А моя боль даже в чем-то помогала, добавляла Елене искренности.

А еще странное, практически дурацкое ощущение, которое никогда не возникало в партнерстве с Леней. Мы чувствовали друг друга. Интонации, посылы, взгляды. Играли в унисон, если можно так выразиться.

Но, стоило произнести мне последнюю реплику, я отвернулась и наткнулась на задумчивый взгляд Егора. Слишком задумчивый и не сулящий лично мне ничего хорошо.

- Отлично, - непривычно тихим тоном проговорил он. – Лиза, сядь. Костя, Ира, на сцену. Андрей, останься пока здесь.

Это было освобождение. Именно с таким ощущением я опустилась в зал. А Егор принялся гонять названных актеров…

Спустя два часа лично я была измученна так, словно вагоны разгружала. Не то чтобы у меня был такой опыт, но почему-то мне казалось, что несчастные грузчики чувствуют себя именно так. А Егор с довольной улыбкой доморощенного садиста наблюдал за этой какофонией. И ничего – вот абсолютно ничегошеньки – не сказал насчет собственных выводов. Только загадочно улыбался. И отпустил нас наконец-то.

Порадовавшись, что сегодня сумка была вместе со мной, я направилась к выходу. И почти не удивилась, когда меня догнали у дверей, сверкая улыбкой.

- Я тебя провожу, - как ни в чем не бывало сообщил мне белобрысый гад.

То есть даже не спросил. Просто поставил перед фактом.

- Корсаков, не стоит утруждаться, - бросила через плечо я. – Не маленькая, не заблужусь.

Почему-то по фамилии его называть было проще. Словно так я сама себе напоминала о том, кем он является. И что у этих отношений нет будущего. Да и не факт, что есть прошлое. А что, собственно, было? Это я себе любовь выдумала.

- Ну что ты? Как я могу оставить без присмотра собственную девушку.

Неподалеку кто-то ахнул. Кажется, та самая Ирочка, Елена из второго состава. А я… Я просто уже не выдержала.

- Корсаков, тебе еще раз по морде дать, чтобы дошла вся правда о так называемых «наших отношениях»? – не глядя на него, поинтересовалась я, четко направляясь к выходу. Хочет идти за мной – пусть топает. По крайней мере, не я спровоцировала слухи, которые точно будут гулять по театру. Ну да, как же. Девушка самого Андрея Корсакова! Да увольте меня от сего почетного титула!

- Если хочешь, дай, - спокойно заявил этот смертник. – Вот только на мои решения это не повлияет. Можешь бить, ругаться, брыкаться, но я тебя в покое не оставлю.

С ощущением какого-то бессилия запустила пальцы в пряди, слегка помассировала голову. Это было уже несмешно. Да что там – почти невыносимо. И воспринимать его ухаживания всерьез после всего как-то не получалось от слова «совсем». Но учитывая его реплику… Что я могла с ним поделать? Послать? Так он не посылается! И откуда только в нем эта настырность неожиданно воскресла! Вот зачем, зачем я вчера поперлась на этот дурацкий спектакль? Он бы и не вспомнил обо мне…

- Андрей, я тебе вчера все сказала, - повторила ему. – Я тебе не верю.

- Что ж, я постараюсь это доверие заслужить, - твердо ответил он.

Я не стала отвечать. Просто шагала вперед, решив твердо не реагировать на его реплики. В конце концов, если его игнорировать, может, тогда отстанет? Как бы не так! Корсаков следовал за мной молчаливой тенью, пока не довел до подъезда. И только возле двери подъезда придержал меня за руку.

- Спокойной ночи, Лиза, - тихо проговорил он, поднеся мою ладошку к губам. Я не успела вырваться. Да что там, даже сообразить не успела – кожу опалило легким, почти невесомым поцелуем. Только тогда я смогла отреагировать.

- Оставь меня в покое, Андрей, - вырвав несчастную конечность, попросила я. И, развернувшись, зашагала вглубь подъезда. Не оборачиваясь, хотя чертовски хотела это сделать.