Белая Леди

ГЛАВА 11

– Нет!

Моли бросилась между мужчинами, загораживая собой Антона, а я схватилась за занесенную для удара руку Виктора, боясь, что он попадет по девочке.

– Отойди! – рыкнул он на Моли, но сестра только сильнее вцепилась в «своего альфу».

Я двумя руками прижала к себе огромную руку, сильно сомневаясь, что смогу ее хоть немного остановить. А еще я почувствовала странную вибрацию, исходившую от нее. Неужели эта рука с имплантатами?.. Если это так, то последствия от удара могут быть ужасными!

– Виктор Андреевич, – заговорила я, пытаясь успокоить мужчину, – Молина… просто пошутила! Успокойтесь!

– Нет, не пошутила! – звонко возразила сестра, – Толик – мой мужчина! Он сам обещал меня укусить!

Глаза Антона округлились, а рука Виктора заскрипела, сильнее сдавливая его одежду.

– Вы не так поняли! – заорал Бойко, выглядывая из-за подмышки Молины, – Я не педофил! Это не то, что вы подумали!..

Я отпустила руку Виктора и пораженно уставилась на мужчину.

– Моли?.. Антон… Как ты… мог? – я не могла подобрать слов.

– Да нет же!.. Дайте мне объяснить! Черт!!! – Антон попытался разжать держащий его кулак, но у него ничего не вышло.

Виктор внезапно выпрямился, поднимая вместе с собой Антона, а потом сильно тряханул, сбрасывая повисшую на нем девочку. Я сразу же схватила ее за руки, оттаскивая подальше от альф.

– Погуляете, принцессы, – прохрипел Виктор, обращаясь к нам, – Дядям надо поговорить.

– Нет! – заверещала Молина, упираясь и пытаясь вырвать свою руку, – Толик!

– А ну, пошли!

Я грубо дернула сестру за руку и потащила ее на улицу через террасу. Моли еще какое-то время упиралась, но потом немного успокоилась и послушно пошла рядом. Когда мы отошли довольно далеко от дома, я резко развернула ее к себе и, уперев в бока руки, потребовала:

– Ну! Рассказывай!

– Что рассказывать?.. – насупилась Моли.

– Все! – закричала я, делая шаг вперед, – Когда ты начала говорить? И почему мне не сказала? Или ты притворялась с самого начала?!

– Я не притворялась!.. Ну… не с самого начала, – Моли не выдержала мой взгляд и отвернулась.

– Врунья! – негромко, но очень выразительно произнесла я.

Моли с вызовом вскинула голову.

– А ты!.. Ты хотела увести у меня Толика! Разлучница!

– Что?! Я не… – я чуть не поперхнулась от возмущения, – Молина! Ты маленькая девочка! А он взрослый мужик!

– И что с того? – сестра деловито скрестила на груди руки, – Я скоро вырасту и стану его женщиной!

– Скоро?! Да тебе только десять!

– Он сказал, что подождет!

– Восемь лет?! Даже для альфы это слишком много! К тому же, ты уже… – я замолчала, осознав, что начала говорить лишнее, но Молина все равно услышала.

Подняв руки, она схватилась за свою метку и растерянно на меня посмотрела, как будто только сейчас вспомнила, что произошло с ней десять месяцев назад. Девочка замотала головой, а потом резко села на корточки, спрятав ее в коленях.

– Моли! – я бросилась к сестре, пытаясь ее обнять, – Прости… Прости меня!

Тело девочки слегка дрожало, но вскоре она разжала руки и крепко меня обняла, прижимаясь к груди.

Я была не права. Ее привязанность к Антону отвлекала ее от страшных переживаний, а он… он просто ей подыгрывал. К тому же, похоже, что именно благодаря ему Моли снова начала говорить.

– Молина, все будет хорошо, – негромко утешала я сестру, поглаживая рыжую кудрявую макушку, – Я обязательно избавлю тебя от этой метки. Даже не сомневайся!

Девочка постепенно успокоилась и вскоре перестала дрожать. Мы сидели так еще минут десять, но внезапно я почувствовала, что мою кожу на лице начинает неприятно щипать. Я подняла голову и зажмурилась. Солнце было уже довольно высоко, и оставаться без защиты на улице для меня было чревато последствиями.

Когда мы с Моли зашли в дом, то увидели, что мужчины спокойно сидят на диване и о чем-то разговаривают. При нашем появлении они резко замолчали. Виктор Андреевич как-то странно на меня посмотрел, а Антон, наоборот, отвел взгляд в сторону.

– Садитесь, – хозяин дома похлопал ладонью по месту рядом с собой.

Моли хотела было рвануть к Антону, но тот едва заметно мотнул головой. Когда мы сели на диван, Виктор пододвинул ко мне коммуникатор, и над столом развернулась объемная голограмма – модель духовного узора Молины.

– Можешь чувствовать дух на таком уровне? – спросил он, рассматривая узор, и я утвердительно кивнула, – Интересно…

Мужчина задумчиво потирал подбородок, крутя пальцем голограмму то в одну сторону, то в другую, а потом вдруг все свернул и раскрыл обычный плоский экран. На нем появилось изображение с зеркальным кораблем, который я уже видела, когда воровала информацию для Тенера.

– Знаешь, что это?

– Корабль?.. – неуверенно ответила я.

– Видела, значит…– ухмыльнулся Виктор, перелистывая картинку на ту, где была изображена схема, – Да, это корабль пришельцев.

– Пришельцев?! – Молина округлила глаза, а Антон вытянул шею, чтобы получше рассмотреть рисунок.

– Иномиряне, – продолжал Виктор Андреевич, – Раса из другой Вселенной. И наши предки.

Я с удивлением рассматривала фотографию высохшей мумии, которая определенно принадлежала не человеку, но была гуманоидом. Из ее обезображенного рта торчали длинные, острые зубы, напоминающие клыки альф.

– Семя нашли несколько месяцев назад на Земле. Именно оттуда появились первые потомки Амарока, но каким образом, пока непонятно. Известно только то, что этот корабль работает на духовной энергии. На такой же, что существует и в нас.

Я затаила дыхание, ощущая, как сердце колотится от волнения. Я была права! Этот корабль поможет мне снять метку с Молины!

– Невероятно! – воскликнул Антон, пододвигаясь ближе, но встретившись со взглядом босса, вернулся на место.

– Весь корабль пронизан каналами, по которым и циркулирует энергия, – Виктор перелистнул кадр, где изображался рисунок, напоминающий пентаграмму, – А это ритуальный зал. И единственное помещение в Семени.

– Почему он так называется? – поинтересовалась я.

Виктор Андреевич откинулся на спинку дивана и ответил:

– В центре этого зала можно наполниться духовной энергией или лишиться ее. Мы смогли вернуть силу многим альфам, чей дух был опустошен.

– А метка?! – я вскочила с места, не в силах сдерживать свои эмоции, – Молине нужно избавиться от нее!

– Не выйдет. Мы уже пробовали, – отрезал альфа, и я разочарованно села на место, – Скорее всего, система корабля не видит в духе меченых омег повреждений. Для нее это нормальное состояние духа, которое не нужно «лечить».

Я прикрыла глаза, ощущая, как внутри разливается отчаянье.

Как же так?.. Неужели нет способа?

– Мы не могли понять, каким образом эта система обнаруживает разницу, – снова заговорил Виктор, – Но благодаря твоим способностям, Элара, картина получается полная. Ты чувствуешь духовные каналы, о существовании которых никто раньше и не подозревал. И, судя по всему, чувствуешь их довольно четко.

Виктор покрутил модель духа Молины и увеличил участок, где переплетения каналов были раскрашены в красный цвет. Я пододвинулась поближе и, вытянув руку, указала пальцем на деформированные линии, с раздутыми узлами.

– Это место, где хранится информация о Тенере, – объяснила я, – Раньше у Малины эти линии были ровные и без узлов. Мы много раз пытались «вычистить» духовную энергию из этих узелков, чтобы дух Молины больше не содержал память об укусившем ее альфе, но ничего не вышло. Эта энергия не поддается влиянию ни электрических, ни магнитных волн.

– Если показать эту модель моей дочери, то она, возможно, сможет что-то сделать.

– Вашей дочери? – переспросила я, не понимая о чем речь.

– Моя дочь имеет редкий тип духа и способна управлять потоками энергии в Семени, – пояснил Виктор Андреевич, а потом вдруг спросил, – Ты предложила мне пометить тебя, надеясь в будущем избавиться от метки?..

Я резко выпрямилась и покраснела, бросая взгляд на Антона, который сделал вид, что ничего не слышал.

– Н… нет… Я просто… была напугана. Мне была нужна Ваша помощь…

– Я так и понял… – Виктор очень подозрительно меня разглядывал, – А что у тебя с лицом?

Я машинально дотронулась до щеки и поморщилась от боли. Опять обгорела! Антон заметно напрягся, но промолчал.

– Немного обгорела на солнце, – пояснила я, – У меня кожа очень чувствительная.

Виктор поднялся с места и ушел в другую комнату. Вскоре он вернулся с аптечным боксом и поставил его на стол.

– Давай я намажу пластырь, – сказал Бойко, протягивая руку к аптечке, но Виктор Андреевич опередил его, хватая бокс первым.

– Иди прогуляйся со своей… невестой, – проворчал он, становясь рядом со мной, а потом строго добавил, – И чтобы без всякого такого!

– Говорил же, я не такой, – негромко ответил Антон, вставая с места, – Пойдем, Моли.

Сестра быстро спрыгнула с дивана, подбежала к мужчине и, повиснув у него на руке, вышла с ним на улицу. Обзор мне загородила огромная фигура альфы. Моего подбородка коснулись его пальцы, поднимая лицо вверх.

– Я могу сама, – неуверенно произнесла я, чувствуя сильное волнение от его близости.

– Подержи лучше волосы. Мешаются.

Я собрала свои локоны в пучок и посмотрела на альфу. Виктор выдавил на пальцы жидкий пластырь, приподнял мое лицо еще выше и осторожно провел по сгоревшей коже.

– Тссс! – зашипела я, чувствуя сильное жжение.

– У тебя глаза странного цвета, – неожиданно заговорил он, – Думал сначала, имплантаты, но вблизи видно, что настоящие.

Я смущенно прикрыла глаза. От его прикосновений по всему телу разливалось тепло, стремительно накапливаясь внизу живота.

– Кожа очень светлая… Моментально сгорает на солнце, – я снова подняла глаза, встречаясь с его взглядом, – И ресницы отросли, видно, что белые. Какая редкая болезнь…

Догадался. Но он все равно не помнит, что мы…

– А я уже решил, что ты мне по пьяни приснилась, – я испуганно выдохнула и дернулась, но его рука уже крепко держала меня за шею, – И как часто ты работаешь по ночам?

– В тот раз… это было недоразумение…

– Это я уже понял, – палец Виктора прошелся по моему носу, размазывая застывающий пластырь, и спустился ниже, проводя полосы над губами, – Ты уже успела с кем-то договориться до меня.

– Нет же! Я просто гуляла по городу и случайно забрела в этот парк! А там ты… Вы… – от волнения я случайно перешла «ты», но Виктор Андреевич не обратил на это внимания, размазывая пластырь уже под моими губами, – Я же говорила, что я никогда и ни с кем…

– Полетишь со мной на Землю вместе с сестрой, – перебил меня альфа, – Попробуем разобраться с меткой. А потом разберемся и с Тенером.

– Виктор Андреевич… – я не договорила, заметив,

что его ладонь, державшая меня за шею, медленно перемещается назад, опускаясь немного ниже.

По моему телу пробежала приятная дрожь, и я забыла, что хотела сказать. А когда его пальцы коснулись чувствительного места, то и вовсе потеряла связь с реальностью. Каждую мою частичку тела как будто пробивало маленькими электрическими разрядами, разогревая кровь и заставляя сердце колотиться как сумасшедшее. Я словно во сне ощущала, как пальцы альфы нежно надавливают и потирают место для метки, возбуждая меня все сильнее.

– Но сначала, – послышался его глубокий с хрипотцой голос, – Мы переждем твою течку.

Я открыла глаза и затуманенным взглядом посмотрела на мужчину.

– Но у меня ее не будет.

– Это как? – нахмурился Виктор.

– Ну… никогда раньше не было… Ах! – пока я говорила, его пальцы с новой силой надавили на место под шеей, заставляя меня прогнуться и задрожать.

– Серьезно?.. А так и не скажешь.

– Перестаньте! – я резко вывернулась и вскочила на ноги, отбегая в сторону, – Если Вы закончили, то я пойду в паровую и переоденусь.

– В паровую пока нельзя. Пластырь должен полностью застыть.

Виктор принялся тщательно вытирать пальцы тампонами, а я отправилась в комнату. Сбросив его футболку, я быстро поменяла белье и влезла в свои вещи. Волосы на голове после сна сильно спутались, и я кое-как расчесала их своей пятерней. Перекинув их вперед, я осторожно потрогала место под шеей и моментально покрылась мурашками.

Раньше оно не было таким чувствительным! Да и я сама… Я сама до сих пор ощущаю странное, приятное

покалывание во всем теле.

Я посмотрела в сторону гостиной, где ощущался дух Виктора Андреевича. Если так подумать, то именно с ним десять месяцев назад я впервые почувствовала настоящее желание. Я тогда решила, что наконец-то пробудилась как женщина, что смогу то же самое пережить и с другим альфой… Но сколько я ни пробовала, с Антоном у меня не возникло даже жалкого подобия тех ощущений, что я испытала рядом с пьяным незнакомцем. Не знаю, с чем это связано… Возможно, Виктор Андреевич мне просто очень нравится. Я же никогда прежде не встречала похожих на него мужчин. Может, это мой типаж? А может, все дело в его духовном узоре? Кто знает… Вполне возможно, что духи альф и омег тоже имеют свою степень совместимости?..

Я ощутила, что Моли и Антон возвращаются в дом, а вскоре в гостиной послышались и их голоса. Расправив волосы, я вышла из комнаты и увидела, что Виктор составляет на стол четыре стакана с трубочками и большую миску со сладкими брикетами, покрытыми разноцветной глазурью. Сестра с восторгом схватила сразу два и тут же их надкусала, блаженно закатывая глаза. Антон от угощения воздержался, хотя я знала, что он очень любит сладкое.

Присев на диван рядом с ними, я взяла напиток и один брикет, но так и не донесла его до рта, заметив пристальный взгляд Антона. Я вопросительно подняла брови, но он лишь заморгал и опустил голову.

Чего это с ним? Неужели он… ревнует меня к Виктору Андреевичу? Но ведь и так понятно, что у нас ним ничего не вышло бы.

Я непонимающе нахмурилась и запихала в рот сладкое, запивая его ягодным соком. Внезапно Моли схватила меня за плечи и резко развернула к себе.

– Ха-ха-ха-ха-ха-ха!.. – громко засмеялась она, держа меня за волосы и раздвигая их в разные стороны, как шторки, – Аааха-хах-ха-ха!

– Моли?.. Ты чего? – удивилась я, тоже начиная улыбаться.

Мой взгляд зацепился за Антона, который старательно отводил глаза и с трудом сдерживал смех. Я повернулась к Виктору, но тот невозмутимо что-то просматривал на экране своего браслета. И тут до меня дошло…

Вскочив на ноги, я побежала в туалетную комнату, где находилось единственное зеркало в доме. Взглянув на свое отражение, я увидела свое лицо, замазанное пластырем.

– Нет…

Пластырь, который размазывал пальцами Виктор, изначально был белесый и полупрозрачный, но сейчас он приобрел насыщенный черный цвет. Но это еще не все!.. Под моим носом красовались длинные, закрученные на концах, усы, а под губами находилась модная аккуратная бородка! Я попыталась их оттереть, но пластырь уже застыл и намертво приклеился к коже.

Прежде чем он полностью сойдет, может пройти больше недели! Сволочь!

Выскочив из комнаты, я быстрым шагом подошла к Виктору.

– Сотри это немедленно! – потребовала я, уже намеренно переходя на «ты». Рядом послышались сдавленные смешки и хрюканье.

– У меня здесь не склад с химикатами, – ухмыляясь ответил альфа, – Жди, когда само отвалится.

– Да ты… Ты издеваешься?! Это же больше недели!

– Эля, а мне очень нравится! – весело выкрикнула сестра.

– Тогда давай я нарисую тебе такие же! – гневно рявкнула я, но Моли и Антон снова заржали. Похоже, что злой я выглядела еще смешнее.

Придурки!

Поддаваться гневу для меня всегда было несвойственно, но в этот раз я полностью вышла из себя. Схватив блюдо с брикетами, я надела его прямо на голову Виктору Андреевичу. Разноцветные кубики посыпались вниз, прилипая к его лицу и одежде. Не дожидаясь, когда он очухается, я развернулась и побежала в его комнату, не забыв закрыть за собой дверь и заблокировать замок. Плюхнувшись на кровать, я уткнулась лицом в подушку и заплакала.

Как же обидно!.. Как же унизительно!.. Пока я как полная дура таяла от его прикосновений, он глумился, размалевывая мое лицо!

Я вдруг вспомнила, как он говорил о «редкой болезни». Именно так он назвал мою особенность. И то, как он описывал мою внешность… В его голосе звучали брезгливость и отвращение, а я почему-то спутала это с интересом. Но это не повод, чтобы так издеваться надо мной!

Дверь в комнату внезапно открылась, заставив меня вздрогнуть. Я повернула голову, но ее тут же накрыло одеялом. А потом мое тело быстро завертелось, и прежде чем я поняла, что превратилась в рулет, меня подбросили вверх, закинули на плечо и куда-то понесли.

– Отпусти! – закричала я, пытаясь вырваться, но кокон из одеяла надежно фиксировал мои руки и ноги.

– Бойко, пригляди за мелкой! – послышался приглушенный одеялом голос Виктора, – Нас не будет несколько дней. С территории дома не уходить!

– Понял, – едва слышно отозвался Антон.

Несколько дней?..

– Куда ты меня тащишь?! – я задергалась с новой силой, – Нет!!!

Мой рулет бросили на что-то упругое. Сначала раздался негромкий стук, а потом послышался низкий рев двигателей, характерный для крупного наземного транспорта. Почувствовались вибрация и тряска, и мое тело закачалось в разные стороны.

Когда я наконец-то выбралась из одеяльного плена, то обнаружила себя на заднем сидении большого внедорожного транспорта. Виктор спокойно сидел за рулем и подвывал в такт какой-то мелодии, звучащей из динамиков. За окном мелькали огромные скалы, между которых пролегала узкая необработанная дорожка.

– Куда ты меня везешь? – уже спокойнее спросила я, чувствуя необъяснимое волнение.

Виктор перестал подпевать и перевел взгляд на меня.

– Перелазь вперед, принцесса, – ухмыльнулся он, загадочно подмигивая, – Мы едем в пещеры.