Спустя полтора часа после ухода Воскресенского я слышу, как дверь в пока ещё мою квартиру открывается и до меня долетает звонкий женский смех. По спине тут же ползет нехороший такой холодок.
Я поднимаюсь с пола, на котором только что паковала свою одежду и аккуратно складывала в клетчатую сумку. Насколько это возможно.
А что я сделаю, если даже чемодана у меня нет. Я приехала в огромный город, который до сих пор мечтаю покорить с двумя пакетами. Пока тут жила прикупила небольшое количество вещей, мама пыталась помочь деньгами, чтобы я не выглядела белой вороной среди городских, но она у меня тоже миллиардами и даже миллионами не распоряжается.
— Ну, Максик, — противное хихиканье повторяется. — Не шали.
Я неуверенно выглядываю из комнаты и замираю, когда вижу своего бывшего в квартире. Он не один. Рядом с ним какая-то девушка с длинными волосами цвета вишни. Она ходит по моей квартире и все внимательно рассматривает.
Берет в руку фотографию на которой я с мамой перед отъездом сюда. Мы стоим возле поезда и улыбаемся.
— Ой, а это кто?
Макс вырывает из рук незнакомки фото и небрежно откидывает его в сторону. Раздается звон разбитого стекла, от которого я морщусь.
— Уже не важно, моя вишенка, — Макс наклоняется к девушке и целует в шею.
В груди становится больно. Интересно, а у Макса было много девушек, когда он был со мной? Он так быстро нашел мне замену. Прошло ведь совсем немного. Несколько дней, а Максим уже с новой приходит. И квартиру у меня требует.
Конечно же, у меня нет возможности оплачивать такие хоромы и дальше, но все же… Как-то это по-свински, что ли.
Я откашливаюсь и выхожу из спальни. Не могу же я тут прятаться и наблюдать за тем, как эта парочка целуется у меня на глазах.
Девушка вскрикивает и отталкивает Макса. Мы встречаемся с ней взглядами. Голубые глаза с объемными ресницами… Не своими. Стрелки чуть ли не до висков. И пухлые губы. Тут явно поработал косметолог. Может даже не один.
— Ой, что это за мышь? — девушка морщится.
Макс тоже смотрит на меня так, словно я и не жила тут. И с ним не встречалась.
— Это? Да это протеже брата. Он попросил временно приютить её в этой квартире.
Мои глаза от такой наглой лжи готовы вывалиться из орбит. Какой же он подлый лжец!
— Ты шмотье свое собрала? — грубо спрашивает меня бывший. — Я не собираюсь тебя тут больше держать.
Держать?
Я ему что, зверушка?
— Да. Давай тут быстрее, нам с Максиком хочется уединиться, — незнакомка повисает на шее у Макса и впивается в его губы, не стесняясь меня. — Да, мой пупсик? М-м-м-м, какой ты горячий у меня мальчик.
Макс сжимает ягодицу девушки и рычит ей в губы. Делает несколько движений, которые очень напоминают половой акт.
Мне становится плохо. Тошнота подкатывает к горлу, и я начинаю глотать быстрее, дышать чаще, только бы не сорваться и не побежать в туалет, чтобы расстаться с обедом, которым меня угощал Захар.
— Правда, моя вишенка. Давай, — это уже мне. — У тебя ещё десять минут или я вызываю ментов и говорю, что ты тут незаконно.
К горлу подкатывают слезы. Я… Да я даже не могу слова сказать, потому что внутри все сковало спазмом и все слова словно вылетели у меня из головы.
С трудом держусь, чтобы не заплакать на глазах у бывшего. Не хочу доставлять ему такое удовольствие.
Разворачиваюсь на пятках и чуть ли не бегом возвращаюсь в комнату. Смахиваю слезу, которая все же сорвалась с моих ресниц.
Остатки вещей я кидаю уже не заботясь об их сохранности. Плевать. Потом все поглажу, если найду жилье. А не найду, так и какая разница, как я буду при этом выглядеть?
Всем плевать на бедную девочку Арину, которая поверила в себя и приехала покорять мегаполис.
Дура!
Наполняю сумку, осматриваю помещение, в последнее мгновение замечаю постельное белье, которое я покупала на тот случай, если все же созрею подарить свое тело своему любимому.
Подхватываю и его, запихивая к остальным вещам. Ещё не хватало, чтобы бывший осквернил то, что я выбирала с любовью.
Вытаскиваю из комнаты сумку и сдуваю со лба прилипшую прядь. Подхватываю с пола фото, вытаскиваю зарядку. Мои движения резкие и рваные, но и не пытаюсь держать себя в руках.
— Все. Доволен? — подхожу к Максу почти вплотную и шиплю, глядя в его наглые глаза.
— Очень, Аришка, — он понижает голос, чтобы его слышала только я.
Его дама куда-то испарилась и я рада этому.
— Я же сказал, что ты делаешь глупость, расставшись со мной. Куда теперь? — он запрокидывает голову и хохочет. — Подожди, не отвечай. На вокзал помчишь? В свою тмютаракань поползешь. М?
— Это тебя не касается, — цежу сквозь зубы. — Увидимся.
— Это я сомневаюсь, — издевается бывший и распахивает передо мной дверь. — Прошу.
Я вздергиваю подбородок и с гордостью, на которую я только способна прохожу мимо Макса. Внутри все дрожит от обиды, но я не покажу этого ему. Он не узнает как мне сейчас больно.
По пути к лифту обматываюсь шарфом и стараюсь дышать. Легкие горят от того, что моим рыданиям никак не найти выход. Мне хочется завыть, но вместо этого я закусываю губу до боли и жму кнопку первого этажа.
Мне нужно выйти и подставить лицо свежему воздуху. Ощутить на коже прикосновение ветра и прийти в себя. Понять, что все происходящее — правда. Понять и решить, что мне делать со всем этим дальше.
Пальцы нащупывают прямоугольную картонку в кармане куртки и решение приходит само собой. Я достаю визитку и не думая больше ни минуты набираю номер. Слушаю гудки. Они кажутся бесконечными, и я уже собираюсь сбрасывать, но все же слышу в динамике низкое «Слушаю».
— Я согласна, — выдаю я и зажмуриваюсь. — Согласна стать вашей женой.