Брат бывшего. Брак по контракту

Глава 19

Остаток дня я провожу за тем, чтобы привести квартиру в порядок. Хоть она и была в нормальном состоянии, но все же я внимательно осмотрела чуть ли не с лупой каждый уголок своего жилья.

Вдруг где-то лежат тампоны или трусики. Не думаю, что Захар такой нежный цветочек, который верит в то, что у женщин нет месячных или падает в обморок от одного упоминания об этом. Но все же… Не хотелось бы, чтобы Воскресенский это все видел.

Меня все ещё мучает вопрос, как мы с супругом, о котором я практически ничего не знаю, будем уживаться на одной территории.

Тут всего три комнаты, одну из которых занимаю я. Одно дело, когда делишь жилье с тем, кого ты знаешь. Как это было с Максимом. А Захара я видела раз пять и теперь придется делить с ним одну территорию.

Я занимаюсь уборкой почти до того момента, пока не слышу, что на территорию дома заезжает машина. Выглядываю в окно и наблюдаю за тем, как мой супруг выходит из машины с небольшим чемоданом и вешалкой для одежды.

Иду встречать, думая о том, что не приготовила по такому поводу хлеб с солью. Вот Воскресенский бы удивился такому повороту.

Распахиваю дверь в тот момент, когда Захар собирается открывать своим ключом.

— Привет, любимый, — широко улыбаюсь и повисаю на его шее.

Захар замирает на какое-то время, но слегка приобнимает в ответ.

Я отстраняюсь и впускаю мужчину внутрь. Ощущение, что за нами кто-то пристально наблюдает. Захлопываю дверь и прислоняюсь к ней спиной.

— Что случилось? — захар вопросительно выгибает бровь.

— Кажется, что за нами следят.

Воскресенский аккуратно вешает одежду и стягивает с широких плеч пальто.

— Возможно, — Захар подходит к окошку и отодвигает тюль. — Нотариус бабули может пойти на все, чтобы выполнить её прихоти.

— Может, расскажешь уже, что за наследство? И почему, вдруг, оно тебе понадобилось? — складываю руки на груди и серьезно смотрю на Захара.

Воскресенский расстегивает пуговицы на манжете рубашки и верхние на воротничке и выдыхает.

— Бабушка отошла от ведения дел. Грубо говоря, моя ювелирная империя именно от неё пошла. И теперь ей нужно, чтобы мы с Максимом стали семейными и серьезными. Или она отдаст все наше семейное дело конкурентам. Это все, что тебе нужно знать?

— Так она жива? Бабушка?

Захар округляет глаза.

— Конечно, жива. Тебе Макс про неё не говорил?

Качаю головой.

— Ни разу. Говорил, что вы рано остались без родителей и все.

Лицо Захара тут же мрачнеет и он отводит глаза. До сих пор скорбит? Неудивительно. Мы долго не можем отпустить родных нам людей. И плевать нашей памяти сколько времени прошло после их ухода… Дни или годы. Сердце все равно болит.

— Бабуля была занята бизнесом и до нас ей не было никакого дела. Максим был на мне.

— И сейчас ты женился на мне, чтобы, что?

Воскресенский трет переносицу.

— Чтобы не дать Максиму занять место бабули. Это же логично.

— Макс настолько плох? — спрашиваю я у задумчивого Захара.

— Не то чтобы он плохой, ему просто не нужны все эти проблемы, которые повлечет за собой ведение бизнеса. Максу нужно гулять и развлекаться. Сама, наверное, уже в этом убедилась.

Я болезненно морщусь, когда эту тему снова затрагивает брат бывшего.

— Прости, — он поднимает руки. — Я говорю как есть.

Захар уносит чемодан в спальню на первом этаже и я выдыхаю. На разных этажах нам будет проще.

— А жена накормит мужа? — Захар появляется в гостиной спустя несколько минут в сером спортивном костюме.

Я подвисаю при виде этого мужчин в таком неофициальном виде. Воскресенский перехватывает мой взгляд и смеется.

— Что? Думала, что и дома я хожу в костюмах?

— Была такая мысль, — бормочу еле слышно.

— Так что там с ужином?

— Этого пункта не было в нашем контракте, любовь моя.

— Ах вот как? — угрожающе шагает на меня фиктивный муж.

Я делаю вид, что пугаюсь и забегаю за кухонный островок.

— Ладно, так уж и быть. В честь нашего бракосочетания выделю тебе остатки своего ужина.

— Ну вот, другое дело, — расплывается в улыбке Захар. — Так бы сразу.

— Смотри, не привыкай, — качаю указательным пальцем. — Дальше каждый сам за себя в стенах этого дома. И, да, спинку тоже тереть не буду.

— Черт, надо было в контракт включать. Ты все равно не собиралась его читать.

У меня от удивления вытягивается лицо. Он что, умеет шутить?

— Хорошо, что ты меня вразумил, — растягиваю губы в милой улыбочке и активно хлопаю ресничками.

Накрываю на стол. Захар садится за стол и смотрит на приготовленное мной блюдо.

— А мясо где?

— Пф.

Выхватываю тарелку и собираюсь убирать еду в холодильник, но Воскресенский оказывается быстрее и возвращает тарелку себе.

— Не так резко. Я просто спросил.

— Это вок, мясо там тоже есть, не килограммами, как вы привыкли, господин Воскресенский, но я и не рассчитывала на вас.

Задираю нос и разворачиваюсь, чтобы скрыться в своей комнате.

— Со стола сами уберете, — кричу с лестницы. — Хорошего вечера.

— Через три дня к нотариусу. Будем слушать прошли ли мы конкурс на наследство.

Долетает до меня голос Захара. Боже мой… Так скоро?