Брат бывшего. Брак по контракту

Глава 25

По лицу Воскресенского ничего не понятно. И не понятно, как себя вести. Я только перевожу непонимающий взгляд с Елизаветы Юлиановны на Захара и на Максима. У последнего лицо сейчас лопнет от широкой улыбки, которой он награждает меня с братом.

— Не ожидала, внучата, — впервые заговаривает бабушка Воскресенских. — Надо же, как вас договор мотивировал, а то ходили в одиночках.

Её смех хрипловатый. Я бы даже сказала немного скрипучий. Она сжимает пальцы на подлокотниках и награждает меня внимательным взглядом. Я под ним замираю, ощущая себя жертвой, которая попалась в лапы хищнику.

Потом бабушка Захара отрывает от меня взгляд и переводит на жену Максима.

С ума сойти. Максим женился в тот же день, что и мы с Захаром.

— Ты мне не нравишься, — кривит она губы, все так же глядя на спутницу Максима.

Я приподнимаю брови от удивления. То есть, мне сейчас повезло, потому что меня никаким комментарием не наградили?

— Бабуль, — голос Максима звучит слишком мило. — Главное, чтобы Викуся нравилась мне.

Он подходит к инвалидному креслу и присаживается перед бабушкой на корточки, оказываясь почти с ней на одном уровне.

— Ты хотела, чтобы мы остепенились. Вот, — он показывает в сторону своей супруги.

Я вижу, как в свете блестит его обручальное кольцо и опускаю глаза на свое. Большое…

Мы так и не заехали, чтобы поменять размер, но теперь это уже не так важно.

— Ну да. Не думала, что вы такое выкинете.

По крайней мере, Максим не станет говорить, что я встречалась с ним до того, как пошла в ЗАГС с Захаром. Максу теперь это тоже не выгодно, ведь и его брак станет липой, если он признается в наших прошлых отношениях.

— И что теперь, бабушка? — раздается спокойный голос Захара. — Придется искать по второй жене?

Я округляю глаза и стараюсь не усмехнуться. Понимаю, что у Захара своеобразное чувство юмора, но мне хочется улыбнуться.

— Ну, ну, старшенький, — морщит лоб Елизаветта Юлиановна. — У нас многоженство религией запрещено.

Он поднимает суховатый палец и грозит Захару.

— В свете новых обстоятельств, придется придумать новое условие для получения наследства, — вступает в наш разговор нотариус. — Или у вас оно есть, Елизаветта Юлиановна?

Она машет мужчине, который стоит за её спиной и тот тут же подталкивает кресло к столу за которым стоит нотариус.

Максим с Захаром обмениваются взглядами и я вижу, как глаза бывшего вспыхивают от ярости. Его жене, кажется, вообще плевать, что происходит вокруг неё. Она рассматривает как блестит колечко на свету. И на её губах играет слегка глуповатая улыбка.

Макс, пользуясь тем, что бабушка что-то обсуждает с нотариусом, подходит к нам. Встает рядом с Захаром и склоняется к нему поближе, чтобы никто кроме брата не услышал его слов.

— Ну что, братишка, думал ты один такой ушлый? — голос Макса выдает его злость. — Хрен тебе. Я тоже умею подсуетиться.

— Я заметил, — Захар даже бровью не дергает.

На его лице ничего не отражено. Он все так же стоит с расправленными плечами, и с руками, спрятанными в карманы.

— Интересно, что теперь придумает бабуля, да?

— Сейчас узнаем, Макс.

— Узнаем.

И Макс отходит к своей спутнице. Нотариус кивает и распрямляется. Окидывает нас всех взглядом, по которому понятно, что Елизавета Юлиановна приняла какое-то решение.

Но мне почему-то кажется, что оно нам не понравится…

Нотариус прочищает горло. Кидает взгляд на Воскресенскую и она кивает в ответ.

— Итак, — в кабинете воцаряется гробовая тишина. — Елизавета Юлиановна внесла новый пункт в наследственный договор.

Я непроизвольно сжимаю руку на предплечье Захара. Он кладет поверх моей руки теплую ладонь. Успокаивает? На этот раз у него не получается, к сожалению. Я ещё сильнее напрягаюсь.

— И что это за условие? Ну давайте, не томите, — не выдерживает Максим.

Слышу смешок со стороны Захара. Да уж, выдержка у Максима никакая. В отличие от моего супруга.

— Наследником становится тот, кто первым станет отцом, — эти слова оглушают. — Но…

Нотариус поднимает указательный палец, призывая к вниманию.

— Ребенка должна выносить и родить супруга. Никто из наследников не может прибегать к услугам суррогатной матери. Брак длительностью минимум в один год не утрачивает силу. У кого-то есть возражения?

Жена Максима собирается что-то сказать, но Макс сильно сжимает её руку и она тут же закрывает рот.

Я же настолько потрясена, что даже дышу с трудом.

Мне нужно будет родить от Воскресенского?