Булочка и две крошки для миллионера

Глава 36

— Малыш, — попробовала начать я. — Понимаешь, когда ты был маленьким, я… я…

Слова никак не шли на ум. Как? Как вообще такое сказать ребенку? “Извини, солнышко, я не твоя родная мама?” Какой ужас! Нет, я не смогу.

— Ма-ам? Ты за что-то злишься? — плаксиво спросил сидящий на диване Матвейка. Я сидела перед диваном на ковре, держала в своей его маленькую ручку и отчаянно пыталась найти слова.

Одно дело — если бы я хотела просто сказать ему о том, что Антон не его родной отец. И совсем другое — объяснить, что и я не родная мама, а Мира ему вовсе не сестра. Ну и как это вообще сказать пятилетнему ребенку?

— Конечно, нет, милый, — поспешила успокоить его я. — Мама не злится. Просто…

— Скоро наш день лождения! — воскликнул Матвей. — Нельзя детей лугать перед днём лождения. Ты не знаешь, что ли, мам? Первое декабр-ря! — чтобы меня задобрить, он даже неплохо справился с буквой “р” в последней фразе.

А у меня в груди неприятно кольнуло. Его день рождения вовсе не первого декабря, а тридцатого ноября. И это тоже мне предстоит ему объяснить. Как-то. Наверное, это самая трудная задача в моей жизни.

Во входную дверь постучали, и Мира бросилась открывать. Я с облегчением вздохнула, поднимаясь на ноги. Кажется, разговор снова откладывается. Если честно, то я откладывала его уже кучу раз. Но рано или поздно я должна найти слова. Если не найду я, найдет кто-то ещё, Антон со злости скажет ему, например. И сыночку будет в тысячу раз больнее.

Я вышла в коридор и увидела Виктора. На сердце сразу потеплело. Я смотрела на него и думала: «Мой жених пришел». Боже, так ведь оно и есть!

Спокойно, Маша, это просто фиктивный брак. Но сердце совершенно не хотело слушать доводы разума.

— Дядя Витя! — Матвейка бросился к нему, видимо, ища защиты. Он решил, что я им недовольна, поэтому и вызвала на разговор наедине. — Привет!

— Привет, львёнок, — Виктор подхватил его на руки. — Значит, вы с мамой уже приехали? — взгляд на меня.

— Сегодня мама собрала наши вещи, — поделилась скачущая рядом Мира. — Все-все игрушки! Мама сказала, мы возвращаемся назад, сюда! Ура!

— Дядя Витя, а пойдем в бассейн? — поддержал восторг сестры Матвей. — Хочу купаться!

— И я! И я! — запрыгала Мира.

— На улице почти зима, — покачала головой я.

— Мы лучше с вами поиграем в прятки, — улыбнулся Виктор. — Но сначала нам с вашей мамой нужно проговорить.

— Это потому что ты соскучился по нашей маме? — полюбопытствовала Мира. — Так Сабина сказала!

— Мира, идите поиграйте с братом, — распорядилась я. — Давайте-давайте, Матвей, игрушки плачут в чемодане.

Двое моих детей покосились на меня, как на сумасшедшую. Да, быстро они выросли. Но они все же умчались, оставляя нас с Виктором одних в прихожей.

— Попьём чай? — предложила я и, не дожидаясь ответа, повела его на кухню. — У меня и яблочный пирог имеется.

— Я очень рад, что ты приехала, — сказал Виктор, наблюдая за тем, как я хлопочу на кухне. Он сел за стол и провел по нему ладонью, разглаживая скатерть. — Если честно, то мне даже не верилось, что и правда удалось вернуть тебя. Я знаю, что у тебя просто не было другого выбора, но все равно. Спасибо, что доверилась, Маша.

Я поставила перед ним кружку с чаем и тарелочку с кусочком пирога, помедлив с ответом.

— Это тебе спасибо. Что принял меня. Ты мог бы… нанять адвоката, забрать сына и…

— Я бы никогда так не поступил.

— Теперь я это знаю, — кивнула я. — Прости, что не верила тебе. Теперь все будет по-другому. Я буду очень стараться и… научусь тебе доверять.

— Сделаю для этого все возможное, — отозвался он. — Маша, а почему вы здесь?

Этот вопрос поставил меня в тупик.

— В смысле? Ты же сам предложил привезти детей…

— Нет, в смысле, здесь, — Виктор посмотрел по сторонам. — Во флигеле. Маша, ты и дети будете жить со с мной.

Я уставилась на него в непередаваемом шоке. Что-то я об этом даже и не думала. Жить с ним? В смысле, в особняке?

— Да нет, — помотала головой я, — нам и здесь хорошо.

— Маша, как это будет выглядеть? В доме полно прислуги, слухи поползут. Нам это не надо. Ещё не хватало, чтобы опека решила, будто брак фиктивный.

То, как он это сказал… Будто само собой разумеется, что брак НЕ фиктивный. Я сразу вспомнила тот наш волшебный поцелуй… Кажется, прошла уже целая вечность с тех пор. Но на самом деле, это месяцы “черной полосы” тянулись, словно резина. Но у меня такое чувство, будто они прошли.

И теперь все изменится к лучшему.

— Ну… ты прав, но…

“Но” никак не подбиралось.

— Идём, — Виктор поднялся из-за стола и протянул мне руку. — Я покажу вам ваши комнаты.

Не знаю, почему, но я даже задуматься не успела, как уже вложила ладонь в его руку. Он мягко сжал мои пальцы — и меня как током ударило. Меня вновь потянуло к нему, прямо как тогда, в лифте. И я знаю, что он тоже это почувствовал.

Мы смотрели друг другу в глаза, кажется, целую вечность, хотя это длилось лишь мгновение. А потом прибежали мои два ураганчика, и магия момента растаяла.

В особняке нас встретила Инна. Смотрела она на меня так, будто Виктор на улице подобрал бродячую собаку в лице меня и ещё впридачу пару щенков. Я ответила ей не менее приветливым взглядом. Пусть привыкает, теперь мы с Виктором для всех будущие муж и жена.

— Комната детей на втором этаже прямо рядом с нашей… — Виктор не договорил, у него зазвонил телефон. — Извини. Алло? Что? Ясно, я понял, Олег, сейчас я ему сам позвоню, — он положил трубку и повернулся ко мне. — Маш, извини, сложный клиент. Мне надо позвонить, Инна вас проводит.

— Конечно, — состроив гримасу, отозвалась Инна. — Идёмте, Мария.

— Мама, это правда наш новый дом?! — не верила Мира.

— А Чижик-Пыжика сюда можно?! — с надеждой спросил Матвей.

— У него уже есть дом, — отозвалась я. — Ведите, Инна.

Инна отвела нас на второй этаж. Комната для детей была явно со свежим ремонтом, в приятных пастельных тонах. Две кровати среднего размера, видимо, на вырост, два аккуратных шкафчика, у каждого свой письменный столик и… конечно же, куда новых игрушек.

— Вау! Новенькая куколка! — Мира кинулась к игрушкам, Матвей последовал ее примеру.

— Что ж, дети в восторге, — улыбнулась я. — Ну, а где моя комната?

— Ваша комната? — уточнила Инна недовольно. — Да прямо следующая дверь.

Я вышла из детской и открыла ту самую дверь.

И обалдела. Нет, это была вовсе не какая-нибудь каморка, в которую Инна с радостью поселила бы меня. Нет, просторная светлая комната. Вот только…

В этой комнате явно кто-то жил. И судя по вещам, это…

— Виктор просил передать, что привык спать на правой стороне кровати. Ваша, значит, левая, — сообщила мне Инна. — В шкафу ваша половина тоже левая, и ещё две средние полки… Машенька, вы слушаете?

Я в шоке пялилась на кровать.

— Моя половина…

— Левая, — подсказала Инна. — Запомнили?

— Ага…

Забудешь такое.

Стоп, получается, мы с Виктором… будем в одной постели спать?!