Булочка и две крошки для миллионера

Глава 39

Я смотрела на своё отражение в зеркале и думала о том, как же меня сюда занесло? В ванную спальни миллиардера, который, собственно, сейчас лежит в постели и ждёт меня. А ещё у нас с ним общий ребёнок. Даже два.

Улыбнулась своему отражению. Девушка в зеркале больше не выглядела так, будто на её плечах вся ноша мира. Будущее не рисовалось ей больше только в мрачных тонах и не казалось, что проблемы будут поджидать её на каждом шагу. Теперь у неё есть тот, на кого можно положиться.

Интересно, что же думает Виктор насчёт нашего брака? Хочет ли он, чтобы брак стал настоящим? Видит ли меня своей женой? Раньше так и было, наверняка, ну а сейчас? После всего произошедшего… А чего на самом деле хочу я?

Ну, тут всё просто. Счастливой хочу быть. Хочу быть рядом с мужчиной, которому смогу доверять. Доверие — вот, что так важно для меня. Я доверяла Антону — и зря. Я не доверяла Виктору — и тоже зря. Он доказал мне, что искренен. Может, теперь настала моя очередь быть искренней с ним?

Я уже приняла душ и теперь одевалась в пижаму. У меня совершенно вылетело из головы, что сплю я в подарке Алисы — шелковой пижамке бежевого цвета, которая состояла из коротеньких шортиков и кофточки на бретельках. А не слишком ли это?

“Ты должна себя чувствовать королевой, даже если в постели одна!” — вот, что сказала мне Алиса, когда подарила этот комплект. Я послушалась тогда и сменила растянутую футболку и бриджи на эту роскошь. Вот теперь жалею. Сейчас выйду из ванной в таком виде, и Виктор… Ну, либо неправильно поймёт, либо поймёт правильно, но всё равно неловко…

Я поморщилась. Все равно делать нечего: я с собой в ванную взяла только этот комплект, не подумала. Остаётся надеяться, что Виктор уже спит.

Я максимально тихо выскользнула из ванной. Свет в спальне уже был выключен, Виктор действительно лежал в постели. Грудь его мерно поднималась и опускалась, поза расслаблена, по всем признакам он спит.

Но я отчего-то была уверена, что это не так. Прошла к кровати и села на свою половину. Ладонью провела по простыни, разглаживая несуществующие складки.

— Я знаю, что ты не спишь, — сообщила я Виктору.

— Что меня выдало?

— Твоя вежливость. Конечно, ты станешь изображать спящего, чтобы мне не было неловко.

— Ты ошиблась. Я изображал спящего, чтобы ты не сбежала, — Виктор перевернулся на бок, внимательно глядя на меня.

— Хм, считаешь, я сбегаю от мужчин в своей постели?

— Не от всех, — подумав, ответил он. — Но от меня… была такая вероятность. Ты ведь не доверяешь мне. Уверена, что я потребую исполнения супружеского долга…

— Да мы ещё даже не женаты, — фыркнула я. — И ещё… тебе я доверяю. Правда. Для меня это сложно, но я и правда… пытаюсь.

— Я не хочу, чтобы ты пыталась, Маша. Доверие должно исходить от сердца, — мягко ответил на это Виктор. — Ладно, давай спать?

Я неуверенно кивнула. Забралась под свой плед, он укрылся одеялом и отодвинулся, но я всё равно ощущала его тепло, его близость. Сердце все не хотело успокаиваться, оно так стремилось к нему. К моему будущему мужу.

От этой мысли вдруг стало горько. Муж. Всего три буквы, а сколько смысла. Был у меня уже муж, но он меня предал. И я клялась себе, что никогда больше не выйду замуж, но жизнь распорядилась иначе.

— Ты в порядке? — Виктор будто почувствовал моё состояние. — Маш, если это такая большая проблема, то я правда могу поспать…

— Нет-нет, — торопливо перебила его я. Повернулась к нему и в темноте попыталась увидеть его лицо. Нет, было слишком темно… Но чтобы видеть его глаза, мне вовсе не нужен свет. — Я просто прощалась с прошлым.

— Что ты имеешь в виду?

— Не хочу больше тянуть этот груз.

Мы смотрели друг на друга в полной темноте. Я знала, что и он отлично видит меня, вопреки всякой логике. В этот момент я ощутила давно забытое чувство — надежду на счастье.

— Теперь ты будешь моей женой, — сказал Виктор, выделяя интонацией “моей”. — Забудь всё, что было до меня. Я сделаю тебя счастливой, а взамен мне ничего не надо, кроме твоей улыбки. А теперь спи.

Я почувствовала себя маленькой разочарованной девочкой от его этого “спи”. Осознала, что хочу совершенно другого от этой ночи.

Наверное, Виктор как-то почувствовал это. У нас всё же особая связь, так было с первого дня, и глупо это отрицать. Он вдруг потянулся ко мне, и через мгновение его губы прижались к моим.

Виктор утянул меня в сладкий поцелуй, и я растворялась в нём, и правда забывая всё на свете. Антон с его изменами, судом и прочим вдруг стал совершенно блеклым пятном на моей жизни. Я чувствовала, будто лечу.

И совершенно не хотела останавливаться.

Виктор прикоснулся к моим волосам, потом его ладони скользнули к моей талии, забрались под шелковый топик.

— Какая ты красивая, — прошептал Виктор в мои губы. — Ты с ума меня сводишь.

— Тут темно, — усмехнулась я чуть смущённо. — Тебе ничего не видно.

— Ты прекрасна, — сказал он мне так, будто это самая очевидная вещь на свете.

От Антона я ни разу не слышала этого.

— Поцелуй меня, — потребовала я, и Виктора не пришлось просить дважды.

Но потом он чуть отстранился, взял меня за руку, прижимаясь своим лбом к моему. Его дыхание было сбито, и это приводило меня в восторг: это я так действую на него!

— Маша… Утром ты будешь жалеть.

— Не буду.

— Утром ты соберёшь вещи, возьмёшь наших детей и…

Я легко рассмеялась.

— Не беспокойся, я отдаю себе отчёт в том, что происходит.

— Я не смогу ещё раз вас отпустить.

— И не надо, — отозвалась я. — Виктор, никогда больше нас не отпускай.

— Обещаю, Маша… Обещаю.

Он снова прижался к моим губам. Потрясающая мягкость его губ отозвалась где-то в груди… Но вдруг в наш маленький мир на двоих кто-то вторгся.

Дверь раскрылась без стука, и мы отпрянули друг от друга.

На пороге стояли Мира и Матвей. Сынок потирал глаза руками, сжимая дверную ручку.

— Малыш, что такое? — забеспокоилась я, пытаясь прийти в себя.

— Ма-ам… Мне страшный сон приснился.

— А я испугалась, — сообщила мне Мира. — Матвей рассказал свой страшный сон, и я теперь боюсь!

Я виновато взглянула на Виктора, но он только улыбнулся, чуть отодвигаясь от меня.

— Мам, а почему ты тут с дядей Витей спишь? — поинтересовался Матвейка.

— Потому что… эм… — замялась я. Я ещё не рассказывала детям подробностей о том, что мы с ним женимся. Что-то они слышали, конечно, но разговор нам только предстоял.

— Потому что мне тоже снятся плохие сны, — нашёлся Виктор. — А рядом с вашей мамой я не чувствую ничего, кроме счастья.

— Но мы тоже хотим спать с мамой! — закапризничала Мира.

— Так, дети, — начала было я, собираясь встать и уложить их. — Идёмте, я полежу с вами…

— Идите сюда, — вдруг улыбнулся Виктор. — Кровать вон какая большая.

— Правда?! — обрадовалась Мира.

Матвея дважды просить не пришлось, он сразу запрыгнул к нам, а после и Мира последовала его примеру. Дети расположились между нами, распихав нас с Виктором по разным сторонам кровати. Через минуту оба уже сладко сопели.

Я рассмеялась от нелепости ситуации. Бедный Виктор, годами один спал на этой кровати, а тут появилась я с двумя детьми в придачу.

— Извини, — шепнула ему я.

— Какое “извини”? Маш, да я счастлив быть тут с вами.

Я улыбнулась. И тоже быстро уснула, ощущая, наконец, самое настоящее счастье.