Булочка и две крошки для миллионера

Эпилог

Я покачивала колыбельку, напевая незамысловатую мелодию. Крошка только-только заснула, а это значит, что мамочка может чуть-чуть отдохнуть.

— Мам? — в детскую заглянул Матвейка.

Я приложила палец к губам, показывая ему быть тише, и поманила его к себе.

— Да, солнышко?

— Почему сестрёнка то спит, то плачет? Когда можно будет с ней поиграть? — спросил сынок шёпотом.

— Детка, Вика ещё слишком маленькая, подрастёт, будете с ней играть.

— Ну когда же?

— Наберись терпения, — ответила я, с теплотой глядя на дочку.

— Да ну. Мира мне больше нравится, — заявил Матвейка, чем вызвал мой смех.

— Она подрастёт и будет вам подругой, вот увидишь, — погладила я сына по голове. — Ей же только шесть месяцев.

— У неё день рождения на новый год, так нечестно, я тоже хочу двойной праздник!

— Её день рождения считается и твоим праздником тоже.

— Правда?

— Конечно, это ведь твоя сестра. Так что у тебя тоже двойной праздник.

— Как круто! Пойду расскажу Мире!

Матвей умчался, а я вновь склонилась над колыбелькой. Ещё одно маленькое чудо. Мой третий ребёнок. Виктория Викторовна. Имя выбрала я. Миру и Матвея я назвала так, потому что хотела, чтобы было три «М», показать, что это только мои крошки. Но третьего ребёнка я хотела назвать на «В». Имя Виктория как-то само пришло на ум, и я поняла, что это то, что нужно.

Мы с Виктором женаты уже чуть больше полутора лет, и надо признать: это самые счастливые годы в моей жизни. У нас получился не просто брак, у нас — семья. Трое детей, все одинаково любимы. Мы вдвоём души друг к друге не чаем. Доверие и любовь — вот, на чём строится наша семья.

С нами живёт отец Виктора, но периодически мы ему надоедаем, и он уезжает то в пансионат, то в круиз… В общем, в основном мы живём впятером. Сабина вернулась назад к маме, но частая гостья в нашем доме. Я отношусь к ней, как к родной племяннице, а она меня считает за подругу, и я её просто обожаю.

Инна вышла замуж за араба из Марокко и покинула свой пост помощницы. Виктор решил повысить Олега, теперь его делами заведует он. Бизнес у Виктора идёт в гору, но он решил, что семья ему дороже работы, некоторые крупные контракты он пропускает и ни о чём не жалеет.

Что касается Антона, то мы разрешили ему видеть детей. Он встретился с ними ровно два раза. Мы были удивлены: Виктор был уверен, что достаточно было разрешить один раз, и он исчезнет в закате, но нет: на это потребовалось две встречи. Антон потерял интерес, завёл очередную пассию и забыл про своё стремление к отцовству.

Я больше не держу на него зла. Такой уж он человек, и не моя задача его переделывать. Измениться может только он сам, если захочет. Но пока это в его планы не входит.

И дети по поводу Антона не расстраиваются. А зачем? У них теперь есть папа, которого они заслуживают. Виктор души в них не чает. Мы пока не рассказали детям всю правду про их запутанное родство, пусть сначала подрастут.

Я улыбнулась воспоминаниям, невесомо поцеловала дочку и вышла из детской.

— Уснула? — спросил меня Виктор, когда я вышла в гостиную.

— Да. Можем ехать. Эльвира, — обратилась я к поварихе, — спасибо, что согласились присмотреть. Мы ненадолго…

— Даже не переживайте! Викуся в надёжных руках, отдохните хорошенько!

— Мы на часик, — возразила я. — У Виктора сюрприз.

— Да, и ты будешь в восторге, — подтвердил муж.

— Не торопитесь! Ужин готов, я всю себя посвящу малышке.

Я посмотрела на Эльвиру с благодарностью. Ей я полностью доверяла.

Мы с Виктором вышли из дома. Он сам сел за руль, и мы поехали… куда-то. Я пытала его со вчерашнего дня, но он уже привык к моим выкрутасам и молчал, как каменный.

— Вить, ты же знаешь, ну не люблю я сюрпризы.

— Сколько раз мне повторить, что этот тебе понравится, Маш? — посетовал он. — Неужели не доверяешь мужу?

— Сам же знаешь, что доверяю, — отозвалась я. — Просто… Ах, ну скажи уже, куда мы едем!

— Не скажу, — отозвался Виктор. — Мы уже почти приехали, потерпи десять минут.

Я со вздохом отвернулась к окну. Через десять минут машина затормозила и…

— Что мы тут делаем? — ахнула я.

— Идём же.

— Нет уж! Эта бургерная раньше была моей любимой пекарней, я тут работала, помнишь же?

— Конечно, Маша. Тут мы с тобой познакомились.

— Ну и зачем тогда? Тут давно уже нет моих пирожных, тут теперь фаст-фуд… О, и свет не горит. Да они закрыты, похоже.

— Идём, — Виктор вышел из машины, обошёл её и открыл дверь с моей стороны.

Мы с ним подошли ко входу, а затем он… внезапно достал ключи.

— Что? — удивилась я. — Только не говори…

Виктор открыл дверь ключом и открыл её для меня.

— Не может быть…

Я вошла внутрь. Виктор щёлкнул выключателем, свет тут же зажегся и… Я будто вернулась в прошлое. Никаких признаков бургерной — я оказалась в пекарне. Именно тут я готовила лучшие пирожные, именно здесь встретила Виктора. Всё было прямо как тогда.

— Но… Как это возможно? — ахнула я.

— Мы восстановили всё по фото. И по моим воспоминаниям, — Виктор приобнял меня сзади, мягко целуя в шею.

— В смысле? А мой бывший босс?

— Нет у тебя больше боссов. Ни бывших, ни вообще. Теперь ты босс, Маша.

— Что?

— Это твоя пекарня. Я дарю её тебе, дорогая.

Сначала я не поняла. А потом как поняла! И бросилась к Виктору на шею.

— Не может быть! Витя! — мне хотелось прыгать от счастья.

— Ты жаловалась, что не хочешь сидеть дома. Дочка наша подросла, и я подумал, что ты можешь начать развивать эту пекарню. Тебе вовсе не надо тут находиться весь день: наймём персонал. Но эта пекарня будет такой, какой захочешь ты. Она твоя.

— Боже, — выдохнула я, едва сдерживая слёзы. — Витя… Спасибо, любимый!

— Для тебя всё, что угодно. Спасибо, что ты моя жена, Маша.

Я снова прижалась к нему.

Кто бы мог подумать, что всё так обернётся? Жизнь и правда непредсказуемая штука. Хотя… кое-что предсказать можно: я люблю своего мужа и своих детей, и это никогда не изменится.