Бывшие. Ты (не) забыл о сыне

Глава 16

Вера

— Таранов, какого хрена ты её лапаешь?! — Мария, не позволяя сказать и слова, продолжает размахивать руками во все стороны и бросаться желчью.

— Давай ты при детях не будешь устраивать концерты! — строго произносит Дмитрий и прожигает свою подругу строгим и слегка презрительным взглядом.

— Концерты?! — лупит глазами. — Ты изменяешь мне, и тебе ещё хватает совести затыкать мне рот?! Ты вообще знаешь кто она такая?! Мошенница!

Детям вся эта ситуация показалась более чем забавной. Малышня задорно разразилась громким смехом. То ли им и в самом деле смешно, то ли они сговорились и всем своим видом хотят лишь добавить масла в огонь, не знаю.

— Мария! — медленно проговаривает Таранов и угрожающе поджимает губы. Невольно складывается впечатление, что мужчина держится из последних сил и вот-вот сорвётся на устроившую сцену ревности невесту.

— Ты привёл в дом мошенницу! Твоя Ларина Вера Викторовна не без греха. От тебя ей нужны только деньги, а я люблю тебя! — со злостью тыкает пальцев в мою сторону. — Не задумывался, откуда у нищей провинциалки итальянское кольцо с бриллиантом за несколько тысяч долларов?

Таранов на мгновение задумывается и вопросительным взглядом смотрит в мою сторону.

— Не надо засовывать свой длинный нос в чужие дела, Мария. Откуда у Веры Викторовны такое дорогое кольцо тебя совершенно не касается, — спокойным голосом произносит Виктор.

— Пап, я есть хочу… — тоненький голосок Анны прерывает разразившуюся между взрослыми перепалку.

— Калпа жалить будем! — широко смеясь, произносит сын.

— Вер, отведи, пожалуйста, детей в дом. Покушайте, а я тут пока разберусь и присоединюсь к вам.

— Хорошо, — робко киваю в ответ и, взяв детей за руки, ухожу в дом.

Честно сказать, нет совершенно никакого желания быть невольным зрителем разборок двух людей, которые вот-вот должны связать свою любовь узами брака.

— А калпа будем жалить? — всё никак не успокаивается сынок.

— Одного карпика мало. Семь… — обрываюсь на полуслове и вовремя исправляюсь, — людей много, а карпик один. На всех не хватит.

— Жалко… — на выдохе произносит Анна и добавляет: — А мы ещё пойдём на рыбалку? Но только без Марии, она, как всегда, всё веселье срывает. Вчетвером так хорошо было.

— Пойдём, обязательно пойдём. Тем более удочку мы забрасывать уже научились, а значит, в следующий раз нас ожидает улов побольше, — подмигиваю расстороившемуся ребёнку.

— А занятия сегодня будут? — девочка задаёт свой очередной вопрос.

— А ты не устала? Не выспалась же.

— Не устала. После конкурса успею отдохнуть, — произносит с широкой улыбкой на лице.

— Я с вами. Не хочу в садик… — широко зевая, произносит Димка.

— Да, сегодня никакого садика. Есть риск носом клюнуть в кашу, — широко улыбаюсь в ответ.

Возвращаемся в особняк. Усаживаю детей на свои места за большим овальным столом.

Открываю ящики и начинаю шарить по полкам. Обычно ответственность за сытые животы детей лежит на Анатолии Николаевиче. Он со своей супругой Алёной занимается готовкой и прочими делами по дому. И сколько бы я не порывалась им помочь, мне никогда не разрешали, но сегодня другое дело. Домоуправленцы ещё спят, и у меня есть отличная возможность немножко самой похозяйничать на кухне.

Нахожу на верхней полке распечатанную пачку геркулеса. И на скорую руку готовлю.

— Так, малышня, сегодня у нас на завтрак ваша любимая геркулесовая каша, — ставлю тарелки на стол.

Только вот пока я была занята готовкой, дети уже передумали завтракать и успешно уснули, уткнувшись носами в стол. Оно и не удивительно. Малышня в деревне не росла и не привыкла вставать спозаранку. Это мы с сестрой всё детство летом по утрам в пять часов вставали и вели корову пастись вместе со стадом.

— Желающих отведать овсянки, видимо, не будет, — произношу шёпотом, умиляюсь тихо спящими детьми.

— Пать, — сонным голосом произносит сынок и отмахивается от меня крохотной ручкой.

— Ну пать, так пать, — аккуратно перетаскиваю детей по одному в свою комнату и возвращаюсь на кухню.

Времени прошло уже больше получаса, а Таранов до сих пор не вернулся. Наверное, у молодых накопилось немало общих тем для беседы.

Хотя что-то мне подсказывает, что центральным элементом их диалога являюсь я.

Немного прибираюсь на кухне и оттираю плиту от сбежавшей овсяной каши.

Громкие шаги по кафельному полу заставляют выпорхнуть из своих мыслей и от неожиданности вздрогнуть.

Резко разворачиваюсь и встречаюсь с раздражёнными, налитыми кровью глазами Таранова. От одного лишь его вида сердце начинает пропускать удары один за другим. До этого момента я ни разу не видела Дмитрия настолько раздражённым. Лицо красное, волосы слегка взъерошены.

Громко сглатываю и перевожу свой взгляд на его подружку, стоящую за его спиной с победоносной ухмылкой на лице.

— Дети завтракать не стали, я отвела их спать. Могу вам каши предложить, — первая разрываю нависшее молчание.

— Вера Викторовна, объясни мне, пожалуйста, что ты делала четыре года назад в Ялте и почему с моего банковского счёта тебе была отправлена некоторая сумма денег, — Таранов нервно выдыхает и продолжает говорить: — Да и почему в моих покупках четырёхлетней давности значится точно такое же кольцо, как и у тебя… Выходит, мы были знакомы и ты обманывала меня столько времени?