Что хочет оборотень

☀️ Глава 21. А давайте встретимся... в библиотеке?

Объяснения затянулись надолго. Через час я упала на диван, обмахиваясь журналом и требуя перерыв. Вопросы оборотня оказались дотошны, на половину из них мы с вампиром просто не могли ответить. Откуда нам было знать, что все последние дни мы обязаны были запомнить в мельчайших нюансах, а еще лучше – сразу фотографировать и записывать на диктофон.

Одной из двух записей на моем телефоне оказался подслушанный разговор между Гэбриэлом и Дагом, шерифом города. А второй раз я использовала диктофон, когда вампир просвещал о драконах.

После прослушивания и объяснений по поводу моей расовой непросвещенности, у Гэбриэла поползла вверх бровь. Некоторое время он сидел, просто кивая и, кажется, вообще думая о чем-то своем. Иногда леденел, не показывая реакции вообще, иногда оживал, подаваясь вперед.

Я ловила на себе его оценивающий взгляд и пожимала плечами. Да, вот такая история, говорим как есть, а ты воспринимай как можешь. Что радовало, он больше не пылил и менять ландшафт во дворе не убегал.

Вообще, после выброса эмоций на улице, оборотень показывал отличную выдержку.

Не дернулся, когда Джез признался в пропаже препарата из лаборатории. Насчет Фреди и моей наивной доверчивости к жениху не иронизировал. Хотя мне показалось, что уголок рта у него пару раз довольно дернулся. И если всю другую информацию ловил мгновенно, тут зачем-то несколько раз переспрашивал, задавал и задавал похожие вопросы.

Как двоечник из анекдота.

«- Прямо сгорела школа?

– Сгорела.

– Совсем?

– Да.

– Совсем-совсем?

– Сгорела! Ты почему переспрашиваешь?

– Наслушаться не могу.»

После такого тонкого издевательства я самоустранилась, а они еще раз прошлись по каждому факту, перемалывая их и изучая со всех сторон.

В итоге Веноза предложил навестить сестру официантки. Он нашел ее ночью в социальной сети и разумно предположил, что она может знать о возможном местонахождении сбежавшей девушки. Джез написал сестре в оф-лайн очень вежливое письмо с просьбой разрешить ему с друзьями подъехать к ней вечером для разговора. И, судя по самодовольному виду Джезуальдо, аристократ ни на секунду не сомневался в ее грядущем горячем согласии. А пока он съездит на дневной сон, мы могли бы поискать что из себя представляет медальон. Вдруг о нем хоть что-то известно.

Гэбриэл от души пожелал вампиру крепкого сна, был даже ласков и сказал, что мы будем очень ждать возвращения Джеза. А пока сходим в поместье и начнем поиск сведений о медальоне с библиотеки Гнезда.

Что тут ответишь… Туда меня тянуло, словно плачущий ребенок звал, душа просила вернуться к пострадавшему дому. Но там была эта страшная женщина, леди Химена Глостер...

Она посчитала меня распутной девицей, встречающейся с ее двумя внуками одновременно. Ловкой авантюристкой, хитростью пытающейся отобрать у них дом. Она была готова сражаться и победить любой ценой. Переубеждать и спорить? Бессмысленно. Избегать встреч? Даже не подумаю. Оставалось только держать удар. Что ж, я постараюсь это сделать красиво.

Проводив Венозу, я выторговала у задумчивого Гэба немного дополнительного времени и тщательно собралась.

Накрасилась, добившись нежного, словно подсвечивающегося тона кожи. Подчеркнула глаза, сделав их поярче. Пожалуй, еще блеск на губы и хватит. Немного косметики добавляет мне уверенности, много косметики – возраста. Сегодня все получилось отлично. Глаза светились решимостью, брови лежали волосок к волоску, ресницы смотрелись удивительно длинно.

Одежду выбрала быстро, накинув комплект из шелкового молочно-сиреневого платья-комбинации, идеально повторяющего линии тела, и такого же по цвету, но прозрачного верха с оборками. Шикарная вещь, приобретенная для романтического свидания с женихом, гори он синим пламенем. Свидание так и не состоялось, жених не отвечал на звонки, а красивая вещь осталась.

Я покрутилась перед зеркалом, одобрительно поцокала и выпорхнула в гостиную.

Глостер, до этого развалившийся в кресле и свесившейся ладонью скучающе поглаживающий подкатившему к нему щенка, медленно начал подниматься.

- А как ты к вечеру решишь вопрос о невесте? - бодро спросила я и наклонилась, чтобы надеть сандалии. – Отказываться будешь? Представляю, как разозлится твоя бабушка… Можно идти. Я готова к библиотечной работе.

Когда распрямилась, обнаружила, что он стоит уже совсем близко и медленно меня рассматривает, особенно много уделяя внимания провоцирующему колебанию оборок.

- Кажется, я тоже готов… Холли, мне нельзя отказываться от женитьбы, но есть идея получше. Я могу объявить об ухаживаниях, потянуть время, а потом, к примеру, невеста мне откажет в силу непреодолимых обстоятельств. Станешь моей временной невестой? Выручишь… по-дружески?

- Э-э-э, - надеюсь бессвязные звуки, которые я издала от неожиданности, не слишком были похожи на блеяние. – Но твоя бабушка даже не рассматривала меня в этом качестве.

- Потому что драконы никогда не сочетались браком с другой Старшей кровью. Твои родственники делают детей только от людей. Старые, потерявшие магию драконы слишком заносчивы, постоянно трясутся над своими истощенными генами. Говорят, что они боятся совсем раствориться среди нас, понимая, что дети-смески родятся оборотнями, например, или колдунами. Но ты же не такой расист, как живущие прошлым седые ящерицы... Ты мне поможешь?

В саду благоухало цветами, их было все больше с каждым днем. Мелкая живность летала как сумасшедшая, а на ветках над головой перебивая друг друга пели птицы. В этом окружении хотелось романтики, безумной любви и страсти. Еще несколько дней назад я мечтала погулять в этом старинном парке с баронетом, но реальность моей жизни отличалась от фантазий – вместо объятий жениха меня просят сыграть временную невесту, по дружбе. Немного полицедействовать, потому что искренних чувств от драконов не ждут.

Если бы Гэбриэл настаивал, а не просил, я бы ответила жестким отказом. Но просьба о помощи…

- Дай мне немного подумать, - наконец ответила я, пряча глаза.

Потяну время, глядишь, все окажется не таким уж страшным, как он себе напридумал.. Девицы со всех сторон телами пока не забрасывают. Бабушка может и передумать. Вдруг обойдется.

Брачные обязательства для меня всю жизнь были неким важным, очень чистым моментом. Родители гудели: «вот выйдешь замуж… счастье... когда уж дождемся». Маленькой девочкой я представляла себя в белоснежном воздушном наряде, почему-то босиком. Мы идем держась за руки с вихрастым мальчиком, он наклоняется и, едва касаясь, целует меня в щеку…

В общем, лже-невестой становиться не хотелось. Хватит, побывала уже. Я искоса посмотрела на серьезное, напряженное лицо идущего рядом Гэба. Он не торопил, не уговаривал. На мои слова полыхнул взглядом и на мгновение прикрыл глаза.

Ну да, я не могу легко и играючи принимать важные решения. Извини.

К моему облегчению, Глостер не стал настаивать на немедленном решении. Только замедлил шаг и предложил локоть, за который я с благодарностью ухватилась. А он, как ни в чем не бывало двинулся дальше, рассказывал какие-то истории о ежегодных вечеринках и веселых случаях. То ли заговаривал мне зубы, то ли давал время успокоиться.

От него веяло спокойствием, солнечным теплом, луговой травой и древесной стружкой. Моя рука невзначай касалась твердого надежного бока и, подходя к большому дому, я осознала, насколько излишне нервно восприняла предложение. Ух. Что это я как красна девица жмусь? Парень попросил помочь ему в трудной ситуации, по-дружески. Надо узнать, нет ли у драконов каких-нибудь неприятных запретов на не случившиеся браки и больше меня особо ничего не держит. Даже поможет отвадить охотников за моим внезапно доставшимся наследством.

Уйдя в размышления, я не сразу осознала, насколько многолюдным по сравнению со вчерашним днем стало Гнездо. На подходе к зданию группами стояли мужчины с военной выправкой. Они кивали Глостеру, цепко осматривали меня и что-то бормотали себе под нос, явно докладывая о нашем появлении. В кустовых посадках мелькали люди с граблями и прочим садовым инструментарием. Эти на нас не обращали внимания, а споро приводили сад в порядок. От горящего вертолета не осталось и следа, только присмотревшись, можно было заметить на месте его падения слишком свежие полоски рулонной травы.

Я оценила оперативность изменений и невольно задумалась, смогу ли я так быстро решать форс-мажоры, когда вступлю во владение. Хотя… может при мне таких происшествий не случится.

В доме тоже было людно. Доносились шаги, разговоры, что-то стучало.

- Кланы прислали проверенных людей, - среагировал на мой невысказанный вопрос Гэб. – Из чужих только местные, нанятые для уборки в доме. Поэтому в коридорах лучше на некоторые темы не общаться. Бабушка пока с третьего этажа не спускается, так что мы ее не увидим.

Ух, кажется, кто-то серьезно недооценивает собственную бабушку. Я прекрасно помню, как она по лестнице гарцевала, да еще подслушать ухитрилась для ее ушей непредназначенное. Леди Химена с таким темпераментом спустится откуда хочет и когда посчитает нужным, так что лучше за усы тигра… в смысле волчицу не дергать.

Глостер показывал дорогу до библиотеки, не обращая внимание на попадавшихся по дороге служанок. При виде него они застывали как восторженные суслики, тянули шеи и скрещивали лапки. Доброжелательная улыбка держалась на моем лице с трудом. Наивность служанок, их девичья глупость начала меня бесить. Совсем парня не знают, дурехи, западают на внешность. То-то он удивлялся при первой нашей встрече, что я пытаюсь сбежать, а не цепляюсь за него как репей.

Коридорная анфилада привела к двустворчатой, практически трехметровой в высоту двери. Я даже убрала за спину ладони, горящие от желания прикоснуться к витым медным ручкам, похожим на музыкальные ключи. Не приведи беда – полыхнет рунами, узнавая меня. Так близко от Глостера это не скрыть, а на вопросы я совершенно не знаю, что ответить, кроме «А что ты хочешь, узнал домишко-то хозяйку».

Обе створки Гэб открывать не стал, просто толкнул одну и пропустил меня вперед.

- Мы почти ничего не меняли в библиотеке, - сообщил он, шагнув за мной. – Здесь почти никто не бывает, кроме меня и … Зейн… А, мать твою! Какого беса ты в таком виде! Холли, закрой глаза!

Прямо по курсу, на пустом пятачке перед окнами, между рядами длинных библиотечных столов валялся чемодан впечатляющих размеров. На нем восседал молодой человек мощного телосложения. Пыхтя и ругаясь под нос, он стаскивал с себя мотоциклетные ботинки. Больше на нем ничего не было, ни нитки. Елки... даже белья.

Зато буквально в метре, прижимая ручку швабры к груди стояла дородная девица в сером платье горничной или служанки. Глаза ее пучились, пытаясь не упустить ни малейшей детали, а по нижней губе сновал розовый кончик языка.