Дача для Забавы

Глава 13. Потому муж из дома и выставил

Бывший муж вылез из автомобиля, по-хозяйски прошел во двор. Осмотрел свои бывшие владения. Забава наблюдала со стороны. Не очень-то и хотелось с ним встречаться. Но не бегать же от него, в самом деле?

Сосчитала про себя до десяти, сделала несколько глубоких вдохов-выдохов и уверенно отворила калитку. Фёдор обернулся, осмотрел с головы до ног.

— А что это ты в пижаме шастаешь?

— У тебя есть ко мне дело, Федя? — поинтересовалась она, игнорируя колкость.

Замялся, бросив взгляд на забор, где уже маячили любопытные соседки.

— Вообще-то да. Поговорить нужно.

— Может, в доме поговорим?

Они вошли. Забава принюхалась, переживая. Дымом уже не пахло.

Печка выстудилась. Сквозняк колыхал занавески.

Федя прошёл к печи.

— А что у тебя заслонка не закрыта? Дома холодина…

— Явился выговаривать и учить меня, как правильно жить? Я, между прочим, не по своему желанию сюда переехала, — огрызнулась Забава.

— Ладно, не кипятись, — отмахнулся он. — Я насчёт дочери. Каникулы скоро, ей где-то жить нужно будет.

— У меня условий нет, — твёрдо заявила Забава. — Печка, колодец, туалет на улице. Помыться нормально нельзя. Баню каждый день не затопишь. Так что Оксана — полностью на твоей совести.

— Дело в том, что у меня сейчас ремонт в разгаре…

— А я тут при чём, Федя? — голос её задрожал от возмущения. — Не я же тебе велела ремонт затевать. Хочешь — сними ей квартиру в городе.

— Деньги сейчас все на ремонт уходят и на… — он запнулся.

Забава пристально посмотрела на него. Она помнила все его ужимки.

— Федя, я тебя как облупленного знаю. Ты что-то недоговариваешь. Либо выкладывай всё, либо уходи и не трать моё время.

Он сдался, тяжело опустившись на стул.

— Люба беременна. Уже пятый месяц. Собственно, я поэтому и попросил тебя съехать. Тянуть уже было нельзя.

— Но ты говорил, что у вас ЭКО планируется… Я думала вы только в следующем году пытаться начнёте… То есть вы уже почти полгода ребенка ждёте? А заранее меня предупредить о переезде было нельзя?

— Это Люба просила никому не рассказывать. Первая беременность, возраст… Боится, что сглазят. Ну и гормоны там. Сама понимаешь… Она на съёмной квартире жила. Там места много, просторно, светло, ремонт свежий. Хотели там с ребёнком остаться. А тут хозяйка её в женской консультации увидела. Узнала, что Люба беременна, и потребовала съехать, мол, люди какие-то схемы крутят мутные: если маленький ребёнок есть, то не выселишь до совершеннолетия… В общем, пришла в слезах, на нервах. А ей волноваться нельзя…

— Теперь понятно, почему ты так торопился выставить меня, — горько усмехнулась Забава, тоже садясь.

— Ты пойми, мы же договаривались до совершеннолетия Оксанки, а ей-то уже восемнадцать. Тебе бы уже год как съехать. Но я-то думал ты ищешь жильё, решаешь как-то этот вопрос…

— Почему ты просто не поговорил со мной об этом, Федя?

— Ты бы начала вопросы задавать, спросила бы что за срочность. А я не хотел тебя расстраивать. Ты же все эти годы ни с кем не встречалась, а тут Люба… Так что насчёт Оксаны? Я её у себя принять не смогу. У нас ребёнок на подходе, нужно срочно делать ремонт в детской.

— Так ты поэтому вчера истерику закатил? Думал, что если у меня кто-то появился, то твоя идея с тем, чтобы Оксану ко мне сплавить, не удастся?

— Я должен быть уверен, что моя дочь в безопасности! Я думал, ты порядочная женщина, а у тебя какие-то мужики шастают.

Забава встала, терпение лопнуло.

— В общем так, Федя, свою личную жизнь я с тобой обсуждать не намерена. Понял? — её голос звенел от ярости. — И знаешь, что? У меня сейчас нет времени на пустые разговоры. Я на работу опаздываю.

— На какую ещё работу? — искренне удивился он.

— Это тебя не касается. Уходи, пожалуйста. Мне нужно переодеться.

Федя, понурившись, поднялся.

— В общем, ты подумай и позвони, скажи, что решила.

Он вышел.

Забава закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, чувствуя, как подкашиваются ноги.

«Так. Нужно срочно бежать на конюшню. А обо всех этих проблемах с беременной Любой и Оксанкой, оставшейся без жилья… я подумаю потом».

Забава ворвалась на конюшню ровно за минуту до начала своего рабочего дня и, не переводя дух, взялась за вилы. Стог сена оказался пыльным — стоило тронуть его, как в воздух взметнулись тучи мельчайших частиц, заставив её безостановочно чихать.

«Надо бы маску надеть, — мелькнула мысль, — чтобы не дышать этим постоянно и не кашлять потом, будто работала на рудниках».

Лошади, заслышав шаги и скрип тележки, тут же принялись демонстративно бить копытам, ржать и просовывать морды через решётки, всем видом показывая, что страшно голодны и ждут только её.

— Сейчас, сейчас, мои хорошие, — уговаривала их Забава, с усилием забрасывая очередную охапку сена. — Дойду и до вас, потерпите немного!

Она уже вываливала последнюю тележку, когда из дверей дома выглянула Таисия.

— Ой, а ты уже сено раздала? Какая шустрая! — Тася окинула взглядом проделанную работу. — Я им кашу заварила. Сейчас покормишь, в левады выпустишь — и можно приниматься за денники. — Она пригляделась к Забаве. — А что у тебя с лицом?

— Тась, — вздохнула Забава, опираясь на черенок. — Тебе с какого места начинать рассказывать?

— Что? Опять? — глаза Таси округлились. — Ещё только утро! Когда ты успела?

— Ну, как от тебя вчера ушла… — начала Забава и не закончила.

— Так! — Тасю будто ветром сдуло с порога. — Каши подождут! Рассказывай сейчас же!

— А у тебя… кофе найдётся? — жалобно спросила Забава. — Я не успела позавтракать…

— Что за вопросы, конечно найдётся! Пойдём в дом! — скомандовала Тася, разворачиваясь на каблуке.

На кухне она быстро замешала в кружках растворимый кофе, наскоро сделала два бутерброда с маслом и сыром и села напротив Забавы.

— Ну? — не выдержала она, когда Забава дожевала первый бутерброд. — Что там у тебя стряслось?

— Только не говори, что у меня мозгов нет, — начала Забава, глядя в кружку. — Я и сама это знаю.

— Зачем ты на себя наговариваешь? — нахмурилась Тася.

— Так бабка по отцу всегда говорила…

— Ага, — перебила её Тася, — бабка сама из ума выжила, раз язык поворачивается такое ребенку говорить! А ты повторяешь! Забудь про неё. Рассказывай наконец, что случилось!

— Я от тебя вчера пришла, затопила печку, в бане помылась и прилегла буквально на пять минут, — начала Забава, сжимая кружку в руках. — И вдруг проснулась от того, что меня кто-то со всей силы за волосы дёрнул! Открываю глаза, а над самой кроватью… такая рожа страшная… Тась, я чуть не поседела, правда!

На улице вдруг заржали кони.

— Подожди минутку! Запомни где закончила! — бросила Тася и побежала на улицу.

Забава вскочила, не понимая, выходить ли ей следом. Но Таисия вернулась, не прошло и минуты.

— Поганка там опять у соседей сено ворует. Показала ей черенок от лопаты, чтоб морду свою куда попало не совала. Вроде поняла! Так и что там дальше?

— Как была в пижаме, так и вылетела на улицу. Стою, трясусь, понимаю: дом горит! Пришлось обратно бежать. Тушить.

— А что загорелось-то? Андрей же сказал, что проводка поменяна!

— Дверцу печки плохо закрыла, наверное. Дрова сырые стреляли угольками. Один, видимо, в дверцу угодил и выпал на жестяной лист, где поленья сушились… В общем, чудо, что дом не спалила.

— Ну и за что ты себя ругаешь? Такое с каждым могло случиться! Если б ты знала, сколько раз я всякую дичь творила! Не ошибается только тот, кто ничего не делает!

— Ага! Только сапёр ошибается лишь один раз, — подначил женщин Тасин муж, вышедший из спальни.

На этот раз футболку надеть он не забыл.

— Андрей! Ну вот без твоего комментария нам никак было не обойтись!

Мужчина кивнул.

— Насчёт печки Тася права. Один раз плохо закрыла — теперь будешь осторожнее. А вообще надо зайти посмотреть задвижку. Может, там с фиксацией проблемы.

— Вот видишь! — обрадовалась Таисия. — Дело даже не в тебе, а ты уже себя во всём обвинила. Как ты вообще потушила? Из ведра всё залила?

Забава смутилась.

— Я про воду не подумала даже! Всё обратно в печь затолкала и снова на улицу.

— Во! Правильно! — похвалил Андрей. — Там им и место. Водой залила бы — потом убиралась ещё полночи.

— Да я больше не пожара испугалась, а этой жути. Ещё в первую ночь мне показалось, что кто-то со шкафа смотрит. Даже сейчас как подумаю — мурашки.

Она протянула руку и показала кожу, покрывшуюся пупырками.

— Так это ж домовой! — воскликнула Тася. — Смотрел на тебя, потому что знал, что задвижка сломана! Предупредить хотел, но не мог. А вчера он тебя от огня спас, получается.

— Лучше бы потушил и дал поспать. — пошутил Андрей.

Тася рассмеялась.

— Домовые так не умеют! Они же духи.

— Ну да, как за волосы дёргать — это пожалуйста, а пожар тушить — так они духи, — съехидничала Забава. — Если это домовой, то почему такой страшный? Я там чуть в мир иной не отошла без всякого пожара.

— А каким он должен был быть? — возразила Тася.

— Бабушка рассказывала, что домовые пушистые, как котики.

— Из-за котика ты бы с кровати не встала.

— Это да, — призналась Забава. — Повернулась бы на другой бок и дальше спать. Получается, единственный выход — это показать мне страшную рожу.

— Ты ему теперь конфет на шкаф положи. Или молока в блюдечко налей. Заработал!

— Дыма не наглоталась? — спросил Андрей, налив себе кофе и направляясь обратно в спальню.

— Нет, я не дома заночевала, — призналась Забава.

Стоило только Тасиному мужу прикрыть за собой дверь, как подруга тут же насела на неё:

— Я не поняла, — проговорила она шепотом. — И где это ты ночевала?

— Ну… я позвонила Мише…

Лицо Таси тут же расплылось в ухмылке.

— А говорила «слишком молодой», — подначила она.

— Да не было ничего. Он свою футболку дал и спать ушёл.

— О-о-о-о! — протянула Тася с многозначительным видом.

— Что «о-о-о»? — насторожилась Забава.

— Дорогая моя, мужики просто так первой встречной свои футболки не раздают! Ты ему точно понравилась.

Забава покраснела.

— Да брось ты выдумывать! Он вообще не приставал ко мне, — выпалила она и тут же пожалела.

Тася залилась счастливым смехом.

— Ага! Значит, он тебе всё-таки нравится! Признавайся!

— Ну… он определённо симпатичный, — сдалась Забава. — Но слишком молодой!

— И что из этого? Ладно, ладно, не буду давить. И что, совсем ничего не было?

— Ни-че-го, — твёрдо сказала Забава. — Я была так вымотана, что просто отключилась. А утром чуть не проспала. Неслась домой как сайгак. Ну а там Федя поджидал.

— Бывший? — уточнила Тася, и её лицо снова стало серьёзным. — Ему опять что понадобилось? Прискакал отношения выяснять из-за Васи?

— Хотела бы я, чтобы всё было так просто, — усмехнулась Забава. — Оказалось, никакого ЭКО у них и не планировалось. Это он так, для отвода глаз сказал. Его Любонька уже на пятом месяце. Вот и выяснилось, почему ему нужно было, чтобы я съехала за три дня — место новой семье освободить.

— Эта Люба же приходила к тебе. Было непонятно, что она беременна?

— Тась, я её видела первый раз. Ну полновата… Да и пятый месяц. У некоторых до самых родов живота не видно, если плод маленький. По мне тоже долго непонятно было. К тому же я тогда в шоке была, что посторонняя мадам ко мне в квартиру заявилась, дверь своим ключом открыла. Я бы не обратила внимания, даже если б у неё рога были.

— Ну знаешь, беременность всё равно не даёт ей права приходить в твой дом без спроса. Она твоему Феде пока ещё никто.

— Во-первых, она — мать его будущего ребёнка, — напомнила Забава. — А во-вторых… Если он соврал про ЭКО, то и про свадьбу, наверное, тоже мог. Говорил, весной поженятся. Но я думаю, они уже всё давно уладили. Или вот-вот распишутся. С беременной невестой это делается без очереди.

— И всё равно я считаю, что врываться к тебе она права не имела. Нужно было замки сменить и в суд подавать.

— Теперь уже поздно об этом думать. Тем более есть проблемы посерьёзнее.

Она тяжело вздохнула, допивая кофе.

— Люба своего не упустит. Она уже Федю накрутила, а дальше что? Сейчас он её пропишет, она родит… И всё. Они там на восемнадцать лет, как минимум, укоренятся. Никакой метлой их не выметешь. Не знаю, что теперь с Оксанкой будет. Она ведь совершеннолетняя уже… Выходит, моя дочь останется без крыши над головой. С этим нужно что-то решать.