Глава 14

Мими

2000, Форт-Лодердейл (За пять месяцев до казни)


— Да, сэр, дюжину белых роз, и да, я могу гарантировать, что их доставят вашей жене на работу в пятницу днем.

Мими набирала в компьютер информацию о клиенте, крепко зажав телефон между щекой и плечом. Она замолчала, услышав, как мужчина еще что-то добавил. Затем повторила адрес доставки и пожелание, которое должно было быть написано на карточке, записала номер его кредитной карты, и во второй раз терпеливо принялась объяснять, что гарантирует доставку на эту дату и время, которое он просил. Она проигнорировала его комментарий, что цена за розы возмутительна, принимая во внимание то, что они через неделю будут мертвы и окажутся в мусорном баке. Затем на том конце повесили трубку.

— Если ты переживаешь, что они умрут, купи ей что-то, что не умрет, — проворчала Мими себе под нос.

— Кто-то не дает тебе спокойно жить? — спросил мужской голос.

Мими обернулась и оказалась лицом к груди покупателя, который незаметно проскользнул в цветочный магазин. Она быстро отвела взгляд, смущенная тем, что ее услышали. Не поднимая глаз, она сказала прилавку:

— Я думаю, что некоторые люди не могут быть счастливы, если не пожалуются.

— Ну, я надеюсь, что он не слишком тебя достал. Если это так, тебе придется попросить своего парня, чтобы он набил ему морду или что-нибудь еще.

На это замечание Мими подняла глаза и обнаружила, что перед ней лицо самого симпатичного парня, который когда-либо входил в двери цветочного магазина. Она начала здесь работать как раз перед Днём Святого Валентина и никогда не обслуживала такого молодого и красивого парня.

Его привлекательная внешность и широкая, ослепительная улыбка застали ее врасплох, и она не нашлась, что ответить. Должно быть, он понял, что поставил ее в неловкое положение, потому что быстро добавил:

— Прости. Я ничего такого не имел в виду, я уверен, что у тебя есть парень, и что он сделает или не сделает — совершенно меня не касается. Я лишь хочу сказать, что никому не позволил бы разговаривать с моей девушкой в таком тоне. Не то чтобы ты была моей девушкой! То есть, конечно, ты не моя девушка. Я даже не знаю, как тебя зовут. Не то чтобы, если бы я знал твое имя, это значило бы, что ты моя девушка. Я даже не понимаю, что болтаю. Лучше мне заткнуться прямо сейчас.

Мими ему только улыбнулась. Она поняла, что он нервничает ещё сильнее нее. Она не могла отвести взгляд от заметной ямочки у него на левой щеке. Щеке, которая стремительно густо краснела вместе с остальной частью лица.

Она протянула ему руку через прилавок.

— Я Мими.

Он с видимым облегчением выдохнул, пожав протянутую руку.

— Эллиотт. Я Эллиотт. Приятно с тобой познакомиться, Мими.

После маленькой неловкой паузы Мими спросила:

— Чем я могу тебе помочь?

— Ах, да, цветы. Мне нужны какие-нибудь цветы на восьмидесятилетие моей бабушки. Я хочу что-то особенное, но не слишком дорогое.

Он смущённо отвел взгляд.

Мими чуть не застонала вслух. О, Господи, такой милый парень, да еще и цветы покупает для своей бабушки? Ей пришлось подавить нервный смешок.

Чтобы не выглядеть полнейшей идиоткой, она включилась в работу. Ему потребовалось около получаса, чтобы наконец определиться с весенним букетом, который вписывался бы в его бюджет. Мими была рада, что другие покупатели не заходили в магазин. Она не была точно уверена, но ей показалось, что он флиртовал с ней, и на самом деле тянул время, выбирая такой простой букет. Ее хозяйка, Мэгги, уехала на доставку, и Мими была в магазине одна. Ей было всего лишь пятнадцать, но она показала себя надёжным и компетентным сотрудником. Мэгги испытала облегчение и была благодарна Мими за то, что та могла справиться в магазине в одиночку, когда у Мэгги была доставка. Недавно они лишились двоих штатных сотрудников.

Эллиотту, похоже, не хотелось уходить, даже после того, как он заплатил за свои цветы и понаблюдал, как Мими аккуратно завернула их.

— Рад был познакомиться с тобой, — произнес он, когда девушка вручила ему букет. Он медленно двинулся к двери.

— Я тоже рада знакомству, — крикнула ему Мими вслед, с раздражением взглянув на зазвонивший телефон, помешавший их прощанию. Она задалась вопросом, увидит ли когда-нибудь его снова.

Может, это и к лучшему. Наверное, это был первый и последний раз, когда она видела Эллиотта.

— «Цветочный дизайн Мэгги», я Мими, чем могу помочь?

Выслушав звонившего, она сразу же стала вести себя иначе. Исчезла девочка, которая все еще витала в облаках от флирта с милым мальчиком. Она выпрямилась и своим самым деловым тоном ответила женщине на другом конце линии:

— Я получила ваше сообщение, Лесли. Я приду.

Она бесцеремонно повесила трубку и подошла к окну, надеясь хотя бы мельком увидеть, как уходит или уезжает Эллиотт. Но было поздно. Он уже ушел.

Остаток дня Мими была занята, что не мешало ей размышлять о своей первой встрече с Лесли. Это случилось сразу после Нового года. Мими прогуливалась вдоль торгового центра, заглядывая в маленькие магазинчики в поисках вакансий. Она сделала перерыв, чтобы сесть на скамейку и разобраться с документами, которые ей удалось собрать, когда рядом с ней села Лесли и завела непринужденный разговор. Мими не хотела показаться грубой, полностью игнорируя женщину, так что она лишь немного поддерживала беседу. Ее подруга Линдси должна была встретиться с ней меньше чем через двадцать минут, чтобы отвезти домой. Линдси не интересовалась работой, поэтому ходила по магазинам, пока Мими собирала заявки.

— Тебе даже не обязательно работать, — сказала Линдси, когда они только приехали в торговый центр. — Зачем тебе вообще работать? Это родители заставляют тебя, да?

— И да и нет. Я не должна работать, но мои родители считают, что это хорошая идея, и я тоже.

Линдси остановилась и уставилась на Мими, открыв от удивления рот.

— Ты сама захотела? Ты это серьезно, Мими?

Мими продолжала идти.

— Ты говоришь так, как будто работа — это смертельный приговор.

— Да так и есть. Ты спятила! — Линдси ускорилась, чтобы догнать Мими. — Я собираюсь выйти замуж за самого богатого парня, который подвернется. Ему даже не надо быть хоть немного симпатичным. Мне все равно. Я заведу на стороне милого бойфренда, если понадобится, но работать не буду. К тому же понятия не имею, как я могла бы заработать столько денег, сколько может понадобиться на дизайнерскую одежду. Нет, я не буду даже пытаться зарабатывать на эти шмотки. То есть, я на них, конечно, заработаю, но не на обычной работе, — она рассмеялась над своим скрытым подтекстом.

Мими покачала головой и улыбнулась. Она знала, что Линдси не шутит. И была уверена, что подруге не составит труда найти подходящего мужчину, готового заботиться о ней и финансировать ее большие запросы.

У Линдси была внешность красивой модели с подиума. Высокий рост и стройная фигурка, карамельного цвета кожа и экзотические миндалевидные глаза — она была настоящей красоткой. Она была милой девочкой, но у нее не было амбиций — или, по крайней мере, не таких, какие были у Мими. Мими собиралась стать журналисткой, и даже при том, что ее родители считали, что именно они побудили ее искать работу, она была более чем счастлива сделать это. Она хотела выбраться из своей раковины, пообщаться с людьми за пределами зон своего комфорта, которыми являлись школа и церковь. Розничная торговля предоставляла такую замечательную возможность. Она будет встречать самых разных персонажей, и на самом деле с нетерпением ждала этого. Она уже обратилась за разрешением на работу, так как шестнадцать ей исполнится только в следующем году, и подала заявки в местные магазинчики мороженого и цветочный, но ответа не услышала. Пока. Когда Линдси предложила съездить в торговый центр, Мими решила вместо шопинга поискать работу.

Теперь, сидя на скамейке со случайной женщиной, которая не переставая болтала, Мими подавляла зевоту.

— О, вижу, ты устраиваешься на работу. Тебя это интересует? Розничная торговля? — спросила та женщина, Лесли.

— Нет. — Мими разглядывала магазины и не смотрела на женщину. — Просто ищу возможность набраться опыта реальной жизни. Я собираюсь стать журналистом.

«Это слишком хорошо, чтобы быть правдой», — подумала Лесли про себя.

— Почему бы тебе не попытаться устроиться на работу в газете или еще куда-то? Я так и сделала, когда начинала.

Мими посмотрела на нее.

— Вы журналистка?

— Да. Я работаю в маленьком журнале под названием «Любимый Лодердейл» и фрилансер для других больших изданий. Прямо сейчас я работаю над статьей для «Роллинг Стоун». Ты ведь о них слышала, верно?

— О, да, я слышала о них. Все о них слышали. Вы для них пишете?

— В данный момент работаю над статьей для них. Хотя это тяжёлая история, — Лесли покачала головой. — Мне просто необходимо было сделать перерыв от нее и переключиться на что-то другое. Вот почему я здесь. Взяла паузу, чтобы немного понаблюдать за людьми. Это помогает мне расслабиться. Итак, почему ты не пыталась устроиться в газету или в другое место?

— Я пыталась, но они сразу сказали, что не ищут новых людей, и если бы искали, им нужны были бы кандидаты возраста колледжа с немного большим опытом, чем у меня, — сказала Мими, в тоне ее голоса определенно слышалось разочарование.

— Что? Ты не учишься в колледже? Я думала, что ты значительно старше, — соврала Лесли. Она знала возраст Мими.

— Нет, — Мими улыбнулась. — Я еще учусь в школе. Я думала, что работа в розничной торговле, по крайней мере, даст мне хоть какой-то опыт работы с людьми.

— Что ж, это говорит о том, что ты умна и амбициозна. Из тебя получится отличный журналист, — Лесли посмотрела на свои часы, притворяясь немного равнодушной и пытаясь тонко намекнуть, что разговор скоро будет закончен. Что не осталось незамеченным. У нее получилось завладеть вниманием девочки.

— А что это за тяжёлая статья, над которой вы работаете? — спросила Мими. — Что в ней такого ужасного, что вам пришлось взять перерыв от писательства?

— О, не уверена, что могу тебе рассказать. Все это очень серьезно, и я должна точно знать, что могу тебе доверять, а я тебя даже не знаю. Я имею в виду, мы только что встретились.

Мими выпрямилась и посмотрела на Лесли широко открытыми глазами.

— Вы можете мне доверять. Я не скажу ни единой душе. Никому. Ни друзьям. Ни родителям. Моим родителям в особенности.

— Тебе не нравятся твои родители?

— Мне нравятся мои родители. Я люблю своих родителей. Я просто не уверена насчёт них. Я не уверена, что на самом деле знаю их. Я не чувствую, что они были откровенны со мной кое в чем

Лесли не понимала, что за проблема здесь. Мими не походила на трудного подростка, но судя по языку ее тела и комментарию о родителях, которыми, как уже успела узнать Лесли, были Томми и Джинни Диллон, казалось, что у Мими были какие-то проблемы с доверием. Это могло помочь Лесли или навредить. Действуй осторожно.

— Что ж, о твоих родителях я ничего не знаю, но большинство родителей, с которыми я знакома, не откровенны, как правило, только потому, что они пытаются защитить своих детей. Пытаются оградить их от того, что может причинить боль.

— Да, может, вы и правы. В любом случае я не собираюсь рассказывать им или кому-либо еще, о чем ваша статья. Я скорее всего, даже никогда больше вас не увижу. Пожалуйста, скажите мне.

— Ладно, — наконец согласилась Лесли. — Ты хочешь стать журналистом, так что понимаешь, как важна секретность. Я не хочу, чтобы кто-нибудь обставил меня со статьей. — Она заговорщически подмигнула Мими и, наклонившись, шепнула: — Я веду расследование о деятельности байкерских банд. Судя по всему, в семидесятых годах в этих местах орудовала одна из них. «Роллинг Стоун» посвящает выпуск знаменитым байкерам и попросили меня написать статью о настоящих байкерах, — Лесли огляделась, словно проверяя, не подслушивают ли ее. — Сейчас в камере смертников сидит байкер, которого должны казнить этим летом. Мне сказали, что он отъявленный мерзавец. Я пытаюсь взять у него интервью прежде, чем он умрет.

Лесли мысленно улыбнулась. Она заложила фундамент, и теперь все, что ей нужно было сделать — это предложить, не хотела бы Мими получить свой журналистский опыт, помогая ей с расследованием. Она не думала, что от пятнадцатилетней девочки можно ожидать какой-то реальной помощи, но Лесли использует время, проведенное с ней, чтобы выудить любую возможную информацию о Диллонах. Конечно, она предупредит Мими, что им придется держать свое сотрудничество в тайне.

Но прежде, чем Лесли успела вымолвить хоть слово, она увидела, как изменился язык тела Мими, и как прямо у нее на глазах девочка преобразилась. Исчезли без следа восхищение и наивный интерес. Сердце

Лесли пропустило удар, а уверенность начала таять, когда она попыталась понять, что же вызвало в Мими такую неожиданную перемену.

Мими встала и сердито посмотрела сверху вниз на Лесли.

— Вы какая-то журналистка. Надо же. Я ведь чуть не попалась. Вы так и не сказали мне своего имени.

Лесли тоже встала и сделала непонимающий вид. Она быстро напомнила себе, что приводила в замешательство рецидивистов. Она определенно может справиться с вызывающим поведением девочки-подростка. К ней вернулась уверенность, и Лесли протянула руку.

— Я не знаю, что ты имеешь в виду. Меня зовут Лесли Кован.

Мими проигнорировала протянутую руку.

— А я Мими Диллон, но подозреваю, что вам уже это известно. И если вы хотели, чтобы я помогла вам взять интервью у моего биологического отца, которого я называю злым донором спермы, вы могли бы просто попросить меня.


Загрузка...