Доктор, хочу от вас дочь!

Глава 21

Ночь в планы не входила

Сашка

— Зажим… Пот… Давление…

Я, можно сказать, впервые наблюдаю за работой Игоря в операционной. До этого я всего пару раз ассистировала другим врачам, и таких эмоций, как сейчас, не испытывала.

Он как будто отличается от всех остальных. Более серьёзный, сосредоточенный, и, разумеется, самый красивый. Мне нравится смотреть на его руки, и как Игорь тонко выполняет свою работу. Его взгляд не отрывается от пациента. Он подмечает каждую важную деталь. Я даже нервничаю из-за того, что могу прослушать его требование или не расслышать, что он говорит. Это операция и здесь от тебя требуется максимум внимания и сосредоточенности.

Поразительно, что этот серьёзный и талантливый врач может улыбаться как мальчишка, шутить глупые шутки и целоваться как бог. А здесь под яркими лампами он словно сделан из стали. Он ни разу на меня не взглянул, несмотря на то, что последнее его сообщение было про сладкий пирожок.

— Отлично… Зашиваем…

Мои пальцы дрожат каждый раз, когда я передаю Игорю нужный инструмент. Особенно трудно, если наши руки соприкасаются. Даже сквозь перчатки я ощущаю тепло его кожи.

— Саша, ты слышишь?

— Что? — только сейчас понимаю, что он на меня смотрит и, очевидно, чего-то ждёт.

— Пинцет, — повторяет Игорь, нахмурив брови.

— Да… Простите… — передаю пинцет, чувствуя, как у самой лоб покрылся испариной.

Замечательно. Я всё-таки облажалась.

Когда операция завершается, ассистенты и медсестры как обычно делятся на тех, кто перевозит пациента в интенисвку на первые сутки, и тех, кто убирает операционную.

Игорь снимает перчатки, даёт указания по больному, затем выбрасывает перчатки в ведро и выходит. Я до последнего жду, что он посмотрит на меня, позовёт с собой или хотя бы улыбнется, но ничего из этого не происходит.

Кислый стухший пирог с капустой. Вот он кто!

Перенервничав, что плохо сегодня ассистировала, после того, как операционная оказывается убрана и подготовлена для кварцевания, я выхожу и направляюсь не в сестринскую, а вниз, в буфет.

Хочу выпить кофе. Литр кофе. И немного успокоиться. Да ничего ж такого не случилось. Один раз не услышала, что пинцет надо подать.

И я не знаю, куда ушёл Игорь. Может, он просто пациента какого-то пошёл проверить, или ещё что-нибудь.

Операция длилась несколько часов. Это всегда напряжённо и трудно… Особенно для хирурга.

Стоя перед витриной в буфете, я прикусываю губу и задумываюсь над тем, что, наверное, не стоит так остро воспринимать собственную ошибку. Вместо этого лучше подумать о состоянии Игоря после операции.

Я вздыхаю.

Ну вот. Супер. Я уже переживаю о том, что Игорь чувствует, что он думает обо мне, и не поссорились ли мы.

Блеск.

А дальше будет ещё хуже, видимо.

Передернув плечами, решаю взять кофе для себя и для него, а ещё пару булочек. Возвращаюсь обратно в отделение и первым делом захожу в кабинет Бурдаева, но его там не нахожу.

Куда он делся?

Ставлю его кофе на стол, рядом кладу булочку, после чего собираюсь выйти и отправиться в сестринскую, но успеваю только повернуться, так как Игорь оказывается на пороге кабинета.

— Привет… Ой, ну то есть, ты здесь…

— А ты меня потеряла? — он плавно закрывает дверь и щёлкает замок.

— Дааа… — я шумно сглатываю, передернув плечами. — Вот, кофе принесла. С булочкой. Я просто сама ходила в буфет. Подумала, что тебе тоже захочется выпить кофе и поесть после операции.

Игорь грациозно, словно хищник, начинает приближаться ко мне, отчего я нервничаю ещё сильнее, чем мгновение назад. Взгляд у него всё такой же хмурый, как был в операционной.

— Булочку принесла. Не пирожок?

— Подслушивать, кстати, не хорошо, Игорь Юрьевич, — произношу с дрожью в голосе, так как Бурдаев стоит уже вплотную ко мне.

До ноздрей доносится аромат его духов, которые хочется вдыхать бесконечно, смешанный с запахом медикаментов и ещё чего-то свежего, похожего на мяту.

— Ты слишком громко говорила, Александра. Я не подуслушивал, — он сжимает ладони у меня на талии и рывком усаживает на стол.

— Так… ты не злишься? — выдыхаю практически ему в губы.

— На что? Разве вишневые пирожки умеют злиться?

— Я серьёзно, Игорь. Мне показалось, в операционной ты был… недоволен.

— Тебе не показалось, — он мягко скользит губами по моим губам, отчего по позвоночнику пробегает волна мучительной дрожи. — Я был недоволен. Собой. Ты слишком меня отвлекаешь, Саш.

— Я тебя отвлекаю? Это… не было заметно.

— Я старался держать себя в руках, — он склоняется ниже и разводит мои губы языком.

Чувствую мятный вкус теперь у себя во рту.

— Я думала, ты был недоволен мной.

— Это вряд ли возможно, — хрипит Бурдаев и зубами прикусывает мои губы. — Какая ты вкусная, Саша… Останешься сегодня со мной на ночную смену?

Его сильные руки сжимают мои бёдра. Голова кружится и напряжение в животе закручивается тугим жгутом.

— Это… вы о работе, Игорь Юрьевич?

— Это мы посмотрим, Саш…