Долгий путь домой

31 глава

Волк, если честно сказать, не хотел, ни власти, ни царского титула. Единственное, что его привлекало, это чужие боль и страдания. Подыгрывать отцу, его толкала только мысль, что если он будет на вершине власти, то его возможности станут практически неограниченными. Крут, и сам был тем еще негодяем, но не таким садистом с глубоко деформированной психикой, как Волк. Тем не менее, Крут снисходительно смотрел на прочные пристрастия Волка и никогда его не порицал. Единственное, что Крут иногда в сердцах выкрикивал, так это недовольство шумом из подвалов, который иногда был слышен в доме. Волк тоже не любил лишний шум, но иногда, всё же, приятно послушать крики своих жертв.

Волк понимал, что вывести добычу из под носа Баскаков, дело серьёзное. Скорее всего, девчонку хорошо охраняют. Нет, не потому, что она представляет какую-то ценность, хотя в определенном роде и её тоже. Просто статусность добирают. На неё сейчас многие делают свои ставки. Фигура царевны многим удобна.

Он поделил весь отряд на несколько частей. Они должны были добираться до места встречи разными путями. Он взял только самых лучших и проверенных людей. Все они, к слову сказать, были профессиональными головорезами, которым было одинаково безразлично, кого они убивают, насильника или юную девицу, солдата на поле боя или младенца в колыбели.

Часть пути его группа проехала на самоходе раздельно друг от друга. Ни кто не должен был заподозрить, что вооруженная группа людей направляется в одно место. На границе леса в уезде Баскаков они встретились. Путь по лесу они должны проделать пешком. С конягами много хлопот, да и лишние следы ни к чему. Проводник, вернее проводница, оказалась старухой, не приспособленной к походам. Она была слабым звеном в их отряде, и Волк наблюдал за её кряхтением с брезгливым недовольством. Единственной мыслью Волка, которая его хоть как-то примеряла с присутствием Любки в отряде, было ожидание отложенного удовольствия, от созерцания её будущего убийства. Медленного и болезненного. Он понимал, что старая ведьма ведёт свою игру, собирается их облапошить и сбежать, поэтому велел двум своим людям наблюдать за ней днём и ночью, даже ходить за ней в кусты.

Любка морщилась и недовольно сопела, однако вслух свои претензии высказывать боялась. Ни Крут ни Волк ни какой симпатии к ней не испытывали и обращались как со списанным материалом. Она понимала, что жива только до тех пор, пока не приведет их к усадьбе в Луке внутрь дома. Она постоянно искала возможность сбежать и пока её не видела. На многочисленных допросах, которым её подвергли люди Крута, сам Крут и Волк, она уже неоднократно рассказала все мельчайшие подробности, о тайном способе незаметно проникнуть в усадьбу и в дом Баскаком, где жила царевна. Тем не менее, её тащили за собой, тормозя продвижение. Не доверяют. Любка загривком ощущала близкую смерть, едва она увидела Крута. Леденящий ужас неизменно сковывал её тело в присутствии этой семейки. Она, в который раз, с тоской разглядывала двадцать тренированных и безжалостных боевиков. Как она, старуха, ни чего не понимающая в военном деле могла от них убежать?

Через одиннадцать дней пути, они подошли к обвалившейся охотничьей избушке. В подвале избушки был тайны ход, который начинался в хозяйственном сарае в саду рядом с домом Баскаков в Луке. Ход имел протяженность несколько километров. Кто и когда его выкопал и в каком он был состоянии, Любка не знала. Еще в молодости её покойный супруг рассказывал, как мальчишками они использовали этот тайный ход в своих играх. Со временем и тайный ход и избушка обветшали и её обрушили, чтобы любопытные дети нечаянно не покалечились. Потратив несколько дней на раскопки, люди Волка нашли тайную нору. Два человека, посланные на разведку, вернулись, через несколько часов и сообщили, что ход, хоть и старый, но состояние его удовлетворительное, можно дойти до сторожки. Лазутчики не стали открывать дверь на выходе из сарая и осматривать окрестности, так как выход завален всяким хламом и если его потревожить, то можно привлечь внимание к лазу и зародить ненужные подозрения, что кто-то хочет воспользоваться старым ходом.

Ближе к вечеру решено было спускаться в тайный ход. Первыми пошли Волк и двое его подручных. Следом в темную нору затолкали Любку. Проход был Не слишком широким, мог пройти только один человек, и поэтому весь отряд растянулся в длину гуськом. Когда начали спускаться под землю первые члены отряда, начал моросить мелкий осенний дождик. К тому времени когда в ход вошли замыкающие, это был уже полноценный ливень. Через полчаса пути за спинами замыкающих послышался короткий, звонкий и одновременно глухо чавкающий, звук обвала. Дождь размыл неукреплённый вход в нору и края обвалились. Боевики в хвосте отряда начали меж собой перешептываться. Недобрый знак. Еще через полчаса с потолка начала капать вода. Свод был укреплен хоть и старыми, но еще достаточно прочными брёвнами. Они выглядели надежными, и скорее всего, выдержат этот дождь. Отряд шел уже полтора часа, а ход всё не кончался. Внезапно ровно посередине растянувшейся цепи боевиков, с треском подломились опоры, удерживающие верхний свод и прямо на людей обрушился поток из грязи, камней и обломков дерева. Не все сразу поняли, что происходит впереди или за спинами, впереди идущих. Проход был очень узок, и не было возможности убежать от потока камней и земли. Путь перекрывали сами люди и не давали спастись и себе и своим товарищам. Крики ужаса быстро стихли. За несколько десятков секунд погибла большая часть отряда. Еще несколько человек остались замурованными заживо в норе между двух завалов. Но их вопли не были слышны, ни кому. Их поглотила земля.

Волк бежал изо всех сил, на какие был способен. Любка, тоже, как ни странно, проявляла чудеса прыти, и лишь немного отставала у него за спиной. Страшная гибель отряда придавала сил бежать вперёд и как можно скорее покинуть этот ход. Подбежав к грубо сколоченному деревянному щиту, перекрывавшему выход из страшной норы, ставшей могилой, Волк со всей силы плечом ударил по нему. От удара старые доски разлетелись и Волк, а следом за ним и уцелевшие члены отряда, вывалились внутрь сарая, с грохотом повалив садовые инструменты, ведра, составленные одна на другую садовые лавки и шланги для полива. Волк сам почти оглох от созданного ими шума. Отдышавшись, он выглянул за дверь сарая и прислушался, не привлекли ли они своим появлением чьё либо внимание. Сад окутывал полный мрак. Ни один фонарь не был виден за стеной воды. Дождь лил с необыкновенной силой. Возможно шум, если кто-либо слышал его, приняли за гром. Волк осмотрел остатки отряда. Не считая Любки, их осталось пять человек. Начинать операцию с таким малым количеством людей было рискованно, но он уже был здесь и путь отступления был уничтожен. Оставалось только закончить всё и выйти отсюда вместе со своей добычей.

* * *

Крут долго добивался встречи с одним из прислужников в Храме Великого Первотворца. Раньше, до появления так называемой царевны, он все три года намного быстрее откликался на просьбы Крута о встрече, которые неизменно сопровождались щедрыми вливаниями в кошелёк служителя Храма. Сейчас же прошло, почти три недели пока Круту назначили время для встречи. Это его неимоверно раздражало.

Крута, по длинным извилистым коридорам одного из административных зданий, расположенных вокруг храмового комплекса, провели в аскетично обставленный кабинет, где всегда проходили их встречи. Прислужник уже был там. Он сидел у стены на простой лавке, скромно сложив руки на коленях. При появлении Крута, он вынырнул из своих мыслей и сфокусировал взгляд на вошедшем. Прислужник не встал с лавки и ни как не проявил уважения к нему. Крут это отметил про себя с большим неудовольствием.

- Доброй ночи тебе, благой наставник,- начал Крут.

- Ни кто не благ, как только Бог наш,- ответил служка,- оставим ненужные речи и политес для бездельников, которым нечем больше заняться, как только словоблудием. Мы с тобой занятые люди, так, что давай перейдем сразу к делу, и не будем утомлять друг друга пустыми речами.

Крут всегда ценил умных собеседников.

- Ну что же к делу так к делу,- он сел на лавку у противоположной стены,- Вся наша сторона, переполошена известием о скором торжестве, восшествия на престол царевны Велены…- Крут сделал вопросительную паузу.

- И?..

- Но, про царевну, несколько лет, ни чего не было слышно…

- Ближе к делу, князь.

- Я не могу понять всеобщей радости. Ведь Баскаки могут обманом выдать подставную девушку за царевну. Они могли убить настоящую царевну, а спустя три года предъявить самозванку. Есть ли какие либо доказательства, что царевна настоящая? Почему ни кто, тот же князь Шиша, не организовал проверку? Неужели слова Зареслава достаточно, чтобы все поверили, что у него живет царевна Велена.

- Она не самозванка, Крут,- медленно произнес служитель. Ему ни когда не светило занять высшие должности в Храме и стать жрецом, способности были не те. Но, даже он почувствовал, как с недавних пор изменилась энергетика в этом мире. Её сладкий привкус был сродни наркотику, от которого ни кто добровольно не откажется.

- Откуда такая уверенность?- не унимался Крут.

- Я знаю, что у тебя были свои планы и в некотором роде, я был лоялен к твоим маленьким шалостям. Ты прав, царевны не было больше трёх лет. И в это тяжелое смутное время, были другие правила. Каждый выживал, как мог. Сейчас всё изменилось. Я больше не буду помогать тебе или снабжать информацией. Мы больше не будем с тобой встречаться.

- Как?! Как вы поняли, что это она? Девчонку ни кто не видел, кроме нескольких человек! Почему вы поверили?

- Ты каким-то путем получил княжеский удел и титул. Не знаю, как Астия это провернула. Это само по себе удивительно. Однако, ты не смог проникнуть в Большой Круг князей, который собирается при храме. А знаешь почему? Потому, что там не важны бумаги с печатями, на которых написан титул. Туда просто приходят. Вот так. Для всех там стена или еще чего… Нет прохода. Не важно, есть у тебя титул или нет. В Большой Круг может войти ЛЮБОЙ сильный волхв. Понимаешь? И там в этом Кругу произошли какие-то изменения, которые могла вызвать только Дивей. Пока её не было, Круг был другим.

- Какие изменения?

- Хм… Я, конечно, служу при храме, но и мне всего не известно. Она ключ ко всему, Крут. Иди домой и оставь свои интриги. Ты проиграешь.

- Еще поглядим!

Крут резко встал и быстро вышел из помещения, хлопнув дверью. Один раз он уже переиграл Дивеев. Переиграет еще раз. Не такие уж они и умные и всемогущие. Богатенькие прыщи, родившиеся с золотой ложкой во рту, и не ударившие за всю жизнь палец о палец, даже, чтобы отличить друга от врага, и защитить свою собственную жизнь. Они ни чем не отличаются от обычных тупых горожан. Посмотрим еще, как всё повернётся!

* * *

Волк еще раз выглянул за дверь сторожки. Дождь почти стих. Легкими, почти не заметными, тенями группа людей, пригибаясь, пробежала к боковому крылу главной усадьбы. В конце группы переваливаясь на негнущихся ногах, подталкиваемая замыкающим мужчиной, неуклюже семенила фигура с невнятными очертаниями. Бойцы рассыпались по территории слажено проводя разведку. Не заметив ни чего опасного для себя, один из них поддел ножом оконную раму и бесшумно открыл окно. Фигуры в темном скользнули в оконный проём и перетащили своего неуклюжего компаньона. В доме, как и на улице было, очень темно. Не было слышно ни звука. «Странно,- подумал Волк,- Где же охрана? Неужели все спят? Не слишком они радеют о неприкосновенности своей «царевны». Когда в имение привезли девчонку, то Любку сразу выдворили из дома, поэтому она не знала, где именно её поселили. Она предполагала, что в пустовавшем ранее крыле, где они сейчас и находились. Был план лишить девчонку сознания и тихо вынести из дома в условленное место, кода по сигналу должен был прибыть самолёт отца. Любка должна была показать безопасный путь отхода, после этого её можно было убить. За две неделе эта старая мымра, ему ужасно надоела.

Бойцы быстро нашли комнату, в которой горел свет. За дверью, занималась каким-то рукоделием девушка. Волк видел портрет царевны четырёхлетней давности. Поглядев в замочную скважину, он решил, что сидящая у стола девица очень похожа на этот портрет. Один из его бойцов вставил в отверстие замочной скважины дуло духового ружья, стрелявшего иглами, смоченными в специальном препарате, вызывающем потерю сознания. После выстрела все прислушались. Было тихо. Волк снова заглянул в замочную скважину. Девица продолжала вышивать. Он решил, что стрелок промахнулся. Бесшумно приоткрыв дверь, просунул дуло в образовавшуюся щель, и снова выстрелил. Девчонка, как ни в чем не бывало, сидела за столом и продолжала что-то штопать. Как так? В раздражении он раз за разом продолжал нажимать спусковой механизм, пока не закончился весь заряд отравленных игл.

- Не трудись,- услышал он, мелодичный женский голос,- Ты напрасно стараешься.

Девушка подняла голову от рукоделия и посмотрела прямо в то место, где за дверью должна быть голова Волка. Он толкнул дверь и вошел в комнату, наставив на девушку оружие. Сделав несколько шагов, он остановился. На полу, ровно посередине расстояния от двери до девушки, валялись иглы, словно опавшая хвоя сосны. Вслед за ним в комнату вошли все остальные.

- Зачем пришел? Я гостей не звала.

- А меня не надо звать. Я сам хожу куда хочу,- высокомерно ухмыляясь, ответил Волк.

- И что же ты хочешь здесь?

- Тебя.

- Поясни.

- Я знаю, что ты не больше царевна, чем я. Ты подставная кукла Баскаков. Но тебя очень удачно ввели в игру. Поэтому, я решил, что ты мне тоже можешь быть полезна.

- Может и могу. Только зачем МНЕ быть полезной ТЕБЕ?

- Чтобы остаться в живых.

- Ты мне угрожаешь?

- Что ты! Просто честно обрисовываю перспективы. Ты любишь честность?- приглушенным голосом заговорщически спросил Волк. Всё время разговора он не отводил от неё прицела оружия.

- Честность, очень странная вещь. Не находишь? Вот, например, ты тайно пробрался в чужой дом с оружием, и угрожаешь его обитателям. По-моему, будет честно, наказать тебя.

- Не советую тебе рыпаться! Я убью тебя раньше, чем кто-то прибежит на твой крик!

- Это серьёзное заявление. Ты же понимаешь, что не можешь безнаказанно угрожать мне?

- И что ты сделаешь? Нахмуришь свои бровки? Тебя держат на прицеле пять опытных бойцов! Будь реалисткой. Ты сейчас сделаешь всё, что я велю, иначе…- он помахал ружьём.

- Ты даже глупее чем кажешься. Ситуация давно вышла из-под твоего контроля. Вы выстрелили больше десятка раз и где сейчас ваши иглы?- она кивнула на пол.

Волк нахмурился. В глубине дома послышался невнятный шум.

- Хозяин!- окликнул его один из бойцов,- Сюда идут…

Волк с ненавистью глянул на Велену. Он понял, что у него больше не будет возможности вывести её отсюда.

- Убить её!- отдал он приказ.

Все пятеро нажали на спусковые крючки своего оружия. И тут же упали на пол, с криками хватаясь за простреленные части своего тела. Каким-то непонятным образом все пули, которыми они выстрелили попали в стрелков. Особо непонятливые, продолжали снова и снова нажимать на спуск, целясь в невредимую Велену.

Позади всех привалившись, спиной к стене, в луже собственной мочи и крови скулила Любка.

Постепенно все израненные и окровавленные люди стали растворяться и будто впитываться в пол и стены комнаты. Исчезли пятна крови со стен и потолка. Иглы, пули, тела, оружие… Всё стало гомогенизироваться и исчезать. Через несколько минут, не было ни каких признаков, что здесь только что произошло массовое убийство. В коридоре и на лестнице действительно слышались шаги. В дверь аккуратно постучали.

- Извини, за беспокойство,- в дверях стоял охранник,- я слышал шум. У тебя всё в порядке?

В каком порядке? На юном лице царевны появилась кривая грустная улыбка. Какой теперь у неё будет порядок? Разве, еще несколько месяцев назад, она могла представить, что способна убить только силой мысли? А потом расщепить материю, из которой состояли тела шестерых человек, и совершить слияние с другим материальным объектом - домом? Она вздохнула.

- Да. Ни чего серьёзного, Вьюг. Всё в порядке. Иди к себе.