Дракон для беглой невесты

Глава 14 Прогулка

— Отлично, моя дорогая. Теперь ручку вверх. Да, вот так. Ножку чуть больше вбок. Да-да, будто тянетесь. А теперь переносим вес тела на другую ногу и склоняемся в поклоне. Шикарно! Шикарно! А теперь повторим движение снова, но добавим больше изящества и легкости. И…

И так уже около часа, а впереди еще час и целая неделя занятий! Что бы я ни делала, этот милый толстячок всегда говорит «шикарно!», а потом заставляет повторять движение раз двести, пока не появлялось ощущение, что ноги и руки отваливаются. Но стоило отдать ему должное, такие занятия давали свои плоды, и я уже разучила несколько обязательных к исполнению танцев.

Вот только после занятий танцами покой мне тоже не светил. У меня начинался урок с учителем этикета, плавно перетекавший в обед, потом встреча с распорядителем бала, а потом визит портнихи, приглашенной Рэмом из столицы…

С троллями я проводила беседы через день. Они существа понятливые… когда хотят, но когда считают, что им говорят глупости, то и понимать ничего не желают. Вот и приходится мне не только рассказывать, как они должны себя вести, но и приводить примеры того, что будет, если до них эти простые истины не дойдут. А я, как юрист, изучила этот вопрос хорошо. Благо фолиант теперь всегда под боком и высказывает свое ценное мнение когда нужно… и когда не нужно тоже.

В общем, так активно я не готовилась даже к собственной свадьбе на Земле.

А, забыла… Теперь у меня есть еще и занимательное чтиво на ночь: досье на основных представителей родов местного знатного общества. Под него мне засыпается особенно быстро и сладко. Поэтому продвижение в изучении местной знати продвигается о-о-очень медленно.

Рэм все это время был сама предупредительность и галантность. Хотя особенно ухаживать за мной у него тоже времени не было. Послевоенная разруха требовала внимания не только на совещаниях во дворце короля, но и в собственных землях. Поэтому виделись мы только за завтраком и ужином. Потом он провожал меня до комнаты или в зимний сад, который мне понравился настолько, что я полюбила гулять в нем после ужина. А потом… потом он меня целовал. До головокружения и подрагивающих коленок. И при этом каждый раз спрашивал разрешения — фолиант, который я постоянно с собой носила, бдил, но кто же виноват, что его хозяйка оказалась такой безвольной, что не могла отказать зеленоглазому наглецу, который ТАК смотрел в глаза и наклонялся ТАК низко к губам.

Сегодняшний вечер обещал закончиться точно так же. Но стоило нам поужинать и, уже традиционно, обсудить дела, как Рэм сказал:

— Марина, я ужасный хозяин! Ты попала ко мне из другого мира, а я до сих пор не сделал для тебя ни одной экскурсии по нашему. Куда бы ты хотела сходить и что увидеть?

Я растерялась. Этот мир у меня ассоциировался с замком. Да, я была в соседней деревне и деревне троллей, но все равно это часть замка. А ведь мир гораздо больше и интереснее.

— Ты прав — ты ужасный хозяин! Ну как я могу сказать, что хочу увидеть, если даже не представляю, что у вас здесь есть?

У меня не было времени ознакомиться с местной географией. Помолвка… фиктивная, забота о замке, подготовка к балу съедали все время и озаботиться местными достопримечательностями как-то даже не приходило в голову.

Дракон помолчал, задумчиво на меня глядя.

Я представила, что сейчас он позовет меня в какую-нибудь местную оперу или театр, и придется прямо сегодня демонстрировать знание здешнего этикета. Я содрогнулась. Не хочу! Не сейчас! Дайте мне немного утрясти все это в голове! Хотя чуть позже обязательно хочу погрузиться в местное искусство.

— А давай сегодня погуляем по какому-нибудь симпатичному городу, зайдем в кафешку, выпьем чашку чая? — предложила я. — Хочу просто немного осмотреться.

Рэм улыбнулся:

— Все, что захочет моя прекрасная невеста. Жду тебя внизу через двадцать минут.

Я подскочила, предвкушая интересный вечер, и уже у двери все-таки поинтересовалась:

— А куда пойдем?

— В столицу, конечно! Там сейчас тепло, не меньше десяти градусов.

— О! Спасибо за уточнение!

Я и правда не учла, что в горах всегда холоднее, и наверняка надела бы шубу и чувствовала себя потом полной дурой.

В комнате меня уже ждала личная горничная — троллиха Мехта. Я невольно задержала взгляд на ее наряде, который при первом рассмотрении все девы их племени единогласно забраковали и осудили, а при втором… оценили и теперь признают, что униформа что надо — при необходимости дать в глаз пяткой с разворота в ней вполне удобно.

Рука-лицо! Но утешало, что они пообещали перед разворотом предупреждать обидчиков и бить в глаз только после второго предупреждения. Хотя я упорно продолжала вести беседы о том, что глаза наших гостей все же нужно щадить, а если возникнет необходимость, просто прицельно наступать обидчикам на пальцы. В таком случае всегда можно сказать, что это произошло случайно, и с честными глазами встречать любые наезды со стороны аристократов.

Я снова окинула служанку взглядом. Сколько мне нервов стоил пошив этой формы! Поначалу портниха норовила сделать все по-своему, но мы с Гердой бдили — ее я первым делом убедила в рациональности фасона. Наконец, получилось следующее: база — обтягивающие темные брюки и белая блуза с широкими рукавами, перехваченными у запястий и еще в нескольких местах резинками — хорошо, когда не нужно, чтобы рукав мешал. Поверх блузы надевалось нечто наподобие нагрудника, только сделанного из темно-бордового бархата с тиснением. Он надевался через голову и крепился по бокам шнуровкой. А поверх брюк надевалась юбка, которая представляла собой четыре сшитых лепестка. Пока девушка стояла на месте или делала небольшие шаги, юбка казалась монолитной, но когда нужно было сделать широкий шаг или тот самый разворот, разрезы лепестков, достигавшие бедер, позволяли это делать без какого-либо труда, а брюки обеспечивали полную защиту от бесстыжих взглядов.

Ну и вышенка на торте — головной убор. Над ним я думала особенно долго. В чепцы троллих наряжать точно не стоило. Герда — яркий тому пример. Я крутила и так и эдак и наконец остановилась на конструкции их платка, которая напоминала тюрбан. Не объемный, а аккуратный и делавший униформу завершенной, а троллих — клыкастенькими куколками. В общем наряды получились, что надо. Наши нукеры чуть глаза не потеряла, когда впервые увидели в них горничных.

С мужскими нарядами все было проще: обычные штаны и рубахи с жилетами и стандартными сюртуками. Только цветовую гамму и ткани немного поменяли, чтобы подходили под общий концепт. Тролли, конечно, сокрушались, но, как ни странно, оказалось, что больше всего эта воинственная раса не хотела расставаться с… меховыми трусами. Они, видите ли, всегда защищали самое ценное для каждого тролля. Пришлось через Герду им передать, что в замке жарко, и если они хотят это самое ценное сварить вкрутую, то пусть продолжают упорствовать. Кто я такая, чтобы им в этом мешать?

Кстати, надо будет уточнить, чем там все-таки дело закончилось…

Но сейчас меня волновало другое:

— Мехта, я иду гулять по столице. Пошли выбирать наряд!

Столица драконьего государства встретила нас яркими огнями и гомоном. Рэм открыл портал в одном из городских тупичков и вывел меня на оживленную улицу. Я изо всех сил старалась не таращиться вокруг и не открывать рот от удивления, но получалось у меня не очень.

Широкие проспекты, двухэтажные аккуратные домики с балкончиками, ажурные наличники на окнах со ставнями, яркие витрины, люди и нелюди, которые, как и мы, гуляли по вечернему городу в экзотических — для меня — нарядах. Ездили кареты, запряженные лошадьми и большими ящерами, которых я видела в виварии замка.

Герда как-то провела мне небольшую экскурсию и рассказала, что эти существа имеют магическую природу и умеют летать. Конечно, они стоят гораздо больше, чем лошади, и то, что я увидела их запряженными в обычные кареты, меня удивило, да и ехали такие кареты медленнее, хотя ящеры очень шустро перебирали не такими уж короткими лапами.

— Это в городе они везут карету по дороге, а за его пределами взлетают и везут хозяев в их загородные поместья по воздуху, — ответил на мой вопрос Рэм.

Я иначе посмотрела на проехавшее мимо запряженное ящером транспортное средство.

— Но как это у них получается? Карета в воздухе должна тянуть вниз, да и вообще, ее конструкция явно не подходит для полетов.

— Так и есть, но ты забываешь о магии. В карете используется очень непростые дорогостоящие амулеты. По сути, они делают ее почти невесомой, хотя там еще много нюансов, связанных с взлетом, посадкой и защитой.

— А в твоем замке тоже есть такие кареты? — мои глаза восхищенно блестели. Никак не могу привыкнуть, что нахожусь в мире магии.

— Не в моем, а в нашем замке, — улыбнулся Рэм. — И да, у меня тоже есть такие кареты. Это статусная вещь, да и не всегда уместно появляться через портал.

Я понимающе покивала, хотя плохо представляла, куда уместнее лететь в карете. И вообще, почему бы им не изобрести обычные автомобили, пусть и на магической тяге? Неужели это сложнее, чем сделать летающую карету?

Этот вопрос я и озвучила Рэму.

— Пока тяжелее. Было несколько прототипов, но для их функционирования требовалась прорва магической энергии, в итоге использование таких моделей оказалось нерациональным. Но сейчас ведутся разработки в области магических движителей, которые, по моему мнению, довольно перспективны. Нужно будет сходить с тобой на выставку последних магических разработок. Она обычно проходит в середине весны.

Болтая, мы довольно долго гуляли по городским улочкам. Сходили к дворцу, на территорию которого заходить не стали, а просто полюбовались на него издалека.

Величественное строение, ничего не скажешь. Оно имело собственную ауру и вызывало благоговение. Архитектура замка поражала впечатлением легкости, но в то же время основательности. И это впечатление поддерживалось каскадом фонтанов, которые подсвечивались разноцветными огнями. Нам повезло, что большие ажурные ворота не скрывали это великолепие. Именно поэтому улица здесь была самой оживленной.

Сейчас дворец сиял льющимся из окон светом и имел особенное очарование, но очень хотелось посмотреть на него днем, чтобы разглядеть многочисленные барельефы на фасаде и нюансы архитектуры. Хотя побывать внутри я бы тоже не отказалась, но чисто с экскурсией, не попадая местному монарху на глаза.

— Как тебе? Хочешь побывать внутри? — словно прочел мои мысли Рэм.

— Не отказалась бы, но не сейчас, — улыбнулась я. — И лучше, чтобы король не знал о моем визите.

— Как-нибудь это устрою. Внутри очень красиво.

И мы свернули на очередную улочку.

Рэм оказался отличным рассказчиком, знал историю столицы и ее достопримечательностей. Слушать его — одно удовольствие.

Вечер складывался так приятно, что я согласна была бродить с Рэмом под руку хоть целую ночь. Вот только мои ноги имели на этот счет другое мнение. И дракон это словно почувствовал — пригласил меня в уютное кафе. Или он меня сюда и вел?

Мы расположились за столиком у окна и заказали чай с травами, который мне посоветовал Рэм, и сладости.

Интересно, «игриден», которые я заказала, правда так же хорош на вкус, как выглядит на картинке? Похоже на чизкейк с шапкой взбитых сливок.

— Рэм, ты уже разобрался, что случилось с алтарем? — спросила я.

Дракон как-то сказал, что еще до конца во всем не разобрался, но мне казалось, что он просто не хотел об этом говорить. Может, сейчас расскажет?

По тому, как Рэм помрачнел, я поняла, что ничего хорошего не услышу. И даже пожалела, что задала этот вопрос сейчас.

— С алтарем все непросто… — задумчиво произнес мужчина. — Пожалуй, стоит начать издалека, еще со времен раскола, когда во время войны за власть было уничтожено много изначальных драконьих родов.

История и правда оказалась примечательной.

Та война принесла много жертв, как среди мирных жителей и обычных солдат, так и среди высшей драконьей знати. Целые провинции оказывались без их исконных хозяев и полностью вымирали. Причем провинции вымирали не из-за военных действий. Тогда почему? Поняли не сразу. Это было лютое время.

Война прекратилась не из-за правильной политики или прозорливости полководцев, а потому что наконец поняли причину массового вымирания — это не проделки врагов, а следствие «отключения» от магических потоков тех мест, которые утратили своего исконного хозяина.

Дело оказалось в тех самых алтарях, которые когда-то лично установил Великий дракон. Они не просто защищают носителей древней крови, а образуют некую симбиотическую связь. То есть изначальные драконы, входя в контакт с алтарем, каким-то образом помогают магии этого мира адаптироваться под его жителей.

Это сложно понять и еще сложнее объяснить, но я после рассказала Рэма представила алтарь чем-то вроде трансформатора или передатчика энергии, которому для правильной работы необходима связь с драконьей кровью или еще чем-то более глубинным, чтобы произвести настройку на этот мир. Нет дракона — нет настройки. Энергия шарашит в никуда, вернее — переходит на какой-то другой уровень, недоступный живущим, и существа, чья жизнь связана с магией, не получая ее, умирают, не успевая приспособиться к существованию в безмагическом пространстве. Этот как дышать все время воздухом, а потом его лишиться. Хотя тут правильнее было бы привести аналогию с какой-то примесью в воздухе, к которой все привыкли настолько, что отвыкать нужно постепенно, по чуть-чуть уменьшая ее дозу. Когда же ее не становится резко, организм не в силах приспособиться и умирает.

Драконы спохватились. Вот только древние рода было уже не вернуть, а привязка к обычным драконам не проходила, как и к представителям других древних родов. То есть один род не мог владеть сразу несколькими алтарями. Никто так и не понял почему, но алтари никак на них не реагировали.

Но когда на кону стоит благополучие целого мира, разумные умудряются совершить невероятное. Вот и тут способ все-таки был найден! И для настройки на алтарь понадобились оба компонента: обычный дракон и носитель древней крови, который должен был добровольно отдать немного своей крови, чтобы смешать ее с кровью нового владельца земель. Сам процесс очень долгий. Полная привязка алтаря может продолжаться в течение целой жизни нового хозяина и требует проведения регулярных обрядов, но тем не менее алтарь принимает такого хозяина и начинает выполнять свои функции почти сразу.

Рэм не стал посвящать меня в нюансы всего процесса, но заверил, что все очень непросто, а бывают случаи, когда алтарь, несмотря ни на что, не принимает нового хозяина, и тогда в его провинции наступает мор. Потому король следит за тем, чтобы рода с кровью древних не угасали.

— … Думаешь, почему нынешний монарх одобрил свадебную охоту на меня? — Рэм отпил из уже остывшей чашки чай. — Если сейчас меня не станет, ему придется разрешить моему брату вернуться и занять родовой замок. Да, за ним всегда будет вестись наблюдение и его никуда дальше замка не выпустят, но иметь под боком предателя, который так и норовит сделать тебе гадость — не самый хороший выход из положения. И все же он лучше, чем начинать привязку к алтарю нового рода, тем более что гарантии успешной привязки не существует.

— Да уж… — я тоже отпила уже остывший чай, пытаясь уложить эту информацию в голове. — Но я не понимаю… Как это относится к тому, что произошло с тобой у алтаря?

— Напрямую, — вздохнул Рэм. — Оказалось, что он уже частично перенастроен на другой род и вместо того, чтобы давать мне силу и поддержку, он эту силу забирал, чтобы запустить своеобразный процесс очистки. И если бы ты не догадалась вливать в меня силу алтаря, которая, проходя через тебя, становилась нейтральной, я бы вряд ли справился. Без специальной подготовки и ритуала это было практически невозможно. А прерывание подобной очистки значило бы смерть. Я этого не знал, но чувствовал, что останавливаться ни в коем случае нельзя. Правда, отнес это к тому, что мне необходимо закончить ритуал освобождения от клятвы, который выпивал меня еще сильнее — приходилось снимать сразу два воздействия, одно — чужое…

Рэм взял мою руку и поцеловал пальчики:

— … Так что я перед тобой в неоплатном долгу, сердце мое.

И так он смотрел, что меня бросило в жар.

— Вернешь меня в мой мир — и долг будет выплачен, — зачем-то ляпнула я.

Хотя знаю зачем. Не хочу быть нужной только потому, что умею перекачивать и очищать энергию. Я хочу быть любимой! Хочу, чтобы мужчина мной интересовался не потому, что я суперпередатчик или имею неповрежденную девственную плеву, а потому что ему нужна именно я. А все эти долги… Они меня к счастью не приблизят. Не ради долгов я помогала Рэму. Тем более что я сама в него влюблялась. Но зареклась же! Не сейчас и не в Рэма, который ждет ту, к которой испытает их драконий зов крови! Так что… пусть возвращает меня домой и не смотрит так, что подгибаются коленки.

Взгляд дракона изменился, и он опустил глаза, чтобы я не успела прочесть того, что в них мелькнуло, но руку мою отпустил.

Повисла неловкая пауза. Я, взяв ложечку, начала ковырять десерт.

— Почему тебе так хочется вернуться домой? — внезапно спросил Рэм.

— Потому что там мой дом, — пожала я плечами.

— А что для тебя дом?

— Место, где меня любят и ждут, — не задумываясь, ответила.

— И что, там и правда есть такой человек? Который любит и ждет?

Я подняла на него глаза и… не смогла солгать:

— Нет…

— Тогда почему ты так туда стремишься?

И что ему ответить? Все ведь не так просто и однозначно. Я молчала, приводя в голове множество аргументов, но сказала совсем другое:

— Ты так и не рассказал мне, как алтарь оказался перенастроен…

Рэм некоторое время молчал, продолжая смотреть мне в глаза, а потом вздохнул и ответил:

— Я долго над этим думал. Крутил в голове известные факты. Так перенастроить портал за один день невозможно. Над ним явно проводили ритуалы несколько лет подряд, и без ведома хозяина замка этого не сделать. А это значит, что Гарнар решил добровольно отдать кому-то нашу провинцию. Зная своего братца, могу сказать точно — это невозможно. — Рэм снова отпил остывший напиток. — Все встает на свои места, если допустить, что мой старший брат вовсе мне не брат. Но тогда я не могу понять, как в таком случае отец мог признать его наследником? Если в нем нет крови Рратских, это невозможно по закону. Да и сам отец никогда бы на такое не пошел.

— Может, он не знал? Женщина ведь может и обмануть…

— Обычного человека — может. Дракон же чувствует свою кровь.

Я развела руками:

— Ну, тогда не знаю. А какой-нибудь артефакт не может в этом помочь?

— В чем? — не понял Рэм.

— Ну, показать родную кровь там, где ее нет?

Я в их местных заморочках полный профан, потому и делала такие для местных дикие предположения.

Рэм явно хотел сказать, что это невозможно, но осекся:

— Никогда о таком не слышал, но это не значит, что подобного артефакта не может существовать… По крайней мере, попадался мне в библиотеке один трактат… — дракон задумался, а я наконец попробовала принесенный мне десерт.

Нежная кремовая шапка, чуть пикантный и более насыщенный сливочный вкус основной части и основание, дающие приятную кислинку. Вкусно… Как раз подходит, чтобы отвлечься от неприятных мыслей и вернуть вечеру немного очарования.

Рэм думал, а я смаковала десерт, решив, что попрошу у Марджери как-нибудь его приготовить.

— Рэм! Это ты⁈ Не ожидала тебя сегодня здесь встретить!

Я даже вздрогнула, когда рядом с нашим столом раздался этот радостный возглас. И женский голос показался мне смутно знакомым.

Прямо перед нашим столиком стояла высокая статная брюнетка в шикарном наряде, мало подходившем для этого уютного кафе. Она эффектным жестом сбросила в руки своего кавалера, подтянутого блондина, белоснежное манто, и на ее груди блеснуло бриллиантовое колье.

В таком виде этой даме самое место во дворце, а не в небольшом кафе, не рассчитанном на выгул столь шикарных туалетов.

Граф встал и, согласно этикету, поцеловал даме руку:

— Добрый вечер. Я тоже не ожидал тебя сегодня здесь лицезреть, — без энтузиазма поздоровался он. — Похоже, ты и сама оказалась здесь случайно и явно собиралась в другое место. — И кивком головы поздоровался с мужчиной.

— Так и есть, — дернула она обнаженным плечиком. — Но тут вдруг решила заглянуть именно сюда.

— Так, может, ты все-таки пойдешь, куда хотела? Такую красоту нужно показывать на балах, — почти открыто послал он ее.

— Ну что ты⁈ Там так шумно и многолюдно! А мне вдруг захотелось тишины и спокойствия. Так что это место меня более чем устраивает, — и, видя, что граф не спешит приглашать ее с кавалером за наш столик, покосилась на меня: — Рэм, разве ты не представишь нас своей спутнице?

Дракон с таким явным неудовольствием на лице начал нас представлять, что брюнетка не удержалась от злорадной усмешки, которая очень быстро скрылась, уступив место такой искренней улыбке, что, если бы я все это время за ней не наблюдала, могла бы и поддаться обаянию этой особы.

— Марина, позволь представить тебе баронессу Кандарскую и барона Винрота. А это моя невеста, госпожа Гардемская.

— Госпожа? — снова ослепительно улыбнулась девушка и посмотрела на графа с тщательно рассчитанным удивлением, смешанным с растерянностью — Рэм, ты что, пошутил? Или король сошел с ума и дал разрешение на брак с простолюдинкой без роду и племени?

Это меня так завуалированно сейчас оскорбили, что ли? Вон как заходили желваки у графа. Похоже, что да. Да и барон не спешит лобызать мою ручку. Все-таки я выросла в совершенно другом мире, где все эти графы и бароны давно канули в лету, и многих намеков просто не улавливаю. Но даже мне понятно, что всё она обо мне давно знает и сейчас просто разыгрывает спектакль.

— Ирабэлла, я думаю, для тебя не составит труда самой поинтересоваться этим вопросом у Его Величества, но я могу ему передать, что ты недовольна его благословением.

Брюнетка как-то резко спала с лица:

— Что за чушь ты несешь⁈ Как я могу быть недовольна решениями Его Величества⁈ Я просто поинтересовалась! Не ожидала такого. Вот и все, — потом опомнилась, что сдает свои позиция, и придвинулась к графу чуть ближе. — Рэм, такой мужчина, как ты, достоин гораздо большего… — и невзначай так провела длинным пальчиком по краешку своего декольте.

Ирабэлла… Где же я слышала это имя? И голос? Точно! А не она ли была той самой бывшей любовницей, которая ломилась в кабинет графа, когда я сидела в одной его рубашке в кресле и не высовывалась? Он же ее тогда чуть ли не прямым текстом послал, а она опять к нему клеится и явно на что-то еще надеется. Вон как грудь ему под нос засунуть пытается, кошка драная, а он и рад смотреть! Ладно — я, но она даже своего кавалера не стесняется! Но хороша — что есть, то есть. Я всегда старалась быть объективной. Только кто сказал, что я должна терпеть унижение и позволять ей так себя вести с моим женихом⁈ Пусть и фиктивным.

Я встала и сделала пару шагов к Рэму. Его рука тут же оказалась у меня на талии, а моя ладонь легла ему на грудь.

— Думаю, граф уже имел возможность оценить большее, — прозрачно намекнула я на то, что она уже была в его постели и оценивать ему там уже нечего. — Рэм, кстати, насчет большего… Тебе понравилось?

Да, я была на него зла! За что? Да за все! А особенно за его бывших, которые ему прохода не дают!

Граф чуть приподнял бровь, поняв, куда дует ветер моих переменчивых эмоций.

— Я бы предпочел обсудить это с тобой наедине.

— Зачем же наедине? Смотри, как тут все заинтересованы твоим ответом, — я даже рукой повела и встретилась взглядом с озадаченным кавалером Ирабэллы. — А вам что, большее еще не показывали? Или сочли недостойным?

— Да как ты смеешь⁈ — взвилась брюнетка.

— А что я такого сказала? — я наивно захлопала ресничками. — Разве мои слова касались вас?

Ирабэлла даже подавилась заготовленной тирадой и возмущенно то открывала, то закрывала рот. Но что-либо говорить в данной ситуации дальше означало уронить себя еще ниже, и девушка это поняла. Она гордо вздернула подбородок, опалила нас негодующим взглядом и, резко развернувшись, пошла к выходу. Барон тут же последовал за ней.

Я собралась сесть на место, но Рэм меня из своих объятий не выпустил, и я возмущенно уставилась ему в глаза, но мужчина, к моему удивлению, не злился из-за моей выходки, а улыбался!

— Кажется, моя невеста меня ревнует?

— Вот еще! — вспыхнула я и постаралась вывернуться.

Но где там! Он и не думал отпускать.

— Ревнует, — довольно произнес он и взял меня за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. — Не нужно. Ты — моя невеста, и мне никто больше не нужен.

— Я фиктивная невеста, и ты не обязан передо мной отчитываться о своих любовницах, — зло сверкнула я глазами, хотя внутри все кричало: должен! Вернее: чтобы никаких любовниц больше!

— Марина… — он погладил большим пальцем мою скулу и задел краешек губ, от чего мне сразу вспомнились наши умопомрачительные поцелуи, и щеки у меня запылали. — Знала бы ты, как мне сейчас хочется тебя поцеловать… Тебя и только тебя…

Его глаза манили, затягивали, словно омуты. Я даже забыла, что вообще-то на него злюсь.

— Мы не одни, — у меня с трудом получилось собрать мысли в кучку.

— Только это меня и останавливает, — улыбнулся он и наконец отпустил.

— Вообще-то, поцелуи в наш контракт не входят, — буркнула я.

— Может, стоит их прописать?

Я фыркнула:

— Мне даже интересно, как ты с фолиантом будешь это обсуждать. — Дракон явно не понял, отчего я так развеселилась. — Поверь, этот дотошный законник заставит тебя уточнить все нюансы, а для соблюдения правил включит пункт, по которому лично должен будет присутствовать при каждом таком поцелуе и следить за правильностью его выполнения.

Рэм впечатлился:

— Пожалуй, с внесением в контракт этого пункта я погорячился…