Двадцать капель зелья и один инквизитор

Глава 10 Фабиана Кавалли

Ньор Риччи вылетел из моего дома, как пробка из кипящей реторты. В замечтательном состоянии духа я собирала разбросанные по спальне предметы одежды и размышляла о том, как резко изменилось его настроение. Вроде только что покушался на моё тело, а через пять минут заморозился как при минус сорок и такой: «Извините, забылся». Ничего себе у него забывчивость!

Подняв с пола корсет, я прижала его к груди и плюхнулась попой на широкую кровать. Эх, ведь спрашивали же у меня более опытные коллеги, точно ли я хочу отворотить приворот? В общем-то, нет ничего плохого в том, чтобы в результате приворота делать кого-то счастливым. Особенно, если этот кто-то — я…

И что я страдала? Даже к народным методам обратилась. С другой стороны, кто знал, что так быстро подействует? А говорили, без гарантии…

На кровать запрыгнул злодей Огонёк.

Потыкавшись лбом мне в бедро, он понял, что хозяйка в ближайшее время кормить его не собирается, и горестно заурчал. А что? У него была возможность поужинать. Не сумел удержать дичь — сам виноват!

И я не сумела.

Оба мы с тобой, Огонёша, неудачники. Пошли есть!

Утро прошло за работой. Руки работали, а голова, точнее её содержимое, в наличии которого я периодически сомневаюсь, вспоминала подробности вчерашнего сеанса народной магии. Мне казалось, я всё помнила смутно. Ан нет. Это я помнила смутно. А содержимое черепной коробки всё очень подробно фиксировало!

Зачем?

Зачем я это всё делала⁈ Я же всего лишь снимала приворот, а не в чемпионате по скоростному совращению участвовала. Отлежала бы на спине обязательную программу, думая о Родине… Зачем я его так там лапала? Ньор Риччи как джентльмен и инквизитор не мог оставить подобные посягательства без ответа. А зачем я потом полезла на… на него? Тоже мне, коника нашла!

Ускакал твой жеребец, Фаби, в чисто поле.

Мы, девушки, такие парадоксальные… Вот и не нужен он мне был, а не достался — и сразу обидно до слёз.

Покупателям было глубоко всё равно до моих переживаний. Они шли ко мне со своими, надеясь, что я решу все их проблемы. И я решала до самого вечера. Закрыла лавку и пошла на домашнюю половину готовить ужин, когда дверной колокольчик требовательно зазвонил.

За дверью обнаружился довольный эффектом Габриэль Риччи в сопровождении торта и свёртка неизвестного содержания. Словно из воздуха, рядом с ньором Риччи материализовался котик.

Габриэль наклонился к Огоньку и погладил его. Кот важно задрал хвост и, изгибая спину, подставлялся под ласку и вожделенно поглядывал в сторону свёртка.

— Если вы думаете, что таким нехитрым методом его можно подкупить… — вернула я Габриэлю шпильку из начала нашего знакомства, — то вы глубоко ошибаетесь. Огонёк неподкупен!

— А по нему не скажешь, — возразил гость, вынимая из свёртка кусок рыбы.

Огнище чуть наизнанку не вывернулся, показывая, как бедненького котика совсем никто не кормит последние полгода. А пухнет он от голода!

— Нет, он, простите, сожрёт всё, что вы ему дадите, и особенно — то, что не даёте. Но если вы надеетесь на какую-то ответную… взаимность, то с вашей стороны это очень… — я подбирала подходящее слово. «Глупо»? «Наивно»? — Неосмотрительно!

— Ладно. Все мы несовершенны, — легко отмахнулся ньор Риччи, всем своим видом дополняя: «Кроме меня».

Да, сегодня он был особенно хорош. Возможно, потому что моё тело помнило, насколько он был хорош вчера.

Я выложила рыбку на тарелочку и поставила её перед котом. Торт поставила на стол и стала собирать травы для чая.

— Я хотел сказать… — начал ньор Риччи и заглох.

Ну, хотел — говори.