Фиктивная мама для дочери чудовища

Глава 22. Марат

Я думаю о словах Лизы, и они вдалбливаются в голову, проникают в сознание, заставляют думать о том, что в них есть часть правды… Диана ненавидела меня за смерть брата какое-то время, а потом вдруг решила сблизиться со мной. Наши отношения нельзя было назвать идеальными. Какое-то время мне казалось, что мы любим друг друга, а потом… Наши отношения были слишком сложными, но мне меньше всего на свете хотелось думать, что с самого начала они были пропитаны фальшью во имя отмщения. Возможно, так и есть на самом деле. Диана ведь никогда не была плохой… Возможно, она пошла на поводу своей матери, согласилась соблазнить и уничтожить меня в отместку, а потом мучилась и потому начала употреблять все эти запрещённые вещества? Ещё и рождение Алисы могло помешать воплощению их планов!

— Ты задумался над моими словами? — спрашивает Лиза, с беспокойством глядя на меня. — Слушай, это просто предположение… Я не хотела обвинить твою жену и выставить её в плохом свете, да и Алла Викторовна могла преследовать совсем иные цели.

— Не знаю, Лиза! — отрицательно мотаю головой. — В любом случае, в твоих словах есть что-то. Мне бы хотелось уберечь свою дочь от обезумевшей женщины, которая постаралась стать похожей на свою умершую дочь… Мне непонятно её поведение, я не могу предугадать её дальнейшие шаги, и это смущает меня, сводит с ума.

Лиза виновато улыбается и отводит взгляд в сторону, а мне хочется сказать, что она тут совсем не виновата, но я замолкаю.

— Лиза, ты отдыхай, а я пока немного поработаю… Узнаю у твоей мамы, не нужна ли ей помощь!

— Да, спасибо! — улыбается она, а я встаю на ноги.

Нам снова не удалось решить что-то о нашем будущем, и, скорее всего, девушка права — не стоит торопить события, потому что мы знакомы слишком мало для брака, который нельзя будет назвать браком по расчёту.

Выхожу из комнаты и тянусь к телефону. Смотрю несколько секунд на дверь, которая закрывается за моей спиной. Мне хотелось остаться с Лизой, но это было бы сильнейшим испытанием. Нельзя проводить с этой девушкой много времени, пока мы ещё ни с чем не определились. Звоню Олегу, чтобы рассказать всё, что выяснил сам о своей тёще.

— Олег, прости, что я беспокою тебя снова…

— Брось, Марат! Всё в порядке! Я как раз хотел позвонить тебе… Твоя тёща не так давно приобрела пригородный дом в глуши. Уж не знаю, чего она хочет добиться, но я бы на твоём месте усилил охрану… Вдруг она попытается похитить Алису?

— Я усилю! Спасибо, Олег! Есть какие-то ниточки, за которые можно дёрнуть эту психопатку?

— Увы, но ничего не вижу… У неё вроде бы всё законно… А за то, что она сделала пластику и стала полной копией Дианы, так за такое вряд ли можно наказать, ведь никто не запрещает делать пластику… И становиться похожим на кого-то из своих умерших родственников тоже не запрещено. Правда, такое может прийти в голову лишь самому больному человеку.

Я негромко покашливаю. Это точно… Никак не докажешь, что она сделала пластику, дабы выпить всю мою кровь. Интересно, ей самой не противно смотреться в зеркало? Ведь каждый раз она снова и снова переживает боль потери своей дочери. Или ей не было дела до Дианы? Что, если она пытается отомстить за сына, которого я не успел остановить и уберечь от гибели? Что, если Диана просто стала разменной монетой в коварных планах матери?

— Марат, есть ещё кое-что. Борцов связан с твоей тёщей. Она дала ему бабки для того, чтобы свалил за границу, а ещё… Тут такое дело… Не уверен, что ты обрадуешься, но Борцов продал ей все свои акции, и теперь вы с тёщей партнёры.

— Твою мать! — громко ругаюсь я сквозь зубы.

— Знал, что тебе не понравится это… Я бы на твоём месте провернул фальшивое банкротство фирмы, чтобы скинуть её…

Понимаю, что Борцов специально назначил мне встречу в клубе, чтобы я столкнулся там с Лизой и спас её из лап амбалов. Моя тёща точно знала, что девушка пойдёт с горя в ночной клуб, где окажется в ловушке. Вот только для чего она хотела использовать Лизу? Зачем ей всё это, если на самом деле девушка играла против её правил? Ни черта не понимаю, но не хочу использовать Лизу, как козла отпущения и свешивать все подозрения на неё. Она не может быть связана с такой гадюкой. Просто не может.

— Олег, спасибо тебе! Я тебе по гроб жизни… Впрочем, ты и сам знаешь, что всегда можешь на меня положиться! Я буду думать, что с ней сделать…

— У тебя дочь, Марат, не забывай об этом! Скорее всего, твоя тёща попытается использовать какой-то запрещённый приём для того, чтобы вывести тебя из себя… Если ты попробуешь напасть на неё, она может лишить тебя родительских прав и забрать Алису!

— Я не выйду из себя, Олег! Постараюсь!

Мы прощаемся, и я сбрасываю звонок. В голове не укладывается, что эта тварь плакалась, как ей плохо живётся без дочери, тянула с меня деньги, а сама делала пластические операции для того, чтобы потом явиться и перевернуть мою жизнь вверх дном. Наверное, мне следовало встретиться с ней и поговорить с глазу на глаз, ведь должно быть что-то, что заставит её остановиться?

Долго думаю, глядя на экран, а затем набираю номер ненавистной женщины.

— Любимый зять! Уж не думала, что ты решишься на разговор так скоро! — с мурлыканьем довольной кошки произносит Алла Викторовна.

— Нам следует встретиться. Уверен, что нам будет что обсудить…

— Встретиться? Что же… Я согласна… Время и место назначу позднее, потому что у меня слишком плотный график…

Я хочу сказать, что хочу встретиться сегодня, сейчас, но она уже отключает телефон, а я как дурак стою и смотрю в одну точку. Важно взять себя в руки и сделать вид, что этой полоумной удаётся контролировать меня… А самому стоит подготовиться к встрече с ней, потому что бездумно бросаться в лапы львицы, приготовившейся к прыжку, я не стану. Пусть Алла Викторовна думает, что сильнее меня…

До поры…

До ужина я работаю у себя в кабинете, время от времени выглядывая, чтобы проверить, как себя ведёт Алиса. Дочери понравилась мама Лизы, и она играет с той так же оживлённо, как и со своей «мамой». Наверное, у них родственное обаяние. Мне женщина тоже показалась неплохой. Возможно, она согласится помогать своей дочери, если я предложу ей работать няней, но пока решаю не торопить события. Пусть всё идёт своим чередом, а дальше будет видно.

Негромкий стук в дверь отвлекает меня от отчёта, который заместитель прислал на почту. Я поднимаю взгляд и позволяю войти. Слегка удивляюсь, когда передо мной оказывается Алиса. Обычно она не стучалась… Впрочем, я не так часто бывал дома раньше.

— Баба Тася сказала, что пора ужинать! — лепечет малышка, а у меня сердце кровью обливается от того, как хорошо она говорит.

На мгновение меня снова охватывает чувство вины, и я ругаю себя за то, что был слишком невнимателен к ней. Если бы я проводил с Алисой больше времени, то она и не переставала бы говорить… Наверное. Отгоняю эти мысли прочь, потому что жить с чувством вины, съедающим тебя, не самое лучшее. Нужно исправиться, а не думать, как было бы, если…

— Баба Тася? — спрашиваю с улыбкой.

Алиса немного краснеет и смущённо отводит взгляд.

— Скажи бабе Тасе, что я сейчас приду.

Алиса кивает и убегает, а я чувствую, что глаза стали влажными от подступивших слёз. Никогда не думал, что я настолько сентиментален. Дочь с каждым днём удивляет меня всё сильнее, и я радуюсь, как ребёнок каждому слову, которое слетает с её уст.

Перевожу дух, бегло пробегаюсь по отчёту и отправляю заместителю добро, а затем выхожу из-за стола и спешу оценить предложенный мне ужин.

— Вы уж простите, что я похозяйничала тут у вас немного! — принимается извиняться женщина, когда я вхожу на кухню.

Запах ароматного куриного супа будоражит приятные воспоминания из детства, и я улыбаюсь. Боковым зрением замечаю, с каким удовольствием ест моя дочь, и радуюсь этому.

— Вы можете хозяйничать столько, сколько хотите! Я только рад этому! — честно признаюсь я.

— Садитесь ужинать, если вы кушаете такую простую еду, а я отнесу суп Лизе…

Я приближаюсь к подносу, предназначенному для девушки, которая с первого взгляда одурманила меня.

— Кушаю! С большим удовольствием, но, если позволите, я подниму еду Лизе сам. Зачем вам тяжести таскать?

Таисия Павловна смотрит на меня с подозрением. Нижняя губа женщины дёргается, словно она хотела сказать что-то, но передумала. Я уже считаю, что зря задал ей этот вопрос и отступаю. Ну какая это тяжесть? Это просто предлог лишний раз увидеться с девушкой, только и всего…

— Ну ладно! Отнесите, а я тогда тоже покушаю с Алисой, а то сегодня набегались мы с ней знатно, столько калорий сожгли!..

Я киваю и улыбаюсь. Беру поднос с едой, от аромата которой во рту начинает активно образовываться слюна, и выхожу из кухни. Я понимаю, что мне предстоит непростой разговор с мамой Лизы. Придётся объясниться о планах, которые я преследую в отношении девушки. Вот только пока всё слишком шатко, и если я предлагаю Лизе фиктивный брак, а она раздумывает, стоит ли согласиться, то её мать вряд ли погладит меня по головке за это.

Дверь в спальню Лизы приоткрыта, поэтому я чуть толкаю её ногой и вхожу. Девушка просыпается и присаживается.

— Прости, если бы знал, что ты спишь, то зашёл позже… — стараюсь извиниться, но выходит как-то нелепо.

Я ведь видел, что она дремлет, а всё равно пошёл, потому что соскучился по ней.

— Всё нормально! Не стоит извиняться! Кажется, я очень голодна! Спасибо!

— Не меня благодарить нужно! У твоей мамы золотые руки! На кухне стоит такой аромат, что просто пальчики оближешь.

Ставлю поднос на тумбочку рядом с кроватью и отхожу, не решаясь присесть. Смотрю на заспанную девушку и понимаю, что она кажется мне самой красивой даже в таком виде. Ни одна модель из тех, что оказывались в моей постели в гостиничном номере пару раз в месяц, не сравнится с Лизой. Естественная красота и светлота души — самое лучшее, чем может обладать человек.

— Она вкусно готовит! Мама у меня, вообще, большая умничка, а вот я… Порой мне кажется, что я ей неродная! — хихикает Лиза. — Я о том, что я не обладаю столькими же талантами.

— Ты даже не представляешь, сколькими талантами обладаешь! — говорю я и прикусываю язык, потому что обещал себе, что не стану давить на неё.

Лизе нужно прийти в себя и разобраться с тем, чего хочет она, потому что я не желаю принуждать её находиться рядом со мной. Если она решит, что мне нет места в её жизни, то так тому и быть. Хочу, чтобы она была счастлива.

— Представляешь, Алиса называет твою маму бабой Тасей… Как думаешь, если я предложу твоей маме стать няней, она согласится? Я просто не знаю, как начать этот разговор…

— Не нужно, Марат!..

Лиза тянется за подносом, и я хочу помочь ей, поэтому мы соприкасаемся пальцами, когда я оказываюсь рядом и беру его, чтобы переставить ей на кровать. Она поднимает взгляд, смотрит на меня и чуть приоткрывает губы, и мне едва удаётся сдержаться, чтобы не поцеловать её в очередной раз.

— Мама будет помогать с Алисой, но если ты предложишь ей за это деньги, она может обидеться… Не стоит этого делать. По крайней мере, не сейчас…

Я киваю. Примерно такие же мысли посетили и меня, поэтому я не стал сразу спрашивать у женщины, согласна ли она работать в моём доме.

Лиза принимается ужинать, а я любуюсь ею. Хочу заправить выбившуюся прядку волос ей за ухо, но боюсь, что не смогу удержать себя в руках. Моё самообладание трещит по швам.

И тут голову посещает оглушающая мысль: Лиза стала слишком значимым для меня человеком, и если тёще прознает об этом, она может попытаться навредить девушке.

— Думаю, что уже завтра буду чувствовать себя лучше! — вдруг говорит Лиза. — Спасибо, что принёс мне ужин! Ты, наверное, и сам голоден? Быть может, тебе следует подкрепиться?

— Не переживай за меня. Я обязательно поем, но немного позже. Я могу попросить тебя об одолжении?

— Да? — Лиза внимательно смотрит на меня, отчего губы тут же растягиваются в улыбке при виде её милого задумчивого выражения лица.

— Пожалуйста, не покидай двор без охраны. Я уверен, что ты оказалась в моей жизни не просто так. Моя тёща, на которую ты работала, готовилась свести нас. Не знаю, зачем ей это было нужно, но она хотела, чтобы ты попала в этот дом… И я боюсь, что теперь она будет держать тебя на мушке…

— Будет держать меня на мушке? Ты думаешь, что она попытается навредить мне?

Не думаю, уверен в этом, но мне не хочется пугать Лизу. Я запускаю пятерню в волосы, взъерошивая их. Ещё какую-то неделю назад мне казалось, что у меня слишком скучная жизнь, а теперь вот я смотрел на Лизу и понимал, что всё перевернулось с ног на голову. И мне не хотелось такого «веселья». Лучше бы всё продолжало тянуться «тихо» и «скучно», но с некоторыми коррективами. Знакомство с Лизой — это то, что мне ни в коем случае не хотелось бы исключать из своей жизни.

— Скорее всего… — решаю дать мягкий ответ, чтобы не напугать девушку я. — Я не собирался идти в клуб тем вечером, но партнёр назвал это место и заявил, что нам с ним следует обсудить что-то слишком срочное и важное. Он завершил нашу беседу так же неожиданно, как пригласил меня на встречу, словно ждал сигнала…

Я рассказываю Лизе всё, что удалось узнать от Олега о переходе акций моего партнёра бывшей тёще, а она хмурится и покачивает головой.

— Марат… Алиса сказала, что я каким-то образом пообещала ей, что стану её мамой… Она тоже ждала моего появления. Не знаю, как это случилось, ведь я не встречалась с твоей дочерью раньше и ничего не могла обещать ей, тем более то, что стану её мамой… Её слова зацепили меня, но я даже не пыталась провести параллель с моим появлением в вашей семье. Возможно, кто-то похожий на меня, говорил с девочкой, чтобы она была готова к встрече?

Меня сильнее вдавливает в землю, словно по мне проезжает громадный самосвал. Кажется, что я уже по горло погряз в болоте недопонимания. Всё становится страньше и страньше. Раскрывшиеся подробности сводят меня с ума. Думал, что хотя бы один вечер пройдёт спокойно, а в итоге голова заполоняется ненужными мыслями ещё сильнее.

— Мы всё узнаем. Ты не переживай, Лиза, я разберусь со своей бывшей тёщей и объясню ей, что она должна держаться подальше от нас. Я договорился встретиться с ней. Скоро всё это закончится.

— Не нужно встречаться с ней!

Лиза кладёт ложку в тарелку и отстраняет от себя поднос. Она смотрит на меня с мольбой во взгляде, словно боится за меня.

— Марат, пожалуйста, не ходи на встречу с ней один!

Она волнуется за меня? Неужели я ей тоже небезразличен?

Улыбаюсь уголками губ и киваю. Лизе ни к чему лишний раз волноваться, а я пока не знаю даже, позвонит ли сумасшедшая и назначит ли время и место встречи. Только Богу одному известно, что творится в голове обезумевшей старухи…

Немного успокоившись, Лиза доедает суп и жмурится, с благодарностью глядя на меня.

— Спасибо, что побыл со мной… Если ты не против, то я лягу спать? Мама уложит Алису, ты только покажи ей комнату, в которой она может остановиться. Она у меня стеснительная, может просидеть всю ночь на диване, если не догадается, конечно, подняться ко мне.

— Тебе не о чем волноваться. Я уже всё показал ей, и она осталась довольна своей комнатой.

— Спасибо! — шепчет Лиза.

Беру поднос с кровати и несколько секунд пристально смотрю на девушку. Сердце часто-часто бьётся в груди, когда я вспоминаю, что сегодня провёл ночь в одной постели вместе с ней, пусть между нами не было ничего… Даже простых объятий. Однако этот сон был самым лучшим в жизни. Я никогда не чувствовал себя настолько хорошо, как утром, когда открыл глаза и увидел её рядом с собой.

— Что у тебя с температурой?

Девушка прекрасно понимает, что я просто тяну время, чтобы побыть чуть дольше рядом с ней, но она ничего не говорит против.

— Всё нормально. У меня ничего не болит, клонит в сон только после приема лекарств и такого вкусного целительного супа. Спасибо за заботу! Не думала, что мужчина когда-то будет так беспокоиться обо мне!

— Пустяки! — качаю головой я, желаю Лизе спокойной ночи и вынужденно покидаю спальню.

Дохожу до лестницы и слышу разговор Таисии Павловны по телефону. От слов женщины меня пробирает до мозга гостей. Ужас заполоняет сознание и бьётся в венах сильнейшей пульсацией крови.

— Да, Алла Викторовна! Да! Я всё поняла! Сделаю так, как вы велели! Есть ещё какие-то пожелания?

Алла Викторовна? Сердце переворачивается в груди, а горло сдавливает тошнотворным спазмом. Неужели я пригрел змею у себя на груди? И не одну, а целых две? Или Лиза не знает о том, что её мать связана с моей бывшей тёщей? В любом случае я пока не могу мыслить здраво, поэтому быстро спускаюсь вниз и бросаю на женщину уничтожающий взгляд.

— Получается, что вы в стане врага? Интересно, а ваша дочь знает об этом? Вы вместе работаете на мою бывшую тёщу?

Таисия Павловна хлопает глазами, словно не понимает, о чём именно я говорю. Врёт она искусно. Наверное, у них в крови наглая ложь. Или Лизе всё-таки неизвестна страшная тайна матери?