Жена поневоле для греческого магната

Глава 22

Если бы не постоянное присутствие подруги рядом, ее поддержка, я бы не справилась. Пусть моментами меня немного раздражало отношение Иды к происходящему, ее восторг, уверенность что нас с Кралидисом «друг другу послали небеса», и прочая чушь, ничего общего не имеющая с действительностью.

Андреас жесткий делец, циник. Так что иметь в отношении него романтические надежды может только полная идиотка. Я полностью в этом убедилась во время нашего последнего разговора.

С того дня прошло почти две недели. Мы больше ни разу не пересекались. Хотя бы за это испытывала благодарность. Все переговоры, уточнения, вопросы — только через Эйрин. Я погрузилась в учебу, старалась наверстать, стать еще успешнее в предметах. Может быть, я просто пряталась в привычном мире от странных событий. Скорее всего, так и было.

И вот настал день свадьбы. Момент, с которого стартует наш брачный контракт. Лучше не думать, что будет дальше, чтобы не паниковать.

Утром за мной заехала Эйрин, отвезла в элитный салон, где меня красили, укладывали, тщательно подготавливая к роли. Ида поехала со мной, реагируя на все с искренней радостью. Единственный светлый момент для меня, поддержка близкого человека.

Для Иды тоже было куплено платье, лилового цвета. Подружка была в восторге.

— Расслабься, Нина. Ты такая красивая, — сжимает мою руку, когда выходим из лимузина.

Наша церемония будет происходить в особняке Кралидисов. Понятно, что от семьи жениха никуда не деться, и это станет для меня нелегким испытанием. Обманывать этих милых отзывчивых людей — еще одно тяжкое бремя.

Все кажется нереальным. Большое количество машин перед домом. Гости в вечерних платьях. На пару минут мелькает мысль что все это сон…

Разве может быть подобное в реальной жизни? Чтобы двое совершенно чужих друг другу людей притворялись мужем и женой?

Рано или поздно я выдам себя. Какая из меня актриса?

Стараюсь глубоко и медленно дышать, чтобы хоть немного снизить частоту пульса.

Навстречу высыпает семейство Кралидисов. Мать Андреаса в вечернем платье глубокого синего цвета. Зофия и ее дочка — в лиловых, точно как у Иды. Одеты подружками невесты. На глазах выступают слезы.

— Вот и наша красавица! — восклицает Елена, обнимая меня. — Ты прекрасна, дочка. Я так рада… Ох, прости, я слишком эмоциональна.

— Мама, не смущай невесту. Все эти церемонии — непростое испытание, — сжимает мою руку Зофия.

Представляю всем свою подругу, хоть так немного отвлекаясь от паники.

Затем к нам подходит отец Андреаса.

— Разреши мне проводить тебя к жениху, дочка.

Киваю. Нервно сглатываю. Вкладываю руку в его ладонь.

Пространство перед домом изысканно оформлено дизайнерами. Тут и арка, увитая белыми розами. Длинная красная дорожка. Столы для праздника, украшенные композициями цветов. Белые, голубые и розовые ленты, очень много деталей, каждая притягивает взгляд.

Твердой поступью Гектор Кралидис ведет меня к жениху. Волнение растет в геометрической прогрессии. Голова кружится. Старательно натягиваю улыбку, потому что иначе боюсь показать свой испуг. Слишком много пар глаз направлено на меня. Сердце начинает колотиться неистово, с каждым шагом приближения к виновнику всего происходящего.

Глаза Андреаса неотрывно сверлят меня. Черный смокинг идет ему невероятно. Слишком идеален. Красивее мужчины я не видела. Почему все именно так? Лучше бы мой вынужденный муж был с изъянами. Пожалуй, узнай Ида о чем я сейчас думаю, сочла бы меня совсем поехавшей.

Но меня искренне беспокоит и мучает красота Кралидиса. Тревожит, доводит до паники! Как же хочется сбежать! Прямо сейчас, вырваться, дать стрекача по лужайке. Увы, не хватает духу.

Останавливаемся напротив Андреаса.

Гектор Кралидис передает меня сыну.

Тот сжимает мои пальцы неожиданно крепко.

— Слишком поздно для побега. Ты подписала контракт, — цедит сквозь зубы, поражая своей проницательностью.

Не нахожу что ответить. Не могу найти смелости посмотреть ему прямо в глаза. Пялюсь на пиджак, который сидит на нем как влитой, дорогой галстук, идеально повязанный на смуглой шее.

Пока идет церемония, кожей чувствую, как меня затягивает все глубже в трясину лжи.

Оцепенение спадает на словах:

Можете поцеловать невесту.

Нервно дергаюсь, пытаюсь отскочить, но сильные руки смыкаются на талии.

Об этом я не подумала! Ни разу!

— Мы уже целовались, — шепчет на ухо Кралидис, привлекая меня ближе.

Но не перед толпой!

Мы словно переносимся в другое измерение, вокруг больше нет огромной толпы гостей. Попадаем в вакуум, где слышно лишь наше собственное тяжелое дыхание.

Взгляд Кралидиса прожигает мою кожу. Зрение расплывается. Я не могу больше видеть его четко, но при этом в фокусе почему-то мелькают очень ярко мелкие детали. Например, крошечные веснушки его на переносице. Янтарные глаза, полыхающие огнем. Твердая красивая линия губ.

Все мое существо затапливает паника. Здравые рассуждения, типа: это ничего не значит, это просто напоказ, не помогают больше.

Одной рукой Кралидис касается моего подбородка, другой — обхватывает мою талию, притягивая меня к себе еще ближе. Мы касаемся друг друга, словно сливаясь в единое целое, как настоящие любовники. И везде, где соприкасаемся, по коже проносятся электрические разряды невиданной силы. Я будто высоковольтный провод под напряжением. Мои бедра встречаются с его бедрами, и это касание лишает последних сил. Ноги слабеют, но крепкие объятия Андреаса не дают упасть и опозориться перед гостями.

Последняя надежда разлетается в клочья.

Его губы касаются моих, но это не похоже на поцелуй. Это космическое путешествие. Ощущения обрушиваются с такой силой, что я почти уверена, оба не устоим на ногах.

Глубоко дышу, когда его губы прижимаются к моим губам — крепко, нежно. Он наклоняет голову, и поцелуй становится глубже. Невольно обхватываю его шею и прижимаюсь к нему грудью. Она так чувствительна, что у меня вырывается стон, когда Андреас разрывает поцелуй, чтобы дать нам обоим сделать глоток воздуха.

Убирает волосы с моего лица, и пристально смотрит в мои глаза, словно что-то ищет. Покорность? Беспомощность? Согласие подчиняться ему, в этой дикой игре?

Кралидис снова наклоняется ко мне, прижимает к себе еще крепче. Моя грудь теснее касается его груди.

— Потерпи, малышка, — произносит мягко, подбадривающе.

Я не понимаю, к чему это ласковое утешение.

Мы враги. Мы партнеры в сделке.

Но сейчас я почувствовала что-то вроде сострадания в его голосе.

Еще несколько мягких касаний его губ. Затем они скользят по моей щеке, и Андреас снова шепчет что-то, чего я не могу разобрать.

Как только грек отстраняется, гомон толпы, одобрительные выкрики, все это снова волной захлестывает меня. Трясет так, словно я глотнула приличную порцию

виски.

Дальше события превращаются в непрерывную карусель поздравлений, пристальных любопытных разглядываний. Застолье, речи, громкий смех и пожелания счастья в личной жизни.

Обязательная программа, неизбежная, как и все происходящее. Только смирение поможет выдержать все это.

Я не смотрю на человека, ставшего моим мужем. Сосредотачиваюсь на том, чтобы улыбаться гостям.

Они не виноваты, что кому-то понадобилось сыграть в любовь. Искренне веселятся, радуются за новую влюбленную пару.

Особенно милые родственники Андреаса. Елена старается быть рядом, поддерживать меня, как и Зофия. Я чувствую их искреннее отношение и от этого

еще больнее.

В какой-то момент чувствую, что мне необходимо побыть одной. Хотя бы несколько минут. Ищу глазами Иду, чтобы сходить вместе, но вижу ее флиртующей с симпатичным мужчиной. Подружка явно получает удовольствие от общения. Я не маленькая и сама вполне способна сходить в дамскую комнату.

С платьем, правда, это не особенно просто, но я справляюсь. Туалетные кабинки очень просторные. Как хорошо, что никого нет. Несколько минут смотрю на себя в зеркало. Лицо красное, глаза блестят, в них отражается ошеломление. Очень хочется умыться, но увы, нельзя так поступать с макияжем, над котором колдовали больше часа стилисты. Просто несколько раз смачиваю шею и губы ледяной водой. Головокружение немного отступает, и я отправляюсь в кабинку.

Когда почти заканчиваю, поправляю платье, слышу приближающиеся голоса.

— Она все-таки очень милая, эта невеста из ниоткуда. Хотя все равно сложно понять, отчего Кралидис потерял голову и решил скоропалительно жениться, — произносит женский голос, и я замираю. Они говорят обо мне!

Как же неловко, теперь не могу найти смелости выйти из кабинки. Не хочу смущать этих сплетниц, уж лучше подожду, когда они сделают свои дела и уйдут.

— Эта милашка, как ты говоришь, увела жениха у собственной сестры, — произносит вторая женщина.

— Да ты что? Этот нежный воробышек? Офигеть можно!

— Все так. Моя подруга знакома с ее сестрой, Стеллой. Ты не представляешь, сколько там истерик и проклятий. Такого ножа в спину бедняжка никак не ожидала. Воробышку стоит поостеречься. Так просто ей с рук воровство не сойдет.

— Хм, мне кажется Андреас не из тех, кого можно вот так запросто взять и украсть. Он сам кого хочешь… — голос тонет в общем хохоте.

— Есть ведь еще Делия, она сейчас конечно в ужасном состоянии. Он ее бросил! По-настоящему!

— Сволочь. Мог бы не рвать настолько, в любовницах оставить.

— Ты же понимаешь, что она рассчитывала на большее!

— Ну конечно. Как не мечтать, когда такой мужчина рядом?

Теперь звучат завистливые вздохи. Ну что за болтушки мне попались? У меня уже больше нет сил сидеть и слушать эти сплетни про себя и Кралидиса.

— Ты права, жалко эту женушку, наплачется с бабником.