Жена поневоле для греческого магната

Глава 33

Андреас

Настроение Нины неуловимо меняется. Эта девушка продолжает мучить меня загадками. Как будто мне недостаточно собственных мучительных порывов. Когда увидел ее танцующей с соседским парнем — вскипел. Совершенно иррациональный приступ ревности. Похоже, совершенно слетаю с катушек, превращаюсь в психа рядом с ней.

Она сводит меня с ума!

Своей молодостью, красотой, неискушенностью. У любого бы голова пошла кругом.

Всего час назад казалось, что Нина отвечает на мои порывы.

Ее губы были податливыми, мягкими.

Сейчас, в машине, по дороге домой, она совершенно другая. Заледеневшая, отстраненная. Сидит, уставившись в окно, далекая как никогда. задумчивая. Хочу дотронуться до ее щеки — отшатывается.

— Извини, — теряется от собственного странного порыва. — Я задумалась.

— О чем?

— О сестре.

Да уж, вот о ком мне ни секунды говорить не хочется, так о стерве, благодаря которой мы познакомились.

Стелла для меня — олицетворение всего самого ненавистного в женщинах. Какому мужику понравится, чтобы его видели добычей?

Так эта самовлюбленная дура на всю жизнь одна останется.

Ладно, плевать на нее. Меня тревожит Нина. Что она опять себе надумала? Или услышала?

— Тебе что-то сказали неприятное? На вечере, — смотрю испытующе на жену.

— С чего ты взял? — передергивает плечами, и я окончательно убеждаюсь, что взял верный след.

— Твое настроение резко поменялось.

— Я просто устала.

— Почему? Это странно. Твоя подруга бодра и весела, до сих пор танцует, скачет по танцполу.

Нина ничего не отвечает, лишь краснеет.

София осталась на вечеринке, с нами не поехала. Кажется, у Азата все более чем на мази. В отличии от нас с Ниной, а ведь эта парочка только познакомилась!

Да какого черта?

Мне нужна моя жена, а не кукла, которая сейчас сидит как неживая, в окно пялясь.

Что случилось?

Нет, Нина определенно не собирается откровенничать.

Как только входим в квартиру, сразу сбегает в свою комнату, оставив меня маяться в одиночестве.

Наливаю щедрую порцию виски в стакан. Это все что мне остается. Чувство раздражения растет. Бессилие.

Отвлекает мелодия мобильного. Мать. Вот только этого не хватало!

— Да! — рявкаю раздраженно.

— Андреас, извини, если отвлекла, я подумала, что вы вряд ли еще спите…

— Я — нет, про Нину не в курсе, она в своей комнате спряталась.

— В каком смысле? Что у вас там происходит? Ты напугал ее?

— И ты туда же? Сразу обвиняешь? Я не злой серый волк, чтобы девиц пугать. Не понимаю, что произошло на вечеринке.

— Ох, думаю, я знаю, что случилось.

— Рассказывай.

— На вечеринку заезжала Афина с подружками.

— Она опять за старое взялась? — рявкаю, чувствуя, как вскипаю.

— Нет, погоди, дай мне объяснить! Афина хотела извиниться, сама очень сильно расстроилась. В общем, совершенно случайно Нина услышала разговор девушек, которые обсуждали тебя и Арину.

— Меня и кого?? Жену Германа? Что за бред? Это ж надо быть такими сплетницами! — мне хочется рвать и метать.

— Ну да, трещотки, с чего только взяли! У Германа и Арины замечательная семья, они так любят друг друга, и малыши…

— Мама, давай к сути!

— Нина могла расстроиться, девушки вспомнили, как ты ухаживал за Ариной.

— У нас всегда были только дружеские отношения.

— Вот и поговори с женой, милый. Объясни ей все это.

— Она видела, как мы общаемся. Я ни одного лишнего взгляда в сторону Арины не бросил.

— Понимаю. Очень неловко вышло, — грустит мать.

— Ладно, спасибо, что ты хотя-бы рассказала. Теперь я по крайней мере в курсе, отчего так поменялось ее настроение.

— Азат и София только что уехали, — меняет тему мать. — Надо же, сразу понравились друг другу, такие счастливые. Так приятно наблюдать за ними.

— Вечеринка закончилась?

— Да, все разъехались. По-моему, все прошло замечательно. Вот только эпизод с этими сплетнями…

— Наверное пока не стоит приглашать Афину.

— Дорогой, она так сожалела! Я толком не поняла почему, как она умудрилась поссориться с Ниной. Это касается университета. При чем тут Афина я не поняла. Вроде подруга ее подставила. Неправильно обрисовала ситуацию…

— Я понял, ладно.

— Она очень сожалеет, извинилась перед Ниной. Афина — хорошая девушка.

— Хорошо. Спокойной ночи, — отбиваюсь.

Не хватает еще с матерью обсуждать свою бывшую любовницу. Крайне раздражает, что Делия до сих пор всплывает в моей жизни. Ведь все четко объяснил, оставил в прошлом эти отношения. У Делии как прощальный подарок осталась приличная сумма на счете в банке. Большего, учитывая ее интриги, она не смеет требовать. Если попробует снова влезть в мою жизнь — горько пожалеет. Я намерен оберегать свою жену от всего негатива.

Да, мы познакомились с Ниной при более чем странных обстоятельствах. Этого уже не изменить. Но теперь все иначе. Меня влечет к жене с каждым днем все сильнее. Я хочу ее. По-настоящему. Это не желание снять напряжение, или поставить зарубку на кровати. Нечто куда более глубокое, сильное. Пока не знаю, как с этим быть, потому что ни разу в жизни подобного не испытывал.

Засыпаю, несмотря на обилие мыслей, быстро и крепко. Открываю глаза в шесть утра, отправляюсь на пробежку.

Нина

Горячий душ помогает вернуть душевное равновесие. Ночь прошла ужасно, я без конца ворочалась, тело горело как в лихорадке. Утром померила температуру — нормальная. Что со мной? Все дело во вчерашних сплетнях? Они разрушили что-то очень хрупкое внутри меня.

Ну что же, это только мои проблемы. Сама согласилась, подписала контракт. Теперь остается только действовать согласно пунктам договора. Как могла выкинула из головы все мысли. Хватит утопать в мире розовых пони! Надо думать о будущем, углубиться в учебу, как раньше.

Выйдя из душа, наспех завязываю полотенце на голове, надеваю любимый джинсовый комбинезон, под него — белую футболку. До первой пары еще больше двух часов. Не знаю зачем я так рано проснулась, но не сидеть же и дальше в своей комнате. Тем более я голодна, а в доме — абсолютная тишина. Я слышала, как хлопнула входная дверь — значит Андреас уехал.

Отправляюсь на кухню. Почему бы не отвлечься на приготовление завтрака. Можно пригласить Софию. В холодильнике изобилие продуктов, решаю приготовить блинчики, тосты с тунцом. Включаю кофемашину. Погода за окном чудесная, пространство кухни заливает солнечный свет. Открываю окно, вдыхаю свежий воздух. Слушаю пение птиц и шум ветра. Я почти счастлива в этот момент, когда дверь отворяется и на кухне оказывается Андреас. В коротких шортах, мокрой насквозь футболке. Пот стекает по вискам.

Его появление неожиданно, а моя реакция — еще хуже. Дрожь в конечностях, тяжесть внизу живота. Боже, я реагирую как изголодавшаяся по мужчине женщина?

Я слишком неопытна в подобных делах и меня это шокирует, пугает.

— Доброе утро, — спокойно говорит Андреас. — Думал, ты еще спишь. Еще так рано.

С трудом отрываю от него глаза. Спортивная грудная клетка, мокрая футболка облепила торс и подчеркивает плоский живот с рельефом пресса. Щеки начинают напоминать два костра.

— Мм… Доброе утро.

Под ложечкой начинает сосать, и точно не от голода…

Господи, как мне охладить свой пылающий мозг?

— А я думала, ты уже на работе, — не узнаю собственный голос. Низкий и приглушенный.

— Да нет, это было бы слишком. Для кого тогда вся эта красота?

Взбитые сливки, красиво выложенные золотистые блинчики, свежая клубника, источающая восхитительный аромат. Муж оглядывает все это еще раз.

— Ни для кого… То есть, думала может соседку пригласить.

— Думаю, София дома не ночевала.

— Откуда ты знаешь?

— Только предполагаю.

— Позавтракаешь? — спрашиваю, испытывая неловкость. Из диалога он может сделать вывод, что я против того чтобы и его угостить, а это совершенно не так. Я же просто не думала, что Андреас дома.

— С удовольствием, спасибо. Сделаешь мне кофе? Я пока быстро душ приму.

— Да, конечно.

Пока одна, быстро делаю яичницу с беконом, прикинув, что тостами такой крупный мужчина вряд ли насытится. Кралидис возвращается быстро, успев переодеться в черные джинсы и серую футболку. Выглядит спокойным и собранным. Сразу устраивается за столешницей на высоком стуле, поддевает вилкой блинчик.

Мне бы его безмятежность!

— Я сделала яичницу, — ставлю перед ним тарелку.

— Спасибо, шикарно.

Набрасывается на еду, я же обнимаю пальцами чашку с капучино, чувствую полное отсутствие аппетита.

— Почему не ешь? Я могу заподозрить что еда отравлена.

— Очень смешно! — фыркаю обиженно. — С чего мне тебя травить?

— Ну мало ли. Всегда найдется повод.

— Может сменим тему? Как-то ни с руки с утра такое обсуждать.

— Тогда давай, налегай. Все очень вкусно. Во сколько тебе в универ?

— Через час выходить надо.

— Я тебя отвезу, — сообщает, не спрашивая моего мнения. Накладывает мне в тарелку яичницу.

— Какие планы после учебы?

Задумываюсь — вроде бы никаких.

— Наверное, с подругами время проведу. А что?

— Хотел пригласить тебя в кино.

— В кино? — изумляюсь. — Для чего?

— Просто так.

Нет, это все очень странно. Продолжаю недоумевать, когда Кралидис неожиданно произносит:

— Между мной и Ариной никогда ничего не было. Кроме дружеского флирта. Иначе и быть не могло, ведь мы давно дружим с Германом. Я всегда знал, что у него чувства к Арине. В то же время, между нами всегда было соперничество. Так что я мог вести себя так, что давал повод для сплетен. Но мы с Ариной только друзья. У них чудесная семья, просто замечательная. Она приняла сыновей Германа как родных. По сути растила их с самого рождения. У них очень трогательная история.

— Зачем ты мне все это говоришь? — спрашиваю тихо.

Слова Андреаса глубоко проникают в душу. Не тем что успокаивают чувство ревности, нет. Куда больше задевает его преданность и восхищение своими друзьями. Искреннее отношение к ним. Эта черта Андреаса для меня более чем неожиданна, и тем сильнее действует. Чувствую ком в горле.

— Подумал, что хочу рассказать тебе об этом.

— Это прекрасно, что есть такие люди в твоей жизни.

— Согласен. Так что насчет кино?

— Я не знаю… Обещала подруге, что проведем время вместе.

— Бери и ее в кино.

— Если ты не против, только не сегодня, хорошо? — смотрю на него умоляюще.

— Хорошо. Не буду давить на тебя. Спасибо за завтрак.

У Андреаса звонит телефон, по работе, он разговаривает громко, ругается на нерадивый персонал. Я убираю на кухне, мою посуду. Как обычная семья. Может быть, у нас на самом деле может получиться стать обычными возлюбленными? — задумываюсь невольно.