Жена в наследство. Хозяйка графства у моря (СИ)

29

Между тем в небе появляется громадная тень. Еще один дракон, темно-серый, почти черный, стремительно снижается над поляной. В его когтях болтается человеческая фигурка — и когда дракон разжимает лапы, на траву мешком падает Коннор Гревейн.

Парень подскакивает, встряхивается и задирает подбородок. Его золотистые волосы взъерошены, дорогая одежда порвана, но в зеленых глазах пылает неукротимая злоба. Он выпрямляется во весь рост и смотрит на меня с вызовом.

— Адмирал Саршар, — раздается голос дракона, — молодой Гревейн пытался сбежать. Поймал его у границы графства.

Я поворачиваюсь к Коннору и встречаюсь с ним взглядом. И что-то во мне переворачивается.

Этот молокосос! Этот смазливый мерзавец, который заманил мою сестру, разбил ей сердце, поднял руку на Каренов!

Все они хотели добраться до моего нерожденного ребенка!

Кровь начинает бурлить в венах. Да, я хотела справедливого суда, хотела быть разумной правительницей в глазах народа. Но сейчас что-то древнее и яростное поднимается из глубин моей души.

Сила вырывается из-под контроля.

Тени за моей спиной взмывают вверх, разворачиваясь огромными крыльями. Воздух вокруг сгущается, становится вязким, тяжелым. Я делаю шаг к Коннору, потом еще один.

Как он смеет стоять передо мной с гордо вздернутым носом? Как смеет смотреть с презрением, когда чуть не погубил Пчелку?

— Я хочу видеть всех, кто участвовал в злодеяниях, — произношу я, и не узнаю собственный голос.

Он звучит как эхо с Изнанки. На границе сознания вспыхивает паника — я не справляюсь! Дар вырывается из рук, и я вот-вот совершу что-то ужасное!

Коннор бледнеет и делает шаг назад. Его спесь начинает таять, уступая место страху.

— Беги, сын! — кричит леди Нейра, дергая веревки, которыми привязана к дереву. — Беги же!

Но я уже вскидываю руку, и тени закручиваются вокруг меня черным вихрем. Ветер поднимается из ниоткуда, валя с ног людей. Факелы гаснут один за другим, оставляя поляну во власти сверхъестественного света, исходящего от моих рун.

Поворачиваю голову к Натану. Он стоит неподвижно, как мощный утес, как защитник, готовый прийти на помощь… но не вмешивается.

В его глазах читается напряженное ожидание, словно он одобряет то, что происходит.

Натан слегка кивает, что-то тихо шепчет…

Люди отбегают в панике, раздаются крики. А вокруг поляны по периметру начинают вспыхивать черные порталы — разрывы в реальности, ведущие на Изнанку.

Магическая сила поднимает в воздух всех связанных лордов — леди Нейру, ее мужа, Харлоу, и наконец Коннора. Притягивает даже совершенно незнакомых мне личностей, которые истошно вопят.

— Лорания не пройдет в моем графстве! — кричу я, и голос разносится эхом по лесу.

И в этот момент в небе над нами материализуется огромное лицо-зеркало Вейласа. Оно мерцает, словно отражение в темной воде, но глаза бога пылают древним огнем.

— Неужели котенок показал когти? — усмехается он, его голос явственно разносится над поляной.

Но я больше не контролирую происходящее. Сила хлещет через меня потоками, которые невозможно остановить. Деревья пригибает к земле ураганным ветром, а все преступники улетают в порталы.

Изнанка примет их. Так же как приняла предков Лиз и всех безумцев, осквернявших эти земли.

И тут Натан срывается с места.

Он кидается ко мне и обхватывает руками так крепко, что я не могу пошевелиться, не могу дышать. Меня трясет. Горячее тело адмирала прижимается к моему, его железная воля сковывает разбушевавшуюся магию.

Вторая инициация. На этот раз моя собственная.

Тени все еще крутятся вокруг нас черным смерчем, но постепенно стихают, наталкиваясь на несгибаемую силу дракона.

Его огонь проникает в мои вены, обжигает изнутри, но одновременно успокаивает. Я чувствую, как малыш в животе перестает метаться, убаюканный знакомой энергией отца.

Постепенно все стихает. Ветер унимается, разрывы в пространстве схлопываются.

Деревья пусты. Предателей больше нет в Шарлене — их всех забрала Изнанка.

— Молодец, Лиз, — шепчет Натан мне на ухо, его горячее дыхание щекочет кожу. — А теперь можешь устраивать свои суды.

Я чувствую, как бьется его сильное сердце, и прижимаюсь к нему так близко, как могу. Мне хочется впитать его силу, его спокойствие. Кажется, такое уже было? С другой Лиз?

Вдыхаю запах Натана — море, металл, что-то бесконечно родное — и поднимаю к нему лицо. Люди не ушли, стоят в тишине, кто-то упал на колени от пережитого потрясения.

— Вы видели Вейласа? — перешептываются они. — Бог явился лично, чтобы завершить начатое!

— Если бы не ты, я могла… — шепчу испуганно, не решаясь договорить.

— Я рядом, — Натан щурится и крепче обнимает меня. — Всегда буду рядом.

В его объятиях я наконец понимаю — сила предков во мне пробудилась окончательно. И теперь нам с малышом нужно научиться с ней жить.

— В Шарлене начинается новая эпоха, — обращаюсь я к людям. — Не бойтесь. Больше никакой несправедливости, никаких тайных преступлений. Кто еще не наказан, ответит.

— Садись на дракона, Лиз, — смеется Натан. — Это мой капитан, он послужит тебе транспортом сегодня.

Бывший муж подмигивает мне, а я теряюсь, но с любопытством иду к капитану.

— У меня же остались еще дела, — Натан встряхивается как большой пес. — Нужно уничтожить оставшиеся алтари Лорании.

— Натан, ты не будешь жечь…

— Буду, Лиз, буду, — он подхватывает меня на руки и я стукаю его кулаком по плечу, хоть и понимаю, что сморозила глупость.

Алтари Лорании нужно сжечь, а я по своей иномирной наивности верила в силу дипломатии.

Дракон ложится на землю и Натан сажает меня ему на спину.

Так мы показываем шарленцам общность драконов и Каренов. Я машу поданным рукой, пока дракон медленно поднимает меня в воздух и люди, снова зажегшие факелы, вскидывают их вверх.