Жена в наследство. Хозяйка графства у моря (СИ)

34

Трактир «Шарленская русалка» стоит уединенно, в нем дано не принимают гостей и, насколько мне известно, хозяин пытается безуспешно его продать вот уже неделю.

Но когда Натан подносит меня к крыльцу, я удивленно замечаю, что окна светятся теплым золотистым светом… а вокруг безлюдно

— Что тут происходит? — поднимаю лицо к адмиралу.

— Снял здание на ночь, — просто отвечает он. — Подумал, нам стоит побыть наедине.

Наверное, у меня есть время все переиграть. Потребовать, чтобы бывший сейчас же опустил меня на землю и отвез домой. Но это его «наедине» звучит так хрипловато и многообещающе.

И я не требую.

Во-первых, потому что очень холодно, зуб на зуб не попадает. А я же не хочу простудиться? Во-вторых, я больше не могу сопротивляться тяге, что возникла между нами и не желает исчезать.

— Нас не встретят? — шепчу я, когда Натан носком сапога открывает двери.

— Я не захотел тебя смущать, леди, — серьезно отвечает он. — В трактире нет никого, кроме нас.

— Ты все спланировал, — говорю я, не зная, смеяться мне или возмущаться.

Натан не отрицает, молча вносит меня в зал. Я прижимаюсь к нему теснее, а он несет вверх по лестнице. Все так же молча, неотвратимо.

Открывает ногой дверь комнаты.

Здесь накрыт стол на двоих. Свечи в высоких подсвечниках отбрасывают мягкие тени на стены, а в камине весело пляшут языки пламени. Пахнет жареным мясом, апельсинами и дымом можжевельника.

В глубине стоит кровать. Я стараюсь не смотреть на нее. Не замечать ни темно-синее тяжелое покрывало, ни разбросанные в художественном беспорядке алые подушки.

Тем не менее мне приятно. Натан позаботился о том, чтобы обставить наше тайное свидание красиво.

В груди расплывается тепло, а Натан ставит меня на пол. Кидает шинель в кресло, отодвигает мне стул и наливает в стакан пряный горячий напиток. Запах имбиря пробирается в ноздри и я сажусь к столу, чуть ли не мурлыкая от удовольствия.

Ужин проходит неторопливо. Мы не заговариваем о делах, пытаемся не думать о проблемах, оставшихся за дверями этого чудесного трактира.

Потом… все потом.

Натан встает и обходит стол. Чувствую, как он останавливается позади моего стула.

— Мне хотелось сделать этот вечер особенным, — его руки ложатся на мои плечи, пальцы мягко поглаживают ключицы. — Мы столько времени потеряли на ссоры и недопонимания.

— Натан… — шепчу я, чувствуя, как по коже бегут мурашки.

Медленно поднимаюсь и Натан отставляет мой стул. Движение получается резким, стул чуть не падает, а мое бедное сердце пропускает удар.

Разворачиваюсь к нему и тут же оказываюсь в крепких объятиях. Сразу понятно, что этот дракон не отпустит меня сегодня.

Я попалась и мне это нравится.

Натан целует нежно, но в то же время требовательно. Я судорожно вздыхаю и поднимаюсь на цыпочки, чтобы получше дотянуться до его лица. Раскрываю губы навстречу поцелую, скольжу ладонями по шероховатой ткани кителя.

Расстегнуть грубые металлические пуговицы не так легко и адмирал помогает мне. Наш пальцы переплетаются, разряды тока прошивают насквозь и я откидываю голову назад. От его запаха и жара туманится разум, я чувствую, что вся горю.

Когда китель, наконец, распахивается, быстро расстегиваю его белоснежную рубашку и прижимаюсь губами к смуглой мужской коже.

Слегка касаюсь ее языком, пробуя на вкус.

Натан, ты вкусный.

В награду получай мужской страдальческий стон, а затем бывший хватает меня в охапку и перехватывает контроль.

Конечно, кто даст мне распоряжаться!

Я оказываюсь прижата к матрасу тяжеленным горячим телом. Тяжело дышу, ощущая как между моих разведенных ног пульсирует его мужское естество.

— Я буду осторожен, — Натану трудно говорить, он с трудом выдыхает слова и прижимается губами к моей шее.

Я прогибаюсь, а он, приподнявшись на одной руке, второй стягивает с меня верх платья.

— Хочу посмотреть на нее… на метку…

О, метка горит огнем. Пылает как адский цветок.

Даже когда прохладный воздух касается кожи, лилия продолжает печь и я ерзаю под бывшим мужем, умоляя его что-то с этим сделать, побыстрее прекратить мои мучения.

— Натан, прошу…

Его большие ладони обхватывают мои груди и он прижимается ртом к метке. Я выгибаюсь сильнее, задыхаюсь, впиваясь в его плечи.

Царапаю, тяну ткань рубашки. Хочу почувствовать его близко, кожа к коже.

Но Натан снова перехватывает инициативу, прижимает мои руки к постели. Несколько секунд вглядывается в мое лицо и от темного, опасного выражения его глаз по телу пробегает сладкая дрожь.

Адмирал стягивает через голову рубашку, демонстрируя бронзовый скульптурный торс. И потом один за другим медленно стягивает с моих ног чулки.

Мы смотрим друг другу в глаза и в его потемневших от страсти зрачках — обещание.

Натан закидывают мою ногу себе на плечо и целует лодыжку. Усмехается так порочно, что я, кажется, сейчас умру.

— Ты прекрасна, моя леди, — хрипло шепчет он.

Натан любит меня медленно, страстно, бережно. Его губы безошибочно находят самые чувствительные места, руки знают, как довести до дрожи одним прикосновением.

Когда волна наслаждения накрывает нас, я выкрикиваю его имя, сама не замечая, что по лицу текут слезы счастья. Тяжелый мужчина наваливается сверху и я замираю, слушаю мужское дыхание, стук большого драконьего сердца.

После мы лежим, переплетясь в тесных объятиях, слушаем шум прибоя за окном. Натан поглаживает мой живот и я тихо погружаюсь в сон.

Сновидения тревожны, словно кто-то хочет пробиться сквозь защитные сети, что я установила вокруг себя.

Просыпаюсь среди ночи, но Натан рядом. В его объятиях я как в теплом надежном коконе, мне нечего бояться.

Ворочаюсь, чтобы улечься поудобнее, утыкаюсь носом ему в грудь. Вдыхаю терпкий горьковатый запах с нотками моря.

Предполагаю, что Натан позаботился и об ужине. Нас ждет еще несколько часов наедине, и, наверное, откровенный разговор. Я хочу знать, адмирал Саршар, что за планы ты построил на графство.

Прошу, просто расскажи мне все. Почему мне постоянно кажется, что ты что-то скрываешь?