Хвостатая для мажора

Глава 33. В комнате

Я не знала, сколько точно длилась примерка обновок, но, казалось, что прошло не меньше часа. Мне было не по себе, когда приходилось снимать всю одежду, чтобы создать новый образ. Артур попросил меня придумать парочку образов, которые ему понравятся, и я очень боялась, что могу разочаровать своего «хозяина»… Я не знала, имеется ли у меня вкус, ведь мои повседневные наряды – это длинная рубаха и такая же юбочка. Ох, они не имели ничего общего с тем, что привез мне Артур.

А он привез белые и черные коротенькие платьица, похожие на те, которые носили Николь и Мари. Но больше всего мне понравились красная юбочка – в ней было много огня и вызова, я чувствовала себя в ней свободной, я становилась озорным огнем, прыгающим с веточки на веточку. Я действительно прыгала, но только по комнате. Несколько раз порывалась подбежать к Артуру, но остановилась вовремя. К тому же, у меня еще было много дел – нужно было примерить черные чулочки и кружевные пояса с кокетливыми подвязками. Ох, похоже, Артур больше времени уделил именно им.

Внимание переключалось с удобных домашних «тапочек» к изящным туфелькам на высоком каблучке. Они идеально подходили под яркую юбочку, единственный недостаток которой – это длина. Слишком она короткая, но при этом прекрасная. Если честно, я была готова носить ее каждый день, не обращая внимание на то, что она практически не скрывает мой хвостик. Он подрагивал каждый раз, когда мне в руки попадалась слишком откровенная одежда либо же фривольные аксессуары, например французские подвязки, которые я видела на девушках во время того, как Артур их наказывал…

А вот таких трусиков, которые привез мне Артур, я не видела ни на Николь, ни на Мари. Они были такие обтягивающие, коротенькие… Были простые и с вырезами, а еще… еще были трусики… словно рыбацкая сеточка. Они сильно облегали бедра, скрывая самое сокровенное за малюсеньким клочком ткани. Выглядело слишком вызывающе... Боже, я видела, как Артуру это нравится. Он в открытую любовался моими бедрами и севшим голосом отдавал приказы.

– Хорошо, теперь сядь передо мной на пол. Нет, спиной ко мне. Прогнись. Выставь свою поротую задницы. Так. Обхвати руками ступни. Прогнись. Вот так. Послушная девочка, – эта похвала действовала на меня странным образом – мне было приятно и одновременно стыдно за себя. Меня успокаивало лишь то, что Артур не прикасается ко мне. Он сидел в кресле и наблюдал за представлением. Но моя радость была недолгой – Артур подошел ко мне и тоже опустился на колени. Я чувствовала его горячее дыхание между ног. О-о, я чувствовала руки Артура на своей попке. – Тебе очень идет такое белье, Эрика. Знаешь, чего я сейчас хочу? – нет, я могла только предполагать, чего хочет Артур. – Нет? Я хочу отшлепать твою аппетитную задницу, о да-а, отшлепать, не снимая трусиков... Я мог бы пороть тебя сколько угодно и не переживать о том, что покраснеет кожа. Просто не буду видеть этого. Мы могли бы здорово позабавиться... Да, я могу делать это бесконечно – поэтому не советую давать мне повода, моя нежная девочка.

Я послушно стояла на четвереньки перед Артуром. Он одновременно игрался с обнаженной грудью и обтянутой белыми трусиками попкой. Затем он попросил меня перебраться на свое кресло. О-о-о, я обреченно положила голову на спинку, обхватив ее руками. Да, я приготовилась к тому, что меня сейчас выпорют, но, похоже, Артуру надоело однообразие – он попросил меня пройти к журнальному столику из натурального дерева. Я стояла на четвереньках и дрожала всем телом. Я знала, что меня ждет, я была готова принять это наказание и вернуться в свою комнату, но Артур заметно медлил. Он ходил вокруг меня, дымил сигаретой, я не знала, что Артур курит. Он восхищался моим телом, бросая в мою сторону пошлые комментарии. Мне сложно было все это вынести – где-то через пять минут в глазах заблестели слезы, было очень стыдно и… жарко. Казалось, что румянец залил все мое тело. Мне было жарко везде.

Чтобы не грохнуться в обморок, я стала думать о заботе Артура. Я думала о книгах, о тех вещах, которые он мне привез. Все было довольно красивым, качественно сшитым, приятный к телу материал, тончайшее кружево. Можно было сказать, что Артур был щедрым, имел неплохой, хоть и извращенный вкус – некоторые платья были настолько коротки, что едва прикрывали откровенные трусики. Я чувствовала себя развратницей.

– Эрика, моя милая девочка. Думаю, ты должна быть благодарной. За подарки, которые я выбрал для тебя, несмотря на то, что ты была непослушной девушкой, – мне хотелось возразить, но я не решилась. К тому же, в словах Артура была доля правды. – Это же тебя отшлепали в мое отсутствие дважды? Значит, ты была плохой девушкой, – я не стала спорить с Артуром – ведь он не этого ждал от меня. Совсем не этого.

– Спасибо, хозяин. Я благодарна за… за все, что вы сделали и делаете для меня, – о, было очень неловко. Особенно тогда, когда Артур водил рукой по моим новым трусикам, ну а еще эти чулки и туфельки… Я выглядела распущенной девушкой. О-о, я чувствовала себя более уверенной, когда была полностью раздетой, но в такой одежде… в такой… я не была собой.

– Я рад, что ты видишь, как я забочусь о тебе. А поскольку я действительно это делаю, то ты, думаю, сможешь показать мне, насколько ты ценишь мою заботы. Ты ведь способна показать свою благодарность, малышка? Ты готова? – боже, если бы знала, чего от меня хочет Артур, тут же бы сделала это, чтобы поскорее остаться одной... – Чем же ты порадуешь меня, дорогая, когда я сообщу, что решил отменить сегодняшний урок воспитания, который собирался изначально преподать? – я была ошеломлена его вопросом и тем, что Артур хочет меня пожалеть. – Да. Я решил тебя не пороть, хотя должен был, чтобы ты поняла, какая огромная разница между тем, как наказываю я и как это делали служанки… Так ты готова слушаться меня во всем? – выходит, Артуру не нужен был мой ответ, он жаждал только послушания.

– Да… конечно… хозяин, – запиналась я после каждого словечка. – Не нужно сомневаться. Ведь я всегда была послушной девочкой, Артур, – я надеялась, Артур не накажет меня за то, что в это время я назвала его по имени, ведь сейчас он был моим хозяином… господином… мастером, но никак не Артуром…

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

– Послушной девочкой... Серьезно? Что же, я согласен, что тебе знакомо слово «послушание», но только ты понимаешь его по-своему, Эрика. Не всегда то, что ты предлагаешь сопоставимо с тем, чего я хочу на самом деле, – возможно, я не всегда понимала, чего Артур добивается от меня, скорей всего, он тоже до конца не понимал, чего хочет. – Мы сейчас не будет говорить об этом, так что… Да, у меня слишком хорошее сегодня настроение и нет никакого желания его омрачать. Мы же не будем этого делать, правда? – Артур приподнял мое лицо и заглянул в расширенные от переживания глаза. – С чего бы нам начать? – о-о, я даже не представляла. Обычно Артур порол меня, разница была лишь в том, чем и как он это делал. Ну а сейчас…

– Я… я не знаю. Не знаю, с чего начать, – мне было страшно, что я могу разозлить Артура.

– Не знаешь?.. Ладно. Я могу подсказать тебе, малышка. Давай подумаем вместе, дорогая? – Артур убрал руки от моего лица и заложил их за спину. Постоял возле меня некоторое время, а затем стал ходить по комнате. – Давай представим, как это будет – я могу сесть в кресло, а ты подойдешь ко мне и опустишься между моих расставленных ног. Как тебе такое начало? Тебе нравится, зайка? – ответом Артуру стал румянец. – Хорошо. Вижу, что тебе понравилась моя идея, – мне сложно было с этим полностью согласиться, но и назвать слова Артура наглой ложью я тоже не могла. – Затем твоя узенькая ладонь проберется в мои брюки, чтобы… Чтобы что, Эрика?

– Чтобы…

– Правильно. Я вижу, что ты думаешь о том же, что и я, – мне оставалось лишь надеяться, что это не так. – Твоя ручка достанет мой член – и ты подаришь ему свою нерастраченную ласку и тепло. Ты поцелуешь его, Эрика. И этот поцелуй должен быть таким, чтобы я смог почувствовал, как сильно ты благодарна мне. Мне важно почувствовать, как ты скучала. От этого поцелуя будет зависит, чем мы займемся дальше, – о, последние слова заставили меня задержать дыхание, но выдыхать все же пришлось.

Я собиралась проучить Артура, но на деле оказалась бессильна. Его глаза, руки не оставляли мне выбора. Только когда Артура не было дома, я становилась такой смелой, что собиралась применить свой хвостик. Тогда Артур мог потерять покой, либо просто лишиться разума. Но мне хотелось, чтобы Артур нашел в себе силы и признался в чувствах… Я надеялась, что он меня полюбит. Мы могли бы уйти подальше от людей, построить дом в лесу или горах. Ох, это так чудесно – нет служанок, родителей, никакой суеты. Только любовь и… коровы. Я могла бы пасти стадо, собирать целебные травы. В нашем доме всегда было бы чисто, пахло свежим молоком и цветами, любовь и домашним хлебом. Я могла сделать Артура счастливым. Я бы показала ему, как чудесны лесные озера, помогла услышать, о чем шепчутся деревья, когда их никто не слышит. Артур был талантливым человеком – он мог продавать картины. Я-то знала, как важно, чтобы мужчина чувствовал себя главным в доме. Я была готова стать его шеей, но не его рабыней. Меня не для того создавал лес. Не для того, чтобы я всю жизнь служила людям...

Мне бы хотелось остаться в этом крае, но я готова была идти за Артуром, если бы он позвал меня и избавился от Николь и Мари. Я могла перебраться к нему. Сделала бы все, чтобы мы были счастливы. Я готова была распрощаться с лесом, сменить его на шум городских улиц… Не знаю, хочет ли этого Артур на самом деле, но я готова на подобные жертвы – жить в большом доме, не имея возможности резвиться в поле. Сможет ли он измениться ради меня? Вот я бы смогла… Мне даже не жалко свой родной хвостик, с которым мне придется распрощаться, как только мы войдем с Артуром вместе в церковь. У меня есть силы, чтобы забыть обо всем. О том, что я не простая сельская дева, а сильная духом хульдра. Для него мне не трудно стать совершенно другой. Той, кем он захочет меня видеть – женой, любовницей, другом… Да кем угодно, но не вещью. У Артура и так есть довольно много вещей. Ему не хватает любимой…

– Эрика, не заставляй меня злиться, – все это время я оставалась стоять на столе, не сделав и шага к широко расставленными ногам Артура, между которых давно ожил… он. Да, я видела. Я словно слышала, как он зовет меня к себе. Жаждет прикоснуться к моим губам. Я вздохнула и слезла с хорошо зашкуренного круглого столика. – Хорошая девочка, иди ко мне, давай, – я подошла к Артуру и опустилась на колени. Щеки горели, руки дрожали, но медлить было бессмысленно – иначе он точно меня выпорет, несмотря на то, что я поцелую его… туда...

Сначала мне казалось, что я не смогу себе перебороть. Я не привыкла к такому. Правда, именно сейчас я чувствовала себя не так скованно, как тогда – когда Артур просил, чтобы я целовала его там впервые, а также когда он входил… туда, меня ни на минуту не покидало ощущение того, что меня принуждают. А теперь что-то изменилось – я сама хотела сделать это. Словно порочный поцелуй был моим решением. Мне действительно хотелось отблагодарить своего Артура. За то, что он позаботился обо мне. Я ужасно смущалась, но не останавливалась... Я почти справилась со страхом и делала то, что велел мне Артур. Боже, как же я была наивна, когда решила, что он обрадуется одному поцелую. Обрадуется и отпустит.

– Вот так. А теперь поцелуй его снова. Делай это до тех пор, пока я не остановлю тебя, – мне было странно прикасаться к нему губами. – Умница, теперь я хочу почувствовать твоя язычок. Давай, Эрика, ты сможешь. Вытяни проворный язычок и проведи им от головки к моим яйцам, – о, я не сразу поняла, чего от меня хочет Артур, поэтому он взял меня за волосы и направлял туда, где я должна была его ласкать. Я видела, как пульсирует орган, чувствовала, каким твердым он стал, но Артур не разрешал мне останавливаться. Он говорил, что хочет кон… кончить в мой раскрытый ротик, хочет, чтобы я работала над ним, пока он не закончит, боже. Неожиданно Артур отстранил меня, позволив полюбоваться на восставший… на его… член, кхм.

– Ты хорошо поработала над ним, Эрика. А теперь подойди к моему комоду и поищи в левом верхнем ящике ножницы, – я никак не могла понять, зачем они нужны Артура. – Смелей, моя девочка. Все нормально – я не сошел с ума, – мне стало значительно легче. – Найди острые ножницы, ну а затем принеси их мне. Поторапливайся, иначе у меня пропадет весь настрой, – несмотря на то, что меня одолевали сомнения, я все же принесла Артуру ножницы. Я переживала, что он может навредить себе… вместо этого Артур набросился на меня. Он уложил меня на кровать и принялся резать трусики. Мне было страшно, но все оказалось не настолько ужасным, как я себя придумала. Артур вырезал большую дыру в белье – и теперь мог видеть неприкрытую ничем розовую расщелину с золотистым пушком по бокам.

– Что… что вы делаете?.. – задохнулась я от возмущения. Было жаль трусики, которое теперь оставалось только выбросить, вот только Артур, по-моему, был не согласен – похоже, что он хотел, чтобы я носила их в особых случаях. По крайней мере, он сказал мне что-то похожее.

– Теперь это твои трусики для наказания, Эрика, – Артур был доволен собой – он улыбался, любуясь моим смущением. – Ты будешь надевать их, чтобы я мог проникать в тебя, не теряя времени на снятие белья. Но я хочу, чтобы ты носила их не только во время наказания. Могу попросить сделать это в любой день. Но если я попрошу надеть именно это белье, значит ты будешь наказана в течение суток. И только потом я сообщу, за что ты будешь выпорота, Эрика, и как. После того, как я накажу тебя, я могу поиграть с твоей киской, либо же не трогать ее – все будет зависеть от твоего поведения и моего желания. Скорей всего, я не удержусь, о, ты не представляешь, насколько соблазнительно смотрятся бедра в таком одеянии.

– О-о-о...

– Эрика, обладать такой девушкой захочет любой мужчина, но делать это имею право только я. Ты поняла? – я кивнула, и Артур отпустил меня – теперь я не была прижата его телом к постели, поэтому дышать стало легче.

– Я могу уходить?

– Уходить? А мы разве закончили? – я не знала, что ответить, как и не знала, зачем об этом спрашивала. – Нет, Эрика, ты слишком торопишься, дорогая... Я скажу, когда можно будет уходить. Хочу, чтобы ты знала, как мне не хочется тебя отпускать сегодня и вообще, – мое сердце пело. – Ты так восхитительна сегодня. Тебе очень идут эти туфли и чулки, намного больше, чем служанкам, – да, да, как же я этого желала – просто мечтала снова чувствовать, что я особенная для Артура. Я хотела быть лучше Мари и Николь. – А теперь стань раком и выгни спинку. Ты хорошо подготовила мой член для своей пушистой киски. Он истосковался по ней. Я хочу, чтобы ты вставила его в себя, а затем я тебя отшлепаю. Как тебе? – это было чем-то новым... – Думаю, тебе понравится нежная порка во время проникновения. О, я буду драть тебя, – мне взволновали слова Артура, – и одновременно шлепать… ладонью.

Я очень сильно смущалась, но старалась выполнить приказ Артура. Мне было так стыдно… Хуже было только в тот день, когда Артур взял меня сзади. Я пыхтела, пытаясь вставить его штуковину в себя… я делала это снова и снова, делала до тех пор, пока не почувствовала, как член Артур вошел наполовину… Я боялась, что Артур грубо вобьет его, но он не торопился – положил ладонь мне на грудь и стал ее легонько массировать. Сжимал податливую плоть, теребил сосок, а когда я мелко задрожала от его чувственных ласк, Артур шлепнул меня по попке и зашептал на ушко разные пошлости. Он говорил, что я непослушная девушка – и заслуживаю того, чтобы меня имели каждый день. Артур требовал, чтобы я активно работала своей «сочной задницей».

– Давай, покрути ею. Ну же, подмахивай мне! Вот так. Ты просто необузданная кобылка. Но ничего, я тебя укращу. Спокойнее, Эрика. Тише... Двигайся так, чтобы мой член не выходил. Он должен оставаться в твоей киске. Я не хочу покидать ее. Только не сегодня. Не сейчас. О, ему нравится твоя горячая пещерка. И мне она нравится, Эрика. У тебя восхитительно-узкая дырочка. Такая нежная, розовая.

Сначала мне казалось, что Артур шлепает меня легонько, но чем резче он входил в меня, тем сильнее порол. Через некоторое время Артуру не было нужды говорить мне, чтобы я активно двигала попкой. Я дергалась после каждого шлепка, вращала бедрами, виляла ими в разны стороны, я надеялась хоть как-то спастись от обжигающих ударов... О-о-о, я творила невообразимые вещи – я превратилась из скромницы в фурию, в дикую лошадь, которая намерена сбросить всадника. Но Артур не думал сдаваться. Похоже, мои брыкания только заводили его. Так же, как и мои слезы. Артур ударился о мои бедра еще несколько раз, и я почувствовала, как внутри меня, о, боже… он сделал это… он кончил в меня… Сомнений не было. Я чувствовала, как его семя вытекает наружу, и я понимала, что оно могла остаться внутри. О нет! Я могла забеременеть. Но почему сейчас?.. Почему?! Когда все так зыбко и совсем непонятно.

Артур еще дрожал от удовольствия, но его взгляд был довольно суровым…. Артур велел идти в ванную и хорошенечко вымыться. Он долго рассказывал, как и что мне делать. Было неловко и… страшно. Артур говорил, если я сделаю все так, как он научил меня, то ребенка не будет. И он говорил, что я больше виновата в том, что произошло, чем он – это моя попка в изрезанных ножницами белье была настолько соблазнительна, что… в общем, он не смог устоять. Артур сказал, что ему впервые захотелось заниматься сексом без остановки. Не прерываясь на вытаскивание и защиту. Ему хотелось навечно остаться в моей киске. Долбить меня и долбить.

Артур внимательно следил за тем, как я отмывала свое тело от его… любви, а после он сказал, чтобы я одевалась. Мне пришлось снова напяливать на попку откровенные трусики, натягивать чулочки и обувать туфельки. Когда мы зашли в комнату, Артур протянул мне белый бюстик и короткое платьице на тонких бретелях, которые потом так и норовили соскользнуть с моих плеч. Ткань приятно холодила разгоряченное струями тело. Похоже, это был шелк.

Казалось, Артур куда-то собирался. Да, так и было... Он взял с собой мольберт с красками – ми едем рисовать. Едем, чтобы рисовал Артур, а я, скорее всего, буду его вдохновлять. Своими слезами и голым телом. Я надеялась лишь на то, что сегодня меня не будут пороть…

Мы приехали в новое место. О, жаль, что мне не позволили насладиться природой. Я должна была снять платюшко и лифчик, ну а затем… Затем Артур попросил развернуться к нему спиной. И он сделал это. Он снова это сделал – стал хлестать меня, кажется, лозой. Он сыпал удары мне на спину, а потом отходил от меня и принимался писать картину. О, как же было холодно, но я не жаловалась... Когда Артур закончил, я дрожала как осиновый лист. Продрогший листок, подставляющий обнаженные бока промозглому ветру. Я позировала несколько часов, ага, точно не меньше. У меня замерзло все – даже попка, обтянутая порезанными трусиками. Артуру же моя дрожь казалась забавной. Он сказал, что нужно в следующий раз надеть белье потеплее, а сегодня он нагреет меня сам…

Артур сразу придумал, как меня согреть – попросил нагнуться и обхватить руками лодыжки, после чего принялся меня пороть. Ох, я довольно быстро нагрелась. Прошло минут пять, а мое тело просто горело. Артур нанес мне двадцать ударов розгами. После каждого удара он проверял, насколько нагрелась моя задница. Когда Артур посчитал, что попка достаточно горячая, он разрешил мне одеться и мы поехали домой, наверняка нас там ждал горячий ужин. Надеюсь, в этот раз Николь все сделала правильно.