Испытательный срок. (СИ)

Глава 2. В которой сладость и горечь устраняют все различия

Глава 2. В которой сладость и горечь устраняют все различия

Проснулась я через несколько часов, с колотящимся от страха сердцем, не понимая, где нахожусь. С облегчением увидев на соседней кровати мирно спящую Лим, постепенно успокоилась. В соседней комнате разговаривали, и я постучалась к попутчикам. Оказывается, Альд и Эгенд уже успели сходить в город за оставленными в лавке продуктами, а Михо собирался заняться приготовлением ужина. Узикэль оставался в телеге и следил за всеми прибывающими караванами.

— Все остальное решим завтра, — покачав головой, изрек маг. — Нам надо отдохнуть и подумать. Банчис не стал цену задирать, узнав, как с нами поступили в обозе. Денег нам хватит дней на семь. За такой срок что-нибудь да подвернется. Будем соглашаться на то, что предложат. Скорее всего, для тебя, Михо, скоро найдется транспорт, Ута – городок небольшой, но обозы часто ходят туда за рыбой. А вот Лим нам нужно довести до самого места. Правда, не знаю, в каком состоянии там тракт с тех пор, как медноволосые разругались с мелюзинами… Узикэль пусть сам решает свои проблемы, в любом случае мы не откажемся приютить его в своей телеге. А вы? — Сонтэн выразительно улыбнулся близнецам.

— Как будто у меня есть выбор, — буркнул Альд.

— Я с братом, — коротко высказался Эгенд.

— Вот бы встретить по пути эту дрянь, Динору, — хищно произнес младший из братьев, глядя на потолок.

— Старые тракты, — на лице Сонтэна мелькнуло странное выражение. — Глупая идея. Блажь. Не нужно нам повторять такой путь.

— А вдруг, — мечтательно сказал Альд.

— Накаркаешь, — пробурчала я.

В комнату, зевая, вошла Лим. Зарделась, увидев лежащего на кровати Эгенда, расслабленного, в расстегнутой у ворота рубашке.

— Даша, Альд, — сказал Сонтэн. — У меня к вам просьба: все же потолкуйте с хозяином, расспросите его об этом их местном маге-мастере, кто такой, сколько берет. Хорошо бы прикупить у него веревки и самоцветы для нашей телеги. Заодно пусть поможет все это надеть на борта.

— Зачем? — удивилась я. — Разве мы не собираемся присоединиться к готовому обозу? Неужели вы сами хотите попробовать повести телегу, учитель?

— Хочу, — признался Сонтэн. — Давно этого не делал, да и рука побаливает, но может так случиться, что другого выхода у нас не будет. Найдите мне этого мага, а Лим пока сварит трав и перевяжет рану, разнылась она у меня что-то к вечеру.

… Мы с Альдом, неохотно оторвавшимся от кровати, и Михо, нагруженным продуктами для ужина, вышли в теплый, несмотря на позднюю осень, вечер. Природа решила побаловать нас на прощанье, и местный маг тоже, видно, решил не упускать последние солнечные лучи. Он валялся в одной из разбитых телег без верха, доживавших свой век на заднем дворе среди другого подобного хлама. Звали мага Ирэмом. По словам Банчиса, он был эльфом-полукровкой и уже несколько недель болтался на постоялом дворе, мягко скажем, не перетруждаясь, зато поддерживая договор с хозяином, позволяющий ему посылать к импам всех длинноухих, собирающих магов в ополчение. Заработав несколько серебряных монет на плетении Нитей, установке самоцветов и проверке телег, Ирэм тратил их на еду, отказываясь лишний раз двигаться без особой надобности. (Вообще, судя по магу, Тбору и матерщиннику-бруни, с обслуживающим персоналом Банчису катастрофически не везло. То ли орк был слишком добр, то ли Нитей на удачу и процветание в доме не хватало).

Ирэм был бы похож на мага, если бы не был так небрит и растрепан. Маги, как я успела заметить, все сплошь следили за собой, стараясь не уронить достоинство своей Гильдии, одеваясь подобающим образом в красивые камзолы и куртки с обязательной бахромой и особой вышивкой, волосок к волоску расчесывая длинные волосы (накопители магии, и вообще, по уставу так положено) и вовремя бреясь. Сонтэн даже в дни болезни просил Лим подравнять ему бородку и распутать сбившиеся пряди. И тот полукровка с файнодэрской кровью, что пытался за мной ухлестывать в обозе, выглядел бы франтом, если бы не был так страшен на морду. А этот… Ирэм… красовался перед нами двухдневной щетиной и слипшимися волосами, черными с рыжиной. Куртка у мага блистала дырочками от выдернутых ремешков, не хуже, чем у Альда. Загорал Ирэм в одной рубашке с потрепанным воротом, узких брюках, некогда светлых и сохранивших некий налет элегантности, и босиком. Пятки у него были грязные, сапоги торчали на подпорках телеги, стоптанными подошвами вверх.

— А он точно маг? — шепотом спросила я, пока Альд без особого пиетета рассматривал вальяжно развалившегося в телеге мужчину.

— Точно, — сказал маг, раскрывая глаза.

Мы встретились взглядами. Я едва не охнула и даже вздрогнула: передо мной заискрилось ослепительно-белым. Искры на миг скрыли лицо мага, лишь светились сквозь них яркие, синие, очень глубокие под темными густыми бровями и... жутковатые глаза. Видение длилось секунду. Маг моргнул и посмотрел на моего спутника. Цвет радужки у него, кстати, оказался обычными, темными, какого-то грязноватого оттенка. К вспышкам искр я уже немного привыкла, но никакой логической связи между ними и происходящим вокруг пока не наблюдала.

Маг и Альд несколько секунд играли в гляделки, и Альд, к моему удивлению, не выдержал первым.

— Ирэм кто? — спросил он подозрительно.

— Ирэм музжэг, — ядовито ответил маг, заводя руки под голову, но не торопясь вставать.

— Музжэг – это не имя рода, — немного смешался Альд. — Это всего лишь значит, что ты полукровка. Какой у тебя род?

— А тебе не все равно, мальчик? Я же не спрашиваю тебя, кто твои папочка и мамочка. Хотя от тебя за версту разит северными эльфами. Кто? Тимидиэны? Нет? Ну у и имп с тобой, мне все равно.

— Мы могли встречаться при дворе Кэльрэдина Медноволосого?

— Я не якшаюсь с Медноволосыми. А если ты из тех, кто заставляет почтенных магов вступать в армию Длиннорукого, чтобы сражаться с нашими бывшими союзниками троллями, так я уже нанят. Вот, — маг приподнялся, обнажив крепкую смуглую руку с целой гирляндой кожаных ремешков, и вызывающе уставился на собеседника.

— Мы по другому делу, — сухо сказал Альд, мельком взглянув на выставленную напоказ длань. — Нам нужен маг, мне и моим спутникам. Маг по телегам и прочему.

— Я маг, — Ирэм вновь откинул голову на скрещенные руки. — По телегам и прочему. Только я не собираюсь вам помогать, тебе и твоим спутникам. Идите к импам, маленькие злые эльфы, у меня выходной.

Маг закрыл глаза, давая понять, что разговор окончен. Альд засопел и оглянулся на меня, мол, как с таким говорить?

— Оот. Простите, — как можно вежливее, даже немного подобострастно, произнесла я, — господин Ирэм.

Подействовало. Маг недовольно цокнул языком и снизошел до моей персоны, то бишь открыл один глаз и повернул голову в мою сторону.

— Мы просто хотели купить веревки для телеги и несколько самоцветов. Если вам затруднительно, подскажите, где можно приобрести упомянутое.

Магу было затруднительно. Поэтому он нехотя выдавил:

— В любой лавке на станции.

— А разве сейчас мы не станции, господин маг?

— Нет, детка, вы на постоялом дворе.

— Но здесь же чинят телеги?

— Чинят.

— Тогда здесь и лавка должна быть.

— Повторяю: нет здесь лавки! Это постоялый двор, а не станция.

— На вывеске написано: «маг, настройка, починка телег».

— Где написано? А, ну да, — Ирэм поморщился. — Давно хотел дописать: «выходные – с первого по седьмой дни недели». Жалею, что не успел…. А в чем вообще дело? Из какого вы обоза? И зачем вам веревка? Вы не маги.

— Мы не из обоза. Нас отцепили и…

— Хо! Те самые черные колдуны!

— Мы не колдуны!

— Да знаю я! Это была шутка, детка! Здесь таких колдунов каждый день по три телеги. То показалось, то привиделось, то соседям не угодили…

— Это про нас. Не угодили… соседке.

— Ваши проблемы! Тащите свою телегу на ближайшую станцию.

— Не можем. Здесь нет лошадей. И лавки! Почему здесь нет лавки, а?

— Здесь нет лавки, потому что это не станция! И какого абымжа здесь должна быть лавка?! Здесь есть я!!

— Замечательно! Тогда продайте нам веревку и самоцветы. Господин Банчис говорил, у вас есть.

— Маленькие злые эльфы! — с чувством выговорил Ирэм, довольно нахально меня разглядывая. — Хотя нет, ты не эльфийка. Неважно. Хорошо. Я продам вам веревки. И самоцветы. Три на борта и не больше десятка на колеса! Не больше! Но вести вашу телегу к станции не буду. Ищите мага сами.

— У нас есть маг. Ему просто нужен ваш совет и помощь в закреплении Плетения.

— У вас есть тележный маг?

— Да.

— М-м-м… Так какого ему моя помощь? И совет.

Сказка про белого бычка!

— Потому что он стар и ранен. В схватке с нечистью на тракте. И искры к нему вернулись совсем недавно. Сонтэн сможет сплести Нить, но правильно продеть его над колесами… Он не уверен, что помнит, как это делается.

Маг сел, свесив ноги.

— Вы из того обоза, на который напали в пути нечисть?

— Да, вы уже слышали?

— Об этом все слышали, — маг машинально пригладил волосы и тяжело вздохнул. — Ладно. Дайте мне пару минут. Посмотрю, что можно сделать.

Уходя, я с победным видом посигналила Альду бровями. Тот пожал плечом: подумаешь!

— Я его где-то видел, — сообщил мне эльф. — Вот только убей не помню, где и когда.

— Может, позже вспомнишь, — предположила я. — Тип-то со странностями.

… Маг присоединился к нам за ужином. Он пришел как был, босиком (я поняла, почему у него ноги грязные, вспомнила Сонтэна после обретения им магии, тот игнорировал наши с Лим причитания и упрямо отказывался надеть сапоги даже в дождь и холод – земля забирала побочные эманации волшебства через подошвы стоп) и стоял, с недоумением рассматривая нашу колоритную компанию. А посмотреть было на что: две потрепанные дорогой девицы, вертлявый мальчишка-кларикон, чувствующий себя как дома в обществе других рас, два эльфа, одинаковых с лица, старый маг с перевязанной рукой, повар-свинопас с восторженным поросенком под мышкой и унылый файнодэр, примостившийся на краешке лавки. Хэ, подумала я, наблюдая за лицом мага, это ты, голуба, еще не всех видел.

Под мышкой Ирэм держал два длинных корневища баата, предположительно, свой будущий ужин..

— Бедняга, — шепнула мне на ухо Лим.

Мы обе захихикали. Ирэм стрельнул глазами в нашу сторону и остался стоять. Сонтэн поприветствовал коллегу и представил присутствующих. Присутствующие без стеснения ответили молодому магу любопытством на любопытство. Ирэм, кажется, даже немного смутился от такого внимания. Настроение у нас было несколько эйфоричное. Полагаю, причиной был обильный ужин, над которым весь вечер так трудился Михо. Нужно было видеть, как все мы, изголодавшиеся в дороге, крутились вокруг колдующего над едой парня, а тот, оккупировав сразу три жаровни, сновал между ними с огромной ложкой, успевая пробовать, помешивать и сыпать приправы. Такой вкуснятины, приготовленной из свежих продуктов, в нашей телеге не ели давно. Я, к примеру, просила уже вторую порцию непривычной для взгляда, но очень вкусной ярко-желтой фасоли с маленькими тефтельками. Лим налегала на тушеную тыкву. Близнецы сосредоточенно обгрызали жареные на углях свиные ребрышки. Огунд ел все и от души – правильно, ребенку расти нужно. Сонтэн отдал должное каждому блюду понемногу. Михо, видимо, напробовавшись и нанюхавшись во время готовки, едва ковырялся в тарелке, с довольным видом поглядывая на наши блаженные физиономии. А Узикэль, скромно пристроившись на краешке лавки, словно бедный родственник, клевал по чуть-чуть из своей тарелки (наклевав, кстати, уже порции на три).

Маги пообщались за погоду и пришли к согласию в том, что недавнее вмешательство черной магии в природный баланс еще вернется людям сторицей. Вечер был и впрямь подозрительно приятным для поздней осени. Темнело. Вокруг магических фонариков кружили ошалевшие от тепла мотыльки. Пахло специями и медом.

— Окажите честь, — сказал Сонтэн. — Разделите с нами ужин. Ней-маган. Мы разные существа, и пути у нас разные, пусть терпкость, сладость и горечь устранят все различия и примирят нас на время трапезы, какое зло не таили бы наши души.

Последнюю фразу учителя я уже слышала раньше. Этими высокопарными словами приглашались за стол незнакомцы, конечно же, при условии добавления в пищу специй. Вот интересно, а у нашего обычая кричать на свадьбах «горько» не оттуда ли ноги растут? Говорят, так в старину от свадебного стола нечисть отваживали.

Избавившись от баата, Ирэм кивнул и сел за наш стол рядом со мной. Мы с Лим потеснились. Маг ел быстро и на удивление аккуратно. Близнецы предложили ему свои столовые приборы, которые они возили с собой в кожаном чехле: золоченые двузубые вилки, ножи, похожие на скальпели, глубокие ложки с резными костяными ручками и острые серебряные палочки. По лицу Ирэма скользнула странная гримаса, но он кивнул в знак благодарности и выбрал несколько непонятных предметов. Пользовался он ими мастерски. Я бы вот никогда не догадалась бы, что эти палочки предназначены для мяса, а плоская острая ложка – для выковыривания сердцевины странного местного овоща, похожего на авокадо. Я заметила, как напряженно следил за магом Альд. Остальные не выпендривались – ели обычными деревянными ложками из посуды Банчиса, а «авокадо» обгрызали с краев.

Беседа, прервавшаяся с появление нового лица, потекла в прежнем русле. Наша компания вела себя на удивление культурно. Даже Альд, отвалившись от стола, благодушно попивал медовую воду и только изредка бросал внимательные взгляды на молодого мага. Говорили о погоде, ценах на продукты, специи и тележную мазь. Мы с Лим негромко обсуждали предстоящие нам поздним вечером банно-прачечные процедуры. У Банчиса имелся медный бак с магическим огнем под дном, в нем целыми сутками грелась вода – только успевай черпать. Как только уровень понижался, водичка подливалась через специальный клапан прямо из ручейка, стекающего по скале рядом с баней. А я еще сетовала, что в магическом мире мало технологических удобств. Мы предвкушали, как будем отмокать в медных ваннах, а потом обмажемся вкусно пахнущими притираниями из недавно купленных. Девчонки есть девчонки.

Ирэм, сидящий рядом, вдруг наклонился ко мне и шепнул:

— И как тебе это удалось?

— Что? — я почему-то подумала, что маг удивляется по поводу количества поглощенной мной еды (честно, сама в шоке была), и почти смутилась.

— Приворожить мальчика из Донирээнов. Его, кажется, Альд зовут. Красавчик. Только злой.

— А… — я сразу успокоилась и легкомысленно махнула рукой. — Это не я.

Маг пристально вгляделся в Альда, занятого разговором с братом.

— Верно, не ты, — произнес он с легким разочарованием в голосе.

— Просто мне повезло оказаться в неправильном месте в неправильное время.

— Я бы так не сказал, — многозначительно протянул Ирэм.

— Альд не злой, — сказала я обиженно, словно при мне поругали младшего брата. — Мы дружим… почти.

Но Ирэм уже уткнулся в тарелку и полностью потерял ко мне интерес. Вот и думай теперь, что он имел в виду. А поинтересоваться напрямую как-то страшно, маг все-таки. К тому же Сонтэн начал расспрашивать Ирэма об имеющихся у того веревках и самоцветах. Беседа приобрела непонятное мне техническое направление. Я тихонечко выскользнула из-за стола, прихватив глиняную тарелочку, наведалась к котелкам и пошла к телеге.