Через долгие десять дней глава медицинской службы Лидана подтвердил, что импланты полностью прижились и встроились в структуру мозга, став с ним почти одним целым. Оставался последний этап – и, возможно, Лидан сможет снова держать свою истинную за руку.
Все эти дни весь персонал исследовательского центра работал только на одно – уникальную систему синхронизации искинов медицинских капсул. Лидан сумел заразить всех своим желанием вернуть Ливии сознание. Им уже не казалось это таким уж несбыточным. Ну и, если у творца ничего не выйдет, его просто вернут и будут думать дальше.
Только у Тайра упрямо не исчезала вертикальная морщина между бровей.
- Друг мой, - Лидан положил руку ему на плечо, - у нас всё получится.
Тайр качнул головой.
- Ты не знаешь, что у неё в голове. Ты не знаешь, с чем столкнёшься. И я вовсе не уверен, что ты так просто сможешь вернуться. Никто не проводил такие эксперименты между живым и погибшим мозгом именно потому, что это опасно. Это слишком тонкие материи. Ты можешь не вернуться.
- Значит, однажды в Ал-Лани родится следующий творец. Мы все заменяемы, Тайр. Мне приятно, что ты переживаешь за меня, но надеюсь, это не помешает тебе провести эксперимент до конца.
- Что мне остаётся? – поджал губы Тайр и отвернулся к окну. За ним бескрайний океан катил белоснежную пену волн. Вздох всё-таки вырвался из груди Тайра. Ему решительно не нравилось всё.
Наконец, работы завершились. Невероятно сложный прибор установлен между двумя медицинскими капсулами. Он должен связать сознание двух истинных, используя импульсы имплантов, как мост. Лидан очень надеялся, что тех остатков нейронов хватит, чтобы он мог дотянуться до сознания Ливии.
И снова творец ложился на прохладный мат. Руки, ноги и голову закрепили гибкие держатели. Лёгкий угол в шею заставил Лидан поморщился. Его взгляд столкнулся со взглядом Тайра.
- Не смей меня отключать, пока не очнётся Ливия. Ты меня понял?
Тайр вздохнул. Он считал, что Лидан сошёл с ума. А с сумасшедшими не спорят.
- Пообещай! – Лидан поднял руку, заставляя держатель отпустить её, и Тайру ничего не оставалось, как крепко сжать ладонь друга.
Только после этого творец позволил закрыть медицинскую капсулу. Тут же манипуляторы начали свою чёткую работу. Лидан, улыбаясь, закрыл глаза. Через несколько минут он полностью отключился, и искин начал отключать работу его органов, забирая их функции себе, освобождая мозг, от любой нагрузки. Искин заботливо укутал Лидана сетью трубок, и он стал похож на Ливию. Теперь жизнь его тела полностью зависела от медицинской капсулы.
Тайр запустил новый искин, связавший две капсулы, и по показаниям на мониторе понял, что импланты включились в работу. Вот и всё. Лидан начал путешествие в чужое сознание. Всё, что осталось – ждать и надеяться…
******
Лидан ожидал, что так будет. Постепенно все звуки вокруг стихли, ушли на задний план, а потом и вовсе исчезли. Он ощутил странное спокойствие, близкое к забвению, но вдруг осознал, что не спит. Сколько времени прошло после его подключения? Пару минут? Или часов? А быть может веков… здесь времен нет…
Творца окружала полная тьма, такая густая, что даже у самых глаз он не смог рассмотреть пальцы собственной руки. В этом жутком мраке, в котором липким ужасом оживают все твои страхи, живёт его девочка. Его маленькая, непокорная истинная.
- Ливия… - позвал тихо, чтоб не напугать. – Детка, это я, Лидан. Не бойся. Я помогу тебе. Слышишь?
Имплант должен дать дополнительный импульс тем нескольким нейронам, что ещё живы. Она должна его услышать.
Ждать пришлось мучительно долго. Казалось, страшные монстры кружат вокруг, заставляя чувствовать дикий страх и отчаяние. В это превратилось сознание Ливии? Лидан хмурил брови, будто это могло как-то помочь, крутился вокруг себя, пытаясь, хоть что-нибудь рассмотреть, но с тем же успехом – не видел ничего. Полный мрак.
Он уже отчаялся и заорал во всю силу виртуальных лёгких:
- Ливия! Где же ты? Отзовись!
И снова тишина. Лидан коснулся лба дрожащими пальцами. Не может этого быть. В это трудно поверить, но, кажется, он проиграл. С глухим отчаянием творец понял, что окончательно потерял своё сокровище. Он опоздал. Он слишком долго тянул! Трин и Ферт были правы… Всё зря.
И вдруг, на грани слышимости, тихий всхлип коснулся его слуха.
- Ливия?.. – быть может, это просто галлюцинация? Просто ему так хочется её услышать. Творец затаил дыхание, прислушиваясь изо всех сил.
Ещё один тихий-тихий всхлип. О, Первый! Нет! Ему не показалось!
- Детка, ты слышишь меня? – сдерживая в голосе рвущуюся наружу радость, позвал ещё раз.
И вдруг ему ответил совсем тонкий, испуганный детский голосок, почти шёпот:
- Страшно…