Истинная творца

Глава 41.

Творец шёл полный какого-то величия, которого Ливия раньше в нём не замечала. Сейчас Лидан, как никогда, был похож на Яна. Тот же холодный взгляд, та же надменность в чуть сжатых губах, то же превосходство в каждом движении и лёгком повороте головы.

Он не раздавал приветствия, не рассматривал гостей. Он шёл к тому, ради которого выполз из своей раковины. Чуть прикрыв веки, Найри рассматривал Лидана из-под длинных ресниц. Сейчас в душе императора смешалось удовольствие от того, что он вновь видит своего творца, и азарт от борьбы за Ливию, чьё стройное тело напряглось под его сильной ладонью.

Лидан почти подошёл к ним, а Ливия всё не могла оторвать от него взгляд. Она хотела не смотреть на него и не могла не смотреть. Вот он — настоящий. Живой. Не голограмма, не кадр в новостях, не случайная тень в её беспокойных снах.

Его роскошные белоснежные волосы стали длиннее. Уложены безупречно, но Ливия знала: если бы она провела по ним рукой, они бы рассы́пались мягкими прядями под её пальцами. Она помнила ощущение от касания к ним.

Но не это заставляло затаить дыхание.

Глаза.

Тёмные, глубокие, бездонные. Она могла бы сказать, что они остались прежними. Но нет. Они изменились. Кажется, они стали темнее и... они стали безразличными. Ливия ещё помнила, как они горели, когда он смотрел на неё, как искрились любовью. Сейчас они были почти мёртвыми. От этих чужих глаз, которых она не знала, по телу Ливии пробежал озноб.

Она старалась удержать на лице безразличную маску. Но непослушные губы дрогнули. Ей пришлось напомнить себе, что это Лидан отказался от неё. Это он не дал ей шанса на разговор, а потом трусливо избегал встречи с нею. А значит, ровнее спину и твёрже взгляд. Пальцы императора на талии сжались чуть сильнее, причиняя лёгкую боль. Ливия чуть подняла брови и чуть повернула голову к Найри, но он смотрел только на творца.

И вот Лидан остановился прямо перед ними. Его взгляд — только императору. Лёкгий поклон, полный уважения:

— Ваше Величество….

— Мой творец… — зажурчал в ответ Найри. — Мы рады видеть тебя. — и тут же ядовито добавил: — Наконец-то ты вспомнил о нас. Что держало тебя так далеко от твоего императора?

Уголки губ Лидана чуть дрогнули.

— Простите, Ваше Величество. Мне нет прощения.

— Хорошо, что ты это понимаешь. И тем не менее мы рады тебя видеть. Прекрасно выглядишь.

Лидан снова поклонился. Найри редко любезничал с кем бы то ни было. Это особая честь.

— Никто не сравнится красотой с великим императором Ал-Лани. — вернул комплимент творец.

— Подхалим. Не думай, что мы так просто забудем, как долго ты избегал с нами встречи. — довольно усмехнулся император. — Ну довольно любезностей. Как всегда, чувствуй себя как дома. И, кстати, почему ты не здороваешься с моей особенной гостьей? Вот кто действительно прекрасен!

Рука императора чуть поднялась вверх от талии Ливии и затем также медленно сползла на бедро. Лидан перевёл на бывшую невесту глаза. Ничего в них не изменилось, не дрогнуло. Он холодно улыбнулся:

— Здравствуй, Ливия. Без сомнения, ваше Величество, ваша гостья прекрасна, как всегда. Вы разрешите мне отойти к семье?

Всего лишь дежурный комплимент. Такой же, как те, что будут сказаны сегодня сотнями. От него не тепло, не холодно. От него лишь чувство досады.

— Конечно, мой дорогой. Как я сказал, будь, как дома… Развлекайся. Но не вздумай покинуть нас без разрешения. А нас ждут ещё дела.

В этот момент вспыхнули яркие голограммы новых гостей, и Найри легко подтолкнул Ливию в сторону от Лидана. Она лишь успела заметить, как тот учтиво поклонился матери и Эрис. Как расцвело улыбкой прекрасное лицо Элии, и она протянула руки к сыну. Отцы тоже остались с семьёй. Ей же рука императора не дала шанса остаться, уверенно направляя и удерживая.

Какое странное чувство. Ливия пыталась привести в порядок бурю в душе. Вот он — рядом, а они и парой слов не перекинулись. Мало того, они будто и не знакомы вовсе. Будто не он рисковал ради неё жизнью, не он вытащил из небытия, не он обещал ей столько всего. Двое алланийцев, которые когда-то принадлежали друг другу, сейчас были как две планеты, разлетающиеся в разные стороны со скоростью света всё дальше и дальше.

Ливия сдержанно улыбалась восторженным комплиментам, что-то отвечала на вопросы гостей Найри, ловила восхищённые и немного завистливые взгляды. Ей до мушек в глазах хотелось оставить императора, найти Лидана и ещё раз посмотреть в его глаза, так похожие на черноту дальнего космоса — холодную, опасную и пустую. Хотя, что его искать? Вон он. Вокруг творца необычное оживление. Каждый из гостей императора старался выказать творцу уважение. Лидан сегодня будет очень занят.

Наверное, она слишком долго смотрела на него. Лидан вдруг перевёл взгляд и уткнулся прямо в её глаза. Чуть склонил голову и тут же разорвал контакт, вернув внимание кому-то из важных алланийцев, ещё раз ранив душу Ливии.

Ливия сжала губы. Наверное, так же было больно Лидану, когда она рассекала с Дайрамом. Ливия перевела взгляд за окно. Что ж, она увидела всё, что хотела. Нет, она не ждала, что после пяти лет Лидан вдруг кинется к ней с объятиями. Это было бы слишком наивно. Но ей хотелось, хотя бы тепла во взгляде. Хотя бы намёка, что он рад её видеть и, быть может, сожалеет обо всё, что произошло. Ей было бы стыдно признаться себе самой, что она хотела выглядеть безупречно для него. Не для Найри. Не для того, чтоб остальные гости захлебнулись завистью, истекая слюной. Она всегда была звездой, она привыкла к бешеному вниманию к своей персоне… Сегодня ей нужно было внимание всего одного мужчины.

Что ж… Ей некого винить. И снова в голове, как туман прошлого, всплыли слова того странного оракула с далёкой планеты Овия: «Ты ищешь то, что давно у тебя есть. Но твоя гордость не даёт смириться и принять неизбежное. Ты найдёшь то, что ищешь, лишь когда потеряешь.» У неё была любовь, которую она не оценила. Ей казалось, что она нашла свою любовь, но теперь её не оценили. Оракул ошибся. Что взять с ярморочного шарлатана? Больше искать любви она не будет. Поиски закончены. Она выбирает власть. Сегодня она даст ответ Найри… Всё решено.

Никто не посмел бы обсуждать, даже очень тихим шёпотом, то, что император весь вечер не отпускает от себя молодую дочь семьи Ал-Тэддис Ал Тэрис. Но следить-то можно. И жадные глаза подмечали каждое движение, каждый взгляд, каждый жест. Развлекательную часть торжественного приёма начал танец императора с Ливией. Смотрелась пара божественно красиво. И пока Ливия под прицелом внимательных глаз легко следовала за императором, она не видела, как смотрел на них Лидан.

— Ваше Величество, я немного устала… — после танца Ливия решилась избавиться, хоть ненадолго, от пристального внимания императора.

— Найри, милая. — поправляя, муркнул император и милостиво разрешил: — Конечно, отдохни. Иди к Эрис.

Император проводил Ливию взглядом, проконтролировал, как Эрис взяла дочь за руку, и отвернулся к подошедшим алланийцам.

Ливия выскользнула в личное крыло дворца. В семейных апартаментах сменила туфельки на более удобные и вышла в закрытую часть дворцового сада. По дорожке, подсвеченной прямо снизу, она медленно пошла к особому месту — удивительному фонтану. Его подарил императору, конечно же, творец.

Удивительные веточки с тончайшими перламутровыми листочками висели над огромной хрустальной чашей. Прямо из воздуха появлялись серебристые капельки воды, так похожие на слёзы, и стекали с тихим шелестом да самого низа. Но ни одна капля не падала в чашу. Все они исчезали в воздухе так же, как появлялись. Настроенное особым способом освещение делало композицию живой. Удивительное творение, чарующее. Ливия любила бывать здесь. Иногда она перебирала тонкие листочки длинными пальцами, витая в собственных мыслях. И сейчас ей хотелось немного покоя вдали от шумного приёма. Ей нужна была передышка. Ей нужно было немного подумать…

Тихо ступая по светлой дорожке, она вышла к фонтану и замерла в тени за полшага до освещённой площадки. У фонтана, чуть опираясь руками о хрустальную чашу стоял алланиец…