Измена. Два шага назад

Глава 11. Лучшее решение

Юлия.

— Перед тем как мы поедем в суд, я хочу, чтобы ты знала... — Слова даются мне тяжело, и я ужасно боюсь потерять Нату, но и не сказать ей не могу. — Твой отец мне не изменял. Недавно выяснилось. Он сказал это, чтобы увеличить страсть в наших отношениях.

— Увеличил? — Дочь фыркает, закатывая глаза. — Идиот.

— Нельзя так. У всех свои методы. — Улыбаюсь, стараясь разрядить обстановку. — Я просто не хочу тебя обманывать и не хочу, чтобы ты ненавидела папу. Отец он хороший. Он тебя любит.

— Я знаю. — Выдыхает. — Но ты любишь дядю Гришу. И ты с ним счастлива, мам, я вижу. Ты светишься вся. С папой я тебя такой никогда не видела. Я не буду против развода, мам. Та истерика... Это было глупо и эгоистично с моей стороны.

— Я люблю тебя. — Прижимаю Нату к себе и крепко обнимаю. — Спасибо, что ты у меня такая умничка.

— Ты меня так воспитала. — Пожимает она плечами. — Ладно, поехали.

Гриша привозит нас в суд, но не уезжает. Остаётся ждать на парковке. И хорошо, что так. Я его еле уговорила с нами не идти. Три дня на это потратила.

Как только входим в коридор, сразу же замечаю Антона. Стоит, облокотившись спиной о стену, и смотрит прямо перед собой невидящим взглядом. Наверное, это ужасно, когда ты собственноручно разрушил семью и ничего не можешь исправить. И мне его жаль. Правда. Но из-за жалости я счастлива не буду. И он тоже не будет.

— Отойдём? — Спрашивает, только завидев меня.

Киваю, и мы отходим в конец пустого коридора, где нас точно не будет никому слышно. Антон выглядит взвинченным, озадаченным, убитым. Он сжимает и разжимает кулаки, постоянно трогает своё лицо и глупо улыбается. Так, словно пытается от меня защититься.

— Я поговорила с Натой. — Начинаю первая. — Она не будет тебя ненавидеть. И мы сошлись на том, что, если ты захочешь, она будет жить две недели у тебя, две у меня.

— Мы можем не разводиться, Юль? — Шмыгает носом. — Я всё исправлю, обещаю. Я люблю тебя. Неужели одна маленькая ложь может всё разрушить?

— Тош, это не маленькая ложь. И не первая. Ты же постоянно мне врал. Я на работе, а сам в баре со своим Борей. Я сегодня жду сантехника, не могу к твоей маме, а сам смотрел футбол и расслаблялся. Я в командировке, а сам уехал в отдых с друзьями. Ты врал мне просто так. От нечего делать. От чего-то крупного до самых мелочей, по типу что ты не можешь забрать Нату со школы, потому что у тебя сломалась машина, или ты не знаешь, где пульт, хотя сам его спрятал. Ложь — неотъемлемая часть твоей жизни. Вздыхаю. — Нам давно светил развод, Тош. И твоя идея лишь стала последней каплей. И не только из-за лжи. За каждый твой букет цветов я должна была вытворять что-то в постели, хотя целый день я горбатилась на работе, а затем и дома, и ты даже не удосужился мне помочь. Но почему-то считал, что раз уж ты купил этот чёртов веник, я должна. А потом и вовсе перестал их дарить. Даже на восьмое марта. Только когда я, по твоему мнению, клевала тебе мозг. Выпрашивала внимания. И то должна была что-то взамен. Хотя я и так много для тебя делала. Слишком много. А секс? Ты хоть раз подумал обо мне? В начале отношений, брака — да. Ты ещё что-то делал. А потом? Наша страсть заканчивалась последние годы только твоим удовольствием. Раз, два, спасибо, я спать. Тебя не волновало, что чувствую я. Ты обо мне не заботился. Мне не больно... Совсем не больно, потому что сейчас я получаю гораздо больше. Втройне. А проблемы? Когда у меня появлялись проблемы на работе, дома? Когда у меня случалось выгорание, депрессия? Ты смеялся надо мной. Я сама решала свои проблемы, Антон. А в семье не должно быть отдельных проблем. Они всегда общие. Когда заболел мой папа, и ему нужны были деньги на лечение, ты что сказал? Это ТВОЙ отец, ты и думай. И мне на самом деле жаль, что я поняла это только сейчас.

— Я всё исправлю. Исправлюсь. Прости меня... — Хрипло. — Мне не нужен никто кроме тебя.

— Извини. Я не люблю тебя. — Проглатываю ком. Говорить такое человеку, который был со мной с самого начала, был моей первой любовью, тяжело. Очень тяжело. — Я хочу, чтобы меня ценили и любили. А я буду любить в ответ.

— И у тебя уже есть такой человек... — Добавляет сам. — Хорошо. Я понял. Я всё подпишу без проблем. Имущество поделим.

— Нет. Нам ничего не надо. — Гриша категорически запретил брать что-то у Антона. Он сказал, что сможет дать нам всё сам. И если Ната сама потом может брать у отца всё что угодно, то я могу получить за это по заднице.

Слушанье проходит очень быстро, потому что все со всем согласны. Мы получаем своё свидетельство о разводе и довольные (во всяком случае я) расходимся по разным сторонам. Ната едет с Антоном, попросив у меня разрешения его поддержать, а мы с Гришей направляемся домой.

— У меня для тебя сюрприз. Поехали. — Когда я переодеваюсь, мужчина тут же появляется у меня в комнате. — Красотка моя.

— Что надеть? — Мурлычу, нарочито специально кружась вокруг него в белье.

— То, в чём тебе будет удобно. Ты у меня всегда безбожно красивая. — Улыбается.

Выбираю джинсовый сарафан. Косметику не наношу, волосы распускаю и выпрямляю.

Мы едем слишком долго, и все мои подозрения рассеиваются, когда мы останавливаемся на огромном пустыре. На равнине, под звёздами стоит столик и два стула. Свечи, вино, конфеты. Мерцают гирлянды. Такие свидания я видела лишь в кино, поэтому сердце сжимается в комок, а дух захватывает.

— Присаживайтесь, Юлия. — Кокетничает, помогая мне сесть. — Мы с тобой немного опоздали, — поглядывает в телефон уже пятнадцатый раз за вечер. — Поэтому буду краток. Не секрет, что я люблю тебя, Конфетка. Ты свела меня с ума с первого взгляда, и я никак не мог забыть твои глаза. Судьба хотела, чтобы мы встретились, и я ужасно ей благодарен. — Где-то загудел самолёт, и я даже испугалась. — Поэтому хочу спросить. — Трогает меня за подбородок и заставляет посмотреть на небо.

— Боже! — Вскрикиваю.

Как раз в этот момент мимо летит кукурузник, к которому прицеплен огромный плакат с мерцающими буквами: «ВЫХОДИ ЗА МЕНЯ, КОНФЕТКА!»

— Что скажешь? — Впервые в жизни вижу, как сильно мужчина нервничает со мной на свидании. Обычно он всегда держится молодцом.

— Делать предложение в день развода... — Издеваюсь. — Гениально, Григорий.

— Я бы сделал это раньше, но ты была замужем. Без этого никак, мне не нравится твоя фамилия. — Подмигивает, намекая, что у меня всё ещё фамилия мужа. Не хотелось возиться с документами, и я её оставила. Видимо, всё-таки придётся. — Ты скажешь уже мне «да», иначе я потеряю сознание? Будет смешно, если такой здоровый мужик бахнется в обморок.

— Я согласна. — Шепчу. По щекам стекают слёзы, сердце колотится как бешеное. — Но... — Я боюсь. Боюсь.

— Я не стану твоей ошибкой, конфетка. Обещаю. — Притягивает к себе и целует. — Я стану лучшим твоим решением.