Измена. Ты будешь страдать

Глава 29

— Оль, ну не сиди как истукан, — Кирилл раздражённо подталкивает меня локтем в бок. — Улыбнись хотя бы.

А мне кажется, если я сейчас начну растягивать губы в искусственной улыбке в попытке перебороть приступ стеснения и безумной неловкости от того, что все сейчас смотрят на нас, включая хозяина, меня примут за не слишком-то дружащую с головой особу.

Муж понимает, что пытаться вытащить меня из ступора бесполезно, и рассыпается в благодарностях.

Что-то рассказывает о нашей фирме и о том, как нам повезло войти в круг приглашённых.

Я слушаю его будто очень издалека.

Не понимаю, что со мной происходит.

Повышенное внимание меня откровенно нервирует.

Нам здесь не место. Мы здесь чужие.

Нам не стоило приезжать.

Внутри нарастает предчувствие какой-то неотвратимости. Будто я мчусь в глубочайшую пропасть, но поделать с этим ничего не могу. От меня ничего не зависит.

— …с супругой невероятно признательны и рады попасть в такую тёплую компанию. Правда?

Я вовремя слышу, как Кирилл обращается ко мне, и послушно киваю.

Вот и всё, на что я способна.

В ответ на речь Кирилла стол оживает, гости одобрительно гудят. Кто-то тянет ему руку для рукопожатия.

Я хватаюсь за стакан с апельсиновым соком и осушаю его до половины.

Паралич отступает, и я только сейчас понимаю, почему.

Поднимаю взгляд — Дагмаров во главе стола отвлёкся на беседу.

Так значит, совсем не всеобщее внимание меня парализовало…

Допиваю свой сок и пытаюсь справиться с паникой.

Мне всё это очень, очень не нравится. Мне не нравится, как остро я реагирую на внимание этого человека.

И я не чувствую себя в безопасности…

— Оль, всё в порядке?

Я машинально киваю склонившемуся ко мне мужу. И невольно отмечаю, что рада. Рада, что он всё же заметил моё странное поведение. Значит, что-то порядочное в нём всё же осталось.

— Не привыкла к такому количеству незнакомых людей, — шепнула я.

— Это быстро пройдёт, — Кирилл выхватил из искусно превращённой в кармашек салфетки вилку. — Перезнакомишься.

В мои планы подобное не входило. Знал бы Кирилл, что входило в мои ближайшие планы.

Правда, я тысячу раз за эти дни успела пожалеть о том, что согласилась.

Сейчас всё выглядело аферой и какой-то откровенной насмешкой со стороны нашего «благодетеля».

Очень хотелось отказаться от всех этих планов, и раз уж мы оказались здесь, просто позволить себе отдохнуть, никому не устраивая проверок на вшивость.

Тем боле что Дагмаров наверняка об этом забудет. У него полным-полно обязанностей перед своими гостями, перед теми, кто действительно входил в круг его интересов.

Он о нас и не вспомнит, а там и время уезжать подойдёт.

Всё как-нибудь образуется.

И я почти убаюкала себя этими заверениями, умудрившись прийти к подобию хрупкого успокоения, когда вся компания перебралась в здание по соседству с домом, скромно поименованное беседкой.

Громадное округлое пространство в два этажа состояло из дерева и стекла — прозрачные стены позволяли без помех наслаждаться божественным видами лесистых заснеженных склонов. В нижней зале, в самом центре пылал художественно оформленный очаг. Его полукольцом окружал царским размеров диван.

Лёгкая музыка, запах хвои, барная стойка в углу, тонкие ниточки золотистых гирлянд… Это место выглядело волшебно.

А как, должно быть, красиво и уютно здесь было по вечерам!

Детям устроили экскурсию по территории, а взрослые гости устроились на диване и бурно обсуждали планы на вечер. Кирилл с азартом включился в обсуждения, будто знал этих людей всю свою жизнь.

Я так быстро вливаться в компанию не умела. Пристроилась сбоку, подперев плечом обшитую деревом колонну у стеклянной стены и любовалась открывавшимся видом, вполуха слушая их обсуждения.

Что ж, я сдаюсь. Торговаться не буду. Это место взывает об отдыхе. Проигнорировать этот зов было бы форменным преступлением.

К чёрту все эти тесты на верность, проверки и выяснения отношений.

Смешно даже думать, что Дагмаров всерьёз это мне говорил. Наверняка же он просто…

— Надеюсь, место вас не разочаровало.

Я вздрогнула, когда в поле видимости вплыл массивный стакан глинтвейна — в исходившем паром душистом вареве тонули коричная палочка и «солнышки» апельсина.

Дагмаров стоял очень близко и терпеливо ждал, когда я соглашусь забрать свой напиток.

Ничего другого мне не оставалось.

— Спасибо, — пробормотала я. — Место… волшебное.

Он и не подумал никуда уходить. Отхлебнул из своего стакана и обратил взгляд на шумевших гостей, которые расхватывали свои стаканы с разносов, принесённых прислугой.

— Не спешите знакомиться?

Я скосила на него опасливый взгляд, пытаясь унять расходившееся от его внезапного появления сердце:

— Надеюсь, это необязательный пункт?

Обращённый ко мне породистый профиль смягчился, когда уголок чётко очерченных губ уже привычно дёрнулся.

— Вы здесь не подчинённая, Ольга Валерьевна. Я не могу и не хочу вам приказывать, — тяжёлый взгляд падает на меня. — Предпочитаю, чтобы вы решили сама.

— Ольга, — вырывается у меня.

И теперь Дагмаров смотрит на меня особенно пристально.

— Простите?

Я во всём виню глинтвейн, парами которого надышалась.

— Можете называть меня просто Ольгой, — сглатываю, откровенно дивясь своему порыву. — Когда вы зовёте меня по отчеству, я невольно ожидаю от вас приказов.

Дагмаров молчит. Смотрит на меня изучающе. И я позорно сдаю назад.

— Только… только если, конечно, вы захотите. Если вы…

— Вы решили, и я подчиняюсь, — перебивает Дагмаров, его голос падает едва не на октаву. — Ольга.

Ошибка. Ошибка. Ошибка…

— Я… спасибо за приглашение, — тараторю, стремясь заглушить растущую панику. — Я не привыкла отмечать Новый год вот так, в компаниях. Для меня… для меня это всегда, ну, знаете, семейный праздник. И я… просто даже не знаю, что нужно делать.

— Ничего, — он едва заметно качает головой. — Вам ничего не нужно делать, Ольга. Отдыхайте и наблюдайте.

Мой взгляд невольно перескочил на Кирилла.

Нет, Дагмаров всё-таки не забыл об уговоре.

— Думаете… считаете, это всё-таки необходимо?

Какое-то время Дагмаров молчит, но потом:

— Считаю, ближайшие дни скажут всё за себя.

И он не ошибся.

Видимо, этот человек никогда не ошибался…