Коктейль времен

Глава 13

Меня разбудил резкий звонок в дверь. В первые секунды я даже не могла понять, что происходит. Сначала я не стала реагировать на звуки и сильнее укуталась в плед, но стук усилился. С неохотой я выбралась из-под теплого одеяла, накинула халат и, босиком по холодному полу, побежала к двери. Подойдя, замерла и осторожно заглянула в глазок. За дверью стоял Миша. Он выглядел слегка нахально. В руке он сжимал телефон, а второй уже готовился снова постучать, но не успел.

— Ты что здесь делаешь? — спросила я, недоуменно глядя на него.

— Привет, рыженькая! — он лукаво улыбнулся. — Пришел в гости. Хотел попрощаться.

— А позже нельзя это сделать? Тем более, ты меня напугал. Колотился так… будто пришел грабитель!

— Грабители не стучались бы в дверь, а просто вскрыли ее и вошли!

— Не поняла, а куда ты собрался? В плане… куда уезжаешь? Почему пришел попрощаться? — Я еще была в сонном состоянии и ничего не соображала.

— Месяц же прошел. Я уезжаю обратно в Воронеж.

Он снял ботинки и пошел на кухню. Не спрашивая, заглянул в холодильник. Сразу же достал оттуда палку колбасы и хлеб. Начал делать бутерброды. Как обычно.

— Ты будешь?

Я помотала головой. Есть не хотелось.

— А ты сдал квартиру?

— Нет, — он пожал плечами.

— А почему тогда уезжаешь?

— Мама сказала, что появились проблемы. Мне надо ехать и помочь решить их. Она наймет риелтора, и я здесь больше не нужен.

Я замолчала. Неужели он уже уезжает? Так не хотелось разлучаться!

— Как же так? Почему вы тогда сразу не наняли риелтора?

— Ну, хотели сэкономить. Я должен был ее сдать, но не получилось. Я завтра утром вылетаю. Уже купил билет.

— Как жалко! — я поникла.

— Не переживай, будем общаться. Все-таки есть интернет, — бодро сказал Миша.

Я кивнула и села за стол. Миша налил чай, облизнул губы и принялся уплетать бутерброды. Я смотрела, как он откусывал хлеб, а крошки летели в разные стороны. Я вздохнула и обратила внимание на его прическу. За месяц у Миши отрасли волосы до такого состояния, что теперь он казался лохматым и смешным.

— Твоя девушка, наверное, скучает по тебе, — задумчиво произнесла я.

— Да, Катька каждый день звонит, ждет, чтобы я поскорее приехал, — судя по голосу, он занервничал.

Миша уже успел все доесть. Он встал и убрал за собой. А потом сел обратно.

— У тебя как дела? — Миша перевел тему и с улыбкой на меня уставился.

— Все хорошо. Только я не выспалась… Хотя сегодня суббота! Я мечтала спать до обеда.

— Ничего страшного. Тем более, сейчас девять утра. Я же все-таки не в семь пришел, — я насупилась. — Так бы да, можно и пожаловаться. А ты одна? Или с мамой?

— Она ушла. Ее сапог в прихожей не было.

— Хорошо. Тогда как дела у вас там… с волшебством? Что-то новенькое узнали?

— Да, конечно, — я насторожилась, но все же продолжила: — Мы отправились к Альберту и допросили его. Теперь мы знаем почти… все!

— А что вы знаете?

— Ну, — я помедлила, вспоминая, что же мы все-таки узнали. — Как книгу создали, почему она вообще оказалась у меня…

— А ответы-то ты скажешь мне? А то просто перечислила вопросы…

— Книжку создали в лаборатории! А отца моего убил какой-то Пьер! — я быстро затараторила. — Аварию подстроили! И мы решили возродить папу! И я начну жить счастливо. Без тоски по нему!

— Стоп! — Миша перебил меня. — Не понял. Как это возродить? — у него округлились глаза.

— Ну это же очевидно! Загадаю желание, мы вернемся в прошлое, сделаем так, чтобы авария не произошла! И тогда отец останется жив! — я радостно посмотрела на него, мол, какая я умная, что такое придумала.

— Вы с ума сошли? Вы что за жуть выдумали? — Миша повысил тон. — Он же восстанет из мертвых! Мало ли, как это скажется на будущем! Боже! Совсем башкой не думаете?!

Я закатила глаза.

— А что такого?

— А то, что ты все изменишь! — вспыхнул Миша, в его глазах пылало негодование. — Ты уже не встретишь ни Ксюшу, ни своего паренька! Все, чего ты добилась за три года, — исчезнет! Тебе придется заново проживать каждый день! Ты хоть понимаешь, насколько это безумно?!

— А ты чего орешь? — я упрямо скрестила руки на груди. — Я уже сделала выбор, и ты меня не переубедишь! Да и вообще, я их просто найду и снова подружусь! Все будет хо-ро-шо!

— Ты совсем спятила со своей книжкой! Вы точно идиоты! — Миша судорожно вздохнул, подавляя ярость.

Его реакция заставила меня задуматься на мгновение, но я быстро отбросила сомнения, не желая признавать его правоту.

— Не обзывайся! Это ты с ума сошел! Учить жизни меня вздумал! — я повысила голос, перекрывая его возмущенные реплики. — Уходи! Хорошо, что ты уезжаешь! Я больше не хочу с тобой общаться! Раз ты не хочешь, чтобы я была счастлива!

— А ты что? Сейчас разве несчастна? У тебя же все есть: мама, друзья, хорошие оценки, прекрасное будущее. Деньги, в конце концов! А ты задумала какую-то ерунду! Твой отец бы точно этого не одобрил! — взгляд Миши был таким, что, казалось, пронзал меня насквозь.

— А откуда тебе известно, что он одобрил бы, а что нет? — огрызнулась я, изо всех сил стараясь не показать, как сильно меня задели его слова.

— Мне так кажется! Я просто хочу, чтобы ты была счастлива! Но эта твоя идея — это полный абсурд!

— И что? Думаешь, после твоих слов я сразу передумаю?!

— Да!

— Нет!

— А ты вообще не думала о том, что парням нельзя доверять? Почему ты им все сразу рассказала, а мне самому последнему?

— Ах вот оно что! Тебе просто обидно, что мы везде путешествуем, а ты сидишь дома!

Я едва закончила фразу, как он резко шагнул ко мне. Его руки скользнули вниз, он сжал мои запястья, прижав к стене. Его лицо было так близко, что я могла чувствовать тепло дыхания, смешанного с нотками цитрусового аромата. Миша наклонился еще ближе, его губы почти касались моего уха, и шепотом, от которого мурашки пробежали по всему телу, произнес:

— Ты сводишь меня с ума…

Мое сердце колотилось так, что казалось, он тоже может услышать. Его взгляд снова встретился с моим, в нем уже не было гнева, только какое-то невыразимое желание. На долю секунды я забыла, о чем мы спорили, даже кто я. Только это притяжение между нами…

— Но даже это не изменит моего мнения.

Его губы чуть дрогнули, будто он хотел поцеловать меня, но в последний момент остановился. Взгляд снова стал ледяным, и, отступив на шаг, он убрал руки, оставив меня ошеломленной и жадно ловящей воздух.

— Делай что хочешь, но я в этом участвовать не буду.

— А тебя и не звали!

— Удачи! — сказал он резко и исчез за дверью.

— Дурак! — только и успела крикнуть ему вслед.

Вот и попрощались. Я злилась на себя, на него, на всю эту странную ситуацию. Почему все так запутано? Почему всегда приходится выбирать между своими желаниями и тем, что правильно?

Я резко выдохнула, проведя ладонью по лицу, пытаясь успокоиться. Теперь все ясно: пора сосредоточиться на главном. Мысли перед сном вдруг ворвались в мою голову. Точно, часы! Нужно поговорить с Марком.

Я схватила телефон, пальцы нервно скользнули по экрану, набирая его номер. Но, прежде чем нажать кнопку вызова, я замерла. А вдруг… Миша прав? Если я все разрушу? Что, если моя жизнь изменится так, что я потеряю всех, кто мне дорог? Я не встречу Ксюшу, Марка, Сашу…

На глаза навернулись слезы. Что же делать? Оставить все как есть? Просто помочь Марку вернуть его отца, смириться с тем, что у меня никогда не будет своей полной семьи? Я уже привыкла жить без папы… Или не привыкла?

Я сжала телефон сильнее. Внутри разгорелось непреодолимое желание. Нет, я тоже заслуживаю счастья! Заслуживаю, чтобы у меня снова была полноценная семья. Ведь я этого хочу!

Я выкинула все дурные мысли из головы, вздохнула, и решительно нажала кнопку вызова. Гудки раздались в тишине. Вздумал же Мишка меня учить! Вот дурак! Пусть уезжает в Воронеж к своей красотке из класса! Я надула губки. Только настроение мне испортил с утра пораньше!

— Алло? — послышался сонный голос парня.

— Марк! Привет! Доброе утро! — ангельским голоском пропела я. — Когда можем встретиться?

— Виолетта? Привет. Что-то случилось?

— Да, случилось, — я не стала скрывать раздражения. — Ты не хочешь мне кое-что рассказать? Например, о часах?

На другом конце повисла пауза.

— Какие еще часы? Ты о чем?

— Не надо из меня дурочку делать, Марк, — мой тон стал еще жестче. — Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю. Я заеду к тебе сейчас.

— Не надо, — быстро ответил он. — Я сам за тобой заеду.

— Значит, ты все это время молчал о том, что эти часы были у тебя? И теперь тебе хватает наглости говорить мне, что ничего не знаешь?

— Виолетта, послушай… — начал он, но я перебила.

— Нет, это ты послушай! Я еду к тебе, и лучше бы у тебя были нормальные объяснения. Иначе я… — я осеклась, но злоба внутри рвалась наружу. Что я?! Сильно тебя поцелую? Вот это угроза…

— Короче, успокойся — поговорим, — отрезал Марк.

— Я сказала, что еду, и меня не остановить. Ты слишком много от нас скрываешь, Марк. Хватит!

Не дождавшись ответа, я бросила трубку. Он знал. И теперь, когда я все поняла, пытается выкрутиться? Не в этот раз.

Через минуту телефон завибрировал. Марк перезвонил, но я сбросила вызов. Тут же пришло сообщение с адресом.

Я подъехала к старому пятиэтажному дому. Конечно же, на лавочках возле подъезда сидели бабушки, обсуждающие соседей. Их взгляды буравили меня, словно я какая-то… бабочка. Ого! Марк стоял у подъезда, мирно дожидаясь меня.

— Привет, — сказал он, протягивая руку, будто хотел обнять меня.

Я отстранилась, всем своим видом показывая, что теплых приветствий не будет.

— Привет, — бросила я холодно, и мы без лишних слов зашли в подъезд.

Теперь бабулям есть что обсудить.

Мы зашли в обшарпанный подъезд, поднялись на пятый этаж. Настоящая кардио-тренировка! Я даже запыхалась, но Марк, как заяц, оперативно допрыгал до нужного этажа.

— Тебе стоит больше ходить пешком, — усмехнулся он, видя, как я чуть ли не задыхаюсь.

— Еще слово — и я уйду, — огрызнулась я.

Он лишь пожал плечами и открыл дверь в квартиру. Когда мы вошли, в нос ударил запах лаванды. Именно так пахло от Марка! Мы сняли ботинки и куртки, а потом направились в ванную.

— Помоем руки, а потом поговорим, — бросила я, указывая на раковину.

Ванная оказалась неожиданно стильной: джакузи, душевая кабинка, аккуратные полочки с множеством средств, которые явно принадлежали его маме.

Потом мы пошли дальше. Это была трехкомнатная квартира. Она оказалась просторной, с отличным ремонтом в стиле минимализма. В одной из комнат я увидела кухню с мраморными столешницами, в другой — аккуратно обставленную гостиную. Мы зашли в комнату, видимо, она была Марка.

— Можешь посидеть здесь. Я покурю на балконе и вернусь, — бросил он.

Я кивнула. Злость немного утихла, и теперь я старалась мыслить трезво. Раньше я его так стеснялась, а теперь сама приехала к нему — даже без Ксюши! Вот что делает со мной злость… и желание узнать всю правду.

Оставшись одна, я начала осматривать его комнату. На стенах висели золотые медали, на полках стояли толстые книги (у него была своя библиотека!), у окна стоял рабочий стол с компьютером (два монитора, большие колонки, микрофон, в общем, рай для геймера!), а в углу лежала открытая книга. Слева стояла большая кровать (заправленная!), но на ней валялась толстовка. Напротив стоял зеркальный шкаф. Спит напротив зеркала…

Я присела на край кровати, положив руки на колени. Мне стало смешно от самой себя: выглядела как монашка на исповеди. Я тихонько хихикнула, но тут же затихла. Вдруг стало как-то не по себе. Это был первый раз, когда я оказалась в гостях у парня. Ну, Миша не в счет — он все-таки как брат. Был…

Через пару минут Марк вернулся.

— Я смотрю, ты повеселела. Так в чем дело? Я ничего не понял, — сказал он, прислонившись к дверному косяку.

Он выглядел так… по-домашнему, расслабленно и почти вызывающе спокойно. На нем была черная оверсайз футболка, чуть смятая, и спортивные шорты, обнажающие его крепкие, мускулистые икры. Волосы небрежно торчали в разные стороны, а взгляд был сонный, но в нем мелькал легкий интерес, смешанный с недоумением.

Я посмотрела на него исподлобья, но держалась уверенно.

— У тебя часы, которые мы так долго искали, — выпалила я.

— Какие часы? — нахмурился он. — Еще раз спрашиваю: о чем ты, мать твою, говоришь? Не заставляй меня повышать голос.

— Мы вызвали клона! Она сказала, что часы у тебя. Это была подсказка! Ты сделал вид, что не понял?!

У него было такое лицо, что я поняла, что он реально, мать твою, не соображал, о чем я говорю!

— Ты что, правда не знаешь, о чем я? — произнесла я, чуть тише.

— Виолетта, клянусь, я без понятия, что за часы и при чем здесь клон! Ты сама-то слышишь, что говоришь?

— Значит, у тебя нет часов? — я прищурилась. Он помотал головой. — Фух! Я себя так накрутила…

Я облегченно выдохнула. На секунду стало так тихо, что я отчетливо услышала, как где-то за окном щебечет воробей.

— Если бы они у меня были, то мы давно ими воспользовались. Но… — он на мгновение задумался, а потом добавил: — пошли хоть чай попьем.

— Ну… можно.

Как быстро все меняется! Еще минуту назад я устраивала концерт, а теперь согласилась на чаепитие. Он вышел, и я, как хвостик, побежала за ним. На кухне было просторно. Как обычно, стол, холодильник, плита, микроволновка. Вместо обычных стульев в углу стоял небольшой кожаный диванчик. Я с удовольствием плюхнулась на него, поджав ноги.

Марк начал сооружать чай. Потом лазил по полкам в поисках сладкого, но откопал только старую конфету, которая, скорее всего, уже покрылась плесенью. Я поворотила носом.

— У нас сладкое не едят, так что только это, — он поставил передо мной буханку хлеба с маком. Я отвернулась. — Ну, тогда только чай, — он пожал плечами и налил мне кипятка в кружку.

Я взяла горячую чашку в руки, наслаждаясь ее теплом. Напиток оказался крепким и ароматным. Марк поставил свою кружку на стол и присел рядом. Скоро должна приехать Ксюша. Скорее бы…

— А хлеб? Может, хоть кусочек? — предложил он, отломив себе небольшую часть.

— Я не голодная.

Мы оба замолчали. Легкий пар поднимался из чашек, где-то тикали часы. Марк, кажется, задумался. Он медленно отпил чай, обхватив кружку обеими руками, а потом поднял на меня свой внимательный взгляд.

— Слушай… — начал он осторожно, будто подбирая слова. — А почему ты вообще решила, что это я? Что я как-то виноват в этом?

Я вздрогнула от его вопроса. На секунду показалось, что он действительно обижен.

— Потому что… — начала я, но тут же замялась, чувствуя, как щеки начинают гореть. — Потому что все указывало на тебя! Ты вел себя… ну… странно в последнее время. И клон сказала, что часы у тебя.

— Странно? — он хмыкнул, приподняв одну бровь. — Это как?

— Ты слишком спокойный! — выпалила я, раздражаясь больше на саму себя, чем на него. — Словно тебе вообще наплевать на все!

Он откинулся на спинку дивана, сцепив руки на груди.

— Виолетта, ты хоть понимаешь, как это звучит? Я спокоен — значит, я виноват? Отличная логика.

Я уже открыла рот, чтобы ответить, но он опередил меня.

— А ты подумала, каково мне было все это время? — продолжил он серьезно. — Искать часы, не понимая до конца, какие именно, цепляться за каждую подсказку… Я просто старался держать себя в руках. Для всех.

Его слова заставили меня замолчать. Впервые я увидела в нем не просто симпатичного парня, а человека с собственными переживаниями и болью.

— Я стараюсь для всех. Для друзей, брата, отца… — голос Марка стал тише. Он отставил кружку на стол и потер лицо ладонями. — Я тоже, как и ты, рос без папы. Несколько лет мы не могли понять, что произошло. Это как жить с дырой в сердце, которую ничем не залатать. Я хочу узнать правду.

Он посмотрел на меня, и в его глазах я увидела ту боль, которую он так тщательно скрывал.

— Виолетта, я никогда не хотел, чтобы ты подумала, будто мне все равно. Я переживаю за всех, просто… по-другому.

— Прости, — выдохнула я, опустив взгляд. — Я была несправедлива.

Он покачал головой.

— Не извиняйся. Я понимаю, почему ты так думала. Мы все на взводе.

Я была рада, что часы оказались не у Марка, но и в то же время… их снова придется искать. Это вызывало беспокойство.

— Ладно, я покурю. Ты пока подожди в той комнате.

Марк ушел на балкон, а я села в гостиной, устроившись на диване. Внимание тут же привлекли фотографии в рамках, аккуратно расставленные на стеллаже.

Четыре рамки стояли в ряд. На первых двух были Саша и Марк еще детьми. Такие милашки — в пижамах с динозаврами, с мороженым в руках, с улыбками до ушей. На третьей фотографии была красивая женщина и высокий бородатый мужчина. Они стояли, обнявшись, а мужчина нежно целовал ее в щеку. А на последней был тот же мужчина, но уже один. В руках он держал какую-то статуэтку, возможно, награду. Я прищурилась, вглядываясь в его лицо. Это странное ощущение: когда кажется, что ты уже где-то видел человека, но не можешь вспомнить — где и при каких обстоятельствах. Откуда же он мне знаком?

— Чем занята? — с любопытством спросил парень. Я даже не услышала его шагов.

— Рассматриваю…

— Это мой отец, — с гордостью произнес Марк, подойдя ближе и ткнув пальцем в ту самую фотографию.

— Я уже поняла. А у вас есть фотоальбомы?

— Зачем тебе? — Марк с подозрением на меня взглянул.

— Мне кажется, я его знаю. Так есть альбомы или нет?

— Где-то были, — протянул он, явно удивленный моим внезапным интересом.

Без лишних вопросов он направился к шкафу, оставив меня наедине с моими мыслями.

Я снова уставилась на фотографию с бородатым мужчиной. Где же я могла его видеть? Эта мысль не давала мне покоя, но ответ все ускользал. Я сосредоточилась, пытаясь вызвать из глубин памяти хоть какой-то образ или момент, но все было безуспешно.

Наконец-то Марк вернулся, прижимая к груди целых три огромных альбома. Он с шумом бросил их на стол. Я взглянула на потрепанные обложки. Альбомы выглядели так, будто их постоянно рассматривают.

Мы начали с первого. В нем были исключительно детские фотографии парней.

— Кстати, а где Саша? — поинтересовалась я, пролистывая очередную страницу.

— С Ксюхой гуляет. Они же должны скоро приехать. Она вообще частенько здесь бывает. Как будто переехала.

— Да? Она мне не рассказывала, что была у вас в гостях, — с досадой проговорила я.

— Странно, она же вечно обо всем болтает, ее же даже не заткнуть.

— Видимо, она болтает со всеми, кроме меня.

— Не знаю, — Марк пожал плечами. — Ты знала, что они с Сашей хотят переехать в другой город?

Я резко повернулась к нему, едва не уронив альбом.

— Что?!

— Ну да. Как Ксюха закончит учебу, они собираются вместе в Питер. Они уже давно это решили.

— Охренеть! Вот это новости! Мы с ней договаривались, что поступим в один вуз…

— Да не переживай ты так, — Марк похлопал меня по плечу. — Еще сто раз все поменяется.

Я поникла. Но сейчас останавливаться нельзя.

Мы продолжили листать второй альбом. На фотографиях мелькали лица их мамы, а также бабушек и дедушек. Вот семейные праздники, пикники, какие-то поездки.

И вот мы добрались до третьего альбома.

— Здесь как раз больше про отца!

На страницах появились черно-белые фотографии Филиппа Евгеньевича из армии — подтянутый, серьезный, в форме. Затем кадры со свадьбы — он молодой, улыбающийся, танцует с их мамой. Далее — снимки с друзьями на вечеринках, концертах.

Но единственная фотография нанесла по мне такой удар, что я чуть ли не завизжала! Мое дыхание участилось, глаза расширились, желудок скрутился в узел, а руки задрожали.

— Что за чертовщина?!

— Что такое?

Марк вырвал альбом из моих рук и начал бегло рассматривать изображения. Я ткнула пальцем на снимок, который поверг меня в шок. Он внимательно посмотрел на фото, сначала хмыкнул, а затем нахмурился.

— И что? Мой отец стоит с каким-то мужиком.

— А то, что этот «мужик» — мой отец! — воскликнула я и голос сорвался от переполнявших эмоций.

— Как это? Они что, были знакомы?! — Марк, кажется, впервые выглядел по-настоящему растерянным.

— Похоже на то!

Я достала фотографию из альбома и начала ее внимательно рассматривать. Мой отец и отец Марка смотрели друг на друга с улыбкой. Но это еще не все! Мой папа передавал ему какие-то часы! О, боже! Вот почему я его знаю! Я же видела этот момент в портале! Мне стало плохо. Вновь закружилась голова. Неужели наши отцы действительно были знакомы? И портал… помогает именно мне? Почему я вижу какие-то видения? Я замерла, вцепившись в фотографию. Все кусочки начали складываться в единую картину, но от этого становилось только страшнее.

— Ты знал моего отца?

Марк помотал головой и задал мне точно такой же вопрос. Мы уставились друг на друга и играли в гляделки, испепеляя друг друга взглядами.

— Почему они знали друг друга, а мы даже были не в курсе!

— Ну ты же говорила, что у твоего отца было много тайн, поэтому ты и я не знали. Мой батя тоже не болтал ничего лишнего.

— Слушай, а когда, ты там говорил, была авария? Может, наши отцы вместе и столкнулись… и умерли!

— Авария произошла двадцать третьего февраля! Точно! Мы тогда ему клевый сюрприз приготовили! Но он так и не успел… увидеть…

— Погоди, мой отец тоже попал в аварию двадцать третьего февраля!

— Не может быть…

— Видимо, еще как может! Только почему мы сразу этого не поняли?!

— Не знаю. Это было бы слишком очевидно… Я бы в это не поверил.

— То есть… наши отцы врезались и умерли? Так, что ли? — я нахмурила брови.

— Не знаю, — он вновь пожал плечами. — Я же тебе говорил, что он вообще никуда не ездил в тот день! Но при этом нам сказали, что он погиб в аварии!

— А при чем здесь тогда вообще Пьер? Аль постоянно твердил, что аварию подстроили и в этом виноват Пьер?

— Теперь все запуталась еще больше.

Мы немного помолчали. Переваривали информацию. У меня скоро взорвется голова от таких поворотов! Если это правда…

— А как ты вообще узнал обо мне? Ты ведь не случайно оказался на той вечеринке! — воскликнула я. — Вдруг ты знал все с самого начала и просто хотел мне отомстить?! Ведь в той аварии виноват моей отец… Он отвлекся и выехал на встречную полосу.

Я вдруг вспомнила, как мы тогда ехали вместе, весело пели песни… Мои губы дрогнули, и я насупилась.

— Ты несешь какую-то чушь, — отрезал Марк. — Я ничего не знал и точно бы не стал тебе мстить! Мне это не нужно!

— А как ты узнал обо мне? — спросила я, прищурившись, словно пытаясь пробить его взглядом.

Марк нахмурился, явно не ожидая такого вопроса.

— В смысле? — протянул он, пытаясь выиграть время.

Я решила его проверить. Тогда при первой встрече, он сказал, что его пригласил Артем. Если он соврал мне, то и сейчас скажет по-другому. Марк недолго помолчал, но вскоре начал рассказывать:

— Платон скинул информацию про твою вечеринку в чат баскетболистов…

Какой еще Платон? Он опять врет мне?!

— …Ну мы и пришли к тебе вместе с Саней. Начали общаться, а потом ты рассказывала об отце. В жизни просто так ничего не происходит, — подметил парень. — А потом ты сказала, что у тебя есть книжка желаний! И тогда, мы с Саней решили, что точно должны с вами общаться. Ведь мы могли бы узнать что-то про своего отца!

— То есть… вы меня используете? И в тот день ты сказал, что тебя пригласил Артем! — с горечью произнесла я.

— Нет! Просто… почему бы не воспользоваться ситуацией? Это же подарок с небес для нас с Сашей. Ну и какая разница, кто пригласил? Не имеет значения! — с безразличием произнес он, глядя мне в глаза.

Вся злость, которую я удерживала, моментально вспыхнула в груди. Не в силах сдержаться, я резко отвесила ему пощечину.

— Козел! — вырвалось у меня. Моя рука горела от удара.

— Ну да, снова я плохой оказался, — Марк приложил свою руку к щеке и начал с досадой поглаживать.

— Ты использовал меня! А Саша — Ксюшу! Предатели! — белыми губами, как мел, прошептала я.

Он был таким… холодным, расчетливым, как будто мы все были для него просто пешками в его игре. И этот подарок с небес, который он так спокойно обсуждал, казался мне еще более мерзким.

— А что в этом такого? Мы просто захотели загадывать желания, путешествовать. И с вами подружиться! А чего ты ожидала? Любой бы захотел, чтобы его желания исполнялись!

Я в слезах взглянула на него.

— Ну тогда перестань общаться со мной. Раз я такой плохой!

В это время послышался звук открывающейся двери, и в прихожую вошли Саша с Ксюшей, весело болтая о чем-то.

— Ксюша!

Я быстро побежала к ней.

— Нам нужно уходить!

— Куда? Почему ты плачешь? — она подняла брови и удивленно на меня взглянула.

— Потом расскажу. Мы уходим!

— Я не хочу уходить. Я же только пришла!

— Что случилось? — встрял в разговор Саша.

— Вы нас обманывали! Использовали нас! — голос дрожал, но я не могла остановиться.

— О чем она? — злобно спросила Ксюша, сверкнув глазами.

— Как это… использовали? — Саша вопросительно уставился на Марка.

— Я не знаю, что она себе напридумывала. Я просто сказал, что мы тоже хотели загадывать желания! А ей это не понравилось, — оторопел парень.

— Ну да. Ты же сама нам предложила загадывать желания, а сейчас злишься? — Саша удивленно на меня взглянул.

— Но, если бы не моя книжка, вы бы не стали со мной общаться!

— Я и не знал, что у тебя такая низкая самооценка, — Саша похлопал меня по плечу, хихикая. — Ты наш друг! И никто тебя не использует!

Я не знала, что и сказать. Может, я поторопилась? Обвинила здесь всех. Действительно, напридумывала себе ерунды…

— Виолетта, сейчас главное — разобраться с этой фотографией! — Марк подошел ко мне и протянул руку.

— Что за фотография? — хором спросили Ксю и Саша.

Все ожидали, что я сейчас рассержусь и начну кричать, но я сдалась:

— Пошлите.

Мы расположились на диване. Ребята начали рассматривать фотографию, а потом с непониманием на нас уставились.

— Это мой отец. И ваш, — начала объяснять я. — Они были знакомы. И скорее всего, оба пострадали в аварии.

— Санта-Барбара какая-то!

— Да уж, — согласился Саша, его взгляд метался от фотографии к моему лицу, и наконец он задал вопрос, который тревожил нас всех. — Что теперь делать?

Я глубоко вздохнула и снова взглянула на снимок. Все казалось таким абсурдным…

— Подождите! Вы видите это? Мой отец передает какие-то часы! Может, это те часы, которые нам и нужны? — спросила я с энтузиазмом.

Все неприятные эмоции уже испарились. Я вновь всех любила и со всеми дружила. Я быстро вспыхиваю и успокаиваюсь. Это моя супер сила.

— Ничего себе! А ведь и правда! Если твой отец замешан в волшебстве, может, и наш был к этому причастен! — одобрительно кивнул Марк.

— Может, они что-то скрывали? Или… хотели защитить нас? — предположил Саша, но звучал он неуверенно.

— Защитить? — горько усмехнулась я. — Тогда почему в итоге все так? Почему наши отцы погибли? Какая же это защита?

Он замолчал, опустив взгляд на свои руки. Он не знал, что ответить.

Я вспомнила про записку, которую папа мне оставил перед тем, как я открыла шкатулку: «Победи зло в нашем мире». Эти слова эхом прозвучали в голове, вызывая мурашки. Вдруг наши отцы боролись против чего-то… или кого-то? И мы, их дети, даже не замечали этого? Пьер подстроил убийство и он хочет… например… захватить мир? Или что там обычно хотят эти злодеи?

— У нас осталось мало времени. Где нам искать эти часы? — голос Марка резко выдернул меня из размышлений.

Мы начали внимательно разглядывать фотографию, словно в ней могла быть скрыта подсказка. Мой взгляд случайно скользнул к запястью Марка. На нем были навороченные, но антикварные часы. Я неожиданно схватила его за руку, прижав к фотографии.

На снимке я отчетливо увидела: часы у отца Марка и часы, которые он носил сейчас, были практически идентичны. Множество циферблатов и стрелок, аккуратно вписанных в серебристый круглый корпус, золотистый металлический ремешок. Они выглядели настолько обыденно, что это никак не вязалось с нашим представлением о чем-то волшебном или магическом.

— Это они! — подытожила я.

— Эти часы? Волшебные?! — пробурчал Марк, не веря в происходящее. — Не может быть! Они, что, все это время были у нас под носом?!

— У тебя под носом! Тебе же и подарил их отец! Чуть ли не перед самой аварией, — с обидой произнес Саша.

Но тут я заметила деталь, которая связывала часы со шкатулкой: на задней крышке был выгравирован рисунок змеи, свернувшейся кольцом, хвост в пасти.

— То есть, теперь мы можем отправиться в прошлое? — ахнула Ксюша.

Все переглянулись. И замолчали. Мы были на шаг ближе к путешествию во времени!

— А как мы отправились в прошлое, если у нас не было часов… ну тогда… на турслете? — задумчиво протянула Ксюша.

— Точно! Ты что-то делал с часами! — у меня мелькнула страшная мысль, которую я сразу же озвучила. — Я видела! И у нас получилось вернуться!

— Я?! Такого не может быть! Это случайность! — горячо возразил Марк.

— А еще… Клон же сказала, что часы у тебя! Надо было сразу догадаться!

— Ты серьезно думаешь, что клон решила нам помочь? Звучит странно. Это же твоя версия. Твой клон.

Я приподняла бровь, но отвечать не стала. Мы с Ксю переглянулись — мол, дурак, что с него взять.

— Ладно… Тогда что нам делать сейчас? Часы мы нашли… Правда, все вышло как-то скомкано. Я даже толком ничего не поняла, — пролепетала Ксю.

— Ждать Хэллоуина, — зловеще произнесли парни, не хватало только грома за окном. Для спецэффектов.

После всех обсуждений мы с Ксюшей отправились домой пешком. Решили пройтись вдвоем, чтобы проветрить головы. Я рассказала Ксюше про утренний разговор с Мишей, а она сочувственно посмотрела на меня и задумчиво сказала, что у нее есть кое-какая идея. Но прежде чем я успела спросить, что именно она придумала, Ксюша, как всегда, перевела тему на своего любимого Сашу.

— Это все, конечно, классно, — перебила ее я, пытаясь справиться с раздражением. — Но почему ты мне не рассказывала, что, ну например, была у них в гостях?

Ксюша тут же побледнела. Взгляд стал настороженным, а пальцы сжали ремешок сумки еще крепче.

— Или… ты вообще планируешь переехать в другой город? — мой голос дрогнул. — Мы с тобой столько всего обсуждали, строили планы, договаривались поступить в один вуз! Мы ведь были отличной командой, лучшими подругами…

— Может, мне спрашивать у тебя разрешение, когда в туалет ходить? — резко бросила Ксюша, останавливаясь и поворачиваясь ко мне лицом. Ее голос звенел от негодования. — Или уточнять у тебя, можно ли мне встречаться с Сашей?

— Это совсем другое, и ты знаешь… — отчеканила я, но она не дала мне продолжить.

— Саша позвал меня к себе в гости! — выкрикнула она, сверкнув глазами. — Что я должна была сделать? Позвать тебя с нами? Чтобы ты была третьей лишней? Мы тоже хотим проводить время вдвоем, Виолетта. Не все крутится вокруг тебя!

— Ты не понимаешь. Мы закрылись друг от друга. Ты мне ничего не рассказываешь, и я тебе тоже. Это уже не дружба…

Ксюша закатила глаза и раздраженно вздохнула:

— У моих родителей нет друзей. Я выросла, глядя на это, и поняла, что в будущем моим единственным другом будет мой парень. Я хочу с Сашей проводить все свое время. Я хочу быть с ним всегда. Всегда! Понимаешь? Я же не с тобой буду детей делать.

— Это ты не понимаешь, — строго повторила я. — Ты могла бы мне сама сказать, что у тебя поменялись планы. Что ты давно все решила. Вместо этого ты просто променяла нашу дружбу на парня.

— Променяла? — она удивленно вскинула брови.

— Да! Я же как-то успеваю со всеми видеться. Почему у тебя не получается?

Молчание растянулось на несколько долгих секунд. Казалось, даже ветер стал холоднее.

— Я просто по-настоящему влюблена. В этом весь секрет, — ухмыльнулась Ксюша. — А ты все никак не можешь решить, с кем тебе хочется быть больше — с Мишей или с Марком, — язвительно добавила она.

— Ты моя подруга и должна быть на моей стороне! — я вспыхнула от возмущения. — Тебя не касается, кого и как я люблю!

— Ну, а я о чем? Вот именно! Меня и тебя не касается, кто кого любит и как проводит время. Если я захочу, то вообще уеду с ним, и тебе больше не напишу. Но это не значит, что мы с тобой больше не подруги. Просто так получилось, что он стал центром моего мира… Он на первом месте. А ты — потом.

— Но это неправильно! Нельзя ставить парня на первое место! На первом месте должна быть ты сама! А если он тебя бросит? Разлюбит? Ты к кому побежишь вся в слезах?! Правильно! Ко мне!

— Он меня не бросит. Мы с ним навсегда. У нас любовь!

Я едва сдержала смешок. Клиника…

Она заметила мое выражение лица и продолжила уже более мягким тоном:

— Раз тебя это задевает, Виолетта, то я буду уделять и тебе время. Честно. Я думала, для тебя это не так важно. Не думала, что это для тебя какой-то показатель нашей многолетней дружбы.

— Ксюша, — процедила я сквозь зубы. — Я просто хочу, чтобы все было как раньше…

— Но раньше уже никогда не будет, — перебила она меня с искренним сожалением в голосе, взяв за руку. — Прости меня, но с появлением парня многие девушки пропадают с радаров подруг. Это не потому, что они вас больше не любят. Просто такова жизнь. Это не повод обижаться. Просто строй свою личную жизнь.

— И это говоришь мне ты? Которая ставит на первое место своего парня? Делает его вселенной своей жизни?!

Ксюша на секунду задержала на мне взгляд, а затем, будто ничего не случилось, взглянула в телефон:

— Мне пора домой. Я все так же тебя люблю. Не обижайся и не злись на меня.

— Я не обижаюсь! Ты опять меня не поняла! Мне просто неприятно узнавать сплетни от своего друга! Откуда он вообще все знает? Саша ему докладывает?! А я что… просто шутка?!

— Я исправлюсь, — она взяла меня за руку. — Но и ты тоже закрылась от меня. Мы обе хороши.

Она подошла ко мне, мягко обняла и, не сказав больше ни слова, направилась в сторону своего дома. Заморосил дождь, смывая остатки негативного дня.

Я была потрясена. Все, о чем мы сегодня узнали, просто не укладывалось в голове. Я подняла голову к небу, позволив дождю стечь по лицу. Казалось, что природа знала, как я себя чувствую, и проживала со мной этот момент.

Ночью мне вновь приснился жуткий сон. Только на этот раз не про отца.

Я была одета во все черное. Долго собиралась, глядя на свое отражение в зеркале, и не могла сдержать слез. У меня дрожали руки, и сердце сжималось от какой-то невыносимой боли. Затем я оказалась в церкви. Вокруг — множество людей, все в трауре, многие тихо всхлипывали. Повсюду стояли фотографии, которые я не могла различить из-за слез, застилавших глаза. В центре помещения стоял закрытый гроб.

Женщины раздавали платки. Я стояла со свечой, пытаясь держаться, но не могла. Но, собравшись с духом, я взглянула на одну из фотографий. И меня словно ударило молнией — на снимке был Миша!

Он умер… Это были его похороны.

Я хотела закричать, но не могла издать ни звука.

В этот момент я в ужасе проснулась. Сердце колотилось, словно готово было вырваться из груди. Сон был обрывистым, но настолько реалистичным и жутким, что я долго не могла прийти в себя. Что за ерунда мне снится?!

Я пошла на кухню, чтобы выпить зеленого чая и хоть немного успокоиться. Чувствовала себя просто отвратительно. Еще и за окном — сплошной мрак, только редкие фонари освещали пустые улицы. Мама так и не вернулась домой, и это добавляло тревоги в мое и без того нестабильное состояние. Где она пропадает? Я посмотрела на часы — было далеко за полночь.

На следующее утро мы приехали к парням в гости. Я больше не злилась на них — мне было все равно. Особенно после того сна, в котором погиб Миша…

Я сразу им рассказала о двух снах, которые показались мне очень странными. Но друзья меня начали успокаивать, мол, это всего лишь сны.

— Неудивительно, что тебе такое снится! — мягко сказала Ксюша. — Ты в вечном стрессе. Это просто организм так реагирует.

Я задумалась над ее словами, но все равно в глубине души знала, что эти сны — не просто плод моего воображения.

Неожиданно раздался стук в дверь.

— Мама, что ли, пришла? — предположил Саша, вставая.

— Миша?! — с недовольством в голосе произнес Марк, открыв дверь.

— Что ты здесь делаешь?! — я злобно уставилась на него.

— Меня пригласила Ксюша, — ответил он с легкой улыбкой, не обращая внимания на напряжение в воздухе.

— О! Ты как раз вовремя! — ехидно сказал Саша. — Мы тебя только что обсуждали. У Вилу такие интересные сны…

Марк прострелил его взглядом, Саша замолк, я покраснела, а Миша продолжил широко улыбаться. Вот же!..

Ксюша сразу же подскочила к нам и потащила Мишу в гостиную.

— У нас пополнение! — радостно защебетала подруга.

— Не понял, — парни озадаченно переглянулись.

— Теперь наша команда состоит из пяти человек! У нас впереди такое опасное дело, и нам нужен еще один мозг!

— Но ты же сказал, что сегодня уезжаешь! — я вопросительно уставилась на Мишу.

— Я передумал, — он хитро улыбнулся. — Мне позвонила Ксюша и сказала, что вам нужна помощь. Она была так убедительна… Поэтому я решил остаться! — он подмигнул мне.

— Ну что ж, — протянул Марк, но в голосе чувствовалась злоба. — Добро пожаловать в команду!

И парни пожали друг другу руки.