— Доброе утро, как вы себя чувствуете?
Я даже и не заметила как уснула и проспала всю ночь, видимо в капельницу добавили успокоительное.
— Хорошо, — отвечаю я, прислушиваясь к себе.
Я и правду чувствую себя хорошо, уж гораздо лучше чем вчера. Хотя чувствуется еще слабость.
— Ну вот и ладненько, — улыбается Людмила Анатольевна, — а я вам завтрак принесла.
Она ставит на стол поднос. Тяну носом, я очень проголодалась.
— Каша? — разочарованно смотрю в тарелку, — еще и овсяная…
Кашу я ненавижу с детства и всячески ее избегаю. Хотя сейчас есть хочется так сильно, что пожалуй и каша сойдет.
— Вы не любите кашу? — спрашивает меня медсестра.
— Ненавижу! — признаюсь я, — всей душой.
— А что вы дома едите на завтрак?
— Омлет, яичницу, ну бутерброды на худой конец, — я сглатываю слюну.
— Хорошо, сейчас, — Людмила Анатольевна уносит тарелку с кашей.
Я сажусь за стол и начинаю отщипывать кусочки от аппетитной свежей булочки.
— Вот, — медсестра вносит новый поднос и я сразу же чую запах свежего поджаренного омлета. М-м-м, как вкусно. Надо признать, что сервис здесь на высоте.
— Вы меня простите, просто вы спали, я не стала вас будить, чтобы уточнить, что вы предпочитаете на завтрак, — принимается извиняться Людмила Анатольевна.
— Нет, что вы, спасибо, — останавливаю я ее, — скажите, пребывание здесь очень дорогое?
— Ваш муж сказал, что не пожалеет любых денег, чтобы вы поправились, — улыбается женщина, ловко уходя от ответа.
— Ой, он у меня такой заботливый! — восклицаю восторженно, хлопая ресницами.
— Да, очень любит вас, — кивает медсестра, — вам повезло.
Ага, так любит, что травил и в психушку засунул! Да я просто джек-пот сорвала!
— А теперь таблеточки, — Людмила Анатольевна протягивает мне тарелочку, на которой лежат несколько маленьких таблеток.
— Что это? — спрашиваю я, — для чего?
— Это витаминчики, ничего серьезного, — улыбается Людмила Анатольевна.
— Хорошо, — широко улыбаюсь я.
Я кладу таблетки в рот и запиваю водой, заботливо поданой медсестрой.
Она внимательно смотрит на меня и начинает убирать со стола. Я мысленно поторапливаю ее. Таблетки, которые я не проглотила начинает медленно растворяться у меня во рту. И я не знаю как их незаметно выплюнуть.
— Сейчас придет доктор, — говорит медсестра, — есть ко мне какие-то пожелания?
Я отрицательно мотаю головой. Она пристально смотрит на меня.
— Нет, спасибо, все хорошо, — вежливо говорю я, глотнув таки злополучные таблетки, которые превратились в кашу.
Она кивает и уходит, а я пулей несусь в туалет. Может хоть не все, но большую часть успею выплюнуть. Постаравшись на славу и опустошив желудок я усаживаюсь ждать доктора.
— Мария Александровна, как себя чувствуете? — задает дежурный вопрос Вячеслав Андреевич.
— Голова кружится после лекарств, — жалуюсь я.
Она действительно у меня слегка кружится, думаю, что при полном приеме, она должна кружится сильнее. Доктор удовлетворенно кивает.
— Да, такое может быть, но это не страшно, это пройдет. А что вы думаете по поводу своего мужа?
— Ну что я должна думать? — пожимаю я плечами, — у нас конечно бывают разногласия, но мой муж очень заботливый и любит меня. Вот видите, лечит меня как принцессу.
Доктор снова кивает, словно я сдала какой-то экзамен.
— Хорошо-хорошо, — бормочет он и записывает что-то в своем блокнотике, — то есть вы уже не думаете, что он и его мать вас опаивают?
— Конечно нет! Что за глупости, — фыркаю я, — я вспомнила, я сама эти таблетки выпила. Я думала, что забыла выпить, и вот так как-то получилось…
— Это очень хорошо! — радуется доктор.
— Теперь я могу уйти домой?
— Нет-нет, что вы! Минимум неделю надо лежать, минимум!
— Почему?! У меня дочь, я соскучилась, — я опускаю голову, по щеке бежит слезинка.
— Вашей девочке нужна здоровая мама! — заявляет доктор, — вот вы и постарайтесь поскорее вылечиться и вернуться к ней.
— Поняла, — всхлипываю я.
— Вам грустно? Вы подавлены? — спрашивает врач.
— Нет, я не подавлена, — улыбаюсь я сквозь слезы, — я просто скучаю по семье. Но раз надо, так надо!
— Вот и умница, Мария Александровна, продолжайте принимать витамины и восстанавливайтесь!
Доктор уходит, а я отупело смотрю в стену. Все таки мне что-то такое дают, то что подавляет волю. Очень хочется лечь и лежать, просто пялясь в потолок, но я не имею на это права! Я встаю и смотрю в окно, как и предполагала, на окне решетки. Значит надо выбраться в коридор. Я дергаю дверь палаты, заперта, зараза. Значит будем думать!