Месть обманутой жены

Глава 32

— Мам, а когда мы к папе поедем? — спрашивает дочка. — Я в садик хочу.

Сердце сжимается от вопросов моей малышки. Какой бы ни был Стас поганец, Милана всё равно по нему скучает.

— Милаш, — я присаживаюсь на корточки возле доченьки, — ты теперь пойдёшь в новый садик. А папа будет жить отдельно.

— А бабушка? — спрашивает Милана.

— И бабушка отдельно.

— А ты? — вижу тревогу на её милом личике.

— Я всегда-всегда с тобой буду, — улыбаюсь я.

Милана веселеет и бежит донимать Даньку, как самого младшего из нас, взрослых. Боюсь, брат Эли скоро перестанет к нам приходить, потому что Милана выбрала его моделью для своих смелых идей по макияжу, прическам и маникюру. Но пока парень мужественно терпит, потому что мы с Элей, благодарные за помощь, усиленно кормим его вкусняшками.

— Думаешь, не рано ей говорить? — замечает подруга.

Мы сидим на её любимой кухне и пьём свой любимый чай с мятой.

— А когда? Когда вырастет, что ли? — возражаю я. — Я не сторонник врать детям. Никак не могу сказать дочери, что вот, мол, твой папа уехал на север, потому что он полярник.

— Ну да, — соглашается Эля, — но она, похоже, не очень и расстроилась…

— Она мало проводила времени со Стасом и свекровью, со мной больше. Вот по садику и друзьям она действительно скучает.

— Ну ничего, скоро всё успокоится, вернётесь в свой садик. Квартиру ты будешь отсуживать?

— Конечно, всё, что причитается мне, я заберу, и половину квартиры тоже, — киваю я. — Только жить там не смогу, всё будет напоминать о моем неудачном браке.

— А компанию? Продашь?

— Нет, сама управлять буду, — решительно говорю я. — Думаю, справлюсь. Найму грамотных людей, помогут.

— Ты так и не рассказала, как тебе удалось заставить старика на тебя её переписать?

Я возвращаюсь мыслями к тому дню, когда договорилась встретиться со свёкром.

“— Здравствуйте, Сергей Геннадьевич, — говорю я, заходя в полутёмное помещение кафе.

— Здравствуй, Маша…

Он тянется, чтобы поцеловать меня в щёку, но я отшатываюсь.

— Думаю, вы знаете, зачем я здесь? — спрашиваю я.

Свёкор задумчиво смотрит на меня, словно взвешивает что-то.

— Догадываюсь, — говорит он, тяжело вздыхая.

Я смотрю на него, вспоминаю, как он радовался рождению Миланы, как хорошо ко мне относился, гораздо лучше, чем свекровь. Как он после смерти отца с грустным видом сообщил мне о том, что я нищая.

— Я должен извиниться. Прости меня, — он поднимает на меня взгляд, — но я знаю, ты не простишь. Да я и сам бы не простил.

— Зачем тогда вы… — сглатываю ком в горле, ужасно хочется плакать.

— Я знаю, что Саша очень переживал за тебя, он просил, чтобы я присмотрел за тобой, — вздыхает Сергей Геннадьевич. — Я не должен был, но… Я думал, тебе хорошо будет в нашей семье. Ира и Стас — моя семья, я очень их люблю. Я боялся, что ты не захочешь дать нам денег, а у меня тогда кризис был, я был почти банкротом, ну и…

— Присвоили чужие деньги, — подсказываю я.

— Присвоил, да, — он кивает седой головой. — Если бы я знал, как исправить…

— А знаете ли вы, что ваш сын и жена травили меня? Это подтвердит мой доктор. И я собираюсь их за это посадить, — блефую я, ведь прямых доказательств нет, только предположения.

— Что?! Когда?! — вскидывается он.

— Я из-за них в больницу попала, они хотели сделать меня недееспособной, чтобы получить доступ к основной сумме, — говорю холодно. — Ваша внучка могла остаться практически сиротой.

— Не может быть! — он качает головой, словно стряхивая с себя неприятные новости. — Они не могли…

— Очень даже могли! У Стаса несколько любовниц сразу, а ваша жена только о деньгах думает! И я это докажу! — я встаю из-за стола.

— Маш… — свёкор умоляюще смотрит на меня. — Я понимаю, ты рассержена, мне очень жаль. Ирина и Стас слишком любят комфорт. Но давай найдем выход…

— Давайте, — киваю я, усаживаясь обратно. — Вызовите юристов и перепишите на меня свою компанию, думаю, так будет честно!

— Согласен, — обреченно говорит свекор. “

— Ну и ну, — качает головой подруга, — даже не сопротивлялся?

— Ты знаешь, я думаю, он пожалел уже давно о своем решении, только что-то сделать побоялся. Мне показалось, он даже рад был снять с себя этот груз и хоть как-то реабилитироваться.

— Всё равно он старый козел! — сердится Эля. — И не вздумай его жалеть!

— Ну он сам себя наказал уже, — вздыхаю я. — Забудем.

— Забудем! — кивает Эля, и мы снова чокаемся чашками.

— А как с Кариной? Всё хорошо? Надеюсь, она не пострадала?

— Нет, я же говорила, она тренированная, — смеётся Эля.

— Я так испугалась, — признаюсь я. — Стас мчался за мной по пятам, я еле-еле успела заскочить в туалет. Хорошо, Карина ждала меня и сразу же выбежала, вот он и подумал, что это я.

— Помогла Данькина бейсболка, а блузку она на себе заранее порвала, пока тебя в туалете ждала, — подмигивает Эля. — Она, конечно, сняла побои, а так как она боксерша, то синяков на её теле достаточно. Так что, если вдруг…

— Я думаю, Стас не рискнёт. Если с потерей репутации он ещё мог бы справиться, то тюрьма наводит на него ужас. Сейчас всё против него. Спасибо тебе, Эль, что бы я без вас с Данькой делала.

— Сидела бы и плакала, — говорит входящий на кухню Даня. — Ну что, вы героя кормить будете?

Мы смеёмся и накрываем на стол. Всё хорошо, но моя история ещё не закончена.