Мстительная дьяволица

Глава 2

Голова раскалывается, когда сознание медленно возвращается ко мне. Я лежу неподвижно, не шевеля ни единым мускулом, и борюсь с желанием открыть глаза и осмотреться. Вместо этого я прислушиваюсь к звукам вокруг.

— Как только она очнется, мы начнем, — произносит голос с сильным ирландским акцентом.

— Ты уверен, что это сработает? А что, если он не придет за ней? — спрашивает другой.

— Тогда мы убьем ее и найдем другой способ схватить его.

Дерьмо… У меня кружится голова. Не знаю, что они мне вкололи, чтобы я потеряла сознание. Меня ужасно тошнит, и в данный момент я изо всех сил стараюсь дышать ровно. Спокойно.

Мне нужно больше времени. Я должна быть готова постоять за себя. Но сейчас я сомневаюсь, что вообще смогу стоять на ногах. Кем бы ни были эти мудаки, они не понимают, с кем связались. Если они думают, что при помощи меня смогут заманить сюда Михаила, то их ждет разочарование.

Их шаги удаляются, дверь закрывается, и в комнате воцаряется жуткая тишина, но мне все равно кажется, что я не одна. Кто-то наблюдает за мной. Вот почему я не шевелюсь.

Чем дольше я смогу сопротивляться наркотику, который они мне ввели, тем лучше буду себя чувствовать. Тем больше у меня будет сил, когда придет время дать им отпор. Мои мысли возвращаются к Мабилии. Я заперла ее на нижней палубе с Ромео. Я знаю, что он позаботится о ней, пока не прибудет Михаил. Если только он выберется с острова...

Боже мой, что, если из-за меня она осталась сиротой? Мысль о том, что она всю жизнь будет расти и не узнает, как сильно мы ее любили…

Нет, я не буду думать об этом. Я отказываюсь верить, что Михаил не смог выбраться с того острова. Кроме того, он был не один. С ним были Тео и Виктор. Я не сомневаюсь, что сейчас он с Мабилией. В глубине души я знаю, что, как бы сильно моя семья ни презирала этого человека, они позаботятся о них обоих. Они не бросят ни мою дочь, ни моего... парня? Жениха? Кем бы он ни был, они его не бросят.

Я так и не приняла предложения Михаила, но теперь жалею об этом. Жалею, что не призналась ему в любви и не сказала, что хочу бороться за будущее, за наше будущее. Он, я и Мабилия. Я хотела, чтобы мы втроем стали семьей.

И я буду бороться. Как только смогу понять, где, черт возьми, я нахожусь и что эти придурки думают получить, забрав меня. Я напрягаю слух, пытаясь уловить хоть что-нибудь, но в комнате тихо. Настолько тихо, что я слышу собственное дыхание.

Я мысленно оцениваю состояние своего тела. Если не считать пульсации в голове и тошноты, то кажется, я не ранена. Мне просто нужно найти выход из этой ситуации. Мне нужна информация. Сколько их? Если здесь всего лишь два идиота, что ранее были в этой комнате, то я уверена, что смогу с ними справиться.

Но что, если за этой дверью их все же больше? Я также не знаю, как долго здесь нахожусь. Что, если уже слишком поздно? Что, если они уже связались с Михаилом? Тогда он придет. Я не сомневаюсь, что он вместе с моей семьей перевернет этот мир вверх дном, чтобы добраться до меня.

Дверь открывается, и я жду, прислушиваясь к тому, что произойдет дальше. Я слышу, как за ними закрывается дверь, а затем их шаги, приближающиеся ко мне.

— Изабелла, очнись.

Мои глаза распахиваются при звуке знакомого голоса.

— Лекс? Как ты здесь оказался? — спрашиваю я, приподнимаясь. Комната слегка кружится, когда я двигаюсь.

— Нам нужно выбираться отсюда, — говорит он. — Ты ранена?

Я качаю головой.

— Не думаю. Где мы?

— Понятия не имею. По-моему, в каком-то гребаном ирландском аду. Я видел, как они схватили тебя и прыгнули в лодку. Поэтому мне пришлось отправиться за ними. Они все внизу, в гостиной, пьют. Нам нужно сваливать.

— Ладно. Пошли. — Я перекатываюсь на бок и пытаюсь встать на ноги, в то время как Лекс протягивает руку, чтобы помочь мне сохранить равновесие.

— Блин, босс, наверное, сходит с ума, — бормочет он себе под нос.

— Что ж, тогда давай вернемся домой и успокоим его, хорошо? — улыбаюсь я. Хотелось бы сказать, что мне жаль, что этим засранцам предстоит пережить столько неприятностей, но это не так.

Лекс открывает дверь и выглядывает в коридор. Убедившись, что все чисто, он перекрещивается и тянет меня за собой. Это заставляет меня взглянуть на парня по-новому. Я его едва знаю. Ему не нужно было в одиночку отправляться за мной. Рискуя собственной жизнью, он пытается спасти мою, что ясно говорит о его преданности Михаилу. Потому что Лекс делает это не ради меня, а ради своего босса.

Мы добираемся до конца длинного коридора, когда я слышу, как позади меня открывается дверь. Я без раздумий наношу удар правым кулаком в горло высокому рыжеволосому мужчине. Затем поднимаю ногу и пинаю его в грудь, отчего он падает назад. Его руки хватаются за шею, когда он изо всех сил пытается втянуть воздух.

— Черт, — шиплю я, прыгая на него сверху. Я начинаю обыскивать его, ища оружие. Мне удается найти пистолет — не самый лучший, но по крайней мере он заряжен. Я засовываю его в заднюю часть штанов и продолжаю обыск, пока он извивается подо мной. Дотянувшись до его лодыжки, я, наконец, нахожу то, что мне нужно. Нож. Я подношу его к горлу ублюдка и вонзаю в шею. Проходит всего пару минут, как его тело обмякает. — Думаешь, они это слышали? — спрашиваю я Лекса, когда поворачиваюсь и вижу, что он стоит в дверном проеме. Наблюдая за мной.

— Будем надеяться, что нет, — говорит он, приподняв бровь.

Я поднимаюсь на ноги и следую за ним дальше по коридору, пока мы не выходим на открытую лестничную площадку. Я слышу, как в комнате под нами разговаривают и ходят мужчины. Они близко. Но и входная дверь тоже. Нам нужно только добраться до нее. Двигайся к свободе маленькими шажками, решай одну проблему за раз. Вот как нужно справляться с такими ситуациями. Помни, что либо они, либо ты. Убей или будешь убит. Другого выхода нет. А я — Валентино, опытная убийца. Рождена и воспитана, чтобы выживать.

По ночам я обычно хорошо сплю. Лишь одно лицо до сих пор преследует меня. Мой гребаный биологический отец. Мне было всего восемь, но даже тогда я знала, что либо он, либо мы. Он собирался причинить боль моей маме, а я ни за что на свете не стала бы сидеть сложа руки и смотреть, как кто-то причиняет ей боль.

Сейчас не время зацикливаться на прошлом или на том, как я стала той, кем являюсь сейчас. Нет, сейчас самое время убраться отсюда к чертовой матери и найти дорогу обратно к дочери и Михаилу.

Мы спускаемся по лестнице. Лекс распахивает дверь в тот самый миг, когда кто-то пытается войти. Крупный мужчина в сопровождении еще четырех человек наклоняет голову и смотрит на нас.

— Куда-то собрались? — спрашивает он.

Я достаю пистолет из-за пояса, но прежде чем успеваю прицелиться, он хватает Лекса за горло, приставляя дуло своего оружия к виску парня.

— У тебя есть три секунды, чтобы бросить пистолет, прежде чем я разнесу ему башку, — говорит парень.

Я смотрю на Лекса. Почему меня должно волновать, убьют они его или нет? Есть шанс, что я успею пристрелить этого ублюдка еще до того, как тело Лекса упадет на пол. Иногда приходится чем-то жертвовать. Особенно на войне. Верно?

— Один, — начинает считать мудак.

Лекс слегка качает головой, давая понять, чтобы я не опускала оружие. Как бы мне ни хотелось убраться отсюда, по какой-то нечестивой причине я не могу позволить им убить его. Поэтому я бросаю пистолет на землю и поднимаю руки вверх.