Надежда для бандита

Глава 36. Саяр

— Док, давай, скорее, доделывай свою перевязку, и я пошёл, — сказал, допивая суп из термоса. Вкусный, зараза.

— Но Саяр Давидович, ещё рано! Хотя бы недельку ещё отлежитесь! Мы вас подлатаем окончательно и будете как новый! — тактично сказал доктор.

— Нет времени бока отлёживать. Вкачай в меня какую-нибудь заебатую дозу витаминов и распрощаемся.

— Как скажете, — сдался док.

Мне поставили капельницу, под которую уснул. Когда проснулся, чувствовал себя почти как прежде. С радостью бы ещё пострадал хернёй пару дней, но не могу позволить себе такую роскошь, пока Айбат дышит. К тому же чесались руки разобраться с Ефимовым.

Как всегда, утром отзвонился Серый. Сказал, что Надя занята тем, что пытается собрать развалившийся мольберт после пулемётной очереди. Сжал кулаки, подумав о том, что мог больше никогда не увидеть Незабудку.

— А я ей говорю, что давайте новый съездите купите, а она ни в какую! — жаловался Серый.

Умиляет её упёртость.

— Даже пытался заманить тем, что заедем в ту галерею, где ей картина понравилась. Ну типа купить её, все дела, а она ни в какую…

— Тормози. Чё за картина?

Серый начал путано объяснять, вдаваясь пиздец в какие подробности, но я нихуя не понял.

— Слушай сюда. Ей ни слова и бегом поезжай покупать самый лучший мольберт, хуеву тучу красок ещё прихвати и ту картину. Понял?

— Понял.

— Оставь её на Бродягу. И… гхм… запакуй всё красиво, — последнее сказал как можно тише.

— Не понял.

Закатил глаза. Глухой, блядь.

— Запакуй, твою мать, пиздато всё!

Положил трубку, посмотрев в зеркало заднего вида. Там виднелись хитрые глаза Быка. Он вёз меня к Ефимову и одновременно грел уши, пока я разговаривал. Походу, его пиздец как радовала моя забота о Наде, так как он разулыбался, как мудозвон.

— Уткнись на дорогу! — гаркнул на него.

Да. Серый по голосу тоже был в ахуе. Кому я дарил что-то, кроме налички, за бурную ночь? Не было такого. Хрен знает, что меня так пробрало, но хотелось сделать ей приятно. К тому же она неплохо постаралась, чтобы скрасить мои будни в больнице. Стоило вспомнить Надю в этом костюме, её стоны, эту жаркую, сочную задницу, как стояк не заставил себя долго ждать. Поправил член в штанах. Быстрее бы домой.

Через полчаса были на месте. Обычный местный обезьянник. Мои вышли из сопровождающей меня тачки и зашли внутрь. В окно заднего вида наблюдал, как белобрысую разукрашенную рожу сажают в машину.

— Ныл, бля, каждую минуту, — сказал Бык, сплюнув.

— Семья где его?

— Оцепили их дом. Они там и сидят.

— Разгоняй всех.

— В смысле?

— А какой, блядь, тут ещё смысл?

Бык непонимающе смотрел на меня.

— А ты смотрю, всех ёбнуть хочешь, кровожадная скотина? — спросил, хохотнув.

Бык ухмыльнулся, нажимая на газ. Ехали долго. Хорошо, что у Быка была припрятана бутылка многолетнего коньяка, а то плечо снова начало болеть.

Приняв полбутылки обезболивающего, наконец-то вышел из тачки. Свалка на окраине города — идеальное место для выяснения отношений. Скрюченный Ефимов уже стоял на коленях в окружении моих парней. Медленно шёл к ним, размышляя о том, как легко он мог разрушить мою жизнь, и так состоящую из одних руин.

— Отпустите его.

Мои сняли с него наручники, и Ефимов сразу соскочил, кидаясь мне в ноги. Начал мямлить что-то нечленораздельное. Парни хотели сразу схватить его, но показал им рукой, чтобы оставались на месте.

— Саяр, прости! Прости! — забормотал он, вцепившись в мои ноги.

— Встань!

Ефимов ещё что-то проскулил, вставая.

— Я буду задавать тебе вопросы. Ответишь на всё правильно — твоя семья будет жить.

— А что насчёт меня?

Вот скотский человек. Я пообещал в обмен на правду свободу и жизнь его жене и детям, а он даже сейчас думает только о своей шкуре.

Я промолчал, сверля его взглядом. Ефимов понял без слов, поспешно закивав.

— Давно работаешь на Айбата?

— Да. Лет семь уже.

— Это он придумал заманить меня в Россию?

— Да. Я идеально подошёл для этой роли, так как не был нигде замешан, кроме работы на Айбата, а как тебе известно, он лучший по части укрытия.

— Какой был план?

— Втереться к тебе в доверие.

— И?

— Подставить, чтобы убить. Но убить он хотел сам.

Естественно. Узнаю старину Айбата. У меня на его счёт такие же планы.

— Расскажи о подставе.

Ефимов сглотнул. Понимал, что его рассказ почти подошёл к концу и начал нервничать ещё сильнее. Крупные капли пота блестели на его лбу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Это я подослал того парня, который типа запалился, чтобы произошло всё так, как и произошло. Ты должен был думать, что Айбат у тебя под прицелом, и ты контролируешь ситуацию.

— То есть его изначально не было в том укрытии?

— Нет. Никогда.

— Продолжай.

— Я доложил ему, что у тебя живёт девушка, которую ты окружил охраной. Его это очень заинтересовало.

Я буквально видел лицо Айбата в этот момент. Тварь.

— Он был уверен, что ты возьмёшь всех людей, чтобы ёбнуть его, а мне приказал выкрасть твою бабу или ёбнуть. Как пойдёт.

Сдерживал себя, чтобы не убить его раньше времени. Да, Айбат просчитался на этот раз. Вспоминая тот день, даже не было мысли, чтобы оставить Незабудку без охраны. Походу, её жизнь стала для меня ценнее, чем собственная…

— Айбат хотел потом присылать тебе её фото…

— Где он сейчас? — перебил, даже не желая слушать этот пиздец.

— Этого не знаю даже я!

— Бык, звони, чтобы убили младшую дочь.

Бык достал телефон. Ефимов громко заскулил.

— Нет!!! Я скажу! Всё скажу. Я сказал правду — точное местонахождение его никогда не знал. Мы виделись всего один раз пять лет назад. Остальное общение было только по телефону. Но одно я знаю точно, — начал Ефимов и замолчал, растягивая время. Знал, что после того, как выдаст ценную информацию, смысла оставлять его в живых не будет.

— Ну! — торопил его.

— Может, пойдём на сделку?

— Завали ебало! Ты не в том положении, чтобы что-то предлагать.

— Но без меня ты его никогда не найдешь, — заявил он, скаля потрескавшиеся губы.

Я устал. У меня болело плечо и хотелось одного — скорее закончить и поехать к Незабудке. Достав пистолет из-за пояса, стрельнул ему в правую ногу.

— Ты сам выбираешь, будет это медленно или быстро.

Ефимов орал отборным матом, проклиная всех и вся.

— Айбат убьёт мою семью! Вырежет всех нахуй! Поймёт, что я его сдал!

Пораскинул мозгами. Так и будет. Мне тоже это было известно.

— Ты знаешь, — сказал он, чуть ли не с шипением, — знаешь, что так будет!!! Я ничего не скажу! Лучше подохнуть здесь и сейчас!

— Я умею находить способы развязывать людям язык, — ухмыльнулся в ответ, стреляя во вторую ногу.

— Саяр, молю тебя! Спрячь их! Пожалуйста! Забери все мои деньги! Всё забери, но спрячь их от него!

— А хули ты раньше не думал о своей семье?!

Ефимов уткнул голову в ладони.

— Бык, звони нашим. Пусть обратно едут к дому белобрысого.

Ефимов встрепенулся, предположив самое страшное.

— Нет! Не надо! Всё скажу! Слышал о благотворительном фонде «Надежда в сердце»? Он принадлежит Айбату. Ясен хер, никакой благотворительностью они не занимаются, а отмывают огромные суммы, — тяжело дыша, выдал он.

Я оценил иронию. Пиздец. С этого момента у меня появилась надежда, что Айбат скоро двинет кони.

Больше не было ни малейшего желания находиться здесь. Пошел до машины, взяв из неё автомат. Очередь закончила этот нудный разговор. Именно так он хотел забрать у меня Надежду, но вместо этого оказался на её месте.

— Шеф, что с семейкой делать? — спросил Бык.

— Организуй всё. Спрячь их в Европе, чтоб я о них больше не слышал, — с этими словами сел в тачку.

У дома меня уже ждал Серый и Незабудка. Тот только что, по моему приказу, подложил подарки для неё на веранду. Заверил меня, что всё купил, как надо.

Надя зачем-то вставала на цыпочки, хотя лучше видеть от этого меня не стала. Если у неё, конечно, не рентгеновское зрение.

Вышел из машины, а Надя уже подбежала ко мне, причитая.

— Почему ты не в больнице, Саяр? Ты был на волосок от смерти, а теперь…

Не дал ей договорить, закрыв рот поцелуем.

— Иду лучше на веранду, — сказал Незабудке, хлопая её по заднице.

— Зачем? — Она заметно напряглась.

— Увидишь. — Сделал самое серьёзное лицо, забавляясь её настороженностью. — Иди скорее!

Надя, оглядываясь, пошла в указанное место.

— Серый, бля, тащи обезболивающее. Ща взвою, — сказал, заходя в дом.

Не успел закинуться таблетками, как звонкий звук телефона привлёк моё внимание. Телефон Незабудки разрывался громкой трелью в десяти сантиметрах от меня. Взял трубу, лишь бы он заткнулся.

— Добрый день! Звоню вам из клиники репродуктологии. Мы выслали вам результаты анализов на почту, — отчеканил бойкий голос. Не услышав в ответ ничего, трубка не унималась: — Алло, Надежда Алексеевна?

Сунутые в пасть таблетки чуть не застряли в горле. Что, блядь?