(Не) Любимая драконом. Во власти обмана

Глава 23. Дорога до замка

Я спала плохо, хотя и пыталась заставить себя уснуть, понимая, что силы никогда не будут лишними. Малыш Александр сопел рядом в кроватке, а Михаэль крепко обнимал, погрузившись в глубокий сон.

В голову лезли разные мысли. Все три жизни перемешивались и собирались в единый клубок. У меня была целая жизнь, которая так нелепо оборвалась. Впервые в жизни я накопила на шикарный отпуск в другом полушарии Земли, но так до него и не добралась: поломка самолета, мгновенный взрыв и смерть.

Я не знаю, был ли суд над моей душой, этот мир — рай или ад по божьим меркам. Следующим воспоминанием стал замок и моя новая реальность в теле истинной пары дракона. Возвращаясь мыслями в эти дни, перед глазами всплыли ощущения: сильная ломота в теле, чудом сохранившаяся в моем чреве жизнь и давление в голове из-за сумбурных смешанных мыслей. Я помнила воспоминания из детства маленькой Полины, воспитанной властной матерью и ее родителями — деревенскими стариками, которым было не до меня. Зато у меня были друзья, деревья, приключения и познание мира без чужих шаблонов.

На мои родные воспоминания наложилась память бедной девушки Ливии, в чьем теле я проснулась. Ее ждала совершенно другая жизнь, но случайно в ее жизни появился кронпринц, и она стала невестой дракона, которая так и не стала его женой. Лишь ненужная истинная пара, которая не имела права сопротивляться, а могла лишь терпеть. Потому что так было принято, так было нужно. Но я не могла сопротивляться! Кроме памяти, я чувствовала душевную боль. Я не согласна была подчиняться и терпеть: я сбежала и стала Эларой.

Заснула я под утро, а с первыми лучами проснулся Александр. Я покормила его и, оставив с Михаэлем, отправилась на ритуал. В записях Мавры он был четко расписан. Мы с Аминой стояли в холщовых рубахах, на полу нарисовали нужные символы, произнесли нужные слова. Не сразу, но через некоторое время я стала ощущать, как сила вытекает из меня. Она имела форму и свет — это был световой шар. На мгновение руки девушки загорелись, в ее волосах появилась белая прядь, а сама таверна немного изменилась: изменились формы окон и столов, но совсем немного. Я ощутила пустоту и перестала слышать животных и ветер. Последнее, что я услышала, еще будучи хранительницей — пожелания счастья и слова благодарности, которые грели душу.

Торговец Рофан, супруг Амины, прижал ее к себе и начал отпаивать травяным отваром. Она сделала несколько глотков. Я присела к ней, дотронулась до плеча. Она подняла голову, взглянула мне в лицо. Она изменилась. Радужки глаз приобрели насыщенный зеленый цвет, на лице больше не было шрама, волосы отросли до бедра:

— Как ты? — поинтересовалась я.

— Все хорошо, — улыбнулась девушка, — давай сюда.

Она привстала и потянулась к младенцу, которого совершенно бесшумно принес Михаэль.

— Я сам, любимая, — сказал эльф, забирая Александра у дракона.

— Я за священником. Как ты? — поинтересовался мужчина, заправляя локон за ухо.

— Все хорошо. Немного непривычно и как-то пусто, — пояснила я.

— Это ненадолго, — усмехнулся дракон, рисуя портал и входя в него. Я посмотрела по сторонам, удерживая взгляды на своих друзьях-зверушках. Они были безмолвны, и это было так непривычно. Потом перевела взгляд на Рофана, держащего в руках моего сына, и на Амину, которая кружила над ладонью несколько листиков. Малыш смеялся, а я улыбалась. Разве это не счастье?

Михаэль вернулся с тем же священником, а еще с золотым венцом и чашей. Протянул мне руку, приглашая на обряд. Растерянный священник достал из кармана крошечный потертый фолиант, открыв на странице с закладкой, начал читать на незнакомом языке.

Он читал и бросал в чашу какие-то предметы: золотые монеты, кусок угля, полил водой, а дальше достал из кармана нож и сделал небольшие надрезы на наших указательных пальцах, надавливая на палец, заставляя нашу кровь смешаться.

Священник поднял чашу, перемешал содержимое и протянул ее мне, велев пить. Я взглянула на Михаэля, тот кивнул, и я сделала один глоток вязкой жидкости со вкусом металла и трав. Следующий глоток сделал Михаэль.

Священник опустил чашу на пол, прочитал еще что-то с книги, дальше перевязал лентой наши руки, по которым все также стекала кровь.

— Обменяйтесь священным дыханием, дети мои, — велел священник. Дракон притянул меня к себе в страстном поцелуе, не похожем ни на один из тех, которых мне удалось ощутить ни с этим мужчиной, ни с другим.

Я ощущала, как жар проникает в меня, бьет в голову, заставляет сердце биться чаще.

— Обряд пройден! — воскликнул священник. Михаэль прижался губами к моему лбу, освобождая ладони от ленты, которая успела прилипнуть к ладоням из-за слипшейся крови.

Амина вскочила и залечила крошечные порезы, а я крепко обняла девушку. Нам нужно было уходить. Я прошептала ей на ухо:

— Ты прекрасная девушка! Мы обязательно встретимся!

Ее глаза увлажнились, слезы медленно скатились по щеке, и я еще раз прижалась к девушке. После подошла к Ролану, забрала у него сына, благодаря и наставляя беречь Амину и этот лес. Я последний раз потрепала своих зверушек-друзей по макушке и шагнула в портал, оказавшись в замке своего мужа.

Нас встретила прекрасная женщина лет пятидесяти, строгая и серьезная. Я сразу узнала ее по описаниям мужа. Это была его названная мать — Офелия. Родная умерла вскоре после родов, а эта женщина воспитала его и заменила родную кровь.

— Мой сын Александр и моя жена Элара.

Женщина приблизилась к нам, посмотрела на младенца и улыбнулась.

— Добро пожаловать в наш дом. Можно я возьму его? — спросила женщина у меня.

Я взглянула на мужчину, он кивнул, и я осторожно передала сына свекрови. Она прижала его к себе и, улыбаясь, обратилась к нам:

— В зале ждет парламент. Приехал даже Вильгельм.

— Отлично! Значит, у нас есть все шансы на победу! — воскликнул Михаэль, крепко держа меня за руку. — Пошли, любимая, матушка посмотрит за нашим сыном, у нас есть мгновение, чтобы убедить совет примкнуть к нам.

Я кивнула и последовала за мужем. Уходить от сына не хотелось, но Михаэль доверял Офелии, а я доверяла ему.

Пройдя по длинному каменному коридору, мы вошли в большой зал с каменным столом. Вокруг него толпились люди в доспехах. Казалось, что я попала в легенду о двенадцати рыцарях короля Артура, ведь и мужчин в зале было двенадцать.

Михаэль представил меня, удивив присутствующих. Конечно, драконы не женятся, не делятся своей силой и жизнью с другим, только со своим дитем, который не выживет без магии драконов. А тут не просто дева, но и чужачка. Неслыханная дерзость.

— Мы отправимся в столицу и свергнем “Клан белых”, — начал муж, — я четвертый в очереди на престол.

— Жди ножа в спину, друг, — сказал один из рыцарей.

— Не стану. У меня есть другой козырь в рукаве. Трон мой по праву, но сейчас, когда в столице беспорядки, без кровопролития не обойтись. Кто пойдет со мной, должен прямо сейчас дать магическую клятву на верность мне.

Небольшая пауза, переглядывания рыцарей, а дальше один из рыцарей произнес:

— Я, правитель Золотых островов, клянусь быть преданным дракону Михаэлю Риерскому, стать его тылом и опорой, пока он сам не отпустит меня. — Мужчина клинком сделал разрез на пальце и капнул на стол, который оказался магическим.

То же самое сделали все остальные мужчины — все поклялись в верности Михаэлю. Последнюю клятву дал он сам:

— Я, дракон, правитель дальних земель, второй претендент на престол, Михаэль Риерский, клянусь быть верным своим подданным, своей семье, стране и верным слугам.

Столешница стола загорелась голубоватым светом, потом погасла, и муж сказал:

— Наши намерения чисты, как и помыслы. Мой названный сын — ребенок кронпринца Ренхарда — законный наследник на престол. У клана белых нет полномочий занимать престол, пока живы мы. Вы готовы отправиться сражаться за нас прямо сейчас?

— Мы привели наших людей. Мы готовы сражаться за тебя, наш король.

— Так не будем терять времени! — сказал Михаэль. Позвал нескольких мужчин из круга, и вместе мы пошли к стационарному порталу.

– “Клан белых” уверен, что все наследники мертвы. Докажем им обратное. Появимся на совете и попробуем убедить их словами.

Мы все поочереди шагнули в портал. Мы должны были вернуться. Наш сын ждал нас здесь на руках заботливой и любимой бабушки.

— Я люблю тебя, Александр, — прошептала я одними губами, заходя в портал.