Не злите женщину: Вендетта с того света

Глава 12

Алек

Спустя годы я вернулся в место, которое мечтал забыть навсегда. Клуб «Мотылёк» — это центр похоти и порока, где собираются все виды потусторонних тварей, настоящий шабаш. Я бы ни за что не переступил порог этого поганого места, но появление Морока вынудило меня вновь вернуться сюда. Первая моя встреча с ним случилась много лет назад, когда я был совсем молодым, полным надежд и мечтаний, абсолютно ничего не знавшим о загробном мире и потусторонних сущностях. Но в один миг всё изменилось, передо мной открылся занавес потустороннего мира, и я канул в омут с головой.

Парень, недавно приехавший из глубинки вместе с двумя лучшими друзьями детства — Кастиэлем и Арагоном, желающие покорить этот город. У нас была мечта: открыть собственный клуб и сделать его лучшим в городе. Мы работали не покладая рук, брались даже за самую грязную работу. Наконец, после долгих усилий, нам удалось выкупить старое здание. Всё пришлось менять — от труб до электропроводки. Полгода упорного труда, и помещение стало выглядеть вполне прилично.

Дела шли неплохо, но доходов едва хватало, чтобы покрыть вложения. И вот однажды в клуб зашёл мужчина лет сорока. Его облик внушал уважение: дорогой костюм, золотое кольцо на пальце. Такие люди редко заглядывают в дешёвые заведения, и это сразу вызвало у меня подозрение. Мужчина уселся у барной стойки, медленно потягивал виски, внимательно осматривая зал. В нём было что-то пугающее, какая-то скрытая тьма. Мы только-только открыли двери нашего клуба и совсем не нуждались в неприятностях. Репутация заведения была для нас на первом месте.

Спустя несколько часов незнакомец допил свой напиток, бросил на стойку солидную пачку денег и поднялся. Он уже собирался уйти, но внезапно остановился…

В это время мы с друзьями сидели в дальнем углу бара, обсуждая будущее клуба. Это было наше любимое место: отсюда открывался отличный обзор всего зала, а сами мы оставались в тени, вне поля зрения посетителей. Мужчина направился к нашему столу и предложил присоединиться. Я не стал возражать, да и ребята тоже. Он представился Мороком.

Время шло, клуб постепенно заполнялся посетителями. Мы продолжали сидеть в своём уголке, курить и пить крепкий виски. Всё казалось стабильным, и я даже начал немного расслабляться, но, как выяснилось позже, напрасно. Под воздействием алкоголя Арагон принялся говорить лишнее — о клубе, о наших финансовых трудностях. Я пытался его остановить, но тут вмешался Морок.

— Давайте заключим сделку, — спокойно произнёс он, обводя нас внимательным взглядом. — Я обеспечу вашему клубу такую популярность, что деньги будут течь рекой… Взамен на одну маленькую услугу.

Мы с Кастиэлем переглянулись. Такие хорошие предложения от солидных людей не делают просто так, но Арагон уже загорелся идеей. Он всегда был более импульсивным и доверчивым.

— Какая услуга? — настороженно спросил я.

— Очень простая. Каждая душа, ступившая в ваш клуб, будет принадлежать мне.

Я лишь закатил глаза, подавив нервный смешок. Этот человек явно бредил. Нужно немедленно указать ему на дверь, но я не успел и рта раскрыть, как Арагон, вскочив, протянул гостю руку.

— Договорились!

По спине пробежал холодок. Кастиэль тоже выглядел обеспокоенным. Морок довольно улыбнулся, его глаза зловеще блеснули в полумраке. В тот же миг клуб словно ожил. Музыка стала громче, танцпол заполнился людьми, словно их притянуло магнитом. Через неделю о нашем клубе говорил весь город. Посетители толпились у входа, деньги текли рекой, как и обещал Морок.

Но радость наша была недолгой. Я стал замечать странные вещи. У посетителей пропадал блеск в глазах, они становились апатичными и безразличными ко всему. Клуб словно высасывал из них жизненную энергию. Арагон, ослеплённый успехом, не замечал ничего. Кастиэль пытался образумить его, но всё было тщетно.

Однажды ночью я увидел Морока, стоящего рядом с баром. Он пристально смотрел на танцующих людей, а вокруг него клубился тёмный дым. Я понял, какую цену мы заплатили за успех. Каждая душа, посетившая наш заведение, принадлежала ему. Мы с Касом нашли способ разорвать сделку, но заплатили за это высокую цену. «Мотылёк» превратился в пристанище для нечисти, Кастиэль стал пожизненным узником клуба, я же заплатил за свободу других, своей жизнью, моя душа попала в загробный мир.

Вердикт прозвучал безжалостно: виновен по всем пунктам. Но мой проводник воспротивился этому решению. Он утверждал, что моя жертва, принесённая во имя спасения сотен душ, искупила бо́льшую часть грехов. Суд, поколебавшись, смягчил приговор: вместо вечного проклятия в адском пламени мне даровали шанс на очищение, приговорив к двумстам годам служения проводником в загробном мире.

О судьбе Арагона мне известно немного. Ходили лишь тёмные слухи о том, что он примкнул к Мороку, преданно служа ему, искусно манипулируя чувствами и тайными желаниями людей, завлекая невинные души в зловещее логово Морока.

Сам же Морок долгие годы не вылезает в свет, утратив былую мощь, трусливо прячась в тени. История с Кирой — лишь начало. Эта ненасытная тварь, пожирающая души, не остановится, пока не восстановит утраченные силы. Поэтому мне нужен Кас, он сможет помочь мне найти эту тварь и упрятать её как можно дальше.

Пробираясь сквозь людской муравейник, я поднялся на второй этаж. Оказавшись наверху, я направился к перилам, желая убедиться, что с Беловой всё в порядке.

Она по-прежнему сидела у барной стойки, тревожно озираясь по сторонам. Собранный вид лишь маскировал выдававшую её волнение дрожь в руках. Давно забытое чувство нахлынуло волной: желание защитить, прижать к груди и никогда не отпускать стало навязчивой идеей. Собрав волю в кулак, я отвёл взгляд и направился к VIP-зоне. Проигнорировав двух грозных церберов у входа, я двинулся вперёд, словно их и не было. Но стоило мне почти подойти к перегородке, как чья-то грубая лапа мёртвой хваткой вцепилась в плечо. Медленно обернувшись, я встретился с бушующим взглядом охранника.

— Руку убери, пока я тебе её не сломал, — прошипел я, не отводя взгляда.

Громила лишь нахмурился ещё сильнее, сжимая пальцы в моё плечо.

— Туда нельзя!

Я устало втянул воздух сквозь зубы. Ну почему каждый встречный-поперечный норовит усложнить мне жизнь? Схватив его за запястье, я резким движением вывернул руку, заломив её за спину. Здоровяк согнулся в три погибели, хрипя от боли. Второй охранник, опомнившись, кинулся в атаку, но я уклонился от его неуклюжего выпада, подставил ногу, и амбал с грохотом рухнул на пол. Я уже приготовился ворваться в VIP-зону, как оттуда вышел высокий, светловолосый мужчина в белоснежной рубашке, рукава которой были закатаны до локтей. На предплечье красовалась татуировка — точная копия моей собственной.

— Алек, брат! Сколько лет, сколько зим, а ты не меняешься, всё такой же буйный. Что же привело тебя в мой клуб? Только не говори, что соскучился.

— Кас! — выкрикнул я, расплываясь в довольной улыбке. Я не видел этого засранца кучу лет. Отпустив руку охранника, я ринулся к нему для братского рукопожатия. — Дело есть, Кас, — уже встревоженно ответил я.

— Ну что ж, проходи, не стоять же тебе на пороге. Не знаю, какая беда тебя ко мне пригнала, но я чертовски рад тебя видеть!

Он крепко обнял меня за плечи, и мы скрылись за перегородкой. Усевшись на кожаный диван, Кас тут же отдал приказ принести нам выпивку. Пропустив пару стаканов, я выложил ему всё как на духу. С каждой минутой лицо друга мрачнело, взгляд становился всё более задумчивым.

— М-да, хреново, — ответил он. — Но зачем ты лезешь в это? Верни девчонку, и дело с концом. Пусть Мороком разбирается, кто-то другой.

Отхлебнув какой-то мутной бурды, я поморщился, сильнее стиснув стакан. Кас отчасти прав, нужно всего-то вернуть Белову в царство мёртвых, и концы в воду, но… что-то внутри восстаёт против этого.

Морок стёр мою жизнь в пыль, так же как и её, в этом мы были связаны. Он ворвался смерчем, уничтожая всё на своём пути. Уголёк, зажжённый им тогда, долго тлел, скрытый под пеплом лет, но с появлением Беловой он вспыхнул с новой силой, озаряя всё вокруг яростным пламенем. Я взялся за это дело по большей части из личной вендетты: уничтожить Морока — моя заветная мечта, но чем больше времени я провожу с ней, тем сильнее во мне желание её спасти.

— А выпивка у тебя всё такая же отвратительная, — покрутив пустой стакан в руке, я отставил его в сторону. — Так ты поможешь или нет?

— Как всегда, увиливаешь, — усмехнулся он, отпивая из своего бокала. — Да я бы рад помочь, дружище, но чем? После той заварухи я и следа Морока не видел, в клубе он больше не появлялся, — он выдержал паузу, искоса взглянув на меня. В глазах плясали озорные огоньки. — А девчонка, вижу, зацепила тебя не на шутку, раз ты вокруг неё так хлопочешь.

Отставив стакан в сторону, я откинулся на спинку дивана. Что я могу сказать ему, когда сам толком не понимаю, что со мной происходит? Меня тянет к ней, как магнитом, и я бессилен против этого чувства.

— Ну ладно, брат, рад был повидаться, но, видимо, зря приходил, — сказал я, пожав ему руку, и поднялся, направляясь к выходу. Я уже почти добрался до лестницы, когда сзади раздался голос Каса.

— Алек, постой! — окликнул он, догоняя меня. — Если хочешь найти Морока, сначала найди Арагона. Это его верный пёс.

— Когда ты его последний раз видел?

— Несколько дней назад. Он заглядывал в клуб, но мои парни быстро выпроводили его. Такая дрянь мне тут ни к чему, — ответил Кас с явным отвращением.

— Понял. Спасибо. Буду искать.

— Может, и не придётся, — заметил Кас, кивнув в сторону танцпола. — Кажется, Арагон с первого раза плохо понимает.

У барной стойки сидел Арагон, медленно потягивая виски и не отрывая взгляда от танцпола. В тот же миг у меня внутри всё перевернулось. Я оставил Киру у бара, а теперь её там не было. Проследив за взглядом Арагона, я увидел её на танцполе. С закрытыми глазами она отдавалась музыке, совершенно забыв обо всём вокруг. Сначала я хотел придушить её за непослушание, но, заметив, как внимательно следит за ней Арагон, как едва заметно покачиваются его пальцы в такт, меня вдруг осенило: он манипулирует ею.

— Кас, уведи её! — крикнул я, указывая на Киру, которая, казалось, была на грани потери сознания. Я ринулся вниз, расталкивая всех на своём пути.

Кас, как и ожидалось, молниеносно отреагировал. Его мощная фигура стремительно пробивалась сквозь толпу. Я же, не замедляя бег, нёсся к Арагону, словно гончая, почуявшая добычу. Заметив моё стремительное приближение, он невозмутимо поставил бокал на стойку, медленно обернувшись. В его глазах по-прежнему плескался холод, но теперь в самой глубине зрачков вспыхнула хищная искорка предвкушения.

— Алек, сколько лет, сколько зим, как дела в преисподней? — промурлыкал он, едва тронув губы подобием улыбки.

Я мгновенно схватила его за воротник, и резко придавил его к стойке. Шум вокруг заглушил его хрип, но я отчётливо видел, как его лицо исказилось от боли.

— Сейчас покажу! — прошипел я, вкладывая всю свою ярость в удар, направленный прямо в носовую перегородку. Арагон, словно змея, вывернулся в последний момент, и кулак обрушился на его челюсть.

— Эй, братишка, да ты чего взбеленился-то? Неужели так разозлился из-за пигалицы? — протянул он, расплываясь в сальной ухмылке.

Арагон сплюнул кровь, сочившуюся из рассечённой губы. Оттолкнув меня, он грубо вытер лицо тыльной стороной ладони. В глазах плясали бешеные искры, но он старался обуздать свой гнев, сохранить подобие небрежной отстранённости.

— Да я бы и пальцем её не тронул, — процедил он, кривя губы в хищном оскале. — А вот Морок… Он бы нашёл, как с ней позабавиться!

Мир взорвался перед глазами. Раскалённая лава ярости затопила сознание, и я, потеряв над собой контроль, обрушился на него, словно дикий зверь.

Удары сыпались градом, не давая ему перевести дух. Кулаки, с остервенением молотя по лицу и корпусу, пытались пробить брешь в его обороне. Арагон отбивался неуклюже, явно не ожидая такой яростной атаки. Он отступал, пытаясь вырваться из моей хватки, но я не отпускал, вкладывая всю свою клокочущую ненависть в каждый удар. Я словно сошёл с ума, ослеплённый яростью.

В какой-то миг Арагону удалось извернуться и отшвырнуть меня. Он тяжело дышал, стирая тыльной стороной ладони кровь с разбитого лица.

— Идиот! Если ты думаешь, что спасёшь девчонку… Морок сам выбрал её. Она станет последним звеном, и тогда он вернёт былое величие, и мир падёт к его ногам! А я, как преданный слуга, буду стоять по правую руку.

— Ты, как поганый пёс, сгниёшь в сырой могиле! — прошипел я, бросаясь на него с кулаками.

— Попробуй сначала поймать! — Он развёл руки в стороны, и от кончиков его пальцев поползла серая дымка. Один хлопок — и он исчез, словно его и не было. Этот сукин сын сбежал, будто растворился в воздухе.

Времени осталось катастрофически мало. Я могу оставаться в этом мире лишь до тех пор, пока не верну Киру. Морок жаждет заполучить её, а значит, не позволит ей обрести свет. Но я не допущу этого. Дело не только в священном долге проводника — защищать души, но и в том, что за это короткое время она сумела проскользнуть под кожу, глубоко засесть в сердце. Это я осознал с болезненной ясностью, когда Морок едва не вырвал её из моих рук.